Му Ю не понимала: она обсуждала с Инь Мо живые цветы, так почему же разговор вдруг свелся к поеданию помпело? Она же намекнула настолько очевидно, неужели он всё еще не понимает, что это значит? И было непонятно — он действительно не понимает или притворяется, что не понимает.
Му Ю дала ему последний шанс:
— В цветочных магазинах не обязательно бывают цветы помпело. Кроме этого, у тебя есть какие-нибудь другие предпочтения? — Она почти открыто намекнула. — Из тех цветов, которые дарят людям.
Инь Мо ответил:
— В цветочных магазинах нет цветов помпело, но мы можем вырастить их сами, вовсе не обязательно их покупать.
Му Ю:
— ...
В этот момент у Му Ю совершенно не осталось терпения продолжать с ним разговор. Она поджала губы и отвернулась к окну. Ей еще не доводилось встречать человека, с которым было бы настолько трудно общаться.
Глядя в окно, она надула щеки от злости, чувствуя себя немного угнетенной. Неужели всё дело в большой разнице в возрасте, и между ними лежит пропасть поколений? Но такого быть не должно: младшая тетя и младший дядя живут в полном согласии, и он ведь догадался подарить младшей тете цветы.
Му Ю нащупала в кармане конфетку — ту самую, которую захватила с собой на выходе из ресторана. Развернув фантик, она отправила ее в рот: это оказался освежающий апельсиновый вкус, и кисло-сладкое ощущение разлилось по кончику языка.
Инь Мо бросил на нее взгляд боковым зрение:
— Ты гуляла целый день, устала?
Рассчитывая во рту конфету, Му Ю закатила глаза и продолжала смотреть в окно, даже не желая отвечать ему.
Машина остановилась на красный свет светофора, и Инь Мо повернул голову к ней:
— Почему ты не говоришь?
Му Ю пренебрежительно указала на конфету во рту, намекая, что ест и потому не может разговаривать.
Инь Мо усмехнулся, подался вперед и наклонился к ней:
— Сладко? Дай мне попробовать?
Его голос, раскатываясь по салону машины, был полон какой-то тягучей нежности и соблазна, и сердце Му Ю снова забилось быстрее. Она протянула руку, оттолкнула его и указала на обратный отсчет на светофоре впереди:
— Следи лучше, скоро загорится зеленый.
Инь Мо выпрямился, и, когда зажегся зеленый свет, тронулся с места и продолжил путь.
Му Ю смотрела на ночной пейзаж за окном и обеими руками медленно потрогала щеки — кажется, они немного горели. Боковым зрителем она украдкой взглянула на Инь Мо за рулем: он был сосредоточен на вождении и больше ничего не говорил.
Неизвестно, сколько времени прошло, но Му Ю почувствовала неладное. Оглядевшись по сторонам, она произнесла:
— Кажется, это вовсе не дорога к нашему улусу.
Инь Мо хмыкнул и, выкроив секунду, бросил на нее взгляд:
— Время еще раннее, отвезу тебя в одно место.
Взгляд Му Ю подозрительно замерцал:
— Куда?
Держась за руль, Инь Мо лениво усмехнулся и небрежно отозвался:
— Дарю тебе цветы.
В его тоне сквозило легкое подшучивание, и только теперь Му Ю догадалась, что все ее так называемые намеки — явные и тайные — он прекрасно расслышал. Он просто намеренно прикидывался дурачком.
В ту же секунду Му Ю почувствовала неловкость: ну как этот человек умеет всё испортить? Она решительно отказалась признавать, что только что намекала ему на цветы:
— Никакие цветы мне не нравятся.
— Вот как? — уголки его губ изогнулись в едва заметной улыбке. — Зато мне нравятся. Я подарю тебе цветы, которые люблю больше всего.
Машина ехала всё дальше, в тихие пригороды, удаляясь от городской суеты и шума. Без пестрых неоновых огней даже уличные фонари по обеим сторонам казались куда более холодными и одинокими. Вдалеке небо выглядело как черный бархатный занавес, высоко висела сияющая луна, окруженная несколькими редкими искрами звезд. Такую ночную картину редко удавалось увидеть в застроенном высотками городе Аньцинь.
— Где это мы? — только Му Ю закончила говорить, как машина остановилась перед огороженным стеной поместьем.
Охрана узнала машину Инь Мо, и высокие массивные железные ворота медленно отворились. Внутри царила умиротворенная обстановка, а фонари заливали изумрудной зеленью листья китайских стеркулий по обеим сторонам дорожки. Шины прошуршали по теням от деревьев и остановились на парковочном месте.
Инь Мо сказал:
— Изначально я планировал привезти тебя сюда днем, но ты ведь отправилась с Лу Цичжоу в парк развлечений, так что пришлось перенести всё на вечер. Впрочем, у ночи тоже есть свои прелести.
Он отстегнул ремень безопасности, вышел из машины, обошел ее и открыл для нее дверцу. Му Ю вышла наружу, и перед ее глазами предстала огромная плантация помпело.
Наступил сезон цветения помпело, и деревья сплошно покрылись белым цветом. Поскольку была ночь, ветви обвивали гирлянды из звездных огоньков, отчего каждый цветок казался белоснежным и безупречным, словно вырезанный из тончайшего нефрита. Му Ю не знала, сколько деревьев растет в этом саду. Шаг за шагом она углублялась в рощу помпело, и конца этому краю не было видно.
Когда подул ветер, лепестки полетели вниз, увлекая за собой легкий аромат, который проникал прямо в нос. На ветвях висело множество светящихся в темноте табличек с загаданными желаниями; раскачиваясь на ветру, они издавали хрустальный звон, похожий на перезвон колокольчиков.
Му Ю остановилась у дерева поменьше, и изящная табличка упала ей на лаждонь. При свете фонарей, струящемся с ветвей, она увидела несколько размашистых, исполненных силы иероглифов: «Молю о благополучии Юй».
Это был почерк Инь Мо. Он был очень занят на работе, а подобные вещи не делаются в одночасье.
Му Ю оглянулась:
— Когда ты это сделал?
Инь Мо подошел ближе:
— Три года назад здесь поблизости развивали один проект. Я приезжал на разведку и случайно обнаружил, что эта почва идеально подходит для фруктовых деревьев, поэтому и посадил целую рощу помпело. В этом году они зацветают впервые. Чжэн Линь сказал, что девушкам нравится романтика и им нужно чувство безопасности, а я ведь всё еще задолчал тебе настоящее признание, вот я и вспомнил об этом месте. Я знаю, что цветы помпело символизируют горечь, но из них вырастают сладкие плоды. Точно так же и мы с тобой: даже если в прошлом из-за каких-то причин было горько, сейчас наши сердца все равно бьются вместе, а наша дальнейшая жизнь будет сладкой, и мы с тобой обязательно обретем полноту чувств и счастье.
Глядя на цветущие под звездными огоньками деревья, он обнял Му Ю за талию:
— Я дарю тебе не просто цветы, я дарю тебе целое дерево.
Его плавный подбородок чуть опустился, а преисполненный чувств взгляд устремился на нее. Черные, глубокие зрачки, освещенные светом, казались двумя зажженными лампадами, в которых отражалась ее изящная фигурка:
— Юю, я буду любить тебя всю оставшуюся жизнь.
Это был первый раз, когда Инь Мо говорил ей подобное — с абсолютно серьезным, весомым отношением. Раньше ей в снах бесчисленные разы виделись подобные сцены, но, просыпаясь, она обнаруживала, что ничего не произошло; в памяти оставалось лишь то, как бессердечно и холодно он оттолкнул ее тогда, сказав: «Ты слишком мала». Она едва не поверила всерьез, что между ними больше никогда ничего не будет.
Подушечкой пальца Инь Мо смахнул влагу с уголка ее глаз:
— Я же хотел сделать тебе приятно, чего ты плачешь?
— Я не плачу, — упрямо заявила Му Ю. — Просто здесь ветер немного сильный, стоит мне замерзнуть, как в носу начинает щипать.
Она повернулась к открывающемуся на сад пейзажу и с напускным спокойствием произнесла:
— Прошло три года, и они зацвели впервые, еще не факт, что в этом году завяжутся сладкие плоды.
— Тогда будем ждать не спеша, непременно настанет день, когда будет урожай.
Инь Мо обнял ее со спины, легонько касаясь подбородком ее уха, и тихо прошептал:
— Когда настанет день и появятся плоды, смогу ли я отведать помпело?
На мгновение тело Му Ю застыло, и она заерзала:
— Это твой сад, у меня-то спрашиваешь? К тому же, будут ли плоды сладкими или горькими, сейчас еще бабушка надвое сказала.
— Я дарю его тебе, отныне это твой сад. Но то, о чем я только что спрашивал... — улыбаясь, Инь Мо прижал ее еще крепче. — Это помпело у меня на руках.
Его губы едва ощутимо скользнули по ее чувствительной мочке уха, и, почувствовав, как сжалась от испуга девочка в его объятиях, он тихонько рассмеялся, намеренно понизив голос до дразнящих ноток:
— Я уже пробовал, очень сладкое.
Он всё больше терял всякий стыд! Му Ю в тот же миг вспыхнула от смущения и злости и изо всех сил оттолкнула его.
В следующее мгновение он снова подался вперед, прижав ее к стволу дерева помпело. Му Ю не успела защититься и в изумлении широко раскрыла глаза. Ее спина прижалась к коре, дерево качнулось, и несколько белоснежных лепестков порхнули вниз, опустившись на плечо черного свитера стоявшего перед ней мужчины.
При свете огней его мужественное, решительное лицо, а бледная кожа казались необычайно мягкими. Губы идеальной полноты отчетливо очерчивали исключительно соблазновую форму. Глядя на Му Ю, он небрежно растянул уголки губ в улыбке:
— Пусть сегодняшнее море цветов помпело послужит моим ритуалом признания и ухаживания за тобой. Но скажи, сколько времени ты собираешься заставлять меня добиваться тебя?
Му Ю моргнула:
— Разве на это можно назвать конкретный срок?
— А разве нельзя?
— Конечно, нельзя! Ты ухаживаешь за мной всего день, а уже спешишь спрашивать про сроки, совсем нет терпения. Если бы я каждому в нашей школе, кто за мной ухаживает, называла срок, сколько бы парней у меня уже было?
— Я не они.
Инь Мо подумал немного и стал торговаться с ней:
— У нас ведь близкие отношения, может, сделаешь для меня исключение и назовешь срок?
— Срок? — взгляд Му Ю легко качнулся. Кончиками пальцев она закрутила упавший на плечо Инь Мо лепесток и, сосредоточившись на секунду, озорно приподняла брови. — Ну тогда давай подождем, пока это дерево принесет сладкие плоды. Как тебе такое?
Инь Мо:
— Ты же только что говорила, что здешние деревья в этом году могут и не дать плодов.
Му Ю невинно пожала плечами:
— Так можно подождать и следующего года. Если в следующем не получится — есть еще через год.
— Ладно, времени у меня навалом, хоть всю жизнь буду добиваться.
Инь Мо наклонился, приблизив лицо к ее щеке:
— Просто боюсь, что ты сама не выдержишь.
Его тонкие губы находились очень близко, дыхание обжигало кожу, и от этого трепетное сердце Му Ю снова забилось сильнее.
Не дожидаясь ответа, Инь Мо взял ее за руку:
— Пойдем, отвезу тебя еще в одно место.
Выйдя из сада помпело, Инь Мо открыл багажник машины — внутри лежал воздушный змей. Змей был выполнен с изяществом: на нем были нарисованы черная собака и помпело — точно так же, как татуировка, которую она разрабатывала раньше. Материал оказался флуоресцентным, и в темноте ночи он мерцал нежно-голубым светом.
Му Ю радостно приняла его:
— Мы будем запускать воздушного змея?
Инь Мо ответил:
— Вообще-то я хотел запустить для тебя небесный фонарик, но потом подумал, что это небезопасно. Воздушный змей тоже позволяет загадывать желания, эффект абсолютно такой же.
— Желания? — Му Ю с подозрением оглядела змея в руках. Помимо рисунка, на нем красовалась короткая надпись: «Инь Мо любит только Му Ю».
Сладость разлилась по ее сердцу, но вслух она произнесла:
— Разве это можно назвать желанием?
— Это клятва, — Инь Мо посмотрел на нее. — Я пущу этого змея ввысь, и небеса увидят мою искренность, глядишь, и помогут мне добиться тебя быстрее.
Губы Му Ю изогнулись, пальцем она погладила выбившиеся со лба прядки волос и тихонько пробормотала:
— Просить небеса — лучше бы попросила меня.
Она вдруг перевела взгляд на Инь Мо:
— У тебя есть ручка? У меня тоже есть одно желание.
Инь Мо достал из машины ручку и протянул ей. На глазах у него Му Ю добавила снизу еще одну строчку:
m (сердечко) y.
Указывая на написанное, она пояснила Инь Мо:
— my — это сокращение от моего имени. Я имею в виду, что хочу, чтобы Му Ю всегда была любима.
Инь Мо посмотрел на эти иероглифы и некоторое время изучал ее полуулыбкой, никак не прокомментировав.
Они нашли просторную лужайку и вдвоем запустили змея в небо. Сегодня стояла прекрасная погода, дул очень мягкий ветерок. Му Ю стравливала леску, глядя, как змей взмывает вверх и парит высоко в выси, и от этого на душе у нее стало просторнее.
Змей поднимался всё выше, а его синеватое свечение висело на фоне чернильного небосвода, напоминая медленно скользящую падающую звезду.
У Му Ю заболела шея смотреть вверх, и она просто легла на траву под ногами. Трава оказалась мягкой, обзор — намного шире. Вокруг царила тишина, и ей казалось, будто она слышит ночное пение птиц и журчание воды. Ветер шевелил ветви деревьев, принося легкий аромат цветов помпело, а леска воздушного змея в ее руке чуть подрагивала.
Инь Мо лег рядом с ней и многозначительно спросил:
— То предложение, что ты написала только что, действительно означает то, о чем ты сказала?
Му Ю слегка приостановила руку, державшую леску, и ответила:
— А иначе?
Опираясь локтем на траву, он лежал на боку, подперев голову:
— my может быть сокращением не только от имени Му Ю, но и от «Му Ю» и «Инь Мо».
Инь Мо любит только Му Ю.
m (сердечко) y.
Инь Мо задумчиво произнес, устремив глубокий взгляд на ее утонченное лицо:
— Мне кажется, твоя фраза означает: Му Ю тоже любит Инь Мо.
У Му Ю дрогнула рука, и леска, зажатая между пальцами, сорвалась вслед за уносимым ветром змеем, улетая всё выше. Обеспокоенная, она попыталась протянуть руку, чтобы схватить ее, но было уже поздно — в руке ничего не осталось.
Видя, что змей улетает всё дальше, Му Ю рассердилась и толкнула его:
— Сам виноват! Заговорил со мной в такой момент, и змей улетел.
— Когда запускаешь змея и загадываешь желание, его нужно отпустить до конца, только тогда желание сбудется. — Инь Мо перехватил катушку из ее рук. — Я изначально не собирался фиксировать веревку, сегодня мы должны были его отпустить.
Указательным пальцем он легонько ткнул ее в щеку:
— Ты так и не ответила, имела ли ты в виду то, о чем я сказал?
Покраснев, Му Ю отнекалась:
— Ничего подобного я не имела в виду, это ты просто самовлюбленный.
— Да? — Инь Мо улыбнулся и резко перевернулся, прижав ее к траве. — А по-моему, именно это.
Их поза была двусмысленной, а его красивое лицо находилось на расстоянии вытянутой руки. В этом поместье жило много людей, ухаживающих за садом помпело — если кто-нибудь увидит их в таком положении, что делать?
Грудь Му Ю вздымалась, она легонько толкнула его:
— Встань же.
Инь Мо перехватил ее непослушные изящные руки, и в тусклом лунном свете его взгляд упал на ее губы. Кадык медленно качнулся дважды, и он мягко спросил:
— Поцелуешь?
— ...Даже не добившись меня, хочешь целоваться?
— Считай, что взял у тебя в кредит, потом верну.
Му Ю позабавили его слова:
— А каковы проценты?
— Буду готовить для тебя вкусняшки, и еще... — Инь Мо замолчал на пару секунд и, прижавшись губами к ее уху, медленно произнес. — Ты сможешь целовать меня в любой момент.
Только стихли эти слова, как она внезапно клюнула его в уголок губ. Мягкие и теплые губы коснулись его и тут же отстранились.
Ошеломленно глядя на нее, он замер. Му Ю несколько раз хлопнула ресницами и спросила:
— В любой момент целовать тебя — это значит вот так?
Инь Мо почувствовал, как струны его сердца тронуты ею, и в глубине души поднялось неукротимое желание. В его потемневших глазах забурлила сдерживаемая страсть. Властным движением зафиксировав ее подбородок, он обрушил на нее глубокий поцелуй, запечатлев его на ее розовых губах, всасывая и покусывая.
Сначала нежный, поцелуй постепенно становился все более властным: кончик языка раздвинул ее зубы, и натиск стал яростным. Му Ю сама не заметила, как обвила его шею руками, закрывая глаза и отвечая на его нежность.
Долгое время спустя мужчина отпустил ее. Му Ю, у которой губы онемели от поцелуя, даже не обращала на это внимания, жадно глотая воздух, будто задыхаясь — еще чуть-чуть, и он бы зацеловал ее до смерти.
Инь Мо подушечкой пальца стер с ее губ влажный манящий след и с улыбкой посмотрел на нее:
— Даже дышать не умеешь, впредь придется больше тренироваться.
Он перевернулся и снова лег на спину, подложив обе руки под голову, и уставился на чудесное ночное небо наверху:
— Тебе здесь нравится?
Му Ю кивнула:
— Угу.
Инь Мо скосил на нее взгляд:
— Я планирую построить здесь виллу. Когда ты выпустишься, она станет нашим свадебным домом. Хотя от центра города далековато, зато в праздники и выходные мы сможем приезжать сюда пожить.
— Мгм, — улыбнулась Му Ю.
Лунный свет, словно легкая вуаль, тонко лег вокруг поместья, струясь в изумрудной траве. Находясь здесь, весь мир вокруг успокоился, и остались лишь стуки их сердец в унисон. Му Ю закрыла глаза, наслаждаясь этим редким теплом.
***
По дороге на машине обратно в центр города зазвонил телефон Инь Мо — звонил двоюродный брат Инь Суй. Му Ю помогла ему ответить и включила громкую связь.
Чистый, мягкий мужской голос разнесся по салону:
— Дедушка говорит, в эти каникулы ты не планируешь возвращаться в Чангуань?
Держась за руль, Инь Мо замолк на секунду:
— Посмотрим по обстоятельствам.
Инь Суй произнес:
— Если есть время, все же приезжай навестить их. С тех пор как вы расписались, дедушка с бабушкой так и не видели внучку и всё это время ждали. Еще несколько дней назад они суетились, велели прибрать для вас комнату, а сегодня накрыли целый стол еды и ждали вас весь день. Ты вдруг решил не ехать — вслух-то они ничего не скажут, но на душе им неизбежно станет грустно.
— Угу, я понял.
После сброса вызова в салоне воцарилась тишина. Му Ю повернула голову:
— До конца каникул еще четыре дня, может, поедем завтра?
Инь Мо бросил на нее взгляд боковым зрением:
— Разве ты не не хотела ехать в Чангуань?
— То было раньше, тогда я думала, что ты меня не любишь... В общем, теперь я хочу поехать, — Му Ю прикусила губу. — Они твои дедушка с бабушкой, я должна их навестить.
Инь Мо усмехнулся:
— Как скажешь.
Вернувшись в квартиру и припарковавшись в гараже, Инь Мо достал телефон и набрал номер госпожи Инь. Прошло всего два гудка, как вызов сбросили. Поняв, что старушка дуется, Инь Мо перезвонил снова.
На сей раз трубку сняли быстро, и голос бабушки прозвучал недовольно:
— В чем дело? Я не хочу с тобой разговаривать, даю тебе всего минуту.
— Вот как... — Инь Мо подумал немного. — Но что делать, если твоя внучка хочет с тобой поговорить?
— Правда? — голос бабушки мгновенно стал мягким и ласковым. — Юю до сих пор не спит так поздно?
Му Ю взяла телефон Инь Мо и с улыбкой ответила:
— Бабушка, мы с Инь Мо договорились приехать завтра навестить Вас с дедушкой.
Старушка отнеслась к этому скептически:
— Разве тот парень Инь Мо не говорил, что занят на работе? Сможет ли приехать?
— Сможет! — поспешно заверила Му Ю. — Он больше не занят, всё, что нужно, сделал сегодня, завтра у него выходной.
Она кивком показала на находившегося рядом Инь Мо.
Инь Мо подхватил:
— Бабушка, завтра мы приедем.
— Ладно, ну тогда договорились, — голос бабушки стал намного радостнее. — Да, захватите-ка с собой свидетельство о браке, я ведь его еще не видела.
Инь Мо рассмеялся:
— Разве я не отправлял вам фотографии?
— Разве можно смотреть только на фотографии? Я хочу настоящее увидеть.
Закончив об этом, бабушка принялась расспрашивать Му Ю о ее кулинарных предпочтениях, с радостью собираясь всё записать. Инь Мо назвал пару блюд, и только тогда бабушка осталась довольна и повесила трубку.
Вернувшись домой и переобувшись, Му Ю сказала:
— Разве не было бы лучше приехать завтра без предупреждения и сделать им сюрприз? А сейчас ты позвонил, и бабушка снова начнет суетиться.
Инь Мо ответил:
— Сказать заранее — значит обрадовать их. Появится предвкушение, а хлопоты принесут радость. В доме есть прислуга, она не переутомится. Если бы я не позвонил сегодня, боюсь, она бы во сне меня ругала.
Подумав, Му Ю согласилась, а затем вспомнив что-то, произнесла:
— Бабушка велела привезти свидетельство о браке, а где оно вообще лежит?
После регистрации брака Инь Мо убрал свидетельство о браке подальше — документы их обоих хранил он. Тогда он сказал, что раз она в университете, носить их с собой неудобно, поэтому он спрячет их у себя. С тех пор Му Ю больше никогда не видела их свидетельство о браке.
Припомнив это сейчас, Инь Мо замолчал на секунду:
— Время позднее, давай сначала отдохнем, а завтра перед отъездом я его достану и возьму.
— Достань сейчас, я хочу посмотреть.
Свидетельство об их браке — Му Ю даже толком не любовалась им. Теперь же, когда их отношения изменились и настроение стало другим, ей вдруг захотелось достать его и взглянуть.
Инь Мо замялся и еще раз переспросил:
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...