Чжан Нин просидел на земле около десяти минут, пока силы и энергия не восстановились. Спустившись под нависшую глыбу, он с предельной осторожностью срезал созревший горец многоцветковый (хэ-шоу-у) и дикий линчжи.
Уложив добычу в бамбуковую корзину, он по пеньковой веревке взобрался обратно на дорогу. Оказавшись наверху, Чжан Нин первым делом огляделся по сторонам, проверяя, не заметил ли кто-нибудь его странных перемещений.
Убедившись, что поблизости никого нет, он смотал веревку и зашагал в сторону дома.
Завершение этого дела принесло ему огромное облегчение, а недавние тревоги и заботы мгновенно улетучились, оставив лишь приятное чувство удовлетворения.
Провозившись весь день, Чжан Нин тщательно вымылся и решил как следует отдохнуть. Лежа на кровати, он снял с шеи Драконью яшму и принялся задумчиво поглаживать её. Тот нежный голос из видений всё еще эхом отдавался в его сознании.
На следующее утро Чжан Нину позвонил У Яохуэй, руководитель из строительной компании «Тяньи». Он сообщил, что план строительства и договор уже подготовлены и ждут только его подписи.
Чжан Нин был приятно удивлен. «Тяньи» не зря считалась крупной организацией — их эффективность поражала.
Около полудня У Яохуэй снова прибыл в деревню Байшуй. Устроившись в доме Чжан Нина, он разложил перед ним документы.
Внимательно изучив бумаги, Чжан Нин с улыбкой обратился к гостю:
— Господин У, давайте работать по вашему плану. Сумма контракта меня устраивает, но я хотел бы уточнить: как скоро мы сможем приступить к делу?
— Никаких проблем. Уже сегодня после полудня мы начнем укреплять обрушившийся участок дороги. Как только закончим с армированием и подпорками, на объект зайдут экскаваторы, — кивнул У Яохуэй, потирая подбородок с серьезным видом.
— Отлично, на том и порешим, — Чжан Нин бросил последний взгляд на пункт о стоимости работ — триста шестьдесят тысяч юаней — и уверенно поставил свою подпись.
— Господин Чжан Нин, рад сотрудничеству! — У Яохуэй протянул ему одну копию договора, а вторую убрал в папку.
После короткой беседы У Яохуэй собрался уходить, чтобы заняться организацией процесса. Чжан Нин вежливо вручил ему пакет со свежими мандаринами. Тот не стал отказываться и с благодарностью принял угощение.
Дела пошли в гору. В течение следующих нескольких дней Чжан Нин наблюдал, как метр за метром восстанавливается разрушенный склон.
Когда в деревню въехали экскаваторы и началась активная фаза работ, весть об этом мгновенно разлетелась по всей округе. Жители деревни Байшуй только и обсуждали поступок Чжан Нина, и в его адрес неслось лишь восхищение.
На окраине деревни собралась толпа. Пришли даже все члены сельского комитета во главе со старостой.
— Нин-эр, ну ты теперь и знаменитость! Вся деревня тобой гордится! — радостно восклицали сельчане, обступив юношу и наблюдая за тем, как тяжелая техника заезжает на участок.
— Молодец, Нин! Вот достроим дорогу, купим в деревню трактор и будем ездить в поселок на рынок, больше не придется ноги бить!
Даже Чжан Цзяньлинь, отец Чжан Сяомэй, стоял неподалеку и без умолку расхваливал парня:
— Эх, Нин-эр, какой же ты всё-таки способный вырос!
Чжан Сяоцзюнь, стоявший рядом с сыном, при этих словах помрачнел и резко бросил:
— Хе-хе, и кто это у нас тут заговорил? Кто это раньше воротил нос от моего сына? Какой теперь прок от этих слов?
— Ваша Сяомэй ведь тоже неплохо устроилась, верно? Живет в доме мажора, целыми днями ничего не делает, только и ждет, когда её выставят за дверь. Правда, говорят, этот парень с ней не особо церемонится — то бьет, то кроет матом. А недавно она и вовсе в новости попала... Ну, тот случай у входа в отель, когда она голышом бегала! — Чжан Нин холодно усмехнулся. У него не осталось ни капли симпатии к семейству Чжан Сяомэй.
— Э-э... Ну... Я поговорю с ней на досуге. Девчонка еще молодая, глупая, жизни не знает! — неловко выдавил Чжан Цзяньлинь, натянуто улыбаясь.
— Не стоит, дядя Цзяньлинь. Ваша дочка не горит желанием смотреть на меня, простого фермера, так что и нужды в разговорах нет, — Чжан Нин усмехнулся. Ему и даром не нужна была такая женщина.
Сейчас вокруг него хватало красавиц. Даже если не брать в расчет У Ин, та же Чжао Тун, которая вечно к нему липла, была в сто крат лучше Чжан Сяомэй.
— Это...
— Цзяньлинь, замолчи уже. Нашему Нину твоя Сяомэй и даром не сдалась, — отрезал Чжан Сяоцзюнь, холодно глядя на соседа.
Лицо Чжан Цзяньлиня стало пунцовым от стыда, он готов был сквозь землю провалиться.
В этот день Чжан Сяоцзюнь и Лю Цуйлань наконец-то смогли расправить плечи и вздохнуть полной грудью. Вся деревня смотрела на их семью с нескрываемой завистью.
Три экскаватора работали одновременно, расширяя дорогу на въезде в деревню с трех до десяти метров. Участок длиной в два километра планировали подготовить за пару дней.
У Яохуэй лично руководил процессом, постоянно отдавая указания рабочим. Чжан Нин, видя такое рвение, был очень доволен.
Однако в глубине души он всё еще надеялся, что деревня Ванцзя тоже согласится на строительство. Нужно было выкроить время и наведаться в их сельский комитет, чтобы всё как следует обсудить.
Простояв у дороги довольно долго, жители Байшуй начали понемногу расходиться. Чжан Сяоцзюнь и Лю Цуйлань тоже отправились работать в поле.
Спустя некоторое время после начала работ Чжан Нин заметил мототакси, медленно приближающееся к деревне.
На заднем сиденье сидел мужчина средних лет в строгом деловом костюме. На местного он явно не походил.
Когда мотоцикл остановился прямо у дома Чжан Нина, тот наконец узнал пассажира. Это был Ван Цзянье, глава корпорации «Ван», у которого Чжан Нин несколько дней назад изгнал из тела ядовитых насекомых.
Чжан Нин замер в изумлении. Неужели Ван Цзянье приехал в эту глушь специально, чтобы найти его?
Мужчина слез с мотоцикла, достал стоюаневую купюру и протянул водителю, жестом показав, что сдачи не нужно.
— Хе-хе, сразу видно — богатый человек. Слушай, парень, а когда это в деревне Байшуй начали дороги строить? — водитель мототакси, довольно пряча деньги, с любопытством огляделся.
— Совсем недавно, — коротко бросил Чжан Нин.
Когда мотоциклист уехал, Чжан Нин перевел взгляд на гостя:
— Господин Ван, вы, богатейший человек уезда Сусянь, какими судьбами в наших краях?
— Ты ведь Чжан Нин? Я слышал, это ты меня исцелил. Приехал сегодня специально, чтобы лично тебя поблагодарить, — Ван Цзянье мягко улыбнулся, и в его голосе действительно слышалась искренняя признательность.
Хотя Чжан Нин терпеть не мог его сына, Ван Вэйи, к самому Ван Цзянье у него предубеждений не было. Выслушав гостя, он вежливо пригласил его в дом.
— Господин Ван, прошу, проходите внутрь.
Ван Цзянье вошел в скромное жилище Чжан Нина. Он осматривался вокруг с удивительным спокойствием, но в его глазах то и дело проскальзывала тень каких-то воспоминаний.
Казалось, эта обстановка пробудила в нем былые чувства. Возможно, у Ван Цзянье была своя история, связанная с подобными местами, но Чжан Нин понимал: такой человек вряд ли приехал бы сюда только ради слов благодарности.

Комментарии

Загрузка...