Старая госпожа Ся не ожидала, что Ся Мо вступится за неё, и невольно опешила.
Но вскоре на её лице появилось выражение человека, у которого всё под контролем.
Эта малолетняя потаскушка хоть и спятила, но прекрасно понимает, кто в доме главный!
Ся Мо сейчас поддакивает мне, потому что поняла, что была неправа, и решила задобрить меня, верно?
Старая госпожа Ся кашлянула и напустила на себя важный вид:
— Вот и хорошо, что ты понимаешь. Тогда...
— Тогда давайте разделимся!
Старая госпожа Ся ещё не успела снова вступиться за своих, как слова Ся Мо грянули среди ясного неба. У всех зазвенело в ушах.
Что?
Разделиться?
— Что ты сказала?! — вскрикнула старая госпожа Ся и уставилась на Ся Мо, будто на врага. — Какое ещё разделение! Никакого разделения! Хочешь, чтобы вся деревня над нашей семьёй смеялась?
Хотя в девяностые некоторые регионы уже шли по пути развития, в такой глухомани, как деревня Яньцзян, нравы оставались весьма консервативными.
Для многих людей старшего поколения «разделиться» означало, что в семье разлад, а это навлекало насмешки.
К тому же, пока семья не разделена, старая госпожа Ся могла держать кошельки трёх сыновей и невесток под контролем и распоряжаться деньгами как ей вздумается.
А если разделиться, ей пришлось бы жить по очереди в домах трёх сыновей. Конечно, это было бы не так приятно и величественно, как нынешняя жизнь «императрицы-матери»!
Остальные члены семьи Ся тоже удивлённо смотрели на Ся Мо.
— Мо... не говори глупостей! — попытался остановить её Ся Цзяньцзюнь. Старая госпожа Ся постоянно внушала ему, что «семья должна жить дружно», поэтому слова Ся Мо о разделении его тоже напугали.
— Разве не бабушка первая об этом заговорила?
Ся Мо улыбнулась, проигнорировав слова Ся Цзяньцзюня.
— Если в семье нет согласия, она распадётся. А раз уж она распалась, разве это не значит, что пора разделиться?
— Кто это сказал? Кто сказал, что надо делиться?
Старая госпожа Ся повышала голос с каждым словом:
— Не неси чепухи! У нас в семье никакого разлада нет!
— Вот как? — Ся Мо пристально посмотрела на старую госпожу Ся. — Тогда почему, когда Ся Ху увидел, что я упала в реку, он не бросился меня спасать, а убежал? Разве родные станут смотреть, как я умираю?
От этих слов гнев в семье Ся Цзяньцзюня вспыхнул с новой силой. На Ся Ху смотрели с явной неприязнью.
Ся Ху сломали руку. Ещё недавно он был грозным здоровяком, а теперь рыдал, размазывая сопли, и сжался в комок. У Цяосинь обняла его за плечи и утешала.
Услышав слова Ся Мо, У Цяосинь возмутилась:
— Твой младший брат сломал моему Ху руку, а с тобой самой ничего не случилось! Если уж так считать, это ваша семья должна нам заплатить!
Ся Мо ничего не ответила. Она перевела взгляд и пристально посмотрела на старую госпожу Ся.
Под этим взглядом старой госпоже Ся стало не по себе, и она рявкнула на У Цяосинь:
— Что значит «ваша семья» да «наша семья»? Мы одна семья!
После окрика старой госпожи Ся У Цяосинь не посмела возразить. Пришлось проглотить обиду, но в глазах у неё мелькнуло недовольство.
— В семье не делят на своих и чужих. Думаю, в этом деле все виноваты!
Помолчав, старая госпожа Ся добавила:
— Но раз Ху тоже избили и он получил урок, давайте на этом и закончим!
— Как это закончить? — недовольно возразил Ся Дацин. — У Ху рука сломана, его ещё в больницу везти. А деньги...
Хотя Ся Дацин понимал, что старая госпожа Ся уже приняла его сторону, аппетит приходит во время еды.
Такой исход его, конечно, не устраивал. Сломанную руку сыну придётся лечить в больнице, а это наверняка обойдётся недёшево. Большую часть зарплаты он каждый месяц отдавал матери, а остаток тратил на карты с коллегами, сигареты и выпивку. Откуда у него лишние деньги?
— Деньги, разумеется, возьмём из семейных! — старая госпожа Ся не собиралась смотреть, как Ся Ху останется калекой. Глаза её сверкнули, и она повернулась к Ся Цзяньцзюню и Ся Шэнли. — На лесозаготовках сегодня зарплату выдают, верно? Достаньте деньги, сложитесь и отвезите Ху в больницу!

Комментарии

Загрузка...