Мне исполнилось двенадцать лет.
Я сосредоточился, вдыхая ставший уже привычным запах лекарств и спирта.
Лечебница доктора Альфонса.
За прошедшее время я стал приходить сюда практически каждый день.
Супруги Фаль, с которыми я давно успел познакомиться, тоже уже привыкли к моим посещениям.
Глава семьи, господин Бруно, страдал лёгкой формой болезни лени ещё со времён Багровой ночи.
С тех пор как его перевели в лечебницу доктора Альфонса, прошло больше года.
И всё это время я регулярно проводил ему лечение с помощью магической энергии.
Его жена, госпожа Камилла, как обычно, наблюдала за процедурой, стоя немного позади.
Спустя некоторое время я закончил передачу магической энергии.
Бруно несколько раз моргнул.
Затем на его лице появилась едва заметная улыбка.
Он перевёл взгляд на меня, и в его глазах мелькнуло осмысленное выражение.
Пальцы Бруно осторожно коснулись моей руки.
...
Наверное, он хотел что-то сказать.
Но говорить по-прежнему не мог, поэтому я не знал, что именно он пытался мне сообщить.
Я мягко сжал его руку, после чего поднялся.
И тут...
Ух...
Перед глазами потемнело.
Я пошатнулся, едва не потеряв равновесие, но сумел устоять.
Госпожа Камилла испуганно бросилась ко мне, собираясь поддержать.
Однако я поднял правую руку, останавливая её.
— В-всё в порядке.
Я глубоко вдохнул и постарался выпрямиться.
Похоже, потратил довольно много магической энергии.
Если ориентироваться на собственные ощущения, за один раз я мог высвободить примерно девяносто единиц.
После сотни последовательных применений начинало кружиться голова.
А ещё несколько повторений полностью истощали запас магической энергии.
Другими словами, мой общий запас составлял приблизительно десять тысяч единиц.
...
Однако даже десяти тысяч единиц оказывалось недостаточно для лечения болезни лени.
Передача такого количества магической энергии вызывала лишь незначительные изменения в состоянии пациента.
Чтобы поддерживать период повышенной бодрости, необходимо непрерывно снабжать организм энергией.
Но, вероятно, из-за недостаточного объёма передаваемой магии больной постепенно возвращался к прежнему состоянию вялости.
И всё же я продолжал лечение.
Возможно, магическая энергия благотворно влияла на организм пациента.
Возможно, происходили какие-то изменения, которые мы пока не умели обнаруживать.
Или дальнейшие исследования позволят открыть нечто новое.
Именно поэтому я не прекращал процедуры.
Госпожа Камилла тоже хотела, чтобы мы продолжали, поэтому лечение проводилось ежедневно.
— В-вы в порядке, господин Шион?!
— П-пожалуйста, не называйте меня господином...
Я неловко улыбнулся.
— Я ведь, как видите, ещё ребёнок.
Госпоже Камилле было примерно столько же лет, сколько маме.
Когда взрослая женщина обращалась ко мне с таким почтением, я чувствовал себя крайне неловко.
— Но вы действительно наш спаситель, — возразила Камилла. — Благодаря вам моему мужу стало лучше.
Её глаза увлажнились.
— Я даже не знаю, как вас благодарить... Другие врачи, кроме доктора Альфонса, требовали огромную плату. И при этом совершенно не могли помочь мужу...
Она опустила взгляд.
— А вы относитесь к нему с такой заботой. И лечите совершенно бесплатно...
Камилла с трудом сдерживала слёзы.
— Каждый день приходите сюда. Каждый день стараетесь ему помочь... Ни один врач не делал для нас столько, сколько сделали вы.
...
Глядя на её слёзы, я лишь сильнее ощущал собственное бессилие.
Ведь мои процедуры всё ещё оставались по большей части экспериментальными.
А главной целью всех исследований было лечение Марии.
Как же я мог брать за это деньги?
— Но ведь мне так и не удалось его вылечить, — тихо ответил я. — Значит, моих способностей пока недостаточно. Простите...
— Что вы такое говорите?!
Камилла поспешно покачала головой.
— Вы сделали для нас очень многое! Я уверена, что муж тоже вам благодарен!
Она посмотрела на Бруно.
— И даже если он так и не выздоровеет, наша благодарность никуда не исчезнет!
...
Но сколько бы раз я ни приходил...
Сколько бы процедур ни проводил...
Как бы искренне ни старался помочь...
Если мне не удастся вылечить человека, всё это не принесёт желаемого результата.
Я лишь помрачнел, чувствуя вину перед Камиллой.
— Пожалуйста, не принимайте это так близко к сердцу, — мягко произнесла она. — Вы уже... Вы уже сделали достаточно.
Она смахнула слёзы.
— И я, и мой муж всем довольны. Благодаря вашей заботе нам стало легче на душе.
...
Но если я не смогу его спасти, этого недостаточно.
Я не был врачом.
Однако за прошедший год с лишним успел понять, насколько тяжело и страшно брать на себя ответственность за спасение чужой жизни.
Это вовсе не просто.
Сначала я хотел спасти только сестру.
Но потом познакомился с другими людьми.
Увидел их страдания.
Узнал их истории.
И постепенно начал желать, чтобы выздоровели все.
...
А ведь до сих пор мне так и не удалось никого по-настоящему спасти.
Я поклонился госпоже Камилле, попрощался и вышел из палаты.
Затем направился к выходу из лечебницы.
— Шион.
В коридоре мне встретился Коул.
За прошедшие почти два года он заметно повзрослел.
Стал выше, а черты лица приобрели более мужественное выражение.
Впрочем, неудивительно: сейчас ему должно было быть около семнадцати-восемнадцати лет.
Белый врачебный халат теперь сидел на нём куда естественнее, чем прежде.
Да и сам Коул уже производил впечатление настоящего врача.
— Ты плохо выглядишь, — заметил он. — Вообще спишь по ночам? Совсем себя загоняешь.
— Сплю. И отдыхаю, и нормально ем.
Я пожал плечами.
— Просто потратил слишком много магической энергии и немного устал. Всё в порядке.
И это правда.
Я вовсе не пытался довести себя до предела.
И не чувствовал, что обстоятельства загнали меня в угол.
Конечно, временами меня охватывало нетерпение.
Ведь прошло уже больше пятисот дней, а лечения мы так и не нашли.
Я постоянно хотел как можно скорее вылечить Марию и остальных пациентов.
К счастью, число новых случаев болезни лени практически перестало расти.
И, что ещё важнее, за всё это время ни у одного пациента не наблюдалось внезапного резкого ухудшения состояния.
Однако...
Это ведь всего лишь сохранение нынешнего положения.
Нам удалось избежать ухудшения, но не добиться выздоровления.
Я понимал, что необходимо что-то менять, и постоянно искал новые способы лечения.
Коул выслушал меня и тяжело вздохнул.
— ... Не пытайся тащить всё на себе. Ты и так очень много делаешь.
Он нахмурился.
— И не обращай внимания на остальных врачей и медсестёр. Они ничего не умеют, зато гордости у них хоть отбавляй.
— Ты чего вдруг? Даже как-то жутковато.
— Ч-что значит «жутковато»?!
Коул возмущённо посмотрел на меня.
— Я тут, между прочим, о тебе беспокоюсь!
Ха-ха...
Коул всегда был немного неуклюжим в общении.
Да и выражений зачастую не выбирал.
Но, по-моему, всё это лишь отражало его прямой и серьёзный характер.
Он был строг и к себе, и к окружающим.
Однако за этой строгостью скрывалась искренняя доброта.
Именно поэтому Коул не мог пройти мимо человека, оказавшегося в беде или изо всех сил пытавшегося чего-то добиться.
Он обязательно протягивал руку помощи или поддерживал добрым словом.
За прошедший год с лишним я успел довольно хорошо его узнать.
Хотя теперь мы уже не так часто работали вместе, как раньше.
— Ха-ха! Спасибо, Коул.
Я улыбнулся.
— Но я действительно в порядке. Не беспокойся.
— ... Раз уж у тебя ещё хватает сил отпускать подобные замечания, значит, наверное, не врёшь.
Он отвернулся.
— В любом случае хотя бы иногда отвлекайся от работы! Ты ведь каждый день приходишь сюда и только болезнью лени и занимаешься!
Коул строго посмотрел на меня.
— Слушай внимательно! Сегодня сразу иди домой и отдыхай! И обязательно поешь! Понял?!
— Понял. Так и сделаю.
Кажется, Коул собирался продолжить нотацию.
Но в этот момент его позвала медсестра.
Он нехотя закончил разговор и скрылся в палате.
А я покинул лечебницу.
...
Пройдя через многолюдные улицы, я направился к дому Гласта.
Мы жили там уже невероятно долго.
Гласт по-прежнему часто навещал нас, и мне было неловко от того, сколько неудобств мы ему причиняли.
Но стоило мне однажды заговорить об этом, как он только рассмеялся:
«Да живите сколько хотите! Мне даже лучше, если останетесь подольше! Хоть так смогу отплатить вам за всё!»
...
По-моему, свой долг он уже давно вернул.
Более того, теперь скорее мы оказались у него в долгу.
Город вокруг меня кипел жизнью.
Рейфы больше не появлялись.
С уничтожением монстров в окрестностях тоже постепенно наладили дело.
Бродяг стало меньше.
Число новых заболевших болезнью лени сократилось.
Всё было спокойно.
По крайней мере, на первый взгляд.
...
В любом мире и любом обществе всегда найдутся люди, которым приходится страдать.
Те же, кто день за днём занят собственной жизнью и едва успевает справляться со своими заботами, зачастую просто не имеют возможности думать о чужом горе.
Я не собирался их осуждать.
Это вполне естественно.
Продолжая идти тяжёлым шагом, я наконец добрался до дома Гласта.
И возле входа увидел знакомые лица.
— Плохо выглядишь, Шион. Ты в порядке?
— ... Привет.
— А, Рафина! Бриджит!
Передо мной стояли две девушки.
Рафина за прошедшее время заметно повзрослела.
Её фигура стала ещё более стройной и женственной.
В ней постепенно появлялось особое очарование взрослой женщины.
У Рафины и раньше было красивое лицо и хорошая фигура, а теперь она и вовсе невольно привлекала взгляды прохожих.
...
Правда, характер совершенно не изменился.
В этом отношении она оставалась всё такой же бестолковой фанаткой рыцарства.
Бриджит же выглядела почти точно так же, как раньше.
Казалось, она вообще перестала расти.
Кто-нибудь наверняка позавидовал бы такой способности сохранять юный облик.
Но самой Бриджит это, похоже, не слишком нравилось.
Она стояла рядом с Рафиной, как обычно держа в одной руке книгу.
Выражение её лица оставалось совершенно невозмутимым.
— Что-то случилось? — спросил я.
— Н-нет, ничего особенного! — поспешно ответила Рафина. — Просто решила заглянуть к тебе между служебными делами!
Она гордо выпятила грудь.
— Вообще-то я ужасно занята! Просто невероятно! Но всё-таки нашла время!
— ... В семьдесят пятом гвардейском отряде... в основном уборка и мелкие поручения, — тихо заметила Бриджит. — Поэтому свободного времени у них много...
Она посмотрела на Рафину.
— ... Настолько много, что она постоянно приходит к Шиону... Говорит, что охраняет его... а на самом деле просто убивает время...
— Ч-ч-чего?!
Рафина мгновенно растерялась.
— Бриджит! Ч-что за чушь ты несёшь?! Не говори глупостей!
...
Такая бурная реакция только подтверждала правоту Бриджит.
Мы одновременно посмотрели на Рафину с понимающими улыбками.
— Гх-х! П-прекратите так на меня смотреть!
Она поспешно отвернулась.
— Л-лучше скажи, Бриджит! А сама-то ты что здесь делаешь?! Учёные ведь всегда заняты, не так ли?!
— ... В последнее время меняется экология монстров... И поступает очень много противоречивых сведений.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...