— Святая?
Пока я пристально смотрела на окно состояния, Рина рядом удивлённо спросила. Ах, сначала нужно закрыть его.
— А, прости. Я вдруг подумала о госпоже Лумиэле, и на душе стало тяжело...
Я сделала вид, что промокаю глаза платком, и лицо Рины стало сочувственным.
— Хозяин тоже старается, так что скоро её доброе имя будет восстановлено. Не расстраивайтесь так.
— Спасибо, Рина.
— Не за что.
Едва Рина вышла, я снова повернулась к окну состояния. За это время появилось ещё одно всплывающее окно.
[Хотите просмотреть список священных реликвий?]
Я нажала "подтвердить", и появился длинный список. Я прокручивала его, проверяя одну за другой.
Зелье правды, заставляющее говорить только истину, медаль мученика, предотвращающая смерть, песочные часы раскаяния, способные отмотать время...
«Песочные часы раскаяния? Может, они связаны с возвращением Юстиции?»
Заинтригованная, я нажала на них, но разочаровалась. Допустимый диапазон возврата составлял максимум шесть часов.
«А, тут ещё есть конфета, превращающая во взрослого».
Рядом с названием реликвии было написано "вычитается 5% шкалы". У других реликвий тоже. Бесплатного сыра не бывает.
«В прошлый раз мне дали воспользоваться этой функцией заранее? Это было любезно».
Степень вычета шкалы различалась, и была одна ужасающая реликвия, стоящая целых 100%. Если бы я сгоряча скупила всё, то растеряла бы все накопленные очки и ушла в минус.
Неужели они хотят сделать меня должником и удержать в этом мире?
«Ни за что не куплю».
Я только посмотрю. Твёрдо решив, я продолжила листать бесконечный список.
— ...Пропала.
Так я и не заметила, как за окном поднялось солнце.
Вздох, в итоге я не спала всю ночь. От навалившейся усталости я растерялась, но тут взгляд зацепился за одну реликвию в списке.
[Зелье от усталости ‒ рекомендуется тем, кто не спал всю ночь. Вы почувствуете себя так, будто спали 14 часов.]
...Купить, что ли?
Всё тело было тяжёлым, и я на мгновение заколебалась, но тут же покачала головой. Нельзя поддаваться на такую дьявольскую рекламу! Соберись. Береги шкалу.
— Святая, у вас ужасно бледный вид.
Когда я с трудом поднялась, Нора, увидев моё лицо, забеспокоилась.
— Может, сегодня отдохнёте? Вы ведь с самого приезда ни дня не пропустили, ходили в трущобы. Боюсь, вы слишком себя перегружаете.
— Что за глупости. Я в порядке. Совершенно здорова.
— Паладин Касандро, увидев вас сейчас, непременно сказал бы отдохнуть.
— Почему ты вспоминаешь того, кого здесь нет?
— Тогда я скажу за него. Думаю, вам стоит сегодня отдохнуть.
К нам присоединился даже заместитель командира паладинов Леоне. Он серьёзно посоветовал:
— Если вы будете перенапрягаться, не восстановив силы после дороги, это непременно плохо кончится.
— Ох... Ничего не поделаешь. Хорошо.
Спасибо, что сказали это, паладин.
Я украдкой взглянула на окно шкалы, которая поднялась на 0,1%.
Поскольку Юстиция слушалась только тогда, когда её останавливали окружающие, отдыхать было непросто. Конечно, на самом деле отдыхать я не собиралась. Впервые за долгое время я оставалась в замке днём, и у меня было дело.
— Ох, Святая. Вы очень плохо выглядите.
Например, столкнуться с виконтом Бирелли, слоняясь по коридору.
— Разве вам не нужно отдыхать? Цвет лица нехорош.
Похоже, раз я несколько дней только занималась благотворительностью и не приближалась к нему, он немного ослабил бдительность. Я неловко улыбнулась:
— Мне уже все уши прожужжали. Сегодня мне даже стыдно, но я решила отдохнуть.
— Какой стыд. Человеку тоже нужно отдыхать, иначе можно заболеть.
— Но просто сидеть в замке не в моём вкусе.
— Хм, если так, может, сегодня пообедаете со мной? И заодно осмотрите замок Бирелли.
— Вы лично, виконт?
— Вы всё-таки гостья моего замка, а я до сих пор пренебрегал вами, полагаясь на то, что вы заняты.
Что ж, вместо того чтобы позволить мне одной бродить и вынюхивать, лучше держать меня под присмотром.
— Если вы так обо мне заботитесь, мне будет неловко...
— Вовсе нет. А, как раз время обеда. Прошу сюда.
Я села напротив виконта Бирелли в столовой. Стол был большим, он уступил мне главное место и сам сел напротив. Благодаря этому расстояние между нами стало довольно большим ‒ выражения лиц почти не видно.
Хотя это был не ужин, а обед, блюда подали роскошные. Настолько, что трудно было поверить, что в Бирелли в этом году неурожай.
«То, что Рина обмолвилась, видимо, было правдой. Жители поместья голодают, а он один так хорошо ест».
Конечно, внешне я не показывала негодования, а лишь хвалила его гостеприимство.
— Такое щедрое угощение. Я не знаю, куда себя деть.
— Не стесняйтесь, кушайте, ха-ха. Заодно и я попробую хорошую еду.
Виконт Бирелли в целом был весёлым человеком, отчего иногда казался даже несерьёзным. В разговоре, который он вёл, я осторожно перевела тему на серьёзное.
— Вообще-то я слышала от брата. Что вы, виконт, приютили и заботились о госпоже Кассини.
— А, значит, вы слышали.
Он ответил беззаботно.
— У меня есть доказательства невиновности госпожи. Я собираюсь вскоре собрать их и представить в Главный храм.
— А нет ли среди слуг кого-то, кто был близок с госпожой? Было бы хорошо, если бы они тоже дали показания.
— Конечно, есть. Если хотите, можете с ними встретиться.
— Не нужно. Я просто хотела, чтобы доброе имя госпожи Лумиэлы было восстановлено.
На все вопросы он отвечал без запинки. Словно всё было тщательно подготовлено.
«Такими темпами не узнаешь, действительно ли Лумиэла жила в замке Бирелли».
Я перевела разговор, чтобы разрядить обстановку и унять его настороженность:
— Кстати, я видела, вы держите в саду собаку. Давно вы её завели?
— А, да. В этом году ей уже двадцать лет.
На его лице отразилась гордость собаковода. Я ярко улыбнулась и похвалила:
— Должно быть, госпоже Лумиэле было очень приятно проводить время в этом замке. Она ведь любит собак.
— Да, она очень любила Лупо. Всё время просила, чтобы ей разрешили его покормить.
Я использовала детектор лжи.
[Это ложь.]
Я не удивилась. Ведь Лумиэла боится собак.
— Интересно, была ли эта собака здесь, когда госпожа Лумиэла жила тут? Ей, должно быть, было тяжело. Как же она боялась.
Когда я впервые приехала в замок Бирелли, Нора, увидев огромного пса, спущенного с поводка в саду, сказала мне об этом. Я спросила, о чём она, и Нора, будто удивляясь, что я не помню, объяснила жестами:
— Госпожу Кассини в детстве укусила собака. Поэтому, даже когда у Святой была возможность завести щенка, герцог запретил, сказав, что госпожа будет бояться, когда вернётся.
Вот оно что. Я не помнила, но, видимо, так и было.
«Лумиэла никогда не показывала этого, так что я не знала».
В светском обществе Скалии предпочитают кошек, а не собак, так что Лумиэла и не сталкивалась с ними. Это была информация, которую нельзя было узнать, не наблюдая за Лумиэлой с детства.
Проблема была в том, что оставалось неясным: действительно ли Лумиэла жила здесь в жестоком обращении или же она сговорилась с виконтом Бирелли и устроила всё это.
Конечно, первое казалось более вероятным. Но, зная, что Лумиэла ‒ демонопоклонница, нельзя было исключать и второе.
«Даже появление виконта Бирелли и упоминание о её службе в качестве служанки могли быть частью замысла».
Если близкая служанка раскроет несчастливое прошлое Лумиэлы, к ней хлынет сочувствие. Это легко скроет подозрения вокруг неё.
Зачем нужно было спасать Лумиэлу от кризиса...
«Подожди».
Если Лумиэла вернулась внезапно, чтобы распространить демонический культ в Скалии? В прошлый раз, после смерти Юстиции, она исчезла, словно добившись цели.
«Значит, есть некто, кто хочет использовать Лумиэлу для распространения культа».
Он приютил Лумиэлу, сделал её демонопоклонницей и устроил всё это. Чтобы проверить эту гипотезу, сначала нужно было выяснить, является ли виконт демонопоклонником.
Я сделала серьезное лицо и сказала:
— Вы лжёте мне.
— Что? Что вы...
— Госпожа Лумиэла боится собак. В детстве её чуть не укусила собака.
Лицо виконта Бирелли, сохранявшее спокойствие, окаменело.

Комментарии

Загрузка...