— Я легкий форвард, а не тяжелый.
Представившись, Бизли тут же сделал это заявление.
Все слегка опешили.
Судя по имеющейся у них информации, в старшей школе Бизли всегда играл на четвертой позиции, легко собирая подборы на чужом щите, — то есть был классическим игроком передней линии.
Чэнь Юй окинул Бизли взглядом, не зная, то ли смеяться, то ли плакать.
Другие парни пытались схитрить и называли себя разыгрывающими вместо атакующих защитников, чтобы получить преимущество в габаритах перед Фордом.
Но этот парень? Он двигался легко и проворно, как защитник. Если бы его выставили против Боша, ему бы даже удалось получить преимущество.
И что он сделал? Вместо этого он почему-то решил усложнить себе жизнь и бросил вызов Джеймсу.
Из всех пяти соперников Джеймс был вне всяких сомнений самым опасным. Это был настоящий разрушитель надежд, который ни в чем не уступал ни на одной позиции.
— Ты в этом уверен? — в свою очередь спросил Чэнь Юй. Он прекрасно понимал, что творится в голове у этого паренька. Тот просто обожал красоваться и возомнил себя непобедимым. «Как я буду выглядеть круто, если не усложню себе задачу?»
— Разумеется. Я же сказал, я легкий форвард, — заносчиво бросил Бизли.
Джордан и остальные переглянулись с совсем невозмутимым видом.
Они повидали слишком много таких самоуверенных выскочек.
— Ну хорошо. Надеюсь, ты не пожалеешь.
Чэнь Юй про себя покачал головой: «Вообще-то преподать ему урок будет даже полезно».
Джеймс тут же выбежал на площадку.
По сравнению с заносчивым Бизли он вел себя куда скромнее и даже первым поприветствовал соперника.
Он всегда так себя вел со всеми. Можно сказать, он был почти до крайности вежлив и мастерски умел выстраивать отношения.
— Ты вчера уделал моего приятеля. Сегодня я отыграюсь за него, — агрессивно заявил Бизли.
Джеймс на секунду опешил, совсем не понимая, о ком говорит Бизли.
Чэнь Юй тихонько усмехнулся: «Эти двое и впрямь оказались отличными друзьями».
«Но парень, ты явно переоцениваешь свои силы».
Испытание началось.
С самого же начала защита Джеймса заставила Бизли ошибиться. Сделав три дриблинга, он так и не смог найти возможность для броска.
Бизли развернулся и попытался выполнить бросок через сопротивление.
ХЛЫСЬ! С глухим стуком Джеймс взмыл на невероятную высоту, словно демонический владыка, заслонивший собой небо, и вколотил мяч в сторону.
Этот блок-шот получился на редкость мощным.
На лице Джордана застыло комичное выражение, рот расплылся в широкой ухмылке.
Чэнь Юй захлопал в ладоши. Все вечно твердили, что у Джеймса высочайший эмоциональный интеллект и он умеет ладить с людьми, но кто сказал, что обладатель высокого ЭИ не может быть чуточку злопамятным?
Просто Джеймс лучше скрывал свои чувства — был умнее, вот и все.
Очевидно, прежнее поведение Бизли задело его, поэтому он включился по-серьезному изначально.
А серьезный Джеймс был далеко за пределами того, с чем мог справиться нынешний Бизли.
Пять — ноль. Чистая и безоговорочная сухая победа.
Когда же настала очередь Джеймса атаковать, он не проявил ни капли жалости, пять раз подряд забив мощнейшими данками.
Он буквально стер Бизли в порошок.
Оуэн не преминул покритиковать парня: — Бизли, у тебя уйма таланта, но ты понятия не имеешь, как использовать свое тело. Тебе нужно серьезно тренироваться и включать голову.
И это еще в мягкой форме — все-таки камеры работали.
Будь на его месте языкастый Джордан, он бы просто выпалил: «Ты слишком самоуверен. Если продолжишь в том же духе, это тебя погубит».
Бизли прикусил губу, а в его глазах читался бунтарский вызов.
Чэнь Юй перевел взгляд на Негро и остальных.
Негро слегка кивнул.
В глазах профессиональных скаутов вроде Негро поражение от Джеймса было абсолютно нормальным делом. Вот победа над ним выглядела бы странно.
Но даже несмотря на то, что Джеймс полностью властвовал на площадке, атлетические способности и мастерство, продемонстрированные Бизли, находились на высшем уровне.
Так что пройти предварительный отбор для него не составляло никакого труда. Он даже должен был гарантировать себе место в тридцатке лучших.
Чэнь Юй на мгновение задумался, а затем едва заметно покачал головой, глядя на Оуэна и остальных.
В их глазах читалось явное недоумение.
Хотя они и покритиковали Бизли, суть сводилась к одному: результаты один на один роли не играли. Отбор шел исключительно по таланту.
А Бизли был одним из самых талантливых проспектов.
Поэтому они все равно собирались пропустить Бизли дальше.
Однако Чэнь Юй, похоже, давал понять, что хочет его выбить.
Они не понимали, что задумал Чэнь Юй. Шоу ведь не предполагало никакого раунда надежды или чего-то подобного.
— Давайте голосовать, — сказал Чэнь Юй.
Семерка судей переглянулась напоследок и одновременно нажала на кнопки.
Как и ожидалось, загорелась цепочка красных огоньков. Не досталось даже единого голоса из вежливости.
На площадке Бизли остолбенел.
Он недоверчиво часто заморгал и лишь теперь осознал, что вылетел — причем без единого утешительного голоса.
— Это нечестно! —
громко завопил Бизли.
Чэнь Юй проигнорировал его и махнул рукой в сторону закулисья, подзывая следующего участника.
— Блин, — выругался Бизли. — Вы еще пожалеете об этом, — бросил он с обидой, развернулся и зашагал прочь с площадки.
Карим бросил на него вопросительный, озадаченный взгляд.
Хотя он тоже считал, что у Бизли проблемы с характером, в его таланте сомневаться не приходилось.
Да и в НБА на самом деле хватало игроков с непростым нравом.
— Это пойдет ему на пользу, — улыбнувшись, ответил Чэнь Юй и не стал вдаваться в подробности.
С таким характером, пройди он дальше, его эго раздулось бы до небес.
Небольшая встряска точно ему не повредит.
Быть может, это даже подстегнет его тренироваться усерднее.
К тому же исключение Бизли послужит предупреждением для остальных ребят: они поймут, что одного таланта мало и хороший игрок должен обладать смирением.
Наконец, игрок его уровня в любом случае попадет в НБА, участвовал он в этом шоу или нет.
Возможность закалить характер перед попаданием в НБА пойдет ему только на пользу.
Что же касалось самого шоу, его отсутствие никак на нем не сказалось бы. Хватало и других одаренных фриков — без одного человека проект бы не обеднел.
Это был лишь мелкий, ни на что не влиявший эпизод. Съемки продолжились.
Участник номер сто тридцать пять — Джеймс Харден.
Чэнь Юй запомнил этого пухляша; наконец, он лично вытаскивал его из полицейского участка.
Представляясь, парень выглядел немного застенчивым.
У него была астма, так что пробиться на нынешний уровень благодаря упорному труду — само по себе немалое достижение.
— Удачи, — ободряюще бросил Чэнь Юй.
Харден чуть взволнованно кивнул и занял позицию напротив Форда.
Форд не обратил на Хардена особого внимания.
Ему хватало одного взгляда на игрока, чтобы оценить его талант и навыки.
Взять хотяжды Хардена: при росте метр восемьдесят пять он был примерно ровни Форду, но выглядел упитанным, с явными излишками веса.
В его возрасте тело еще толком не сформировалось. Сила и взрывная скорость неизбежно хромали, а из-за лишнего веса он казался откровенно медлительным.
«Слабее меня, преимущества в росте нет, техника «сырая». Подавить такого игрока для меня проще простого».
Но стоило им сойтись в бою, как лицо Форда резко изменилось. Он озадаченно окинул Хардена взглядом, соображая, в чем тут подвох.
«Этот пухляк... какой-то странный».
За судейским столом Чэнь Юй и остальные переглянулись. Они тоже заметили эту особенность.
Игровой ритм Хардена выглядел очень необычно.
— Ему не хватает взрывной мощи? — тихо спросил Карим.
Чэнь Юй промолчал.
Первый шаг Хардена казался довольно резким и быстрым.
Однако затем он вел себя как мотор, у которого затроил цилиндр: рьяно давил на газ для бешеного старта, а потом мгновенно терял всю мощность.
Его первый шаг был стремительным, но стоило почувствовать, что вот-вот грянет рывок, как возникало ощущение: дух бодр, да плоть немощна. Ускориться у него просто не получалось.
В итоге родился странный, выбивающийся из колеи ритм, который застал Форда врасплох.
Чэнь Юй выпрямился и продолжил наблюдать за происходящим.
В первом владении забить ему не удалось, но Харден не пал духом и атаковал дальше.
Он шел в проход, шел на контакт корпусом, и от этого столкновения словно испарялась вся его сила. Он вмиг замирал, а движения резко замедлялись.
В свою очередь, это заставляло Форда пролетать мимо и оставлять сопернику крошечный клочок пространства.
Самое главное, что даже с этим хромающим на обе ноги ритмом Харден почему-то не терял мяч. Его ведение было невероятно уверенным, и он тут же улучал момент для броска.
К несчастью, бросок подвел, и мяч со звоном отскочил от дужки.
В следующих нескольких владениях проблема повторилась. От него постоянно исходило ощущение какого-то дерганого переключения с быстрого темпа на медленный.
Нельзя было сказать, что он виртуозно сдерживает тело или здорово владеет сменой темпа.
Чтобы использовать смену темпа, для начала нужно уметь бегать быстро.
Только когда ты способен ускориться, у тебя появляется выбор замедлиться.
Но в его случае все выглядело скорее так: «Я хочу разогнаться, но не могу. Ладно, раз не получается быстро, попробую выжать хоть что-то».
В сочетании с неплохим дриблингом это порождало совсем дикий ритм.
Форду приходилось тяжело — приноровиться к такому стилю оказалось непросто, ведь он никак не мог предугадайть следующее движение Хардена.
Будь у Хардена бросок хоть капельку точнее, он уже вполне мог бы отметиться очками.
Зато в защите физические недостатки Хардена проявились во всей красе.
Медленные движения, слабая физическая форма — от любого толчка он терял позицию и совсем не успевал за темпом Форда.
Чэнь Юй невольно нахмурился.
Судя по игре Хардена в защите, этот странный ритм очевидно объяснялся банальной нехваткой физических сил.
Типичный случай: «Хочу рвануть, да тело не слушается».
Если взглянуть под таким углом, талант здесь был ни при чем. Скорее, перед ними предстал странный побочный эффект от недостаточной, но не критичной слабости.
Учитывая его астму и то, что полноценно тренироваться он наверняка не мог, в таком состоянии тела не было ничего удивительного.
Но что еще важнее — даже если оценивать его по лучшим, самым быстрым моментам, его природные данные все равно не дотягивали до нужного уровня.
Недостаточно быстрый, прыжок и скорость отрыва посредственные, а физические данные вроде размаха рук ничем выдающимся не отличались.
Можно было сказать лишь то, что он был самым обычным пареньком.
Но этот странный ритм... он действительно заставлял сомневаться.
Судьи переглянулись, на мгновение растерявшись и не зная, какую оценку ему дать.
Чэнь Юй бросил взгляд на Негро.
Лицо того тоже выражало некоторое затруднение. Нахмурившись, он наконец покачал головой.
Он считал талант Хардена слишком посредственным.
— Будем голосовать? — спросил Джонсон.
Чэнь Юй на секунду засомневался, но все же нажал красную кнопку.
Он взглянул на результаты остальных.
Джордж Гервин отдал ему проходной голос.
«Наверное, утешительный балл».
На площадке лицо Хардена на миг исказило разочарование, впрочем, он примерно этого и ожидал.
Еще вчера он говорил Уэстбруку, что сегодня его почти наверняка выгонят.
Так что принять это оказалось не так уж сложно.
Но как только он собрался поклониться и выразить благодарность, вдруг вспыхнул огонек спасения.
Это был голос Джорджа Гервина.
Харден замер. Чэнь Юй и остальные тоже опешили.
Чэнь Юй удивленно посмотрел на Джорджа Гервина. За все прошедшие прослушивания из семи судей правом спасения воспользовались все, кроме него.
Старика прозвали Ледяным Человеком. Учитывая его невозмутимый характер, это вполне объяснялось.
Но почему он вдруг потерял хладнокровие именно сейчас?
Никто другой в этом пареньке ничего выдающегося не разглядел, однако старик внезапно применил свое спасительное право.
Что же, чёрт побери, он разглядел в Хардене?
«Или, — подумалось ему, — неужели я ошибся в оценке?»

Комментарии

Загрузка...