Сердце Юэ Вэйвэй то замирало, то бешено колотилось, уши горели огнем. Она прекрасно понимала, что сегодня натворила бед, и от этого лицо ее пылало еще сильнее.
Она торопливо пригнулась, желая лишь затеряться, скрыться с глаз, и в этот момент услышала, как Ло Чжуанчжоу приветствует подошедшего.
— Господин Ли Чу, какая неожиданная встреча.
— Неожиданная? Это же внутренние покои Резиденции Тайвэя, место, где живут домочадцы. С какой стати ученику Зала Сюэшань понадобилось забредать сюда?
— Отвечаю господину Ли Чу: у меня прихватило живот, сам не пойму, как свернул не туда и заббрел в это глухое, безлюдное место.
— Ло Чжуанчжоу, языком трепать — не мешки ворочать! Третий раз подряд живот прихватывает — тебе пора бы сменить пищевые привычки!
— Господин Ли Чу прав, вы абсолютно правы.
— Дороги в Резиденции Тайвэя запутанные, немудрено и заблудиться. Я провожу тебя.
На мгновение голос Ло Чжуанчжоу затих. Юэ Вэйвэй уже начала тревожиться, как вдруг услышала его слова:
— Каюсь, я заслуживаю смерти, мне не следовало околачиваться в усадьбе. Прошу прощения, что побеспокоил вас сегодня, господин.
Шаги двоих начали удаляться. Юэ Вэйвэй осторожно приподнялась, но успела заметить лишь мелькнувший силуэт Ло Чжуанчжоу — стоило ему завернуть за угол, как он тут же пропал из виду.
Она настороженно перевела взгляд на раскидистое дерево. Кто же этот мужчина, появившийся только что?
Знаком ли он со старшекурсником? Кто этот господин Ли Чу? Какие между ними отношения?
Каждый раз, приходя к ней, старшекурсник придумывал отговорку насчет больного живота, и вот теперь они вызвали подозрения. Что же теперь делать?
Юэ Вэйвэй, притаившись на дереве, предавалась сумбурным мыслям: натворив сегодня таких бед, она еще нескоро дождется отмены своего домашнего ареста.
Вдобавок она переживала за Ло Чжуанчжоу: он бесцельно бродил по Резиденции Тайвэя, и трудно было представить, какому наказанию его подвергнут.
Среди всеобщего смятения и тревоги край ее одежды вдруг дернуло с огромной силой, и Юэ Вэйвэй сорвалась с дерева, растянувшись на земле в самые разные стороны.
В голове зазвенело, в глазах то темнело, то светлело, и напоследок ей смутно привиделся качающийся перед глазами нефритовый кулон, от которого повеяло странным, до боли знакомым чувством.
Спина адски болела. Зажмурив глаза, Юэ Вэйвэй почувствовала, как внутри нее разгорается пламя гнева.
— Ты что творишь?
Хотя голос звучал слабо и беззвучно, он не мог скрыть клокотавшую ярость.
В тот же миг ее снова грубо приподняли за шиворот.
Воротник впился в шею, сдавив ее до боли и жжения, так что ей пришлось сделать несколько кашляющих вдохов, чтобы вернуть дыхание.
— Бесстыдница!
Мужской голос ворвался в уши.
Это она, что ли? Юэ Вэйвэй охватил яростный стыд.
собрав последние силы, она заставила себя взглянуть на говорившего. Его брови напоминали мечи, а взгляд сиял звездами, от всего его облика веяло холодной суровостью. Юэ Вэйвэй прошибло мелкой дрожью, мороз пробрал ее до костей.
— Ты кто такой? — теперь ей казалось, что каждое слово она выдыхает ледяным паром.
Мужчина же полностью пропустил ее вопрос мимо ушей и даже не удостоился взглянуть на нее, продолжая волочить ее за воротник в сторону переднего двора.
В этот момент Юэ Вэйвэй услышала голос Няни Ли:
— Зять, вы пришли!
Зять! Этот человек — муж Мин Лу!
Словно гром среди ясного неба! Тот силуэт у пруда принадлежал Ли Хэньаню?!
Вот это вышло недоразумение так недоразумение!
В глазах заискрились вспышки, и у нее окончательно пропали силы сопротивляться.
— Зять, к чему это? Какие бы ошибки ни совершила юная госпожа, она ваша законная жена, взятая по всем правилам. Она и сама умеет ходить, незачем так с ней обращаться!
Видя, с каким свирепым упорством Ли Хэньань треплет ее за воротник, Няня Ли до глубины души сочувствовала положению Юэ Вэйвэй и отчаянно бросилась защищать ее перед лицом мужчины:
— Стоит выйти за эту дверь — и сразу начнется передний двор, там полно слуг. Неужели зять совсем не дорожит собственной репутацией?
— Какое мне дело до ее репутации?!
— Пусти, я сама пойду! Куда ты меня тащишь?! — Юэ Вэйвэй одной рукой вцепилась в руку Ли Хэньаня, сжимавшую ее воротник, а другой принялась колотить его по локтю.
Ли Хэньань резко дернул рукой, и она полетела вперед. Няня Ли бросилась ее ловить, в результате чего они обе рухнули на землю.
Сила этого толчка была такой невероятной, что Юэ Вэйвэй чуть не лишилась дыхания.
Лицо ее побагровело, она не могла вздохнуть, пока Няня Ли изо всех сил не принялась хлопать ее по спине, заставив девушку зайтись в тяжелом, надрывном кашле.
Напуганная до холодного пота, Няня Ли, превозмогая боль в ногах, помогла Юэ Вэйвэй подняться.
— Марш в свою комнату и чтобы больше никогда не смела показываться на глаза людям и позориться!
Юэ Вэйвэй подняла голову на этого жестокого человека. Он бросил на нее презрительный взгляд и зашагал обратно к переднему двору.
Переступив порог своей комнаты, Юэ Вэйвэй резко обернулась и выпалила Ли Хэньаню:
— Зачем ты женился на Мин Лу?
Ли Хэньань изначально не собирался больше обращать на нее внимания, но этот вопрос заставил его гнев вспыхнуть с новой силой. Он грубо толкнул ее внутрь комнаты, шагнул следом и с громким стуком захлопнул дверь.
Юэ Вэйвэй охватил смертельный ужас, она пятилась шаг за шагом и безудержно звала:
— Няня Ли! Няня Ли!
— Зять! Зять! — Няня Ли колотила в дверь и звала на помощь.
Это привлечение внимания тут же заставило служанок и дворовую челядь из переднего двора с любопытством устремить на них взоры.
В этот момент прибежали Чанлэ и Цянь Юэ и громко скомандовали:
— Не ваше дело, марш все по своим комнатам! Берегите свои глаза и языки.
Толпа испуганно опустила головы и быстро разошлась.
— Зять, милый зять, юная госпожа только очнулась, ее нельзя пугать! — Няня Ли заливалась слезами, умоляюще складывая руки.
— Шумно! Еще хоть звук — и я разнесу Павильон Цинсян к чертям! — услышала Юэ Вэйвэй, как он свирепо обернулся к двери и рявкнул во всю мощь.
— Прости! Прости меня... Я забыла... Забыла, что ты муж Мин Лу! — задрожав всем телом, пролепетала Юэ Вэйвэй.
Ли Хэньань криво усмехнулся, явно не понимая, к чему она клонит, и бросил:
— Ампунезия!
Юэ Вэйвэй поспешно закивала.
— Ампунезия — и сразу к другим мужикам на свидания!
Значит, тот силуэт действительно принадлежал ему!
Юэ Вэйвэй отчаянно затрясла головой.
— Ты все не так понял, я просто завожу знакомства, у меня не было злого умысла, совсем не то, о чем ты подумал.
— Заводишь знакомства?! — переспросил Ли Хэньань, и в его голосе послылась злая насмешка.
Сознавая свою вину, Юэ Вэйвэй опустила голову и замотала головой.
— Ты и вправду бесстыдница! — с легким презрением бросил Ли Хэньань.
Но Юэ Вэйвэй вспыхнула от гнева. Подняв на него взгляд, она хоть и дрожала от страха, но не смогла промолчать:
— Я ведь ничего такого не сделала! Почему ты снова и снова сыплешь оскорблениями?!
Пощечина прилетела неожиданно. Лицо обожгло болью, в ушах Юэ Вэйвэй зашумело так, будто там роились тысячи комаров, глаза отказывались открываться, а мгновение спустя под носом стало горячо.
Она машинально коснулась носа — пальцы обагрились красным, а капли крови закапали на одежду.
Ноги больше не держали ее, она сделала несколько шагов назад, оперлась о стеллаж и, медленно сползнув вниз, рухнула на пол без чувств.
— Госпожа, госпожа... — мягкие, полные тревоги голоса донеслись до ее слуха, и Юэ Вэйвэй с трудом приоткрыла глаза.
Вокруг царил полумрак. От этого вида ее пробил новый озноб, отнявший последние крохи сил, и она с отчаянием сомкнула веки.
— Госпожа, госпожа... — это был голос Няни Ли, а вместе с ней Чанлэ и Цянь Юэ.
Три лучика света в душе Юэ Вэйвэй, что медленно рассеивали окружавшую темноту.
Она безвольно поднялась на ноги, желая дойти до двери, и лишь теперь разглядела, как изменилась ее комната.
Скорее уж это была тюрьма!
Юэ Вэйвэй замерла на месте: и на окнах, и на двери красовались набитые крест-накрест широкие и узкие доски.
Окна и двери наглухо заколотили!
Юэ Вэйвэй тихонько, с надрывом усмехнулась. Неужели это опять кошмар?
Желая отличить явь от сна, она собралась залепить себе пощечину.
В тот самый миг, когда она подняла руку, недавняя жгучая боль на щеке пронзила все тело, словно перемотанная назад кинопленка, быстро прокрутившись в голове и замернув на том самом кадре: фигуре человека у пруда.

Комментарии

Загрузка...