Она явно не умела им пользоваться, и Лу Хуайцзинь терпеливо её учил. Объяснив, как обращаться с телефоном, он сказал:
— Этот цвет, пожалуй, не очень красивый. На днях, когда будет время, я отведу тебя купить новый.
Гу Шуаншуан немного поиграла с телефоном, не желая выпускать его из рук:
— Давай оставим этот, не будем тратить деньги зря, он очень хороший!
Помогла Гу Шуаншуан обустроиться, Лу Хуайцзинь всю дорогу домой за рулем раздумывал над тем, как подступиться к Цинь Яню и уговорить его пойти на свидание вслепую с Гу Шуаншуан.
Он даже немного пожалел о своих словах. Все эти черепахи, свиньи и мелкие черепашата... к чертям собачьим!
Его машина незаметно подъехала к воротам киностудии, и он проколебался полчаса, прежде чем наконец набрать номер.
Цинь Янь взял трубку и даже не успел произнести приветствие, как Лу Хуайцзинь выпалил напрямую:
— Во вторник в десять утра жди меня у Королевского зоопарка.
Цинь Янь удивился:
— Что такое? Решил пригласить меня посмотреть на львов и извиниться?
— Короче говоря, придешь или нет? — Лу Хуайцзиню не хотелось вести с ним пустые разговоры.
— Ладно, давай считаем вчерашнее дело замятым. Впредь выбирай с кем крутишься, нечего разивать рот на любую юбку, — Цинь Янь принялся поучать его по телефону.
Лу Хуайцзинь окончательно потерял терпение и рявкнул в трубку:
— Да ты ни черта не знаешь! Шуаншуан — самая добрая девушка на свете, Цинь Янь, следи за своим языком.
Цинь Янь странным тоном переспросил:
— Самая добрая? Скорее, лучше всех притворяется!
— Ты что несешь?! Она — моя спасительница! Если еще хоть раз позволиш себе подобные оскорбления, не обессудь, церемониться не стану! — взревел Лу Хуайцзинь, с силой сжимая телефон.
На том конце провода Цинь Янь явно замер на мгновение и лишь спустя долгое время ответил:
— Хорошо, я ничего не буду говорить. Поговорим при встрече, договорились?
Лу Хуайцзинь со злости ударил кулаком по рулю:
— Во вторник в десять утра будь как штык в зоопарке на свидании вслепую с Шуаншуан. Если сорвешь встречу, считай, что мы больше не братья!
Цинь Янь совершенно ничего не понял:
— Стой-стой, с кем ты мне предлагаешь пойти на свидание?
— С той девушкой, которую ты видел вчера, — Лу Хуайцзинь перевел дыхание и добавил: — Она в тебя влюблена, Цинь Янь. Она действительно прекрасный человек, и если ты сможешь на ней жениться, это станет твоим величайшим счастьем.
Вдруг Цинь Янь расхохотался прямо в трубку, и смех не унимался еще долго:
— Лу Хуайцзинь, ты после возвращения совсем с катушек съехал, а? Скажи мне, как это ты еще не загнулся где-нибудь на чужбине? Скольких вообще женщин ты в своей жизни видел? Ты хоть понимаешь, что у них на уме? Их главная цель — только деньги.
— ...Чушь собачья! Если бы ей нужны были деньги, стала бы она сохнуть по тебе, а не по мне? Да я богаче тебя! Цинь Янь, нельзя же судить о людях по себе, всему есть предел, окей?
Этот телефонный разговор довел Лу Хуайцзиня до белого каления, и он не удержался от грубой брани в адрес Цинь Яня.
Лу Хуайцзинь чувствовал, что если продолжит этот разговор, то действительно не удержится, ворвется на съемочную площадку и от души наподдает Цинь Яню.
Он бросил напоследок:
— Если во вторник к десяти не придешь, я тут же опубликую в газете и выложу в Вейбо заявление о разрыве всех родственных связей с тобой, Цинь Янь. И ноги моей больше не будет рядом с тобой.
Сбросив вызов, Цинь Янь уставился на телефон с крайне мрачным выражением лица.
Какая такая загадочная магия была в этой девчонке, раз она умудрилась полностью лишить Лу Хуайцзиня рассудка?
С самого среднего школьного века Лу Хуайцзинь шарахался от представительниц противоположного пола, целиком посвящая себя учебе. Начав работать, он боялся, что романтические отношения помешают карьере, и избегал женщин как чумы.
Кто бы мог подумать, что эта ледяная глыба аскетизма в один миг взорвется с такой страшной силой.
Цинь Янь мысленно сокрушался: что за женщину умудрился выбрать Лу Хуайцзинь? Самое смертельное во всей этой истории было то, что он всерьез собирался сосватать её ему в жены!
Уж не выронили ли Лу Хуайцзиню мозги где-то на краю Вселенной?
Главное отличие между двумя братьями, Цинь Янем и Лу Хуайцзинем, заключалось в их отношении к людям и миру.
Лу Хуайцзинь относился к друзьям и подчиненным с абсолютной искренностью и готовностью душу вынуть. Цинь Янь же, кроме Лу Хуайцзиня, вообще никого в грош не ставил.
Лу Хуайцзинь был холоден снаружи, но горяч внутри, в то время как Цинь Янь являл собой классический пример человека холодного и снаружи, и в самом сердце.
Цинь Янь прекрасно знал характер Лу Хуайцзиня: раз тот сказал — значит, сделает, поэтому на это так называемое свидание ему определенно придется идти.
Цинь Янь прилёг на кресло для отдыха и мысленно заново набросал образ Гу Шуаншуан: чистая внешность, умение прикинуться дурочкой, да еще и в стрельбе из лука толк знает — неудивительно, что Лу Хуайцзинь увяз по самые уши.
Если приплюсовать сюда статус спасительницы жизни, то подобная реакция Лу Хуайцзиня не казалась чем-то удивительным.
Вот только истинные цели этой самой спасительницы... еще стоило хорошенько проверить.
Гу Шуаншуан была непривередлива к постели. В первую же ночь, проведенную в Стрелковом клубе «Мэндао», она спала крепко и сладко, без единого сновидения.
Ранним утром стоило ей открыть глаза, как телефон под подушкой издан мелодичный звон, до смерти напугавший её — она резко вскочила с кровати и лишь спустя добрых полминуты, взъерошив растрепанные волосы, сообразила, в чем дело.
...Ах да, это же звук телефона.
Она нащупала аппарат, слегка коснулась пальцем экрана, и тот с щелчком разблокировался.
Вчера, когда Лу Хуайцзинь учил её регистрировать отпечаток пальца, ей это показалось настоящим чудом, и сейчас, попробовав сама, она все еще испытывала благоговейный трепет.
Поэтому она еще несколько раз заблокировала и разблокировала экран: нажала — погасила, нажала — зажгла... Новое развлечение наконец приелось. Правда, при этом она случайно умудрилась куда-то задевать и стереть присланное Лу Хуайцзинем сообщение.
В ее комнате были кухня, ванная и туалет, причем кухня от ванной отделялась лишь тонкой перегородкой из композитной панели.
Умывшись, она захотела приготовить что-нибудь поесть, но совершенно не умела пользоваться газовой плитой. Провозившись туда-сюда больше получаса, она так и не смогла повернуть ручку подачи газа. В конце концов, не найдя другого выхода, она решительно схватила ключ, закатила рукава и вышла наружу.
Проходя мимо стойки администратора в стрелковом клубе, она увидела Лао Мэна, уплетающего вонтоны, и жизнерадостно поприветствовала его:
— Лао Мэн, доброе утро!
Лао Мэн едва не забыл, что, помимо него самого, в тире теперь живет еще и молоденькая девчонка. Он поднял голову, прищурился и отозвался:
— Доброе утро, мисс Гу.
Гу Шуаншуан расплылась в улыбке:
— Лао Мэн, ну что вы такие формальности разводите! Зовите меня просто Шуаншуан. А если вам неудобно звать меня Шуаншуан, можете звать меня Старой Шуан.
Лао Мэн чуть не подавился горячим вонтоном, но сохранилвозмутительное хладнокровие и ответил:
— Хорошо-хорошо, доброе утро, Шуаншуан.
— Лао Мэн, это вы сами приготовили? — Гу Шуаншуан указала на вонтоны.
— Я же спозаранку примчался на работу, откуда у меня время на готовку по утрам? — Лао Мэн вытащил визитку службы доставки и протянул ей. — На, если не хочешь сама возиться с готовкой, позвони по этому номеру, можешь заказать все, что душа пожелает.
Гу Шуаншуан цокнула языком: надо же, как в городе всё устроено! Были бы деньги — еду и приготовят, и прямо к порогу доставят.
Она обошла стойку, притащила табуретку, села рядом с Лао Мэном, включила телефон, открыла экран набора номера и принялась медленно тыкать в цифровые клавиши одним пальцем.
Введя номер телефона, она для полной надежности ткнула Лао Мэна в локоть:
— Лао Мэн, если нажать на эту маленькую трубку, звонок ведь пойдет, да?
Лао Мэн, жуя вонтон, глянул на нее и кивнул.
Гу Шуаншуан нажала вызов, бормоча под нос:
— До чего же у городских всё удобно.
Через мгновение вызов прошел, и в динамике раздался стандартный женский голос с чистым пекинским акцентом:
— Алло, здравствуйте, доставка Ма.
— Зд... здравствуйте, — произнесла Гу Шуаншуан. — Скажите, вы можете привезти поесть?
— Здравствуйте, что именно вы хотите заказать?
— Маленькие пельмени есть? Жареный гусь есть? А еще, а еще — жареный молочный поросенок есть?
— Есть. Скажите, сколько порций пельменей, сколько килограммов гуся и сколько поросенка вам привезти?
Лао Мэн, сидевший рядом с миской вонтонов, повернул голову и посмотрел на нее с абсолютным изумлением. Лишь спустя пару секунд он произнес:
— Шуаншуан, тебе не обязательно угощать меня обедом, я уже наелся.
Гу Шуаншуан повернулась к нему:
— Да нет же, Лао Мэн, я и не собиралась вас угощать.
— ... — Лао Мэн почувствовал себя неловко.
Оператор в телефоне снова переспросила: «Алло?»
На самом деле Гу Шуаншуан просто любопытствовала и не собиралась заказывать все эти изыски, ей просто казалось, что эта доставка — вещь удивительная и очень удобная. Она сказала:
— Ничего этого не надо, дайте мне миску лапши с тушеным мясом в сухарях!
В голосе оператора послышалось легкое раздражение:
— Извините, девушка, у нас есть только лапша с жирными свиными кишками и лапша с ребрышками, лапши с мясом в сухарях у нас нет.
— Тогда давайте миску лапши с верхушками гороха! — подумала она: раз мяса в сухарях нет, то побеговые верхушки гороха-то наверняка найдутся?
— Извините, девушка, есть только лапша со стеблями бамбука...
Гу Шуаншуан подумала, что собеседница на том конце провода ужасно противоречит сама себе:
— Вы же только что сказали, что есть только лапша с кишками и с ребрышками, а теперь говорите, что только со стеблями бамбука. Так есть у вас лапша с ребрышками и кишками или нет?
— Девушка, вы издеваетесь, что ли?
Лао Мэн больше не мог слушать этот бред, отобрал у нее телефон и выпалил в трубку:
— Одну порцию лапши с ребрышками, доставьте в Стрелковый клуб «Мэндао».
Положив трубку, Гу Шуаншуан восхищенно покачала головой:
— Лао Мэн, как же вы, городские, странно изъясняетесь — сплошные противоречия.
— Да ты что, сама не городская, что ли? — покачал головой уставший Лаo Мэн. — Это ты просто во всё нос суешь и усложняешь.
— Ну... можно сказать, и не городская.
Лао Мэн включил компьютер и принялся смотреть фильм.
Гу Шуаншуан ахнула:
— Лао Мэн, это же компьютер? Нынешние компьютеры все такие тонкие?
Она смутно помнила, что в детстве компьютеры выглядели как огромные тяжелые коробки.
Лао Мэн бросил на нее косой взгляд, тяжело вздохнул и начал просвещать её насчет назначения компьютеров.
Вскоре привезли её лапшу с ребрышками, и она принялась уплетать еду за обе щеки, одновременно слушая рассказы Лао Мэна.
Способность к обучению у Гу Шуаншуан была феноменальной. Пусть она и не обладала абсолютной памятью, но стоило ей увидеть что-то хотя бы раз, как удержать в голове общую суть для нее не составляло никакого труда.
Лао Мэн объяснил ей устройство современного развитого интернета, а также научил пользоваться другими функциями телефона, попутно скачав несколько приложений.
Они просидели так ровно четыре часа. Гу Шуаншуан полностью переварила всю полученную от Лао Мэна информацию и вдруг спросила:
— Лао Мэн? Ты говоришь, интернет такая мощная штука, а если я захочу кого-то найти, интернет сможет мне помочь?
— Да проще пареной репы, — ответил Лао Мэн. — Ты знаешь про Вейбо? Знаешь про форум Тянья? У нашего молодого господина миллионы фанатов, попроси его выложить у себя пост о поиске человека — неужто не найдешь того, кого ищешь?
Она прижалась животом к столу, подложив ладони под подбородок, и моргнула:
— А кто такой молодой господин?
Лао Мэн кашлянул и пояснил:
— Лу Хуайцзинь.
Гу Шуаншуан кивнула и многозначительно протянула «а-а», не найдя в этом ничего странного — старший брат Лу с первого взгляда казался типичным мажором, а когда они только прибыли в горную деревню, его характер был донельзя взрывным и нетерпеливым. Она снова спросила:
— А Лао Мэн, сможешь помочь мне завести Вейбо?
— Без проблем, — охотно согласился Лаo Мэн.
Не прошло и нескольких минут, как Лао Мэн зарегистрировал для нее аккаунт в Вейбо под именем Гу Шуаншуан, а на аватарку поставил снимок, который только что сам же и сделал.
У ее страницы не было подписчиков, но после взаимной подписки с Лао Мэном у нее появился хотя бы один фанат.
Освоившись на новом цифровом просторе, Гу Шуаншуан немного освоилась с интерфейсом, а затем вбила в поисковую строку Вейбо имя «Лу Хуайцзинь».
У Лу Хуайцзиня оказалось несколько десятков миллионов подписчиков. Полистав комментарии, она заметила, что практически под каждой его записью красуются десятки тысяч откликов и репостов.
Сам Лу Хуайцзинь публиковал в основном новости киберспорта, в которых она совершенно ничего не понимала.
Но когда она наугад ткнула в один из постов, степень откровенности комментариев под ним напугала ее так, что она чуть не свалилась с табуретки:
— Муж! Поцелуй меня!
— Муж! Я жду тебя в постели!
— Муж, сегодня ты снова стал еще красивее...
— Муж! Почему ты не смотрел на меня на стадионе в тот день?! Вернись немедленно! Будешь стоять на коленях на дуриане.
Стиснув телефон в руке, Гу Шуаншуан невольно прониклась сложными чувствами: кто бы мог подумать, что старший брат Лу — такой ветреный мужчина...
После этого она неторопливо ввела в поисковую строку «Цинь Янь». Открыв страницу Цинь Яня и просмотрев его ленту, она почувствовала, как в ее девичьем сердце взметнулась буря, а на затылке замаячили розовые пузыри.
Стиль Вейбо Цинь Яня кардинально отличался от профиля Лу Хуайцзиня.
Страница Цинь Яня пестрила философскими цитатами в сочетании с его собственными потрясающими снимками — среди иллюстраций попадались как кадры в исторических костюмах, так и современные художественные фотосессии.
Незадолго до этого центральное телевидение вовсю крутило повторный показ Люй Бу, и Цинь Янь выложил одну из ранних пробных фотографий в образе Люй Бу со съемок.
Как можно было описать красоту Цинь Яня?
Гу Шуаншуан быстро нашла в комментариях подходящее определение — красив до разрыва небес.
Лао Мэн в наушниках самозабвенно смотрел фильм и совершенно не заметил перемены в выражении лица Гу Шуаншуан.
Увидев Вейбо Лу Хуайцзиня, Гу Шуаншуан ожесточенно мотала головой — ее стрижка каре качалась из стороны в сторону, брови хмурились, а с губ срывалось презрительное цыканье.
Увидев же страницу Цинь Яня, Гу Шуаншуан принималась энергично кивать — каре снова подпрыгивало, а в глазах читались персиковый цвет и чистое помешательство фанатки.
Именно в этот момент Лу Хуайцзинь переступил порог стрелкового клуба и застал Гу Шуаншуан, которая сидела плечом к плечу с Лао Мэном за стойкой и увлеченно листала Вейбо в телефоне.
Он изначально опасался, что она осталась голодной, и по дороге специально купил ей порцию вонтонов, но, заметив пустую корочку от лапши с правой стороны от нее, понял, что его тревоги были излишни.
Сидевшие за стойкой двое не обратили на него внимания.
Один увлеченно таращился в телевизор в наушниках, другая уткнулась носом в телефон.
Он водрузил завтрак на стойку и постучал костяшками пальцев по столешнице, издав глухой стук.
Услышав звук, Гу Шуаншуан подняла голову и, заметив Лу Хуайцзиня, не выказала и тени того волнения, на которое он втайне рассчитывал — вместо этого она окинула его крайне брезгливым, оценивающим взглядом.
Только что начитавшись Вейбо, Гу Шуаншуан больше не могла смотреть на Лу Хуайцзиня прежними глазами. Она вдруг осознала, что у хорошо знакомого ей Лу Хуайцзиня есть и совершенно другая сторона.
...Оказывается, старший брат Лу — такой легкомысленный мужчина.
Она опустила взгляд на экран с профилем Цинь Яня и тяжело вздохнула: всё-таки Цинь Янь был гораздо лучше.
Пусть Цинь Янь не слишком ее жаловал и питал к ней определенные заблуждения, она была уверена, что сможет заставить его изменить свое мнение.
В конце концов, поначалу Лу Хуайцзинь тоже относился к ней отвратительно, а теперь вон как записал в лучшие друзья? Люди ведь имеют свойство меняться, думала она.
Сегодня Лу Хуайцзинь был одет в легкий трикотажный свитер светлых тонов со строгим воротником рубашки выглядывающим из-ор ворота. Этот наряд одновременно источал лучистую свежесть и толику строгой серьезности.
Лу Хуайцзинь бросил быстрый взгляд на Лао Мэна, а затем кивнул Гу Шуаншуан:
— Деревенщина, иди сюда, надо поговорить.
Заметив его таинственный вид, Гу Шуаншуан подошла вплотную.
Лу Хуайцзинь взял ее за плечи, наклонился и зашептал прямо на ухо:
— Во вторник в десять утра я отвезу тебя на свидание вслепую с Цинь Янем.
Гу Шуаншуан кивнула, отступила на шаг назад и отвесила ему глубокий поклон под прямым углом:
— Спасибо, старший брат Лу.
Лу Хуайцзинь испытывал смешанные чувства из радости и тревоги. Он спросил:
— Ты видела сообщение, которое я тебе отправил?
Она опешила:
— Какое сообщение?
Лу Хуайцзинь протянул к ней руку ладонью вверх:
— Давай телефон.
Она послушно вложила гаджет в его ладонь.
Лу Хуайцзинь взял аппарат, увидел открытую главную страницу Вейбо Цинь Яня и нахмурил густые брови:
— Ты сидишь в его Вейбо?
Гу Шуаншуан кивнула:
— Ага. Старший брат Лу, выключи экран и включи снова.
Озадаченный Лу Хуайцзинь последовал ее совету: заблокировал экран и снова разблокировал... И едва не изблевал кровью от увиденного.
...Эта деревенщина установила фотографию Цинь Яня в качестве заставки на заблокированный экран!
С потемневшим лицом он фыркнул, издав с напускным высокомерием:
— Уродство какое-то.
Гу Шуаншуан протянула шею и придирчиво разглядела экран телефона:
— Ну, на фото он и правда чуть менее красив, чем в жизни.
Лу Хуайцзинь сдержал дыхание, молча сверля взглядом ее макушку, чтобы хоть как-то выразить переполнявшую его ярость.
Гу Шуаншуан подняла голову и натолкнулась на его крошечный, полный обиды и горечи взгляд. Она уже собиралась спросить, что случилось, как его лицо мгновенно озарилось улыбкой, а в глазах вновь заплескалось мягкое тепло. И тогда... она засомневалась, не показалось ли ей всё это секунду назад.
Гу Шуаншуан поинтересовалась:
— Старший брат Лу, как думаете, мне стоит как-то особенно нарядиться завтра для свидания с Цинь Янем?
Лу Хуайцзинь окинул ее оценивающим взглядом с ног до головы и с серьезным видом кивнул:
— Стоит.
Помолчав, он добавил:
— И как же ты хочешь нарядиться?
Спустя пятнадцать минут Лу Хуайцзинь вел Гу Шуаншуан в торговый центр.
Очутившись в просторных и ярких залах элитного молла, Гу Шуаншуан захлопотала радостной птичкой.
Она бежала впереди, вертя головой во все стороны и сияя от восторга так, что оставалось только затянуть народную песню про алые цветы на склонах гор.
Лу Хуайцзинь с каменным лицом и длинными шагами неторопливо плелся позади, попутно о чем-то думая.
В какой-то момент, пока он погрузился в свои мысли, резвая макушка-каре впереди внезапно исчезла из вида.
Лу Хуайцзинь огляделся по сторонам, но Гу Шуаншуан нигде не было. Достав телефон и проверив геолокацию, он наконец отыскал ее в одном из женских магазинов одежды.
Когда он подошел, Гу Шуаншуан как раз выходила из примерочной в пышном платье принцессы.
Чтобы дополнить этот образ, продавец-консультант даже надела ей на шею ожерелье и водрузила на голову хрустальную диадему.
Мало кто из девушек ее возраста мог позволить себе вытянуть столь специфический наряд: если бы её внешность была хоть капельку старше, образ получился бы не милым, а нелепым.
В ярком свете потолочных софитов заколка-диадема, застрявшая в волосах, ярко сияла. Лу Хуайцзинь на секунду замер — привыкнув видеть деревенщину в спортивных костюмах, он никак не ожидал, что в платье она окажется на редкость хороша.
Смущенно разглядывая себя в зеркале, Гу Шуаншуан повернулась к Лу Хуайцзиню:
— Старший брат Лу, красиво?
У каждой девушки в сердце живет сказочная мечта о принцессах, и Гу Шуаншуан не была исключением.
Консультант в магазине, заметив Лу Хуайцзиня, едва не испускала лучи восторженного света из глаз.
Лу Хуайцзинь подошел ближе, бегло окинул взглядом ее наряд и нахмурился:
— Некрасиво, сплошная пестрота. Появишься перед Цинь Янем в таком виде — провалишь всё дело с треском.
— Тогда... что любят носить девушки, которые нравятся Цинь Яню? — смиренно осведомилась она.
Лу Хуайцзинь окинул взглядом торговый зал и остановил выбор на джинсах, висевших в самом углу.
Бросив еще один взгляд вокруг, он выделил ничем не примечательную джинсовую куртку. Протянув руку, он указал на джинсы с курткой и бросил продавцу:
— Эй, снимите вон те брюки и ту куртку.

Комментарии

Загрузка...