Время стремительно текло, и вскоре пошёл уже второй год с тех пор, как Алон спас Ютию и начал регулярно писать ей письма.
— Этого... Я тоже сумел спасти, господин...
— О, — Алон выслушал добрые вести от Эвана. — Ты отправил его в приют?
— Да, это уже пятый по счёту.
Услышав слова Эвана, Алон кивнул. За прошедший год Алону удалось успешно спасти три Греха.
«Спасение Греха Жадности правдо было задачкой не из лёгких».
Третий спасённый Грех — ныне известный под именем Линнэ Грофф — было трудно отыскать, но само спасение не составило особого труда. То же самое касалось и остальных Грехов. На поиски каждого уходило по несколько месяцев, но благодаря тому, что Алон усердно использовал свои игровые знания, направляя Эвана, все они были найдены.
Посмотрев на рыцаря, который весь последний год носился повсюду, спасая Пять Великих Грехов, Алон торжественно произнёс:
— Теперь можешь отдохнуть.
— Это были все?
— Это все.
— Какое облегчение, — Эван от радости выдохнул и взглянул на Алона. — Кхм, молодой господин, но разве вы не рады?
— Конечно, я очень рад.
— По вам так не скажешь.
— Неужели?
Услышав замечание Эвана, Алон повернулся к зеркалу. На него смотрело лицо, к которому он уже успел привыкнуть.
«И впрямь...»
У человека, отражённого в зеркале, было совершенно пустое выражение лица. Нет, при ближайшем рассмотрении можно было заметить, что уголки его губ были слегка приподняты. Вот только это изменение было настолько незначительным, что его было трудно заметить, если не вглядываться.
Алон попытался заставить себя улыбнуться, но остановился, когда увидел, что его лицо, обычно вполне сносное, теперь стало пугающе странным.
«Видимо мои лицевые мышцы всё ещё не адаптировались к этому телу».
В отличие от прошлой жизни, когда его эмоции были чётко видны, теперь лицо Алона редко что-либо выражало. Даже если оно и менялось, то перемены были крайне незначительными.
«Не то чтобы это плохо».
Конечно, он не придавал этому особого значения. То, что его эмоции не проявлялись внешне, было проблемой нисколько для него, сколько для тех, кто с ним взаимодействовал.
Алона же это ничуть не беспокоило.
«В любом случае, всё свои намеченные планы я уже выполнил».
Алон улыбнулся, вспомнив о пяти потенциальных Грехах, которых он собрал в приюте.
«Не ожидал, что всё пойдёт так гладко».
У Пяти Великих Грехов были все причины стать монстрами, которыми они стали в игре. И как бы ни старался Алон, он не мог уберечь их от всех несчастий ещё до того, как те произойдут.
Иными словами, единственное, что по-настоящему беспокоило Алона — это то, что он не успеет спасти Грехов, пока те окончательно не потеряют веру.
Но, вопреки его опасениям, все пятеро уже росли обычными детьми.
— Эван.
— Да.
— Когда ты в прошлый раз посещал приют, ты ведь сказал, что никаких проблем не заметил?
— Согласно моей проверке, даже Линнэ и Сольран, которые были в ужасном состоянии до прибытия в приют, вернулись в относительную норму.
— Неужели?
— Да. Когда я только спас Сольран, она была похожа на сломанную куклу... Ничего не делала и просто сидела неподвижно. Но в приюте она отлично со всеми поладила. Точно так же и Линнэ — когда я впервые нашёл ее, она постоянно держала глаза закрытыми, будто не желала ничего видеть, но когда навещал приют недавно, она уже с интересом читала книгу.
Выслушав отчёт Эвана, Алон кивнул. Содержание доклада совпадало с тем, что писала в своих письмах Ютия.
«Я и не ожидал, что Ютия справится так хорошо!»
Изначально Алон оставил её в приюте не только для того, чтобы держать на расстоянии, но и потому, что в сюжете была установка, согласно которой она была привязана к этому месту.
Однако он не был полностью уверен в том, что Ютия позаботится и об остальных детях. Поэтому Алон планировал отправить Эвана проверить обстановку и, если потребуется, вмешаться.
«Но теперь в этом нет нужды».
Алон улыбнулся. Всё прошло даже лучше, чем он ожидал, и благодаря усилиям Ютии ему оставалось сделать лишь одно.
«Развить навыки самообороны хотя бы на базовом уровне».
Разумеется, будучи третьим сыном графа Палатио, его жизни вряд ли что-то угрожало, даже если бы он не предпринимал особых действий.
К тому же, рядом с ним был Эван. Но, учитывая, что этот мир был основан на тёмном фэнтези, обладать хоть какой-то способностью защитить себя было жизненно необходимо. Он всерьёз подумывал об изучении магии.
— О, кстати, вы слышали о «Голубой Луне», молодой господин?
Пока он размышлял об этом, вопрос Эвана вернул Алона в реальность.
— «Голубая Луна»?
— Да, это организация, ставшая в последнее время известной в восточных регионах. По слухам, они охотятся на другие группировки.
— Это что, организация, которая охотится на другие организации?
— Именно так.
— Ну, значит, они делают благое дело, — вяло отозвался Алон, уже полностью адаптировавшись к миру тёмного фэнтези.
Если бы «Голубая луна» вырезала мирных жителей, это стало бы поводом для беспокойства.
«Но если они охотятся на другие организации — это совсем другое дело».
В конце концов, на этом континенте Алон не видел и не слышал ни об одной организации, деятельность которой так или иначе не была бы связана со смертью.
Если они охотились на тех, кто играет человеческими жизнями, не было особых причин относиться к ним негативно, поэтому Алон просто ответил соответствующим образом.
— Проблема в том, что они убивают и дворян.
— Эван.
— Да, молодой господин?
— С сегодняшнего дня будешь спать в соседней комнате, поближе ко мне.
Решительно приказал Алон, услышав уточнение Эвана.
«Учитывая, что организация "Голубая луна" не упоминалась в оригинальной истории, вполне вероятно, что они исчезнут до начала основных событий. Но... если подумать, Лео в последнее время в плохом настроении. Может быть, это из-за них?»
Пока Алон размышлял об этом, он пожал плечами и начал писать ответное письмо на то, которое получил вчера от Ютии.
— Хм...
Как обычно, её письмо содержало стандартное содержание: приветствие, краткий отчёт о состоянии тех, о ком Алон просил позаботиться, и список спонсоров.
Проверив это, он подумал о том, чтобы упомянуть организацию «Голубая луна», о которой ему только что рассказал Эван, но решил этого не делать.
«Голубая луна», возможно, и вела охоту на организации и дворян, но они никогда не делали своей целью приюты, полные детей.
По обыкновению, Алон закончил письмо и отправил его через гильдию наемников.
Это был будничный день.
Спустя несколько недель в приюте восточного региона.
Во время планового собрания, которое стало проводиться еженедельно после официального начала деятельности, Ютия читала письмо, присланное Алоном.
— Это письмо от него? Дай мне почитать! Я тоже! Тоже хочу!
— И мне. Хочу ознакомиться.
Одна девочка с энтузиазмом замахала, а другая, сидевшая напротив неё, тихо подняла свою руку, пока Ютия читала послание.
Даже в тускло освещённом убежище золотистые и зелёные глаза девочек ярко поблёскивали. Ими были Сольран и Линнэ, будущие Грехи Гордыни и Жадности соответственно.
— Держите.
— Правда? Мне правда можно взглянуть? В прошлый раз ты мне не дала!
— Самое время это сделать.
Ютия с улыбкой протянула письмо. Сольран и Линнэ вместе с Деусом, который до этого молча наблюдал со стороны, с любопытством уставились в текст.
Спустя некоторое время...
— ...Это что... приказ такой?
— А мне кажется, просто обычный разговор...
Дети выразили замешательство, перечитывая лежащее перед ними письмо. В нём не было ничего, кроме обыденных разговоров о повседневных делах.
Деус в поисках объяснений посмотрел на Ютию и та, улыбнувшись, пояснила:
— Так оно и должно выглядеть. Он с самого начала велел мне писать так, чтобы это выглядело как обычный разговор.
Затем Ютия достала слегка поношенное письмо и показала им. Содержание было простым: оно начиналось с непринужденного приветствия и плавно переходило к предложению регулярно обмениваться письмами о приюте.
— ? — Сольран и Линнэ нахмурились в недоумении.
Но Деус, видимо, поняв истинный смысл послания, произнёс:
— Это потому, что он не хочет утечки секретов и поэтому обменивается письмами таким образом?
— Верно.
— Понятно, — мальчик кивнул в знак согласия, затем взглянул на Сольран и Линнэ, которые всё еще не отрывались от письма. — Если он беспокоится об утечке, не лучше ли использовать магическую связь? Да и мы могли бы доложить ему что-то лично...
— Верно.
— Тогда почему он настаивает именно на письмах?
— Потому что такова его воля.
Ютия улыбнулась и добавила:
— Если он решил сделать именно так, мы подчинимся. Нет нужды сомневаться и размышлять об этом.
От этих слов у Деуса пересохло во рту.
Обычно Ютия всегда была ко всему равнодушна, но когда она говорила о нём, в её голосе звучала такая глубокая, пугающая убеждённость, что у него по коже пробегали мурашки.
— ...Понял.
Деус тихо кивнул, глядя в её алые глаза, которые теперь поблескивали фанатичным огнём.
После этого Ютия собрала письма, которые раздала участникам, и бережно спрятала их, ознаменовав завершение «собрания».
— Сольран, что насчет севера?
— Ты о работорговцах?
— Да.
В ответ на вопрос Ютии Сольран лучезарно улыбнулась.
— Я со всеми разобралась.
— А твоя личность?
— Меня не раскрыли! Одежда, которую сделала Линнэ, кажется, отлично работает. Я устроила им викторину: сказала, что оставлю в живых, если они смогут точно описать моё лицо, но никто не ответи-и-ил.
— И что потом?
— Каждому головы оторвала, хи-хи!
Её слова звучали запредельно жестоко для такого жизнерадостного смеха, но Ютия лишь спокойно перевела взгляд на Деуса.
— А что на юге?
— «Авалон» предпринимал какие-то действия, так что я прибрал за ними. И пока был там, нашёл ещё кое-что... Нам стоит это обсудить.
— Что именно?
— Главой «Авалона» является старший сын графа, в чьем поместье он проживает, верно?
Ютия молча кивнула на вопрос Деуса. Однако...
— ...Похоже, старший сын пытается его отравить.
Как только он это произнёс:
— Что?
Атмосфера мгновенно застыла. Сольран, которая ещё мгновение назад лучезарно улыбалась, прижала уши и нервно огляделась, а Линнэ тихо наблюдавшая со стороны, отвела взгляд.
Единственным, кто мог смотреть Ютии прямо в глаза, был Деус, ожидавший подобной реакции. Но даже у него по спине пробежал холодок, когда он ощутил волну жажды крови. Она была куда более мощнее, чем он предполагал.
Спустя короткое время...
— Ты уверен?
— Там был лист с инструкциями.
— Ты принёс его?
— Да.
Деус вытащил письмо из-за пазухи, словно только этого момента и ждал.
Не моргая, Ютия тут же прочитала послание:
«Как только граф, чей срок уже на исходе, испустит дух, тихо отрави того бастарда и избавься от трупа».
Прочтя последнюю строку, она произнесла:
— Ясно.
Ютия крепко сжала лист с приказом.
— Значит, это правда, — негромко пробормотала девочка с леденящим душу взглядом.

Комментарии

Загрузка...