Сегодня было довольно зябко, отчего невольно хотелось вжать голову в плечи.
Сора была одета слишком легко. Не в силах справиться с холодом, она обхватила себя руками, словно так ей могло стать хоть чуточку теплее.
Она перевела взгляд на сидящего рядом парня. Возле него лежал пакет с закусками и напитками, а сам он с довольным видом уткнулся в телефон, очевидно, читая что–то интересное, и совершенно не собирался уходить.
За это время мнение Соры о Ся Цю успело поменяться: от «какого–то странного старшего братика» до «немного странного, но доброго старшего братика», а теперь... «какой же он упрямый».
Зачем он с ней возится? Не мог просто уйти? Или поступить так же, как её приёмные родители — просто игнорировать?
Жизнь Соры никогда не была счастливой и беззаботной. Когда она была маленькой, её родители погибли в автокатастрофе. Кучка родственников сочла её обузой, и никто не захотел брать её к себе, поэтому Сора закономерно оказалась в детском доме.
Но благодаря миловидной внешности её забрала бездетная пара. Казалось, будущее наконец–то станет светлым. Но когда приёмные родители узнали, что у Соры альбинизм, их отношение заметно охладело.
А затем у них родился собственный ребёнок.
С тех пор рано повзрослевшая Сора поняла, что ей пора уходить. Оставаться не было смысла — в этом доме она стала лишней.
Сора не хотела жаловаться на их холодность; того, что они вообще её удочерили, уже было достаточно. Но дети всегда склонны фантазировать о прекрасном, хоть и несбыточном.
И все же фантазии остаются лишь фантазиями, они бессильны перед жестокой реальностью. Так Сора, прихватив своего единственного плюшевого кролика и немного денег, покинула этот дом.
Бродячая жизнь оказалась несладкой...
Сора уже была совершеннолетней (исключительно по соображениям цензуры), поэтому ей пришлось коротать время в интернет–кафе. В Японии с этим проще, чем в Китае — строгих правил, запрещающих вход несовершеннолетним, в местных заведениях нет.
Дальнейшие дни Соры были невероятно трудными. Большую часть времени она жила в интернет–кафе.
Еда там, конечно, не отличалась изысками, но, по крайней мере, можно было набить желудок, да и крыша над головой имелась.
Позже, когда деньги закончились, Сора не знала, куда ей идти.
Она просто нашла место на обочине и села, думая, что вот так и пройдёт вся её жизнь.
Или она найдёт безлюдное место и тихонько умрёт.
В конце концов, она всего лишь бездомная обуза...
А потом появился Ся Цю. Этот странноватый, но добрый старший братик спросил, что она здесь делает, не хочет ли пойти домой и не стоит ли вызвать полицию.
Возвращаться в тот дом Сора наотрез отказывалась, а полиция была ни к чему... Она не хотела снова видеть презрительные и полные отвращения взгляды своих приёмных родителей.
Она напустила на себя нарочитое безразличие, не желая отвечать ни на один его вопрос. Но этот парень оказался таким упрямым: раз Сора не отвечала, он просто сел рядом, не собираясь никуда уходить.
Заказал две порции еды и с аппетитом принялся есть.
Какой невыносимый... Какой невыносимый старший братик!
Погладив свой давно пустующий животик, Сора осознала всю коварность взрослых — так вот как они действуют!
Наверняка он хотел использовать еду, чтобы заставить её подчиниться!
Но вопреки её ожиданиям, братик ничего от неё не потребовал и просто протянул ей порцию.
Глядя на вкусно пахнущую еду, Сора впала в ступор.
Разве он не должен спросить? Почему она здесь? Почему бродяжничает? Почему не хочет возвращаться?
Но в ответ она увидела лишь теплую улыбку парня, от которой у неё неожиданно защипало в носу.
От этого внезапного тепла в её давно заледеневшем сердце что–то дрогнуло.
Но чем дольше длилось молчание, тем неуютнее себя чувствовала Сора, будто не сказать ничего было совсем уж странно.
— Ты ничего не спросишь? — наконец заговорила она, впервые сдавшись перед этим парнем.
— А что спрашивать? — с улыбкой ответил Ся Цю, оторвав взгляд от телефона и посмотрев на профиль малышки.
У–у–у...
Какой плохой взрослый!
Сора надула щёки и с тихим «Хмпф!» отвернулась. Не хочешь — не спрашивай!
Вечер медленно вступал в свои права. Улица уже не была такой шумной, как днём, и от этой безлюдности становилось немного жутко.
В конце концов, она была всего лишь ребёнком: ей тоже бывало страшно, и она то и дело выдумывала всяких чудовищ, сама же себя пугая. Но...
Она взглянула на сидящего рядом Ся Цю, и на душе почему–то стало спокойнее.
Казалось, пока он рядом, ей нечего бояться.
Наконец, Ся Цю перестал смотреть в экран.
М–да... батарея села.
Он собрал мусор, оставшийся от еды, и выбросил в урну.
Помассировав затекшую от долгого сидения шею, он повернулся к девочке:
— Пошли, идём домой.
— Угу.
Сора молча последовала за ним. Две тени, большая и маленькая, вытягивались и сливались воедино под светом уличных фонарей.
— Ванная здесь. Если хочешь помыться, просто заходи. Сменную одежду я сейчас куплю в супермаркете. Хочешь есть? Если да, в холодильнике есть хлеб и молоко.
Крепко прижимая к себе плюшевого кролика, Сора молча слушала его непрерывную болтовню.
В конце концов, она так и не поняла, почему пошла за ним. Может... потому, что он внушал доверие? А может, потому, что почувствовала исходящее от него тепло — ту самую заботу и внимание, которых ей так не хватало.
Впервые с тех пор, как не стало её родителей, она почувствовала такое тепло от совершенно незнакомого человека...
Сидя на диване, Ся Цю положил комплект пижамы, купленный в круглосуточном магазине, возле двери ванной.
Он уже узнал имя девочки, которую привёл домой.
Касугано Сора!
Твою ж! Сестрёнка Сора?
Неудивительно, что она показалась ему смутно знакомой. Как говорится: «У кого есть сестра, жалеют, что это не Сора, а у кого нет сёстры, жалеют, что Сора не их сестра».
Кто бы мог подумать, что, сделав доброе дело, он приведёт домой ту самую Сору!
Он не стал вдаваться в подробности, куда делся Касугано Харука. Поняв, что Сора сбежала из дома, Ся Цю примерно догадался о её положении.
— Завтра же отведу её в Столичное управление полиции, — подумал он.
Приютить её на одну ночь — это максимум, что он мог для неё сделать. Будь то детский дом или приёмные родители — в такие дела Ся Цю вмешиваться не мог.
Искупавшись, Сора, завернутая в полотенце, робко приоткрыла дверь. Через щелочку она увидела сидящего на диване и о чем–то задумавшегося Ся Цю, после чего быстро схватила стопку одежды, аккуратно сложенную у порога.
Наконец, переодевшись, она глубоко вздохнула и вышла из ванной.
Ночь. Вокруг царила абсолютная тишина. Лунный свет, подобно лёгкой вуали, окутывал землю, пробиваясь сквозь облака мягким сиянием.
Сора тихо лежала на большой, мягкой кровати, ворочаясь с боку на бок, не в силах заснуть. По сравнению с тесной кабинкой интернет–кафе, эта кровать, хоть и не огромная, дарила ей чувство безопасности, словно могла впитать в себя всю её усталость и тревогу.
И все же в глубине души бушевали странные эмоции, не давая погрузиться в сон. Её сердце, казалось, все ещё искало какое–то успокоение и утешение.
Её взгляд невольно скользнул к Ся Цю, который крепко спал на футоне, расстеленном прямо на полу.
В этой небольшой квартире он уступил ей единственную кровать.

Комментарии

Загрузка...