Обернувшись к Цзя Яню, Чэнь Лянь увидел, что от его былой ярости не осталось и следа. Тот преспокойно сидел на стуле и с деланно-серьезным видом листал какую-то книгу.
Лицо Чэнь Ляня потемнело.
Значит, вы тут просто спектакль передо мной разыграли?!
Он, скрипя зубами, обвёл взглядом остальных. Чу Вэй, заложив руки за спину и напустив на себя вид умудренного жизнью начальника, подошел к нему и покровительственно произнес:— Эх, Сяо Чэнь... Это ведь организация дает тебе шанс проявить себя, закалить характер! Ты должен подойти к делу со всей ответственностью.
— Вот посмотри на заместителя командира Цзя. Пусть в школе он звезд с неба не хватал и из 750 возможных баллов на вступительных экзаменах набрал всего 250, но даже став Воином и покинув стены школы, он не забросил учебу! Сидит, книжки читает! Какое выдающееся качество!
— Вот твой пример для подражания!
— Только так можно расти, развиваться и стать по-настоящему выдающимся солдатом!
Чу Вэй подошел к Цзя Яню, взял книгу с его стола и посмотрел на обложку:— «Счастливая планета»? Это еще что за литература?
Цзя Янь вырвал книгу из его рук и возмутился:— Чу Вэй, твою мать! Когда это я 250 баллов набрал?! Ты что, прямо при мне клевету разводишь?
Чу Вэй на секунду опешил, а затем с виноватым видом ответил:— Глядя на твою реакцию, я уж было подумал, что и впрямь ошибся. Думаешь, я не знаю, что ты набрал 248 баллов?
Цзя Янь задумался. Вся его праведная ярость мигом испарилась. Он, честно говоря, уже и забыл, сколько баллов набрал на тех экзаменах больше десяти лет назад, и просто огрызнулся по привычке. Но после слов Чу Вэя память вдруг услужливо подкинула цифру.
Кажется, и правда 248.
Какая неловкость.
Но Цзя Янь всё равно продолжал упрямиться:— Ну 248 же, а не 250! И вообще, откуда ты знаешь мои баллы? Ты что, мое личное дело читал?! Я тебе заявляю: это нарушение дисциплины! Я могу доложить на тебя начальству!
Но Чу Вэя это ничуть не смутило:— Давай, докладывай! Я буду только за, если по всему военному округу пройдет рассылка о том, что я, Чу Вэй, злостно распространял информацию о 248 баллах товарища Цзя Яня, за что и получил выговор!
— Да хватит вам! — не выдержав, вмешался Чэнь Лянь. Разговор ушел в какие-то дебри, за десять тысяч километров от сути. — Мы вообще-то решаем, кто будет писать рапорт об операции!
Стоило ему это сказать, как на экране в зале для совещаний мгновенно высветилось видео: Чэнь Лянь закрывает рот Линь Яню и громко, с чувством заявляет:— Рапорт об операции напишу я!
Видео встало на паузу.
Бу Вэньсин тут же вскочил со стула и скомандовал:— Аплодисменты товарищу Чэнь Ляню!
Зал взорвался бурными овациями.
Чэнь Лянь лишился дара речи. Да они против него все тридцать шесть стратагем применили!
Ничего не скажешь, сплоченный коллектив!
— Ладно, ладно, напишу я ваш рапорт! Вот же свора жуликов!
Услышав это, Линь Янь радостно заулыбался:— Сяо Чэнь, я в тебя верю! А я пойду навещу друзей, вечером вернусь проведать тебя!
И с этими словами мгновенно испарился.
Только пятки засверкали!
И дело было не в том, что братья не ценили дружбу. Просто Лю Минсюань установил жесткое требование к рапорту — не менее десяти тысяч слов! Кто такое вообще выдержит?!
Даже ослы на плантациях у писателей-фантастов так не пашут!
Линь Янь связался по тактическим часам с Ван Бином и Вэй Синьжанем и пригласил их на ужин.
Встретившись, он повел их прямиком в столовую.
— Эй, ты сказал, что угощаешь, и привел нас в столовую?!
— Тут же вообще платить не надо!
Ван Бин остановился у дверей столовой, наотрез отказываясь заходить.
Линь Янь усмехнулся:— Товарищ младший лейтенант, вот тут вы неправы. У вас явно не хватает идейной сознательности!
Увидев, как Ван Бин закатил глаза, Линь Янь сменил тон на более серьезный:— У нас же не увольнительная, как я вас в ресторан поведу? Не через забор же лезть.
— Потом, всё потом! Запишу на свой счет, идет?
Ван Бин хихикнул:— Смотри, сам сказал! Чтоб без отговорок потом!
Линь Янь хлопнул себя по груди:— Ты за кого меня держишь? Я теперь Воин! У меня боевой дух через край бьет, неужто я вам зажму какой-то ужин?!
Вэй Синьжань потащил обоих внутрь:— Ладно-ладно, поняли мы, какой ты крутой. Пошли уже, а то даже столовской еды горячей не достанется.
Поужинав, троица вышла на улицу. Небо еще не стемнело, и они не спеша шли по территории базы, болтая обо всем на свете.
Внезапно им навстречу вышла девушка.
Длинные волосы были собраны в аккуратный, строгий хвост. Утонченные черты лица, изящная фигура — в военной форме она выглядела еще более эффектно и решительно.
Проходящие мимо солдаты то и дело бросали на неё восхищенные взгляды.
Не доходя до них пары метров, она остановилась. Её чистый и ясный, как у оленёнка, взгляд остановился на Линь Яне. С легким удивлением в голосе она произнесла:— Ой, Линь Янь.
— А ты как здесь оказался?
Ван Бин и Вэй Синьжань на мгновение замерли, а затем с недоумением перевели взгляд на Линь Яня.
Это еще кто?
Глаза Линь Яня слегка блеснули. В груди шевельнулось какое-то странное, необъяснимое чувство, и он, мягко улыбнувшись, ответил:— Давно не виделись.
Эту девушку звали Вэнь Чжиань.
Для прежнего «Линь Яня» она была особенным человеком.
Кем-то вроде девушки из прекрасного сна.
В то время Линь Янь учился в первой старшей школе района Шэнъань в Тяньцзине. В первом семестре третьего года обучения Вэнь Чжиань из-за перевода отца по службе тоже перевелась в эту школу и попала в его класс.
Тогда Вэнь Чжиань, с её неземной красотой, изысканными манерами и превосходным талантом, мгновенно оказалась в центре всеобщего внимания, словно луна в окружении звезд.
Еще до выпускных экзаменов она успешно сдала тест на Кандидата в Воины.
Для понимания: за всю историю первой школы таких случаев было всего два или три.
В свои шестнадцать-семнадцать лет, в пору кипучей юности, то ли из-за дуновения летнего ветра и беспокойного сердца, то ли из-за одной её светлой улыбки, а может, из-за ярко-красного банта в волосах... сейчас уже не вспомнить, но «Линь Янь» очень быстро проникся к ней особыми чувствами.
Он никогда не был забитым или стеснительным парнем, но рядом с такой ослепительной девушкой невольно чувствовал себя неуверенно.
Поэтому его симпатия оставалась чистой и безмолвной.
Он усердно учился и изо всех сил тренировался в боевых искусствах.
Ведь чтобы побороть чувство собственной неполноценности, нельзя отступать — нужно тянуться к её свету.
После выпускных экзаменов их результаты оказались превосходными. «Линь Янь» надеялся, что они вместе поступят в Национальный университет обороны. Но в день подачи заявлений она не пришла. И после экзаменов он больше никогда её не видел.
От подруг Вэнь Чжиань он узнал, что её отец — известный в стране биолог, работающий в армейских структурах. Семья настояла на том, чтобы она пошла в армию и обучалась в лаборатории под руководством отца.
В тех воспоминаниях, что достались Линь Яню от прошлого владельца, не было глубокого отчаяния или убитой горем скорби. Скорее — лишь тихая, искренняя грусть.
Время шло, и юношеская влюбленность постепенно отпустила его.
Но когда во время летних каникул Ван Бин предложил отправиться на практику в армию, Линь Янь, обычно не проявлявший энтузиазма к подобным затеям, вдруг вспомнил о ней и без долгих раздумий согласился.
Возможно, он и не искал встречи.
Но в глубине души всё же тосковал.
И вот, совершенно случайно, их пути пересеклись здесь.
Нынешний Линь Янь не унаследовал чувств своего предшественника и не испытывал к стоящей перед ним девушке ни любви, ни восхищения. Но эта внезапно ворвавшаяся в его жизнь история из прошлого заставила его слегка растеряться.
Девушка улыбнулась в ответ:— И правда, давно.
— Но ты ведь должен сейчас учиться на первом курсе? Что ты здесь делаешь?
Линь Янь ответил:— Решил пораньше прочувствовать атмосферу армии и реального поля боя. Когда начнутся занятия, вернусь в университет.
Наблюдая за их беседой, Ван Бин так и просиял. Его мужская интуиция безошибочно подсказала: здесь кроется грандиозная сплетня! В голове уже начал складываться сюжет для целой молодежной мелодрамы.
Решив, что стоять молча больше нельзя, он вдруг выдал:— Линь Янь, ты что, реально собираешься возвращаться к учебе? Ты же уже Воин! Тебе самое место в армии, здесь из тебя сделают настоящего мастера!
В этих словах была доля истины: многие так и поступали. Тот же Лю Минсюань был ярким примером, хотя без сдачи университетских экзаменов диплом не выдавали.
Но Линь Яня от этих слов чуть не пробило на смех. Этот самый Ван Бин раньше все уши ему прожужжал о том, что, став Воином, нужно обязательно покрасоваться в университете, иначе весь смысл пропадает.
Линь Янь прекрасно понимал, к чему клонит Ван Бин. И надо же было ему додуматься до такого маневра!
И расчет оказался верным.
Вэнь Чжиань с удивлением посмотрела на него:— Ты уже стал Воином?

Комментарии

Загрузка...