157. Почему он такой сильный? (1)
Глаза духа — врожденный дар Фильде, величайшей волшебницы среди эльфов Грейнифа, — позволяли ей видеть души всего сущего в этом мире.
От самых ничтожных созданий до могущественных существ.
Абсолютно каждую душу, которой, само собой, обладало любое живое творение.
Но даже так, она никогда не придавала особого значения своему благословению.
Во-первых, она не была некромантом, повелевающим душами или черной магией.
Во-вторых, созерцание чужих душ попросту не вызывало у нее интереса.
По сути своей, «души» хоть и отличались друг от друга в зависимости от человека, эти различия никогда не бросались в глаза.
Душа оставалась всего лишь душой.
Разве что в далеком детстве ей довелось узреть уникальные души богов и Внешних богов, но те отличались лишь потому, что были божествами. Души же обычных живых существ походили друг на друга как две капли воды.
И все же Фильде не смогла сдержать изумления, когда взглянула на душу маркиза Палатио.
И причина крылась в том, что...
Сама душа маркиза Палатио была поразительно похожа на те божественные души, что она видела в глубокой древности.
— ...
Это была не привычная голубая сфера, а душа, окрашенная в едва уловимый, но отчетливый золотой цвет. Подобное было абсолютно невозможно встретить у простого смертного.
Ведь золотое сияние души означало лишь одно: это существо либо невероятно близко к божественности, либо само является богом.
Но была и еще одна причина, повергшая ее в шок.
«...Душа не соответствует телу».
Душа маркиза Палатио совершенно не подходила его физической оболочке.
Фильде никогда прежде не сталкивалась с подобным. Как она и говорила Периону, любая душа идеально сливается со своим телом.
Однако душа маркиза Палатио, хоть внешне и казалась единой с телом, на деле таковой не являлась. Иными словами, душа, пребывающая сейчас в теле маркиза, принадлежала вовсе не ему, а кому-то другому.
Осознав это, Фильде ощутила, как в ее голове вихрем закружились бесчисленные вопросы.
И первым делом в памяти всплыл голос Периона, утверждавшего, что маркиз Палатио может быть первородным эльфом.
«...Неужели это правда?»
До этого момента Фильде не слишком верила словам Периона. Она согласилась прийти и взглянуть на маркиза лишь ради того, чтобы ненадолго сбежать из удушливого Грейнифа и развеяться. Мысль о том, что маркиз Палатио действительно может оказаться «первородным эльфом», даже не укладывалась у нее в голове.
Но сейчас ее уверенность пошатнулась.
Душа маркиза, которую она видела перед собой, сияла чистейшим золотом.
Совсем как у первородных эльфов, которых когда-то почитали как богов.
И эта чужая душа, не соответствующая телу, словно безмолвно кричала о том, что физической оболочкой завладел кто-то другой.
Завороженно созерцая это зрелище, Фильде вдруг поймала себя на новом сомнении.
«...Но если он действительно первородный эльф, зачем ему скрывать свою личность?»
С ее точки зрения, будь маркиз Палатио первородным эльфом, у него не нашлось бы ни единой причины таиться. Даже если он вселился в человеческое тело, способов доказать свое истинное происхождение у него было бы предостаточно.
«Почему?»
Пока она погружалась в пучину недоумения, в следующее мгновение...
— !
Она заметила это.
Нечто, шевельнувшееся за спиной маркиза Палатио.
Ее взгляд инстинктивно метнулся к источнику движения.
Но шевеление прекратилось, словно его и не было.
Однако Фильде отчетливо уловила то мимолетное искажение пространства. Чтобы разглядеть сущность, скрывающуюся за спиной маркиза, она высвободила всю мощь своих Глаз духа, широко распахнув взор великой волшебницы.
И то, что предстало перед ней...
— А?..
Черная бездна?..
...Нет, не бездна.
Это был зрачок.
Огромный, застилающий весь ее обзор зрачок бездны.
И затем...
[Умолкни.]
В то же мгновение, как этот голос бесцеремонно ворвался в ее разум, разрывая его на части...
— Кха-а-ах!
Фильде согнулась пополам, и ее вырвало кровью.
— ?! Госпожа Фильде!
Перион в ужасе бросился к ней, пытаясь удержать на ногах.
Но кровь непрерывным потоком хлестала из ее рта.
И не только оттуда — алые струйки потекли из ее глаз, носа и ушей.
Такова была плата за то, что она посмела взглянуть на то, что смертным видеть не дозволено.
— Придите в себя! Пожалуйста, очнитесь! — в панике умолял Перион.
Но Фильде, захлебываясь в собственной крови, бессильно рухнула лицом прямо в образовавшуюся алую лужу.
И в тот момент, когда сознание начало стремительно покидать ее, она наконец поняла.
Поняла, почему первородный эльф так и не явился в Грейниф.
«Если подобное существо приблизится к Мировому древу...»
Фильде вспомнила то, что мельком увидела в то краткое мгновение.
Она не знала, что это было.
Не могла постичь даже крупицы его сути.
Да и пытаться узнать его истинную природу было смертельно опасно.
Но в одном она была уверена твердо:
«Нельзя... Ни в коем случае нельзя подпускать его к Мировому древу!..»
Она инстинктивно почувствовала, что эта сущность куда страшнее и опаснее тех тварей, что томятся под корнями древа, сдерживаемые Пагаде.
И тогда же Фильде вспомнила древнее предание: первородный эльф пал в битве против «черных».
Как только этот осколок памяти всплыл, кусочки мозаики в ее голове наконец начали складываться в единую, пугающую истину.
И она прошептала:
— Пе... рион.
— Да!..
— Похоже... твои слова... были правдой.
— Значит...
— ...Он действительно...
Фильде, превозмогая слабость, выдохнула:
— ...Возможно, он и правда первородный эльф.
— !!
Глаза Периона расширились от непередаваемого шока.
В то же самое время.
— Слева ударить? Или справа? Сюда? Или сюда? Вших! Вших!
[Хватит паясничать, бей уже быстрее!]
— Справа? Слева? Получай!
Бах!
[Кха-а-ах!]
— Ха-ха-ха!
[Еще раз! Давай еще раз!!!]
Алон наблюдал за Эваном, который, обмотав Каманя вокруг руки, с безумным хохотом отвешивал подзатыльники Басилиоре, и за самим Басилиорой, который, судя по всему, нешуточно разозлился и требовал продолжения игры «чам-чам-чам».
«...Надо же, так самозабвенно веселиться из-за обычной детской игры».
Алон в очередной раз мысленно покачал головой, поражаясь их неиссякаемой энергии.
####
Прошло еще две недели. С того момента, как Алон прибыл в поместье маркиза Палатио, минул ровно месяц.
— ...Фух.
— Вы отлично потрудились, маркиз.
Стоило Алону развеять магическое плетение и устало выдохнуть, как стоявшая рядом Пения тут же подбодрила его.
— Как на этот раз?
— Хм... Думаю, мы добрались примерно до четвертого этапа.
— Обнадеживает.
— Но начиная с пятого этапа плотность становится слишком высокой, из-за чего молекулы начинают распадаться. Боюсь, в таком виде реализовать вашу первоначальную задумку будет трудновато.
— И нет никакого выхода?
— ...Полагаю, нужно либо влить гораздо больше маны, либо скорректировать плотность до оптимального уровня.
— Что ж, давай попробуем еще раз.
Переведя дух, Алон вновь принял исходную стойку.
Последний месяц он вместе с Пенией усердно исследовал природу рун. Их изыскания были сосредоточены на изменении молекулярной структуры и комбинациях, возникающих при наложении рун друг на друга.
Чем точнее соблюдалась последовательность наложения, тем более уникальные структуры формировались в процессе.
И хотя им еще не удалось довести дело до конца, они уже нащупали способ изменять молекулярную структуру заклинания так, чтобы она копировала определенные типы магии, колоссально увеличивая ее разрушительную мощь.
Словом, их магические изыскания продвигались весьма успешно.
— Ах, в этот раз было так близко!
— Вот как?
— Да, структура слегка сместилась, из-за чего все сорвалось.
— На сегодня закончим.
— Хорошо.
Завершив сегодняшнюю тренировку, Алон тут же потянулся к лежавшему неподалеку сладкому картофелю и с аппетитом откусил кусочек.
— Маркиз, вы, кажется, очень любите сладкий картофель?.. — осторожно поинтересовалась Пения.
Алон кивнул.
— Ну, можно и так сказать.
— И он вам еще не надоел?
— Хм... Пока нет.
Честно говоря, Алон и сам не понимал, почему этот картофель не приедается ему, сколько бы он его ни ел.
«Обычно от любой еды в таких количествах начинает воротить».
Он с легким удивлением оглядел недоеденный клубень.
«...Может, дело в том, что его принесла Ютия? Оттого он и кажется вкуснее».
Месяц назад, воспользовавшись отсутствием Алона, Ютия навестила Пению и оставила для него этот сладкий картофель. Вспомнив о ее заботе, он проглотил последний кусочек.
Вскоре Алон вернулся в свой кабинет. Погладив спящего на краю стола Каманя, он устроился в кресле.
— Маркиз.
— Что такое?
Эван, вошедший следом за ним, спросил:
— Через два месяца состоится королевский бал. Вы планируете его посетить?
— Надо же, неужели время пролетело так быстро?
— Именно так.
Выслушав доклад, Алон ненадолго задумался, а затем кивнул:
— Что ж, постоянно игнорировать подобные мероприятия тоже не дело. Пожалуй, я поеду.
— Понял, тогда я все подготовлю. Ах да, вы ведь упоминали, что собираетесь куда-то отправиться?
— Да. Скоро выдвигаемся.
Настало время, которого он так долго ждал.
«Если я присоединюсь к нему сейчас, когда обучающий этап уже позади, а все соратники собраны, то смогу без лишних подозрений сблизиться с Эливаном».
Алон перевел взгляд на окно.
Теплая весна постепенно уступала место приближающемуся лету. По смене сезонов он мог примерно определить, на каком этапе сюжета сейчас находится главный герой.
«Что ж, пора бы прибрать к рукам ту вещицу».
На следующий день к нему постучали.
— Маркиз, к вам посетитель.
— Кто-то из аристократов?
— Нет. Он представился Эливаном.
— ...Эливан?
— Да, говорит, что очень хочет встретиться с вами.
— ?!
Главный герой игры «Сайкиделия», Эливан, явился сам. По собственной воле.
####
Полуостров за морем Раксаса.
— На этом мой доклад окончен.
— Понял. Значит, пока этого достаточно?
— Да.
Радан, собиравшийся подняться со своего места после отчета Юны, замер.
— Ах, и еще кое-что, о чем я хотела бы упомянуть.
— ?
Ее слова заставили его в недоумении приподнять брови.
— Забыла внести что-то в отчет?
— Нет, дело не в этом. Скорее, это личный разговор.
— ...И о чем же?
— Это касается... Великой Луны.
— ...Кто-то посмел оклеветать Великую Луну?
Стоило прозвучать этому имени, как Радан рефлекторно схватился за стоявший рядом тризубец. Он подался вперед, готовый в любой миг сорваться с места и покарать наглеца, но Юна поспешила его успокоить:
— Нет-нет, вовсе нет.
— Не оклеветали? Тогда что?
— Ну, дело в том...
Юна замялась, не зная, как лучше преподнести новость. Сказать, что Великая Луна обиде... то есть, расстроился? Подходящие слова никак не шли на ум, но раз уж она начала, отступать было поздно. В итоге она решила выложить все как есть и рассказала о дне рождения Великой Луны.
— ...День рождения брата?
— Да. Сам Великая Луна, судя по его невозмутимому виду, возможно, и не придал этому значения, но Эван упомянул...
— Хм-м...
Радан задумчиво побарабанил пальцами по столу, а затем его лицо расплылось в широкой ухмылке.
— Отлично. И когда, говоришь, этот день?
— Двадцатого сентября... если верить его словам.
— Значит, осталось около четырех месяцев.
— Да.
— Прекрасно.
Радан тут же поднялся на ноги.
— ? Куда вы направляетесь?
Он на секунду замер и с ухмылкой бросил:
— Как это куда? Добывать подарок, достойный Великой Луны.
— Подарок, достойный Великой Луны?..
— Именно. У меня как раз есть кое-что на примете.
И он бодрым, предвкушающим шагом покинул кабинет.
Тем временем Хидан, узнавший от Юны подробности о «Великой Луне», поспешил поделиться этой новостью с Деусом.
— Вот оно как, значит.
— Да.
— ...Что ж, решено.
— Вы о подарке?
— Именно. Я подарю Великой Луне огромную статую, которая будет полностью соответствовать его величию.
— ...Но это же влетит в копеечку.
— Стрясем золото со второго принца, делов-то.
Деус с абсолютно серьезным лицом нес несусветную чушь. Причем мотивы его были видны невооруженным глазом.
— ...Признайтесь, Залуний, вы ведь просто сами хотите воздвигнуть эту статую?
— Если бы ты с самого начала не разболтал все Аэге... и моя статуя не исчезла бы... Кхм, нет, забудь.
Деус осекся на полуслове и отвел взгляд в сторону.
Хидан проследил за его взором. Поняв, что тот смотрит на то самое место, где когда-то высилась его собственная статуя, Хидан лишь безмолвно покачал головой.
«...»
Он в очередной раз поразился тому, насколько же этот человек помешан на статуях.
***
###

Комментарии

Загрузка...