Мозг Ягю мгновенно закипел. Среди всей информации, которой она владела, самым пугающим в Песне Поцелуя были способность к скверне, заражению и поглощению страха ради усиления собственного потенциала.
В самой игре не существовало понятия пробуждения для Песне Поцелуя — её способность к заражению успокаивалась, стоило ей только достигнуть определённого предела.
Помимо этого, ключевым моментом оставалось то, что Песнь Поцелуя испытывала определённую степень признания к тем, кто был способен рассеять пелену иллюзий.
Что же до этой степени признания... если в игре ещё можно было разглядеть хоть какие-то намеки, то сейчас система не наделила её подобным функционалом.
Она понятия не имела, каков же уровень признания Песни Поцелуя к ней!
Да и уровень пробуждения — он ведь уже добрался до половины...
Ягю ощутила жуткую головную боль. Было стойкое ощущение, что на этот раз она действительно облажается, ведь в стратегиях Управляющего не нашлось способа справиться с подобной ситуацией.
Ягю мысленно произнесла: «Похоже, остаётся только сыграть на удачу. Если в этот раз я завалюсь — значит, так тому и быть. Раз не можешь чего-то сделать, то и не сделаешь».
О мир, не вини меня в том, что я тебя не спасла, Управляющий вынужден прибегнуть к этой крайней мере.
Ягю успокоила бушующие в груди эмоции и, не оглядываясь, двинулась с места.
Истинный облик парка развлечений проявился прямо у неё на глазах. Если раньше здесь ещё чувствовалась лёгкая атмосфера веселья, то теперь парк походил на заброшенные руины после апокалипсиса.
Изуродованное колесо обозрения, израненная пятнами земля — трудно было представить, что это то же самое место, где она находилась совсем недавно.
Кроме того, людей в парке стало значительно меньше. Ягю уже ничему не удивлялась: если бы здесь толпилось столько народу, как по телевизору, уровень пробуждения давно бы подскочил до ста процентов.
Разве тогда понадобилось бы вмешательство Управляющего? Конец света стал бы самым логичным исходом.
Ягю постепенно продвигалась в самую глубь парка развлечений — именно оттуда исходил эпицентр заражения Песни Поцелуя.
Наблюдая за рассередоточенной толпой, Ягю быстро определила, где именно кроется истинная сущность Песни Поцелуя.
Только самая глубина парка соответвала условиям, которые она вычислила.
Заражённые люди бесцельно бродили на месте. Если бы Ягю не рассеяла пелену иллюзий, её ждала бы «честь» пополнить их ряды.
Продвигаясь вперёд, она вскоре достигла намеченной цели.
Здесь парил чистый сгусток света — настолько белоснежный, будто в нём собралась вся чистота этого мира.
Ягю знала, что это лишь иллюзия. Песна Поцелуя не имела постоянной формы и являла свой истинный облик лишь тем, кто заслужил её признание.
Сердце Ягю охватили сомнения. Она взглянула на собственную руку, ведя внутреннюю борьбу, и уже через несколько секунд крепко сжала зубы, подумав про себя: «Провал так провал. Если не рискнуть, как узнать, получится ли у меня?»
Выбирать приходилось лишь между смертью и успехом.
Ягю быстро осознала результат своего решения: едва её рука коснулась светового сгустка, как тот постепенно сузился, превратился в ожерелье и обвился вокруг её шеи.
На пустующей прежде шее Ягю появился кулон в виде перевёрнутого креста.
Она глубоко вздохнула — к счастью, её расчёты оказались верными.
В одно мгновение блуждавшие здесь люди обрели прежний осмысленный взгляд.
Они хватались руками за головы, пытаясь сообразить, как их вообще занесло в это место, но как бы ни напрягали память, полностью забыли причину своего появления здесь.
Ягю охватило чувство огромного облегчения: хорошо, что она разрушила иллюзию, иначе бы погибла вот так, совершенно ничего не понимая...
Ягю подумала: «Как же это тяжело...»
—
Дальнейшее развитие событий обошлось без особых сложностей, поскольку все явившиеся в парк напрочь забыли, зачем они сюда пришли.
Сталкнувшись друг с другом лицом к лицу, они придерживались единой версии, не обладая никакой полезной информацией.
Все они утверждали, что не помнят ни причины своего визита, ни даже самого момента прибытия, поэтому обитатели парка сочли случившееся массовым лунатизмом.
Ягю не стала выходить к ним и открывать правду. Если бы она заговорила об этом, проблем бы только прибавилось, а навлекать неприятности на свою голову вовсе не входило в планы Управляющего.
К счастью, этот инцидент всё же принёс Управляющему кое-какую пользу: помимо высококлассного украшения, удалось выяснить, как именно следует обустраивать по-настоящему классный дом с привидениями.
Всякая иллюзия зовётся таковой потому, что способна являть людям то, чего они жаждут сильнее всего на свете.
Управляющий возжелал денег, и иллюзия явила ему парк развлечений с колоссальным потоком посетителей. Хорошо, что Управляющий не поддался на уловки иллюзии, иначе бы давно погиб.
Не стоит думать, что Ягю справилась так легко — на самом деле, стоило оступиться хоть на шаг, и всё рухнуло бы в пропасть.
Стоит вспомнить, как из-за влияния иллюзии Ягю не могла разглядеть даже подсказки системы.
Это наглядно показывает, какова была её мощь. Пелена воздействовала на куда более глубокие материи, обладая способностью ослеплять даже саму душу.
Для того, чья проницательность, духовная сила и сила воли недостаточно высоки, это обернулось бы немыслимой катастрофой.
И уж тем более речь шла об иллюзии с усиленным уровнем пробуждения. Если бы Ягю не раскусила всё вовремя и оперативно, последующий удар пелены оказался бы куда страшнее.
Быть может, Ягю вообразила бы, будто взлетела на вершину жизни: бесконечные отпуска, подчинённые — сплошные гении, берущие на себя любые заботы Управляющего, избавляя того от малейших тревог.
При одной мысли об этом Ягю расплывалась в довольной улыбке. Вот оно — настоящее счастье, вот к чему так долго стремился Управляющий!
Если подумать, то ежедневная скромная зарплата в реальности и работа в качестве Управляющего Корпорации «Лоботомия» — кажется, не такая уж плохая вещь, в конце концов, всегда есть шанс на повышение...
—
Управляющий вернулся в корпорацию и погрузился в привычные будни, в то же время Ягю параллельно занималась другим важным делом.
Назойливая тревога временно утихла, и Ягю воспользовалась этой передышкой, чтобы ответить на звонок.
— Алло, здравствуйте, что-то случилось? — Управляющий был занят: она проверяла, не осталась ли на объекте какая-нибудь незамеченная угроза — стоит упустить её из виду, как недосмотр обернётся второй тревогой.
— Ты забыла о нашей сделке? По условиям договора, ты должна была прибыть в назначенное место ещё вчера.
Мы ждали тебя достаточно долго, а твой телефон всё это время был недоступен. Ты вообще собираешься продолжать сотрудничество с нами или нет?
Рука Ягю, сжимавшая телефон, слегка расслабилась. При упоминании этого вопроса она вдруг вспомнила, что у неё действительно была назначена вторая сделка с Винзаводом.
Вот только вчера Управляющий была донельзя загружена делами, непрерывно разгребая последствия беспорядков.
Она не смыкала глаз ни весь вчерашний день, ни всю прошлую ночь, и лишь с поступлением этого звонка вспомнила о существовании данной сделки.
Впрочем... голос у собеседника на этот раз был совсем другим. Голос Джина она помнила отчётливо — ледяной, лишённый подобных интонаций.
Этот голос тоже звучал холодно и отстранённо, но в сравнении с Джином, чей тон при каждом звонке так и норовил кого-нибудь прикончить, собеседник звучал куда мягче.
От человека, звонившего на этот раз, у Ягю возникло странное ощущение фальши: казалось, его истинный характер вовсе не соответствовал тому образу, что транслировал голос.
Ягю подумала: «Ладно, не стоит ломать голову над этим. Кто бы ни проводил сделку, ей нужны лишь деньги».
Сменился связной — и ладно, лишь бы получить деньги, остальное не имеет значения.
— Хорошо, я поняла. Последнее время я была слишком занята делами компании, работала сверхурочно,
из-за чего и вылетело из головы время нашей сделки. Согласно договорённости, я отправлю вам небольшой бонус в знак извинения, надеюсь, вы не станете разрывать контракт с нашей корпорацией.
Амуро Тору прислушивался к голосу на том конце провода. В нём сквозила глубокая усталость — похоже, собеседница и впрямь с головой ушла в работу, раз умудрилась забыть о сроках сделки.
Будь он в своём обычном амплуа, он, возможно, проявил бы сочувствие и не стал бы давить, но проблема заключалась в том, что сейчас он выступал в роли агента общественной безопасности под прикрытием, фальшивого мафиози по прозвищу Бурбон.
— О? Корпорация L совсем не дорожит сделками с нами?
— Что вы такое говорите, как мы можем не ценить сотрудничество с Винзаводом?
Как ваш партнёр, признаю, это целиком моя оплошность. Но прошу, забудьте об инцидентe ради причитающегося бонуса. Полагаю, наше партнёрство может продолжиться на долгосрочной основе.
Ягю попыталась аккуратно заболтать собеседника, одновременно ожидая ответа и не сводя глаз с монитора, пока наконец не раздался голос, заставивший её вновь сосредоточиться на разговоре.
— На первый раз прощаю, мисс Ягю. Итак, где на этот раз пройдёт наша сделка?
— Местом встречи станет...
Закончив передавать детали, Ягю воспользовалась трансляцией по внутренней связи, чтобы отдать ряд распоряжений, после чего сразу же отправилась выполнять следующие задачи.
—
Возле уединённого переулка стояла машина — на этот раз Ягю отправилась в путь не на такси, а за рулём собственного транспорта.
Два огромных мешка с золотыми монетами, полученные в прошлый раз, Ягю перевела в наличные средства, ведь деньги существуют для того, чтобы их тратить.
— Я уж думал, вы снова опоздаете, мисс Ягю, я жду здесь уже довольно давно.
Ягю ответила: — До назначенного времени ещё полчаса, а я держу своё слово. Итак, приступим к сделке. Товар в багажнике.
В этот раз Винзавод оформлял лишь небольшой заказ.
Если же говорить о причинах отказа от оптовых закупок, то, выражаясь словами босса Винзавода:
пока истинные возможности этой компании до конца не изучены, слишком стабильные торговые отношения не принесут организации никакой пользы — даже несмотря на превосходное качество оружия корпорации L.
Амуро Тору скрытным взглядом окинул Ягю с ног до головы: строгий белый халат, хрупкая фигура — со стороны она больше походила на научного сотрудника...
Он никак не отреагировал на её колкости.
Точнее говоря, правильнее было бы сказать — ему было всё равно?
Амуро Тору знал, что в организации имелась партия особого вооружения. Каждый, кому довелось испытать его в деле, отзывался о нём исключительно восторженно, нахваливая невероятно удобный баланс и эргономику.
Стоило взять в руку подобный ствол, как появлялась абсолютная уверенность: даже самая далёкая и недосягаемая цель будет поражена без промаха.
Будучи агентом под прикрытием, Амуро Тору просто не мог оставлять подобные вещи без внимания. Если бы боевая мощь Винзавода возросла ещё сильнее...

Комментарии

Загрузка...