Предложение Ли Фушаня показалось Е Цяньсюню разумным. Он согласно кивнул:
— Идет. Эти три вещи пока остаются у вас, но мы подпишем соглашение о доплате. Даю вам пять дней.
Увидев такую легкость на подъем, Ли Фушань довольно расхохотался:
— Ха-ха-ха! По рукам! Менеджер Ван, распорядитесь немедленно перевести деньги.
Они обменялись рукопожатиями и подписали договор купли-продажи. Вскоре телефон Е Цяньсюня пискнул: пришло уведомление о зачислении двадцати миллионов юаней.
— Пожалуй, я пойду, — Е Цяньсюнь подхватил рюкзак.
— Постойте, господин Е, — окликнул его Ли Фушань. — Неужели вы не боитесь, что через пять дней я просто скажу, что сервиз бесполезен, и не заплачу?
Е Цяньсюнь усмехнулся:
— Такая потеря для меня – пустяк. А вот вы упустите шанс вывести свою семью на новый уровень. И к тому же... еще никто не уходил от долгов передо мной.
Ли Фушань опешил от такой самоуверенности. Девушка тем временем внимательно оглядела гостя. Заметив, что тот собирается уходить, она задиристо бросила:
— Слова у вас громкие, господин Е. Видимо, есть на что опираться. Я смотрю, в рюкзаке у вас еще полно коробок. Если не жалко, может, покажете что-нибудь еще? Дайте нам глаза потешить.
Е Цяньсюнь остановился, кивнул и достал очередную шкатулку. Дед с внучкой переглянулись – в рюкзаке оставалось еще как минимум десять коробок. Но когда крышка открылась, они оба вскрикнули в унисон:
— «Летящий скакун»?!
Статуэтка и правда напоминала знаменитый артефакт «Летящий скакун, попирающий ласточку», только под копытом этого коня была не птица, а облако. Казалось, небесный скакун несется прямо по небесам. Нефрит был двух цветов: сверху прозрачно-зеленый, высшего сорта «империал», а снизу чистый, почти призрачный белый. Тонкость работы поражала – можно было разглядеть каждую ворсинку в гриве. К тому же вещь была крупной, сантиметров двадцать в длину. На рынке почти невозможно было встретить изделия из жадеита такого качества и размера.
— Великолепно! — Выдохнул старик. — Юноша, если надумаешь продавать, я дам за неё тридцать миллионов сразу.
Е Цяньсюнь покачал головой:
— Господин Ли, тот сервиз я отдал вам за бесценок только ради того, чтобы вы прочувствовали разницу между моим нефритом и обычным. Если захотите купить коня – поговорим через три дня.
— О? Значит, господин Е так уверен в своем товаре?
— Попробуйте – и сами всё поймете, — улыбнулся Е Цяньсюнь, убирая статуэтку. Попрощавшись, он вышел вон.
Стоило двери закрыться, как девушка надула губы:
— И чего он так важничает? Наверняка нашел эти камни на каких-нибудь торгах «вслепую». Просто повезло, и всё.
Ли Фушань, однако, не разделял её скепсиса:
— Знаешь, внучка, от этого парня исходит какая-то странная аура. Я склонен ему верить. Может, он и правда преподнесет мне сюрприз. Менеджер Ван, помойте сервиз и заварите мне хорошего чая. Прямо здесь и проверю, есть ли у этого чайника чудодейственная сила.
— Дедушка, ну это же суеверия! Разве посуда может лечить? — Недовольно проворчала девушка.
— В жизни нельзя быть слишком категоричным. Иногда капля веры не помешает. Я всю жизнь занимаюсь камнями, но так и не смог определить месторождение этого нефрита. Даже просто касаясь его, я чувствую, как на душе становится спокойнее. Иначе стал бы я с ним спорить?
Заинтригованная, девушка тоже взяла чайник в руки. Спустя мгновение её глаза округлились:
— Дедушка, он и правда успокаивает! Стоило коснуться, и усталость как рукой сняло, голова сразу посвежела.
— Вот видишь. Возможно, через пару дней нас ждет настоящее открытие, и слова того парня окажутся правдой.
— Если сервиз такой, то и скакун в его рюкзаке может обладать тем же эффектом. Неужели он нашел какую-то неизведанную жилу? — Пробормотала она.
Ли Фушань медленно кивнул:
— Всё может быть.
Менеджер Ван, снедаемая любопытством, тоже осторожно коснулась нефрита, и в глубине её глаз промелькнуло изумление.
***
Е Цяньсюнь не собирался ограничиваться одним Ли Фушанем. Он заглянул еще в две крупные лавки и продал две пары первоклассных изумрудных браслетов – по девять и десять миллионов соответственно. Каждому покупателю он оставил тот же совет: дать поносить украшения кому-то с неважным самочувствием. Поскольку здесь цена его устроила, никаких дополнительных соглашений он подписывать не стал. Если через три дня эффект проявится, владельцы лавок сами его найдут. Первую партию он сбывал по низкой цене намеренно – нужно было заставить рынок «распробовать» товар и подготовить почву для будущих сделок.
Оставив остатки нефрита при себе, он решил разобраться с золотом. Сбыть пятнадцать килограммов драгметалла оказалось сложнее: в Стране Дракона оборот золота строго контролировался, и такая крупная сделка могла привлечь ненужное внимание. Е Цяньсюнь начал петлять по переулкам, выбирая мелкие лавочки и частных скупщиков. Разобив партию на десяток частей, он почти избавился от груза.
— Осталось килограмма полтора, еще одна лавка – и готово, — прикинул он.
Е Цяньсюнь зашел в очередной магазинчик. Старик с неопрятной бородой полулежал в кресле, уткнувшись в телефон. Заметив гостя, он лениво спросил:
— Что-то хотел, парень?
— Отец, золото берете?
— Берем. Много есть?
— Вот, всё здесь, — Е Цяньсюнь выложил на стол три золотых слитка.
Старик долго вертел их в руках, затем прищурился, глядя на парня:
— Послушай, малый, золото-то твоё... кажется мне, не совсем чистое. Откуда оно?
Е Цяньсюнь нахмурился:
— Что вы имеете в виду?
— Чеки на покупку есть?
— От предков досталось.
— Хе-хе... Ну, это мы слышали. Если хочешь продать – дам по пятьдесят юаней за грамм.
Е Цяньсюнь мгновенно сгреб слитки со стола:
— Везде дают минимум по пятьсот, а вы – пятьдесят? Я поищу другое место.
— А я думаю, ты уже никуда не пойдешь, — ухмыльнулся старик.
Едва он договорил, как с улицы зашли пятеро дюжих парней и с грохотом опустили рольставни. Е Цяньсюнь присмотрелся к незваным гостям – лица казались знакомыми: двое из них были скупщиками из тех лавок, где он уже побывал сегодня. Он перевел взгляд на старика:
— Так вы в одной упряжке?
— Ты сегодня обежал десятка полтора лавок, парень. Треть из них принадлежит мне, Старине У. В этом квартале, если я сказал «номер два», никто не посмеет назваться «первым». Я здесь один из крупнейших домовладельцев. Слушай сюда: я тебя не обижу. Оставляй золото, все деньги, что выручил за день, и можешь проваливать. Жизнь я тебе сохраню.
— Вы... не боитесь, что я вызову полицию?
— В полицию? Смелый какой! Думаешь, посмеешь? У сопляка вроде тебя столько неучтенного золота – ты либо вор, либо грабитель.
Старина У смотрел на Е Цяньсюня свысока, в его взгляде читалось презрение. Пятеро громил начали сужать круги.
Е Цяньсюнь всё понял: он нарвался на местных «хозяев жизни». Обычного клиента, продающего пару колец, они бы не тронули, но он за день наторговал на миллионы. Они резонно решили, что товар «паленый», а значит, можно провернуть «черную» сделку и забрать всё себе.

Комментарии

Загрузка...