Когда бабушка Тао ушла, Се Цзинъюань глазами подал знак Су Мяомяо закрыть дверь.
Когда бабушка Тао ушла, Се Цзинъюань глазами подал знак Су Мяомяо закрыть дверь.
Су Мяомяо безучастно закрыла дверь, а после села у окна, посмотрев на подошедшего к ней Се Цзинъюаня.
Су Мяомяо безучастно закрыла дверь, а после села у окна, посмотрев на подошедшего к ней Се Цзинъюаня.
— Откуда у тебя эта книга? — холодно спросил Се Цзинъюань.
— Откуда у тебя эта книга? — холодно спросил Се Цзинъюань.
— Тан Янь прочла и отдала мне.
— Тан Янь прочла и отдала мне.
Се Цзинъюань и сам догадывался, что простым романом Су Мяомяо не завлечь.
Се Цзинъюань и сам догадывался, что простым романом Су Мяомяо не завлечь.
— Мастер, а почему ты решил написать книгу?
— Мастер, а почему ты решил написать книгу?
— Решил заработать денег, — отстраненно сообщил он.
— Решил заработать денег, — отстраненно сообщил он.
Если бы он был один и не испытывал особых потребностей в материальной жизни, он мог бы просто пойти прямо в храм.
Если бы он был один и не испытывал особых потребностей в материальной жизни, он мог бы просто пойти прямо в храм.
Но он должен был заботиться о бабушке Тао и жадной, кокетливой и ужасно ленивой кошке, которой было неведомо, что значит экономия расходов. Не говоря уже о плате за обучение, проживание и траты на другие человеческие потребности составляли приличную сумму.
Но он должен был заботиться о бабушке Тао и жадной, кокетливой и ужасно ленивой кошке, которой было неведомо, что значит экономия расходов. Не говоря уже о плате за обучение, проживание и траты на другие человеческие потребности составляли приличную сумму.
И хоть отец Се Цзинъюаня был богат и никогда не экономил на сыне, Се Цзинъюань не хотел зависеть от богатого родителя, с которым виделся крайне редко.
И хоть отец Се Цзинъюаня был богат и никогда не экономил на сыне, Се Цзинъюань не хотел зависеть от богатого родителя, с которым виделся крайне редко.
Причина написания романа не вызвала у Су Мяомяо никаких подозрений, ведь Фэн Сяоюй и Чжоу Яо тоже зарабатывали деньги своим собственным трудом. Но ей стало любопытно, как много денег удалось заработать бывшему даосскому мастеру.
Причина написания романа не вызвала у Су Мяомяо никаких подозрений, ведь Фэн Сяоюй и Чжоу Яо тоже зарабатывали деньги своим собственным трудом. Но ей стало любопытно, как много денег удалось заработать бывшему даосскому мастеру.
— Это не твое дело, — отстраненно произнес он.
— Это не твое дело, — отстраненно произнес он.
Су Мяомяо обиженно надулась.
Су Мяомяо обиженно надулась.
— Никому больше об этом не рассказывай.
— Никому больше об этом не рассказывай.
— Угу.
— Угу.
— Иди уже, и больше не выходи из дома в одной пижаме.
— Иди уже, и больше не выходи из дома в одной пижаме.
Только тогда Су Мяомяо поняла, что стоит перед ним растрепанная в одной пижаме. Засмущавшись, она выбежала из комнаты, закрыв за собой дверь. Се Цзинъюань проводил Су Мяомяо взглядом.
Только тогда Су Мяомяо поняла, что стоит перед ним растрепанная в одной пижаме. Засмущавшись, она выбежала из комнаты, закрыв за собой дверь. Се Цзинъюань проводил Су Мяомяо взглядом.
— Мяомяо, тебе тоже понравилась книга? — улыбнувшись, спросила бабушка Тао, сидевшая на диване.
— Мяомяо, тебе тоже понравилась книга? — улыбнувшись, спросила бабушка Тао, сидевшая на диване.
Так как ее внук еще не достиг совершеннолетия, именно бабушка Тао помогла ему заключить контракт с издательством.
Так как ее внук еще не достиг совершеннолетия, именно бабушка Тао помогла ему заключить контракт с издательством.
— Цзинъюань такой крутой, а вы знаете, сколько он получил за эту книгу? — спросила Су Мяомяо, сев рялом с бабушкой с книгой в руках.
— Цзинъюань такой крутой, а вы знаете, сколько он получил за эту книгу? — спросила Су Мяомяо, сев рялом с бабушкой с книгой в руках.
Гордая за своего талантливого внука бабушка Тао уже собиралась рассказать обо всем девушке, но внезапно дверь в комнату медленно открылась.
Гордая за своего талантливого внука бабушка Тао уже собиралась рассказать обо всем девушке, но внезапно дверь в комнату медленно открылась.
— Как видишь, кое-кто против, чтобы я рассказывала тебе его секрет, — сказала бабушка Тао, переведя взгляд на распахнувшуюся дверь.
— Как видишь, кое-кто против, чтобы я рассказывала тебе его секрет, — сказала бабушка Тао, переведя взгляд на распахнувшуюся дверь.
Су Мяомяо снова насупилась от обиды.
Су Мяомяо снова насупилась от обиды.
— Могу лишь сказать, что он заработал достаточно, чтобы побаловать тебя чем-нибудь, — подбодрила девушку бабушка Тао.
— Могу лишь сказать, что он заработал достаточно, чтобы побаловать тебя чем-нибудь, — подбодрила девушку бабушка Тао.
В глазах Су Мяомяо уже загорелся огонь. В это время Се Цзинъюань вышел из комнаты с чашкой в руках, чтобы налить воды. Проходя мимо, он бросил холодный взгляд на бывшую кошку-демона. Этого было достаточно, чтобы Су Мяомяо поняла его намек.
В глазах Су Мяомяо уже загорелся огонь. В это время Се Цзинъюань вышел из комнаты с чашкой в руках, чтобы налить воды. Проходя мимо, он бросил холодный взгляд на бывшую кошку-демона. Этого было достаточно, чтобы Су Мяомяо поняла его намек.
— Бабушка, мне уже пора, — сказала она, поднимаясь с дивана.
— Бабушка, мне уже пора, — сказала она, поднимаясь с дивана.
— Хорошо, приходи, когда только захочешь.
— Хорошо, приходи, когда только захочешь.
Су Мяомяо поспешила вернуться домой.
Су Мяомяо поспешила вернуться домой.
Се Цзиньюань проследил, как дверь снова закрылась, и перевел взгляд обратно на бабушку Тао:
Се Цзиньюань проследил, как дверь снова закрылась, и перевел взгляд обратно на бабушку Тао:
— Ты ей сказала?
— Ты ей сказала?
— Сказала лишь, что ты много зарабатываешь, но конкретную сумму не назвала, — пояснила бабушка. — А какие у вас отношения? Почему не хочешь, чтобы она знала?
— Сказала лишь, что ты много зарабатываешь, но конкретную сумму не назвала, — пояснила бабушка. — А какие у вас отношения? Почему не хочешь, чтобы она знала?
— А сама ты как думаешь? — нахмурившись, ответил вопросом на вопрос подросток.
— А сама ты как думаешь? — нахмурившись, ответил вопросом на вопрос подросток.
Бабушка Тао одарила своего внука загадочной и двусмысленной улыбкой. Се Цзинъюань относился к Су Мяомяо как к близкой подруге, а для нее Мяомяо была как родная внучка. Он хотел было все объяснить, но увидев на лице бабушки счастливую улыбку, передумал и вернулся в комнату.
Бабушка Тао одарила своего внука загадочной и двусмысленной улыбкой. Се Цзинъюань относился к Су Мяомяо как к близкой подруге, а для нее Мяомяо была как родная внучка. Он хотел было все объяснить, но увидев на лице бабушки счастливую улыбку, передумал и вернулся в комнату.
Разве кто-нибудь, помимо Су Мяомяо, поверил бы, если бы он сказал, что присматривает за ней, потому что в прошлом она была кошкой-демоном?
Разве кто-нибудь, помимо Су Мяомяо, поверил бы, если бы он сказал, что присматривает за ней, потому что в прошлом она была кошкой-демоном?
***
***
Удобно расположившись на кровати, Су Мяомяо вновь открыла роман «Подавление демонов».
Удобно расположившись на кровати, Су Мяомяо вновь открыла роман «Подавление демонов».
Согласно аннотации, книга была объемом триста пятьдесят тысяч слов и стоила сорок юаней. Девушка была не сильна в математике, поэтому решила обратиться за помощью.
Согласно аннотации, книга была объемом триста пятьдесят тысяч слов и стоила сорок юаней. Девушка была не сильна в математике, поэтому решила обратиться за помощью.
— Скажи, а сколько книг «Подавления демонов» уже продано? — спросила она Тан Янь в личном сообщении.
— Скажи, а сколько книг «Подавления демонов» уже продано? — спросила она Тан Янь в личном сообщении.
— Откуда ж мне знать? Эту информацию знают лишь автор и издательство, а тебе зачем?
— Откуда ж мне знать? Эту информацию знают лишь автор и издательство, а тебе зачем?
— Хочу узнать, много ли зарабатывает автор.
— Хочу узнать, много ли зарабатывает автор.
На самом деле, деньги Се Цзинъюаня ее особо не интересовали, ей просто было любопытно, насколько могущественным был этот даосский мастер.
На самом деле, деньги Се Цзинъюаня ее особо не интересовали, ей просто было любопытно, насколько могущественным был этот даосский мастер.
— Полагаю, очень много. Поговаривают, что фанаты-богачи перечислили на счет автора десять тысяч юаней. Почти все популярные книги по своему содержанию были невероятно объемными, но именно эта небольшая книга вырвалась на первое место. Вот и представь, насколько большая у него аудитория и сколько он смог получить с продаж. Плюс не забудь учесть, что он получил гонорар за завершение книги.
— Полагаю, очень много. Поговаривают, что фанаты-богачи перечислили на счет автора десять тысяч юаней. Почти все популярные книги по своему содержанию были невероятно объемными, но именно эта небольшая книга вырвалась на первое место. Вот и представь, насколько большая у него аудитория и сколько он смог получить с продаж. Плюс не забудь учесть, что он получил гонорар за завершение книги.
Су Мяомяо задумалась. Это же сотни тысяч!
Су Мяомяо задумалась. Это же сотни тысяч!
Чжоу Яо и Фэн Сяоюй зарабатывали всего тысячу юаней в месяц, работая неполный рабочий день, а он смог заработать сотни тысяч!
Чжоу Яо и Фэн Сяоюй зарабатывали всего тысячу юаней в месяц, работая неполный рабочий день, а он смог заработать сотни тысяч!
Как и ожидалось от мастера храма Цинсюйгуань, Се Цзинъюань был по истине могущественным даосским мастером. И даже когда переродился человеком, не растерял свой талант.
Как и ожидалось от мастера храма Цинсюйгуань, Се Цзинъюань был по истине могущественным даосским мастером. И даже когда переродился человеком, не растерял свой талант.
После недолгого восхищения им Су Мяомяо вдруг поняла, что большинство ее друзей трудятся на летних каникулах и зарабатывают деньги, в то время как сама она не заработала даже одного юаня.
После недолгого восхищения им Су Мяомяо вдруг поняла, что большинство ее друзей трудятся на летних каникулах и зарабатывают деньги, в то время как сама она не заработала даже одного юаня.

Комментарии

Загрузка...