Фу Ханьчуань постоянно следил за новостями о Цинь Шэн и в числе первых узнал, что она стала одним из тех двух кандидатов, которые смогут участвовать в Цинхуэйсае.
Фу Ханьчуань постоянно следил за новостями о Цинь Шэн и в числе первых узнал, что она стала одним из тех двух кандидатов, которые смогут участвовать в Цинхуэйсае.
На следующий же день Фу Ханьчуань приехал в дом семьи Цинь, чтобы увидеть Цинь Шэн.
На следующий же день Фу Ханьчуань приехал в дом семьи Цинь, чтобы увидеть Цинь Шэн.
Возможность прийти к Цинь Шэн на законных основаниях — такого шанса Фу Ханьчуань, конечно же, не упустил.
Возможность прийти к Цинь Шэн на законных основаниях — такого шанса Фу Ханьчуань, конечно же, не упустил.
— Шэншэн, поздравляю, — низким хрипловатым голосом произнёс Фу Ханьчуань.
— Шэншэн, поздравляю, — низким хрипловатым голосом произнёс Фу Ханьчуань.
Цинь Шэн села в машину и услышала эти слова.
Цинь Шэн села в машину и услышала эти слова.
Затягивая ремень безопасности, она на мгновение замерла, но быстро поняла, что Фу Ханьчуань говорит о деле с рисунком.
Затягивая ремень безопасности, она на мгновение замерла, но быстро поняла, что Фу Ханьчуань говорит о деле с рисунком.
Цинь Шэн слегка улыбнулась.
Цинь Шэн слегка улыбнулась.
— Спасибо.
— Спасибо.
В следующую секунду высокая фигура наклонилась перед ней — это Фу Ханьчуань потянулся рукой к ремню безопасности на сиденье Цинь Шэн.
В следующую секунду высокая фигура наклонилась перед ней — это Фу Ханьчуань потянулся рукой к ремню безопасности на сиденье Цинь Шэн.
Цинь Шэн откинулась назад. Она редко оказывалась так близко к парням и сейчас чувствовала себя очень неловко.
Цинь Шэн откинулась назад. Она редко оказывалась так близко к парням и сейчас чувствовала себя очень неловко.
— Брат Фу.
— Брат Фу.
Цинь Шэн хотела сказать что-то ещё, но Фу Ханьчуань повернул голову, и его тонкие губы случайно коснулись её щеки.
Цинь Шэн хотела сказать что-то ещё, но Фу Ханьчуань повернул голову, и его тонкие губы случайно коснулись её щеки.
— М?
— М?
Низкий хрипловатый голос сорвался с его губ.
Низкий хрипловатый голос сорвался с его губ.
Уши Цинь Шэн слегка покраснели.
Уши Цинь Шэн слегка покраснели.
— Ничего.
— Ничего.
В глубине глаз Фу Ханьчуаня промелькнула улыбка.
В глубине глаз Фу Ханьчуаня промелькнула улыбка.
Пристегнув ремень безопасности Цинь Шэн, он выпрямился.
Пристегнув ремень безопасности Цинь Шэн, он выпрямился.
— Брат Фу, а куда мы направляемся?
— Брат Фу, а куда мы направляемся?
— спросила Цинь Шэн.
— спросила Цинь Шэн.
Фу Ханьчуань улыбнулся.
Фу Ханьчуань улыбнулся.
— В парк аттракционов.
— В парк аттракционов.
Парк аттракционов...
Парк аттракционов...
Цинь Шэн замерла. Она была там впервые.
Цинь Шэн замерла. Она была там впервые.
В детстве она даже не смела мечтать о том, чтобы наесться досыта, не говоря уже о том, чтобы проситься в парк аттракционов.
В детстве она даже не смела мечтать о том, чтобы наесться досыта, не говоря уже о том, чтобы проситься в парк аттракционов.
Фу Ханьчуань завёл машину.
Фу Ханьчуань завёл машину.
Вскоре они прибыли в самый большой парк аттракционов города Эйч.
Вскоре они прибыли в самый большой парк аттракционов города Эйч.
В парке было много родителей с детьми, а также немало влюблённых пар.
В парке было много родителей с детьми, а также немало влюблённых пар.
Фу Ханьчуань простоял в очереди под солнцем больше десяти минут, прежде чем купил два билета.
Фу Ханьчуань простоял в очереди под солнцем больше десяти минут, прежде чем купил два билета.
Цинь Шэн вышла из тени деревьев.
Цинь Шэн вышла из тени деревьев.
Она хотела стоять в очереди вместе с Фу Ханьчуанем, но тот боялся, что девушка обгорит на солнце. У неё была кожа белая, словно нефрит, — стоило лишь слегка надавить, и оставался красный след. Если бы её припекло солнце, кожа могла неизвестно как покраснеть.
Она хотела стоять в очереди вместе с Фу Ханьчуанем, но тот боялся, что девушка обгорит на солнце. У неё была кожа белая, словно нефрит, — стоило лишь слегка надавить, и оставался красный след. Если бы её припекло солнце, кожа могла неизвестно как покраснеть.
Фу Ханьчуаню, конечно же, стало жаль её, поэтому он велел Цинь Шэн ждать его в тени.
Фу Ханьчуаню, конечно же, стало жаль её, поэтому он велел Цинь Шэн ждать его в тени.
— Зайдём внутрь, — тихо произнёс Фу Ханьчуань, увидев, что Цинь Шэн подошла.
— Зайдём внутрь, — тихо произнёс Фу Ханьчуань, увидев, что Цинь Шэн подошла.
— Мм.
— Мм.
Зайдя в парк аттракционов, Фу Ханьчуань первым делом повёл Цинь Шэн кататься на карусели.
Зайдя в парк аттракционов, Фу Ханьчуань первым делом повёл Цинь Шэн кататься на карусели.
Проходя мимо американских горок, в его взгляде мелькнула искра.
Проходя мимо американских горок, в его взгляде мелькнула искра.
Он повернулся к Цинь Шэн.
Он повернулся к Цинь Шэн.
— Шэншэн, хочешь попробовать?
— Шэншэн, хочешь попробовать?
Цинь Шэн взглянула на людей, визжащих на американских горках, и в душе у неё тоже пробудился интерес. Она кивнула.
Цинь Шэн взглянула на людей, визжащих на американских горках, и в душе у неё тоже пробудился интерес. Она кивнула.
Только что завершившийся рейс американских горок быстро закончился.
Только что завершившийся рейс американских горок быстро закончился.
Они вдвоём сели на американские горки.
Они вдвоём сели на американские горки.
Горки мчались на огромной скорости: то взлетали вверх, словно ракета, то снова тяжело падали вниз.
Горки мчались на огромной скорости: то взлетали вверх, словно ракета, то снова тяжело падали вниз.
Визг резал уши.
Визг резал уши.
Фу Ханьчуань взглянул на девушку впереди, которая с визгом бросилась в объятия своего парня, и перевёл взгляд на Цинь Шэн.
Фу Ханьчуань взглянул на девушку впереди, которая с визгом бросилась в объятия своего парня, и перевёл взгляд на Цинь Шэн.
Цинь Шэн, казалось, ничуть не боялась. Она закрыла глаза и выглядела так, словно наслаждалась моментом.
Цинь Шэн, казалось, ничуть не боялась. Она закрыла глаза и выглядела так, словно наслаждалась моментом.
Фу Ханьчуань потёр переносицу — голова раскалывалась.
Фу Ханьчуань потёр переносицу — голова раскалывалась.
Сейчас он хотел бы, чтобы Цинь Шэн хоть немного испугалась.
Сейчас он хотел бы, чтобы Цинь Шэн хоть немного испугалась.
Однако, глядя на неё, его настроение потихоньку улучшалось.
Однако, глядя на неё, его настроение потихоньку улучшалось.
Взгляд Фу Ханьчуаня медленно переместился на губы Цинь Шэн.
Взгляд Фу Ханьчуаня медленно переместился на губы Цинь Шэн.
В глазах потемнело.
В глазах потемнело.
Возможно, из-за слишком быстрой езды на американских горках Цинь Шэн не заметила, что Фу Ханьчуань всё это время смотрел на неё.
Возможно, из-за слишком быстрой езды на американских горках Цинь Шэн не заметила, что Фу Ханьчуань всё это время смотрел на неё.
Когда они спустились на землю.
Когда они спустились на землю.
— Хочешь ещё?
— Хочешь ещё?
Фу Ханьчуань видел, что Цинь Шэн во время катания на американских горках, в отличие от других девушек, не боялась и не визжала, а наоборот — расслаблялась и наслаждалась.
Фу Ханьчуань видел, что Цинь Шэн во время катания на американских горках, в отличие от других девушек, не боялась и не визжала, а наоборот — расслаблялась и наслаждалась.
Его девочка и впрямь была особенной.
Его девочка и впрямь была особенной.
Цинь Шэн посмотрела на Фу Ханьчуаня, и тот понял, что ей хочется покататься ещё.
Цинь Шэн посмотрела на Фу Ханьчуаня, и тот понял, что ей хочется покататься ещё.
Он снова повёл Цинь Шэн на американские горки.
Он снова повёл Цинь Шэн на американские горки.
Затем — «Большой маятник», пиратский корабль, банджи-джампинг, вышка свободного падения...
Затем — «Большой маятник», пиратский корабль, банджи-джампинг, вышка свободного падения...
Все эти захватывающие аттракционы они перепробовали почти полностью.
Все эти захватывающие аттракционы они перепробовали почти полностью.
Волосы Цинь Шэн немного растрепались, но в глазах всё ещё читалось заметное возбуждение.
Волосы Цинь Шэн немного растрепались, но в глазах всё ещё читалось заметное возбуждение.
Для вас страется HoodRichLife, дайте лайк)
Для вас страется HoodRichLife, дайте лайк)

Комментарии

Загрузка...