Вернувшись домой, Чжуан Ян первым первым делом вынес из спальни плюшевую игрушку.
— Сяосяо, смотри, что папа тебе купил. Нравится панда? — Он протянул девочке пушистого зверя.
Глаза ребенка загорелись восторгом, было видно, что панда ей очень приглянулась. Однако она не бросилась брать её. Сначала она робко глянула на отца, потом перевела взгляд на мать, ища одобрения.
Только когда Ван Сяоми кивнула, девочка несмело подошла, взяла панду и тут же юркнула обратно за материнскую юбку. Лишь там она позволила себе улыбнуться и крепко прижать игрушку к себе.
Сердце Чжуан Яна сжалось. Каким же тираном надо было быть, чтобы собственный ребенок так тебя дичился.
Оставив дочь с подарком, он ушел на кухню за блюдами.
— Мамочка, крабы! — Сяосяо увидела тарелку в руках отца, и её глазки заблестели. Крабы были её любимым лакомством. Но радость тут же сменилась опаской – ведь это приготовил «плохой папа». Раньше он никогда не делился с ней едой.
— Сяосяо, папа приготовил твоих любимых крабов. Беги скорее мыть ручки, и будем садиться за стол, — улыбнулся Чжуан Ян.
Девочка снова посмотрела на этого странного, непривычно доброго отца, и снова повернулась к матери.
— Иди, — подтвердила Ван Сяоми, и Сяосяо шустро умчалась в ванную.
Вскоре она вернулась, топая маленькими ножками, и вся семья собралась за столом.
Ван Сяоми оглядела ужин. Четыре блюда и суп выглядели и пахли так, будто их доставили из первоклассного ресторана. Если бы она не видела своими глазами, как муж выносил их из кухни, ни за что бы не поверила.
Чжуан Ян положил по крабу жене и дочери.
— На рынке попались очень приличные, вот и взял. Попробуйте, как получилось? — Он старался завязать беседу.
— Угу, — Ван Сяоми сдержанно кивнула и принялась за краба.
— Как вкусно! — Это была первая мысль, вспыхнувшая в её голове. Она и раньше ела морепродукты, но такого невероятного вкуса не пробовала никогда.
— Мамочка, краб очень вкусный! — Подхватила Сяосяо, смешно причмокивая над клешней.
— Раз нравится, кушай побольше. Чтобы расти здоровой. Папа теперь часто будет покупать тебе крабов, — Чжуан Ян с нежностью смотрел на дочку.
— А теперь попробуй рыбку, — он выбрал кусочек без костей и положил ей в тарелку.
Сяосяо глянула на него, встретилась с ним глазами и тут же смущенно уткнулась в тарелку. Чжуан Ян про себя поклялся, что сделает всё, чтобы она больше его не боялась.
— Мама, ешь рыбу! Она тоже объедение! — Сяосяо, оценив вкус, тут же поспешила поделиться открытием с матерью.
Ван Сяоми тоже попробовала кусочек. В следующую секунду на её лице отразилось крайнее изумление.
«Это действительно обычный морской окунь? Почему он такой нежный? Как он смог так приготовить?», – вопросы роились в её голове один за другим.
Чжуан Ян, видя их аппетит, чувствовал глубокое удовлетворение.
— Сяосяо, если хочешь, я хоть каждый день буду так готовить, ладно?
Девочка помедлила, закусила губу и серьезно кивнула.
Лед начал таять. Чжуан Ян верил, что скоро сможет окончательно изгладить тени прошлого. Он подложил дочке еще и свиное ребрышко.
Ужин пролетел незаметно. Минут за двадцать стол опустел. Больше всех съела Ван Сяоми – она сама не заметила, как увлеклась. Когда она поняла, что большая часть блюд исчезла благодаря её стараниям, её щеки слегка порозовели от смущения.
Сяосяо тоже наелась до отвала. Она устроилась на диване, обнимая панду одной рукой, а другой поглаживая круглый животик.
Сам Чжуан Ян почти не ел – всё любовался тем, как едят его близкие.
После ужина они вдвоем навели порядок: он вымыл посуду, она протерла пол.
Чжуан Ян предложил прогуляться, чтобы утрясти ужин. Ван Сяоми поначалу хотела отказаться, но, глянув на объевшуюся дочь, согласилась.
Они прошли круг по кольцевой дороге. Шли почти молча, но это было иное, спокойное молчание.
На следующее утро Чжуан Ян снова встал пораньше и приготовил завтрак. После еды жена отвезла дочку к подруге, а он отправился в участок.
Когда он вошел, в кабинете был только Ван Цишань.
— О, Сяо Чжуан! Последние пару дней ты прямо образцовый сотрудник – приходишь ни свет ни заря. Выглядишь отлично, — заметил Ван Цишань, сразу ощутив перемену.
Прежний Чжуан Ян вечно был бледным, с потухшим взглядом и заспанной физиономией. Приходил он всегда в последнюю минуту.
Сейчас же, хоть лицо его оставалось бледным, в глазах была энергия и сосредоточенность. Совсем другой человек.
— Раньше дурака валял, не понимал ничего, — улыбнулся Чжуан Ян. — Теперь вот решил за ум взяться: работать, семью кормить. А если я тебя чем обидел раньше, брат Ван, ты не поминай лихом.
Говорил он это искренне.
— Ну, молодец, дело говоришь. Видно, что повзрослел. Работай, ты парень молодой, возможностей впереди полно, — кивнул в знак одобрения Ван Цишань.
Сев за свой стол, Чжуан Ян налил стакан воды и зашел во внутреннюю сеть полиции. Первым делом ему на глаза попался список десяти самых разыскиваемых преступников страны с указанием вознаграждений.
Номер один – Чжэн Бэйцян по кличке «Псих Чжэн». Уроженец уезда Нинцзян, 43 года. Организатор двух кровавых расправ в январе и марте. Хитрый, жестокий, дважды уходил из засад, лично убил двоих оперативников. Награда – 1 миллион юаней.
Номер два – Чжан Шу ю по кличке «Военный советник». Организовал налет на ювелирный магазин «Тяньлань» – украдено ценностей на 30 миллионов, убито трое сотрудников. Через два месяца спланировал нападение на инкассаторскую машину банка «Гофа» – похищено 20 миллионов наличными, убито трое инкассаторов. Исчез до прибытия полиции. Награда – 500 тысяч юаней.
...
Чжуан Ян бегло просмотрел весь список и перешел к делам городка Аньпин.
В очереди висело десять нераскрытых обращений: две пропажи людей, две экономические жалобы на кадровые агентства, три кражи, две драки и одно неосторожное причинение вреда.
Пока он изучал базу, подтянулись и остальные коллеги.
В штате участка Аньпин числилось шесть кадровых офицеров (было семь, но один ушел на пенсию на прошлой неделе) и восемь помощников. Всего четырнадцать человек.
Ровно в восемь вошел Лю Вэньтао.
— Все на месте? — Спросил он, окинув кабинет взглядом.
— Кроме Чжан Сяотяня, все здесь, — доложил Ван Цишань.
Лю Вэньтао нахмурился:
— Что опять с Сяотянем? В последнее время он опаздывает каждый день.
Чжуан Ян знал Сяотяня – это был простоватый на вид, смуглый и работящий парень. Но он был лишь вольнонаемным помощником без официального статуса.
— Лю-со, говорят, он по утрам помогает матери на рынке товар разгружать, — вставил Сунь Фу.
— Ладно, не будем его ждать, — отрезал начальник и раздал всем папки с документами.
Чжуан Ян открыл свою. Это был график заданий. В третьей строке значилось: «Чжуан Ян, Чжан Сяотянь – дело об угоне мотоцикла у гражданина Хуан Луна из деревни Дава».
— До меня доходили жалобы, что у нас тут «общий котел». Мол, кто-то впахивает, а кто-то штаны просиживает, а получают все одинаково. Несправедливо, — Лю Вэньтао говорил это, как показалось Чжуан Яну, глядя прямо на него.
— Я признаю, такая проблема есть. И не только у нас. Руководство тоже в курсе. Поэтому для торжества принципа «каждому по труду» вводится новая система KPI. Теперь зарплата будет напрямую зависеть от ваших показателей за месяц. У лучших коэффициент составит 1,5 от оклада, то есть в полтора раза больше. У худших он упадет до 0,7.
— Теперь не будет так, что все получают поровну. Разрыв будет колоссальным: кто-то унесет семь-восемь, а то и десять тысяч, а кто-то останется с двумя-тремя.
В кабинете поднялся гул. Коллеги зашумели, обсуждая новость: кто-то радовался, кто-то выглядел заметно обеспокоенным.
— Я предупредил заранее, чтобы потом не было нытья о пустых кошельках. Правило одно: больше работаешь – больше ешь.
— И еще: посмотрите на свои задания в папках. Это ваш текущий план. То, как вы справитесь с этими делами, и станет основой вашей первой оценки. Надеюсь на ваше усердие... — резюмировал начальник.

Комментарии

Загрузка...