118. Ты почему такой......? (5)
......Неизвестно, как именно это произошло, но благодаря помощи (?) Хайнкель, Алон успешно подчинил себе Принимающего Басилиора и начал обучаться у неё магии.
Пять дней.
Срок немалый, но и не слишком большой, однако для Алона это стало колоссальным подспорьем.
Пускай Хайнкель не была мастером в обращении со словами силы или магическими формулами, её глубокие познания позволили Алону, только-только перешагнувшему порог 4-го ранга, отточить свои способности до уровня зрелого мага этого же ранга.
Более того, он смог освоить даже те заклинания, о которых раньше и не помышлял из-за неэффективного расхода маны.
Всё потому, что он научился использовать ману чуточку экономнее.
Конечно, Алон не был гением, способным мгновенно применять всё изученное на практике, поэтому на доведение навыков до совершенства требовалось время.
И всё же, даже небольшие наставления позволили ему значительно снизить затраты энергии по сравнению с обычным воплощением магии. Это был огромный успех.
Но что важнее всего — он получил то, в чем нуждался больше всего.
— Фух...
Именно это.
Вжух.
Алон смотрел на магию, воплощенную прямо перед его глазами.
Точнее, это была визуализация структуры магических потоков.
Геометрический узор, где спиралевидные линии маны, словно нити ДНК, складывались в пятиконечную звезду.
Пусть фигура еще не была идеальной, но это было именно то, чего он хотел, и Алон довольно усмехнулся про себя.
Это и была причина, по которой он искал магических наставлений у Хайнкель, и вот — результат.
«Не думал, что получится воплотить так быстро».
Стоило ему ослабить концентрацию, как структура с тихим треском рассыпалась.
Тем не менее Алон выдохнул с удовлетворением.
То, что он только что создал, было одной из «особых характеристик», доступных магам в «Сайкиделии».
Характеристика (特性).
В игре она открывалась при посещении определенных лабиринтов. Достигнув 4-го ранга, маг мог обрести уникальное свойство для своей магии, используя знания, полученные в этих подземельях.
Хотя, даже если они назывались «уникальными», в игре выбор ограничивался десятком предопределенных вариантов.
Как бы то ни было, Алон воплотил эту «характеристику», даже не посещая лабиринт.
И дело не в том, что он какой-то особенный.
На самом деле, если знать структуру маны — то есть общую форму, последовательность и расположение потоков, которые нужно вложить в заклинание, — использовать это может кто угодно.
Конечно, пока кто-то другой не отправится в лабиринт и не откроет эту характеристику, Алон останется единственным, кто её использует.
«......В конце концов, на данном этапе игры лабиринты еще даже не появились».
Сами лабиринты, дарующие характеристики, начали возникать из разломов лишь после того, как в мир спустился один из Пяти Великих Грехов.
«Если потренироваться еще немного, смогу управлять этим в совершенстве».
Он остался доволен, представив, как будет использовать магию с уникальной характеристикой, которая, в отличие от других магов, станет для него огромным подспорьем.
В этот момент.
— Маркиз.
Алон перевел взгляд на голос Эвана.
— В чем дело?
— Нет, просто... Ассамблея подходит к концу, и я хотел узнать, как вы планируете поступить.
— Хм... Сколько еще осталось?
— Кажется, дня три?
На вопрос Эвана Алон на мгновение задумался.
«......Кажется, я слышал, что можно остаться еще на неделю после окончания Ассамблеи. Но, с другой стороны, продолжать обучение сейчас уже нет особого смысла».
Наставления Хайнкель, безусловно, стали для Алона невероятным даром.
Однако, помимо этого, Алон больше не мог получать от неё уроки, даже если бы захотел.
Точнее, было бы правильнее сказать, что в будущем он не сможет применить её советы на практике.
Физический предел, известный как мана-холл, начал превращать уроки Хайнкель в красивую, но бесполезную обертку.
Поэтому.
«......Раз уж я получил всё, что мог, не увеличить ли мне объем маны?»
Алон вспомнил о предмете, который к этому времени уже должен был появиться возле Центральной башни — вещице, способной хоть немного расширить его резерв.
— Ах, кстати, маркиз. Вы слышали? Снаружи творится что-то неладное.
Эван внезапно сменил тему.
— Снаружи неладное? Что-то случилось?
— Точнее, не то чтобы случилось что-то одно... Просто происходит слишком много «событий».
— ......То есть, что именно?
Эван протянул «ммм...», прежде чем продолжить.
— В последнее время по всему Объединенному Королевству внезапно взрываются и раскалываются горы, а в землях герцогств происходят необъяснимые массовые гибели.
— ......В горах или землях герцогств?
— Да. Говорят, за неделю случилось уже больше восьми инцидентов. Особенно гора Темакс, что рядом с королевством Розарио, — она превратилась в полную пустошь.
— Причина?
— Причины пока не знают. Похоже, слухи ходят именно такие.
— Есть что-то общее у мест происшествий?
— Как я слышал, они разбросаны хаотично.
В воздухе повисло гнетущее чувство тревоги.
С другой стороны, возник вопрос.
«......Если бы это было появление Внешнего бога, оно не могло бы происходить так хаотично в стольких местах сразу».
Алон склонил голову набок.
Но лишь на мгновение.
«В любом случае, сначала стоит разузнать».
Решив разобраться во всем самому, он передал Эвану свои распоряжения.
«Скоро всё равно придется уходить».
Он твердо решил покинуть Магический конгресс.
####
Той ночью.
Алон, как обычно, слушал наставления и в одиночестве практиковал магию.
Хайнкель, наблюдая за ним, пребывала в странном состоянии.
Сначала она была в ярости от одного лишь его присутствия, но в последнее время Алон начал вызывать у неё неподдельный интерес.
Отчасти потому, что он на удивление хорошо следовал её советам, но главным образом из-за того, что используемая им магия была крайне необычной.
Алон применял «первобытную магию», которая была практически забыта даже в эпоху, когда жила сама Хайнкель.
Более того, он пользовался ею настолько естественно, что любопытство просыпалось само собой.
Точнее, это был интерес к самой «магии», которую он воплощал.
«......Хочется попросить его показать, как он это делает».
К сожалению, между ними уже устоялась позиция «учителя и ученика».
Учитывая её характер, просить Алона о чем-то подобном было непросто.
Однако магическое любопытство Хайнкель легко пересиливало её гордость.
В конце концов, она была магом, известным как Первозданная чаша, и её тяга к познанию была безгранична.
На самом деле, несколько дней назад она уже пыталась заговорить с Алоном о словах силы.
......Правда, стоило ей произнести это слово, как она тут же сама закрыла рот, и разговор не задался.
Ничего не поделаешь.
Всё из-за того существа, что скрывалось за спиной Алона.
«......Стоит мне попытаться заговорить о словах силы, как оно тут же начинает смотреть, так что спросить невозможно».
Обучая его магии, Хайнкель уже в некоторой степени изучила то «непостижимое око», которое не должно было существовать.
Сам Алон даже не догадывался о присутствии этого глаза у себя за спиной.
Хотя, честно говоря, было бы странно, если бы он его заметил. В конце концов, увидеть это существо мог лишь тот, кто открыл «очи», а для того, чтобы разглядеть скрывающееся на изнанке, требовалось прозрение и сила, сопоставимые с её собственными.
И, что важнее всего.
Тот самый глаз, проявлявшийся при использовании магии, сам избегал того, чтобы Алон его осознал.
— ......
Даже будучи духом, Хайнкель чувствовала, как у неё по всему телу встают дыбом волосы.
Неизвестно почему, но «глаз», отвергающий осознание Алона, проявлял явную реакцию на упоминание слов силы — если не полное отторжение, то нечто очень похожее.
Конечно, нельзя было с уверенностью сказать, что он настроен враждебно, но её инстинкт самосохранения вопил во весь голос:
Не смей заводить об этом разговор.
— ......На сегодня, пожалуй, закончим.
[О, да, увидимся завтра.]
— Да. Благодарю, как всегда.
Она знала: если лезть на рожон, ничего хорошего не выйдет.
И всё же любопытство с каждым днем сводило её с ума.
«......Неужели нет способа получше?»
После того как Алон ушел, она долго размышляла и наконец придумала.
«Кстати, когда он произносит слова силы, глаз не реагирует... А что, если не просить его напрямую, а сделать так, будто «глаз» сам хочет мне подсказать?»
Хайнкель понимала, что вероятность успеха такого сценария невелика.
Но её разум, уже полностью поглощенный любопытством, не мог остановиться.
«......Как же сделать так, чтобы разговор зашел сам собой?»
Она начала ломать голову.
И внезапно.
— ТЫ, СТАРЫЙ ПЕРДУН!!! Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ ПРЯЧЕШЬСЯ ЗДЕСЬ, ВЫХОДИ!!!!
Она поморщилась от пронзительного крика, который сотряс всю библиотеку.
Кто это посмел так дерзко...
— ......Мм?
Однако спустя мгновение она узнала обладателя голоса.
Пения Крайсин.
Хайнкель, которая от скуки бродила по Центральной башне, не могла не знать Пению.
Её имя постоянно было на слуху у всех магов.
К тому же, совсем недавно поползли слухи о её связи с маркизом Палатио...
«Мм? Погоди-ка?»
Кажется, наметился путь.
Пения, Пения...
«......Если она действительно в таких отношениях с маркизом Палатио?»
В её голове начал выстраиваться небольшой план.
####
Пения Крайсин была в ярости.
И её можно было понять: изначально она вообще не собиралась участвовать в этом Магическом конгрессе.
Ведь только недавно начали нормально поступать магические товары, и она наконец смогла возобновить эксперименты, которые пришлось прервать.
Но причина, по которой она примчалась в Центральную башню, была иной.
— СТАРЫЙ ПЕРДУН-!!!!!!!!
Всё из-за слухов, которые распустил глава Башни Синих Магов.
«Ну что вы стесняетесь... Могли бы и сказать?»
«Вау, не думал, что вы уже даже приветствия закончили...»
«Ого, глава Башни женится... Мир полон сюрпризов».
Скрип-!
Пения стиснула зубы, вспоминая профессоров, которые вломились к ней во время эксперимента и выкрикивали подобные вещи.
И ещё больше она злилась от того, что источником этих слухов был никто иной, как Селайм Микардо — человек, который вечно сваливал на неё всю работу и шлялся где попало, наплевав на всё мирское.
Она не могла оставить это просто так.
Она должна была немедленно наказать этого старика.
Пения одним духом примчалась на конгресс и, пытаясь найти его — а он уже успел где-то спрятаться, — обыскала всё вокруг, пока не добралась до библиотеки.
И здесь.
[Кто здесь?]
— ......!?”
Она столкнулась с девушкой в облике духа.
Точнее...
— Первозданная чаша, Ха... Хайнкель......?
С самой Хайнкель, Первозданной чашей.
[Хо-хо... Удивительно, ты знаешь моё имя.]
Услышав подтверждение, Пения застыла от изумления, забыв о своей первоначальной цели.
####
Пения с давних пор знала об одном из слухов, связанных с библиотекой Центральной башни, — о «Первозданной чаше Хайнкель».
Суть была проста: если прийти в библиотеку ночью, появится Хайнкель и передаст свои знания магии.
Однако почти никто из магов в это не верил.
В конце концов, было абсурдно полагать, что Хайнкель, которая должна была умереть сотни лет назад, вдруг появится в библиотеке.
И всё же Пения, услышав этот слух, однажды ночью приходила сюда.
С самого детства она мечтала стать великим магом, подобным Хайнкель.
Поэтому было естественно, что Пения узнала её мгновенно.
Она бесчисленное количество раз видела портреты Хайнкель в книгах и на статуях.
[Назови своё имя.]
Пения, которая всё еще ошеломленно смотрела на своего кумира, вздрогнула и ответила:
— Пе... Пения Крайсин......!
Сердце бешено колотилось от того, что она встретила человека, которым восхищалась с детства.
Однако.
[Пения Крайсин... Понятно. Значит, ты та самая, что состоит в «таких» отношениях с маркизом Палатио?]
— Что......?
Из уст кумира вырвались странные слова.
Она невольно нахмурилась.
За последние несколько месяцев она так устала от постоянных слухов, что её порог терпения был крайне низким.
— Это совершенно непра...
Она рефлекторно попыталась оправдаться, но...
[У меня есть к тебе условие. Если выполнишь его, я лично обучу тебя магии.]
— Что?
Услышав предложение, она прикусила язык.
[Всё именно так. У меня есть просьба, связанная с маркизом Палатио. Если вы действительно в таких отношениях, это не должно быть сложно. Ну как?]
Несмотря на то, что слова звучали странно...
— Вы... обучите меня магии?
[Да.]
— Сама Первозданная чаша?
[Я не бросаю слов на ветер.]
Она не могла возразить.
В её голове пронеслись тысячи воспоминаний.
И каждое из них было связано со страданиями из-за маркиза Палатио.
Начиная с того, как она варила для него зелья...
Как путешествовала вместе с ним и попала в плен к пиратам...
Как каждый божий день испытывала стресс из-за слухов, связанных с его именем.
Честно говоря, Пения хотела начисто отмыться от всех сплетен, касающихся маркиза Палатио.
Это желание не покидало её и сейчас.
Даже если бы она училась магии лично у Первозданной чаши, стресс Пении уже давно перешел все границы.
Поэтому она собиралась спокойно сказать правду...
[Может, слухи распространились ошибочно?]
— Правду...
— Нет. Как такое возможно.
[Тогда.]
— С... с маркизом Палатио...
— ...Такие отношения. Это правда. Да, именно так.
...Она не произнесла этого вслух.
Напротив, она мило улыбнулась и с легкостью подтвердила слова Хайнкель.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...