Ван Тао с жаром спорил с пользователями сети. Ради защиты Фан Мина он не жалел сил, яростно строча комментарии один за другим, из-за чего его аккаунт едва не заблокировали.
Ван Тао с жаром спорил с пользователями сети. Ради защиты Фан Мина он не жалел сил, яростно строча комментарии один за другим, из-за чего его аккаунт едва не заблокировали.
— Да что бы ты ни говорил, этот твой паук — дешёвая фальшивка! — язвил очередной сетевой тролль. — Его существование даже не подтверждено ни одной авторитетной организацией!
— Да что бы ты ни говорил, этот твой паук — дешёвая фальшивка! — язвил очередной сетевой тролль. — Его существование даже не подтверждено ни одной авторитетной организацией!
— Я обычный кипер-террариумист, — огрызался в ответ Ван Тао. — С какой стати мне нужно одобрение каких-то там инстанций?
— Я обычный кипер-террариумист, — огрызался в ответ Ван Тао. — С какой стати мне нужно одобрение каких-то там инстанций?
— Ну, значит, это фейк.
— Ну, значит, это фейк.
— Да ты, твою мать...
— Да ты, твою мать...
Ван Тао тщетно пытался достучаться до здравого смысла оппонентов, но упрямые пользователи отказывались верить очевидному.
Ван Тао тщетно пытался достучаться до здравого смысла оппонентов, но упрямые пользователи отказывались верить очевидному.
И как раз в этот момент на личный аккаунт Ван Тао пришло новое уведомление. Кликнув по нему, он приготовился к очередной порции хейтерских оскорблений, однако, пробежав глазами строчки, опешил от изумления.
И как раз в этот момент на личный аккаунт Ван Тао пришло новое уведомление. Кликнув по нему, он приготовился к очередной порции хейтерских оскорблений, однако, пробежав глазами строчки, опешил от изумления.
«Обалдеть... Неужели это действительно привлекло внимание властей? Неужели государство и впрямь присылает экспертов?!»
«Обалдеть... Неужели это действительно привлекло внимание властей? Неужели государство и впрямь присылает экспертов?!»
Спустя пять дней.
Спустя пять дней.
Ван Тао со своей невестой, Сюй Жаньжань, стояли у обочины дороги, с нетерпением ожидая прибытия официальных лиц. Вскоре вдалеке показался автомобиль. Он неторопливо приблизился и припарковался у края дороги. Ван Тао поспешил навстречу.
Ван Тао со своей невестой, Сюй Жаньжань, стояли у обочины дороги, с нетерпением ожидая прибытия официальных лиц. Вскоре вдалеке показался автомобиль. Он неторопливо приблизился и припарковался у края дороги. Ван Тао поспешил навстречу.
Дверца открылась, и из салона вышел пожилой профессор с благообразной сединой. Следом за ним появились трое аспирантов — двое парней и девушка, — в руках которых были чемоданы с научным оборудованием.
Дверца открылась, и из салона вышел пожилой профессор с благообразной сединой. Следом за ним появились трое аспирантов — двое парней и девушка, — в руках которых были чемоданы с научным оборудованием.
После короткого обмена приветствиями Ван Тао повёл гостей прямиком в инсектарий.
После короткого обмена приветствиями Ван Тао повёл гостей прямиком в инсектарий.
Щёлкнул выключатель, заливая комнату ярким светом. Ван Тао указал на огромный террариум, установленный в самом центре стола:
Щёлкнул выключатель, заливая комнату ярким светом. Ван Тао указал на огромный террариум, установленный в самом центре стола:
— Профессор Ли, Второй Черныш там. Можете взглянуть.
— Профессор Ли, Второй Черныш там. Можете взглянуть.
— Хорошо, — машинально отозвался профессор Ли, даже не повернув головы. Всё его внимание уже без остатка поглотил исполинский паук.
— Хорошо, — машинально отозвался профессор Ли, даже не повернув головы. Всё его внимание уже без остатка поглотил исполинский паук.
Снимки в сети не врали. Учёные прекрасно знали, что размеры этого птицееда выходили далеко за рамки всех известных пределов для данного вида. Но одно дело — разглядывать фотографии, и совсем другое — увидеть чудо природы воочию.
Снимки в сети не врали. Учёные прекрасно знали, что размеры этого птицееда выходили далеко за рамки всех известных пределов для данного вида. Но одно дело — разглядывать фотографии, и совсем другое — увидеть чудо природы воочию.
Оказавшись лицом к лицу с пауком, который превосходил размерами упитанную домашнюю кошку, исследователи застыли как вкопанные, не в силах отвести от Фан Мина заворожённых взглядов.
Оказавшись лицом к лицу с пауком, который превосходил размерами упитанную домашнюю кошку, исследователи застыли как вкопанные, не в силах отвести от Фан Мина заворожённых взглядов.
— Боже мой, да он просто огромный! — не удержавшись, тихо ахнула Чжоу Яцзе.
— Боже мой, да он просто огромный! — не удержавшись, тихо ахнула Чжоу Яцзе.
Она была той самой аспиранткой и училась под руководством заслуженного профессора Ли Хэюя.
Она была той самой аспиранткой и училась под руководством заслуженного профессора Ли Хэюя.
Стоявший рядом коллега согласно закивал:
Стоявший рядом коллега согласно закивал:
— Я изучаю членистоногих уже несколько лет, но, если не считать камчатских крабов, никогда не видел среди наземных видов таких великанов.
— Я изучаю членистоногих уже несколько лет, но, если не считать камчатских крабов, никогда не видел среди наземных видов таких великанов.
— Потрясающе... Какое невероятное творение природы! — восхищённо прошептал Ли Хэюй, разглядывая притаившегося в террариуме Фан Мина.
— Потрясающе... Какое невероятное творение природы! — восхищённо прошептал Ли Хэюй, разглядывая притаившегося в террариуме Фан Мина.
Фан Мин, запертый в своём пластиковом жилище, не на шутку встревожился и попытался поплотнее сжаться. Однако при его исполинских габаритах даже в самом дальнем углу он выглядел монументально.
Фан Мин, запертый в своём пластиковом жилище, не на шутку встревожился и попытался поплотнее сжаться. Однако при его исполинских габаритах даже в самом дальнем углу он выглядел монументально.
«И надо же было так быстро привлечь этих яйцеголовых! Ну конечно, с моими-то размерами это было неизбежно», — с досадой подумал Фан Мин.
«И надо же было так быстро привлечь этих яйцеголовых! Ну конечно, с моими-то размерами это было неизбежно», — с досадой подумал Фан Мин.
Сбылись его самые мрачные опасения: размеры его тела заставили зашевелиться учёных из Академии наук. Если эти люди заберут его в лабораторию, то запрут в клетке до конца дней, изучая под микроскопом. Как тогда он сможет сбежать на волю и насладиться дикой природой?
Сбылись его самые мрачные опасения: размеры его тела заставили зашевелиться учёных из Академии наук. Если эти люди заберут его в лабораторию, то запрут в клетке до конца дней, изучая под микроскопом. Как тогда он сможет сбежать на волю и насладиться дикой природой?
После недавней линьки его покровы всё ещё затвердевали, из-за чего совершить побег прямо сейчас не представлялось возможным. Приди они хоть чуточку позже!
После недавней линьки его покровы всё ещё затвердевали, из-за чего совершить побег прямо сейчас не представлялось возможным. Приди они хоть чуточку позже!
«Хоть бы хозяин не согласился меня отдать!» — взмолился Фан Мин, с надеждой уставившись на Ван Тао, стоявшего среди гостей.
«Хоть бы хозяин не согласился меня отдать!» — взмолился Фан Мин, с надеждой уставившись на Ван Тао, стоявшего среди гостей.
В этот момент аспирантка натянула плотную защитную перчатку и потянулась к крышке террариума. Чжоу Яцзе заметно нервничала, собираясь взять пробу грунта.
В этот момент аспирантка натянула плотную защитную перчатку и потянулась к крышке террариума. Чжоу Яцзе заметно нервничала, собираясь взять пробу грунта.
«Что это они задумали? Решили меня схватить?» — мгновенно напрягся Фан Мин, в котором проснулись инстинкты хищника. Позволить утащить себя он не мог. «Сами напросились!»
«Что это они задумали? Решили меня схватить?» — мгновенно напрягся Фан Мин, в котором проснулись инстинкты хищника. Позволить утащить себя он не мог. «Сами напросились!»
Фан Мин резко вскинул передние лапы и мгновенно встал на дыбы. Его грозные хелицеры обнажились, а сам он принял классическую атакующую позу. Из-под его лап во все стороны полетели комья субстрата.
Фан Мин резко вскинул передние лапы и мгновенно встал на дыбы. Его грозные хелицеры обнажились, а сам он принял классическую атакующую позу. Из-под его лап во все стороны полетели комья субстрата.
— А-а-а! — истошно взвизгнула аспирантка от неожиданности и пулей отдёрнула руку назад.
— А-а-а! — истошно взвизгнула аспирантка от неожиданности и пулей отдёрнула руку назад.
«И с такой трусостью вы собирались меня ловить?» — мысленно усмехнулся Фан Мин, смерив девушку презрительным взглядом, после чего перевёл взор на её перчатку. По его прикидкам, толщина защиты составляла от силы сантиметр. С его обновлёнными хелицерами пробить её не составило бы никакого труда. Особенно теперь, когда благодаря эссенции сути [Клинок богомола] его жвалы стали острыми и прочными, словно закалённая сталь.
«И с такой трусостью вы собирались меня ловить?» — мысленно усмехнулся Фан Мин, смерив девушку презрительным взглядом, после чего перевёл взор на её перчатку. По его прикидкам, толщина защиты составляла от силы сантиметр. С его обновлёнными хелицерами пробить её не составило бы никакого труда. Особенно теперь, когда благодаря эссенции сути [Клинок богомола] его жвалы стали острыми и прочными, словно закалённая сталь.
Заметив испуг ученицы, профессор тут же захлопнул крышку. Когда Фан Мин встал в атакующую стойку, его верхняя часть тела уже возвышалась над бортами террариума.
Заметив испуг ученицы, профессор тут же захлопнул крышку. Когда Фан Мин встал в атакующую стойку, его верхняя часть тела уже возвышалась над бортами террариума.
— Этот птицеед чрезвычайно опасен. Забор грунта пока отложим, — с серьёзным видом распорядился Ли Хэюй.
— Этот птицеед чрезвычайно опасен. Забор грунта пока отложим, — с серьёзным видом распорядился Ли Хэюй.
Гигантские размеры паука оказывали на присутствующих колоссальное психологическое давление. Разумеется, профессор Ли ещё не догадывался об истинной силе яда Фан Мина. Знай он, насколько опасен этот [Нейротоксин], формулировка «чрезвычайно опасен» показалась бы ему смехотворной.
Гигантские размеры паука оказывали на присутствующих колоссальное психологическое давление. Разумеется, профессор Ли ещё не догадывался об истинной силе яда Фан Мина. Знай он, насколько опасен этот [Нейротоксин], формулировка «чрезвычайно опасен» показалась бы ему смехотворной.
— Для начала проведём замеры и видеофиксацию, — скомандовал Ли Хэюй.
— Для начала проведём замеры и видеофиксацию, — скомандовал Ли Хэюй.
— Хорошо.
— Хорошо.
Аспиранты тут же засуетились, расставляя вокруг террариума штативы с камерами и измерительные приборы. Комната наполнилась суетой: люди кружили вокруг Фан Мина со всех сторон, настраивая технику. Сам же паук мало что понимал в действиях учёных, решив использовать это время с пользой — он усердно поглощал эссенцию сути [Оптическая фиксация].
Аспиранты тут же засуетились, расставляя вокруг террариума штативы с камерами и измерительные приборы. Комната наполнилась суетой: люди кружили вокруг Фан Мина со всех сторон, настраивая технику. Сам же паук мало что понимал в действиях учёных, решив использовать это время с пользой — он усердно поглощал эссенцию сути [Оптическая фиксация].
— Молодой человек, не согласитесь ли вы уступить нам этого красавца? — Ли Хэюй повернулся к Ван Тао. — Наш научно-исследовательский отдел с удовольствием приобрёл бы его для изучения.
— Молодой человек, не согласитесь ли вы уступить нам этого красавца? — Ли Хэюй повернулся к Ван Тао. — Наш научно-исследовательский отдел с удовольствием приобрёл бы его для изучения.
Ван Тао поспешно замахал руками:
Ван Тао поспешно замахал руками:
— Прошу прощения, профессор Ли, но я пока не планирую его продавать. Я очень привязался к Второму Чернышу.
— Прошу прощения, профессор Ли, но я пока не планирую его продавать. Я очень привязался к Второму Чернышу.
— Но вы всё же подумайте, — не отступал старик. — Наш институт готов предложить более чем щедрую компенсацию. К тому же условия содержания у нас будут на высшем научном уровне.
— Но вы всё же подумайте, — не отступал старик. — Наш институт готов предложить более чем щедрую компенсацию. К тому же условия содержания у нас будут на высшем научном уровне.
Однако Ван Тао остался непреклонен:
Однако Ван Тао остался непреклонен:
— Мне действительно жаль, профессор Ли, но дело не в деньгах. Я просто не смогу с ним расстаться.
— Мне действительно жаль, профессор Ли, но дело не в деньгах. Я просто не смогу с ним расстаться.
— Да ладно вам, подумайте ещё раз! Я обязательно выбью у руководства приличный бюджет и пришлю вам официальное коммерческое предложение, идёт? — Ли Хэюй напрочь забыл о солидности, подобающей его преклонному возрасту.
— Да ладно вам, подумайте ещё раз! Я обязательно выбью у руководства приличный бюджет и пришлю вам официальное коммерческое предложение, идёт? — Ли Хэюй напрочь забыл о солидности, подобающей его преклонному возрасту.
Ван Тао почувствовал себя неловко под таким напором и уклончиво ответил:
Ван Тао почувствовал себя неловко под таким напором и уклончиво ответил:
— Что ж... там видно будет.
— Что ж... там видно будет.
— Вот и отлично, обсудим это позже, — с улыбкой подытожил Ли Хэюй.
— Вот и отлично, обсудим это позже, — с улыбкой подытожил Ли Хэюй.
Профессор твёрдо решил, что этот экземпляр должен достаться им во что бы то ни стало. И дело было не только в том, что перед ним находился крупнейший в мире птицеед, превосходящий по габаритам любые известные образцы. Ли Хэюй сразу определил, что это не новый, ранее неизвестный вид, а обычный терафоза блонда — амазонский гигантский птицеед.
Профессор твёрдо решил, что этот экземпляр должен достаться им во что бы то ни стало. И дело было не только в том, что перед ним находился крупнейший в мире птицеед, превосходящий по габаритам любые известные образцы. Ли Хэюй сразу определил, что это не новый, ранее неизвестный вид, а обычный терафоза блонда — амазонский гигантский птицеед.
Это означало лишь одно: паук претерпел колоссальную генетическую мутацию.
Это означало лишь одно: паук претерпел колоссальную генетическую мутацию.
Именно этот феномен представлял для науки колоссальный интерес. Открытие нового вида позволило бы в лучшем случае опубликовать посредственную статью во втором квартиле научных журналов, тогда как исследование столь выраженной мутации сулило колоссальные перспективы. Что касается бюджета, то профессор Ли был уверен, что сможет изыскать солидную сумму.
Именно этот феномен представлял для науки колоссальный интерес. Открытие нового вида позволило бы в лучшем случае опубликовать посредственную статью во втором квартиле научных журналов, тогда как исследование столь выраженной мутации сулило колоссальные перспективы. Что касается бюджета, то профессор Ли был уверен, что сможет изыскать солидную сумму.
Вскоре бесконечные измерения Фан Мина подошли к концу. Учёные аккуратно упаковали своё снаряжение и покинули инсектарий.
Вскоре бесконечные измерения Фан Мина подошли к концу. Учёные аккуратно упаковали своё снаряжение и покинули инсектарий.
Едва за исследователями закрылась дверь, Фан Мин наконец-то облегчённо перевёл дух. По крайней мере, в ближайшие дни ему не грозило оказаться на операционном столе вивария.
Едва за исследователями закрылась дверь, Фан Мин наконец-то облегчённо перевёл дух. По крайней мере, в ближайшие дни ему не грозило оказаться на операционном столе вивария.
«Нужно срочно планировать побег», — мрачно размышлял паук.
«Нужно срочно планировать побег», — мрачно размышлял паук.
В этот момент в комнату вернулся Ван Тао, проводивший профессора и его команду до машины. Он подошёл к террариуму и ободряюще улыбнулся:
В этот момент в комнату вернулся Ван Тао, проводивший профессора и его команду до машины. Он подошёл к террариуму и ободряюще улыбнулся:
— Не бойся, Второй Черныш. Пока я здесь, никто тебя у меня не отнимет. Моя семья ни в чём не нуждается, так что никакие миллионы меня не прельстят. Вот пройдёт зима, и я обязательно покажу тебе огромный мир за пределами этой комнаты.
— Не бойся, Второй Черныш. Пока я здесь, никто тебя у меня не отнимет. Моя семья ни в чём не нуждается, так что никакие миллионы меня не прельстят. Вот пройдёт зима, и я обязательно покажу тебе огромный мир за пределами этой комнаты.
Фан Мин успокоился.
Фан Мин успокоился.
И одновременно с этим распрощался со своими сиюминутными планами побега.
И одновременно с этим распрощался со своими сиюминутными планами побега.
Какое счастье, что он не сбежал раньше! На улице стояла зима, и если он, теплолюбивый птицеед, окажется снаружи в такой мороз, то гарантированно замёрзнет насмерть. Раньше он уже задумывался об этом, но из-за нехватки информации о внешнем мире ему оставалось лишь строить догадки. Теперь же, доверившись словам Ван Тао, он решил переждать холода и дождаться апреля или мая, когда потеплеет, прежде чем предпринимать решительные действия.
Какое счастье, что он не сбежал раньше! На улице стояла зима, и если он, теплолюбивый птицеед, окажется снаружи в такой мороз, то гарантированно замёрзнет насмерть. Раньше он уже задумывался об этом, но из-за нехватки информации о внешнем мире ему оставалось лишь строить догадки. Теперь же, доверившись словам Ван Тао, он решил переждать холода и дождаться апреля или мая, когда потеплеет, прежде чем предпринимать решительные действия.
Ван Тао ушёл и не появлялся несколько дней.
Ван Тао ушёл и не появлялся несколько дней.
Когда же он наконец вернулся, то вёл на поводке золотистого ретривера.
Когда же он наконец вернулся, то вёл на поводке золотистого ретривера.

Комментарии

Загрузка...