— Вы не устали так долго притворяться образцовой парой?
Услышав холодный вопрос Чэнь Ши, Гу И с недовольством обернулся.
— Гу И, можно задать тебе вопрос? Когда именно вы начали здесь дежурить?
— Пришли после восьми. А что? — Гу И ответил грубо; он уже успел мысленно возложить всю вину за исчезновение Хэ Аньци на Чэнь Ши.
Гу И расстался с Хэ Аньци примерно в половине второго дня. С того момента прошло почти семь часов, и за всё это время он вряд ли заходил в лабиринт. Так чем же он занимался эти восемь часов?
— А что ты делал с обеда до восьми вечера? — продолжал допытываться Чэнь Ши. Хотя вопрос казался лишь попыткой восстановить хронологию событий, цель была очевидна.
— Я устал и пошел спать, это тебя каким-то образом касается? — В голосе Гу И послышалась неуверенность, но он всё равно попытался принять вид оскорбленной невинности. — Я проспал до шести с лишним, перекусил, пришел сюда, а Аньци уже нет. Как раз встретил господина Е, и мы до восьми искали её повсюду.
Гу И бросил взгляд на Е Вэя, призывая его помочь с объяснениями, и это было именно то, чего ждал Чэнь Ши.
— Господин Е, — Чэнь Ши повернулся к нему, — а чем вы занимались весь сегодняшний день?
— Да ничем особенным. Проспал до самого обеда, потом захотел прогуляться и пришел сюда. — Е Вэй лгал, даже не моргнув глазом, сохраняя невозмутимый вид. — Сейчас главное — найти человека, а у вас еще есть время рассуждать, искренне ли любят друг друга эти двое?
— Главное — найти человека? Ха! — Чэнь Ши усмехнулся и сделал шаг вперед, встав с Гу И лицом к лицу. Их глаза разделяло не более десяти сантиметров. — На самом деле, господин Гу, вы хотите, чтобы ваша невеста никогда не вернулась, не так ли?
— Что ты такое несешь!
Лицо Гу И помрачнело, и он с силой толкнул Чэнь Ши:
— Я переживаю за Аньци больше всех! Ты, главный виновник, вместо того чтобы помогать в поисках, сеешь раздор. Каковы твои истинные намерения?!
— И правда, каковы же они? — Е Вэй тоже перевел стрелки на Чэнь Ши. — Кто знает, не возникло ли у него дурных замыслов в таком замкнутом пространстве, как лабиринт? Может, он нарочно тянет время, чтобы мы не нашли там никаких улик?
Видя, что даже в такой критический момент у Е Вэя и Гу И хватает сил спорить о подобных пустяках, Чэнь Ши лишь укрепился в своих подозрениях.
— Я не хочу отвечать на эти вопросы. Меня интересует лишь одно: Е Вэй, почему ты солгал? И Гу И, почему ты не разоблачил его ложь?
Чэнь Ши указал в сторону Тайного сада:
— Я прекрасно помню, как встретил там вас с девушкой, и вы сказали, что незадолго до моего прихода были вместе с Е Вэем. Тогда Хэ Аньци еще перебила тебя, не дав договорить. Это значит, что у вас троих есть какой-то тайный план, о котором я не должен знать.
Заметив, как побледнели Гу И и Е Вэй, Чэнь Ши продолжил:
— Впрочем, мне это неинтересно. Я лишь озвучиваю то, что видел и слышал. Вы с Хэ Аньци пришли еще до того, как я спустился вниз. Потом А-Лай привел нас, а следом подошли Чжэн Жун, Бай Чу и Фу Канбо. Мы встретили вас как раз перед тем, как обе группы разошлись, и тогда ты сам сказал мне, что до этого был с Е Вэем. Значит, Е Вэй, ты мог спуститься только вместе с ними, после десяти.
Чэнь Ши впился взглядом в Е Вэя и, выдержав паузу, холодно произнес:
— Говори. Почему ты солгал?
Видя, что Е Вэй молчит, Чэнь Ши понял, что его слова достигли цели:
— Не хочешь говорить? Тогда я скажу за тебя. Гу И, Хэ Аньци и Е Вэй — вы трое еще до встречи со мной подготовили план против других игроков. Более того, Е Вэй, ты составил для них двоих два индивидуальных плана, как избавиться друг от друга. Я прав? Впрочем, можешь не отвечать.
Чэнь Ши вытащил из кармана бумажку — ту самую, с надписью Правда или действие, которую ему подсунули перед началом турнира воскрешения.
— Это специальная бумага, не каждый такой пользуется. Впервые я увидел ее в автобусе, когда ты сказал, что Хэ Аньци — твоя девушка: у нее в руках был блокнот именно с такой бумагой. Второй раз — эта записка у меня. Хэ Аньци не участвовала в турнире, значит, передать мне ее мог только ты. А в третий раз я увидел такую же бумагу у Е Вэя, как только вышел из лабиринта. И тогда я понял, что всё гораздо сложнее.
Чэнь Ши шагнул вперед и, несмотря на попытки Е Вэя прикрыть карман, вытащил скомканный листок. Он медленно развернул его перед глазами Гу И. На бумаге было написано всего одно предложение: Когда он поднимется наверх, остальное предоставлю тебе.
— Такой изящный почерк, вряд ли это писали вы двое, — Чэнь Ши холодно посмотрел на Гу И. — Я так и знал: те, кто добровольно согласился прийти на эту игру, не могут быть святыми. Я даже могу догадаться, в чем заключался ваш план. Сначала Хэ Аньци и Е Вэй договорились, что после спуска вместе с Гу И вы найдете способ отправить его наверх и там устранить.
Чэнь Ши усмехнулся:
— Но ты, Е Вэй, слишком хитер. Ты прекрасно понимал, что без полной уверенности рисковать нельзя. Если человек не обязателен к устранению, ты не хочешь марать руки — пускай живет. Тем более, у него лишь грубая сила, никаких талантов, а если держать его на крючке, он может пригодиться. Поэтому твоя истинная цель — не Гу И, а мы с Хэ Аньци. С самого первого раунда ты приметил меня и начал действовать против, потому что знал: мы с тобой в состоянии непримиримой вражды.
— Ваш план заключался в том, чтобы заманить меня в лабиринт, не дать вернуться в комнату в срок и тем самым исключить из игры. Чтобы Хэ Аньци работала на тебя, ты наверняка дал ей гарантии. Например, сказал, что если всё время сворачивать направо, то легко выйдешь из лабиринта?
Чэнь Ши лукаво улыбнулся:
— Когда мы шли вместе, она целенаправленно вела меня направо. Но после того как мы разделились, я просил ее оставлять метки из ткани на развилках, чего она не сделала. Тогда я понял, что меня водят за нос! Но я не переживал, ведь дурачили не только меня. Лабиринт сложен, но, постоянно сворачивая направо, она ходила кругами. Она так долго была там, пытаясь запереть меня, что не заметила, как сама ходит по кругу. Вот почему она до сих пор не появилась. И всё это было частью вашего с Е Вэем плана. В твоем сценарии, Е Вэй, Хэ Аньци не должна была выйти вовсе, а я — не успеть в срок. Избавиться от двух конкурентов — это как раз в твоем духе.
Чэнь Ши был так уверен в своих выводах, потому что Вэнь Нуань, представляя игроков, упоминала, что Гу И и Хэ Аньци не только одноклассники и сокурсники, но и дети старых друзей, чьи семьи владеют собственным бизнесом. Так что причина, которую Гу И озвучил в начале — заработать денег на свадьбу, — была полной ложью. Их истинная цель — избавиться друг от друга.
Они были близки со школы, в университете начали встречаться, и вот уже одиннадцать лет идут к свадьбе. За эти годы было всякое: и первая влюбленность, и страсть, и бесконечное давление семей, заставлявшее их оставаться вместе, даже когда они хотели расстаться. В этой игре долги можно вернуть, но только если другой человек не вернется никогда, вторая сторона обретет покой.
— Не знаю, довольны ли вы моими выводами? — Чэнь Ши не стал договаривать до конца, ведь, кроме А-Лая, посторонних не было, и все всё понимали. — Гу И, если хочешь и дальше поддерживать иллюзию счастливой пары, жди ее здесь. Я возвращаюсь отдыхать. Я всё это высказал, потому что не хочу нести ответственность за чужие интриги. То, что Хэ Аньци не вышла оттуда, не имеет ко мне никакого отношения.
Чэнь Ши произнес это четко, по слогам, бросил холодный взгляд на Е Вэя и ушел.
Намерения Е Вэя были очевидны: он притворялся, что помогает Гу И избавиться от Хэ Аньци, и в то же время обещал Хэ Аньци помочь устранить Гу И. Кто бы из них ни остался, он будет полностью в его власти. К тому же, используя Хэ Аньци, чтобы заманить Чэнь Ши в лабиринт, он мог поссорить его с Гу И. Ведь после турнира воскрешения стало ясно: в лагере Е Вэя остались только он и Бай Чу, а остальные — на стороне Чэнь Ши. Если бы всё удалось, Чэнь Ши лишился бы союзника, а тот, кто выжил бы, перешел бы в лагерь Е Вэя.
Когда Чэнь Ши на фуникулере вернулся к главному корпусу, Вэнь Нуань бросилась к нему, словно обезумев:
— Брат, ты наконец вернулся! Где А-Лай? Случилось страшное!
Случилось страшное?!
— Хорошо ли тебе спалось все эти годы?
Тело Бай Чу содрогнулось. Услышав этот голос, она поняла: всё кончено. Если бы она была внимательнее в машине по пути сюда и заметила, что он тоже едет, она бы сбежала при первой же возможности.
Голос принадлежал Фу Канбо. Прошло два года, и он сильно изменился. При виде Бай Чу в нем всколыхнулись чувства, смесь любви и ненависти, которую не понять никому другому.
— Куда подевались твои соседи по комнате?
Голос Фу Канбо был таким же бархатистым и нежным, но в нем слышалась осторожность — будто он обращается не к человеку, а к хрупкому фарфору, который может разбиться от любого громкого звука. Но если бы кто-то оказался рядом, он бы ощутил гнетущую, леденящую кровь атмосферу. В глазах Фу Канбо пылала такая ненависть, словно он готов был растерзать стоящую перед ним женщину, а затем стереть ее в порошок.
— Они... скоро вернутся...
С каждым шагом Фу Канбо Бай Чу отступала назад. Прошло всего десять секунд, и она оказалась прижата к окну.
— Правда? Только не вздумай мне лгать, — Фу Канбо наклонился к самому ее уху и прошептал низким голосом: — Тогда давай побеседуем о старых временах, пока они не вернулись.

Комментарии

Загрузка...