— Фан Шэн, искусство клинка не должно сводиться лишь к слепому убийству, — произнёс Чэнь Муе, глядя на юношу. — Твой стиль держится исключительно на свирепости и безжалостности. Тебе нужно пересмотреть свой подход.
— Фан Шэн, искусство клинка не должно сводиться лишь к слепому убийству, — произнёс Чэнь Муе, глядя на юношу. — Твой стиль держится исключительно на свирепости и безжалостности. Тебе нужно пересмотреть свой подход.
Фан Шэн слегка нахмурился:
Фан Шэн слегка нахмурился:
— Разве жажда убить — это не истинная суть клинка?
— Разве жажда убить — это не истинная суть клинка?
— Убийство — лишь одна из конечных целей владения мечом, но далеко не вся его суть, — покачал головой Чэнь Муе. — Если ты рубишь только ради того, чтобы отнять жизнь, в конце концов убьют тебя самого.
— Убийство — лишь одна из конечных целей владения мечом, но далеко не вся его суть, — покачал головой Чэнь Муе. — Если ты рубишь только ради того, чтобы отнять жизнь, в конце концов убьют тебя самого.
Фан Шэн опустил взгляд, погрузившись в раздумья, а затем коротко кивнул:
Фан Шэн опустил взгляд, погрузившись в раздумья, а затем коротко кивнул:
— Я понял.
— Я понял.
Чэнь Муе с едва заметной улыбкой ободряюще похлопал его по плечу.
Чэнь Муе с едва заметной улыбкой ободряюще похлопал его по плечу.
— А как же я? — не выдержал Линь Цие, слушавший их наставления словно сквозь туман.
— А как же я? — не выдержал Линь Цие, слушавший их наставления словно сквозь туман.
— А ты пока потерпи побои денька два и подтяни базовые навыки, — помрачнел Чэнь Муе. — Вот когда продержишься против меня дольше трёх минут, тогда и поговорим. Ладно, идите поешьте и приготовьтесь: Цимо покажет вам, как обращаться с Запретными Владениями.
— А ты пока потерпи побои денька два и подтяни базовые навыки, — помрачнел Чэнь Муе. — Вот когда продержишься против меня дольше трёх минут, тогда и поговорим. Ладно, идите поешьте и приготовьтесь: Цимо покажет вам, как обращаться с Запретными Владениями.
Услышав это, Линь Цие окончательно сник: «Никакой к нам пощады, командир!»
Услышав это, Линь Цие окончательно сник: «Никакой к нам пощады, командир!»
Во второй половине дня Вэнь Цимо и Фан Шэн откровенно скучали в ожидании Линь Цие. Вэнь Цимо взглянул на наручные часы и недовольно пробормотал:
Во второй половине дня Вэнь Цимо и Фан Шэн откровенно скучали в ожидании Линь Цие. Вэнь Цимо взглянул на наручные часы и недовольно пробормотал:
— Странно... Где носит Цие?
— Странно... Где носит Цие?
Он скосил взгляд на сидящего рядом Фан Шэна — хоть лицо того и пестрело синяками, выражение оставалось всё таким же ледяным и отрешённым.
Он скосил взгляд на сидящего рядом Фан Шэна — хоть лицо того и пестрело синяками, выражение оставалось всё таким же ледяным и отрешённым.
«Хех, а наш капитан в своём репертуаре — приложил от души! Но почему этот пацан держится так независимо? Неужели даже такая взбучка не выбила из него спесь?»
«Хех, а наш капитан в своём репертуаре — приложил от души! Но почему этот пацан держится так независимо? Неужели даже такая взбучка не выбила из него спесь?»
Глядя на распухшую физиономию Фан Шэна, Вэнь Цимо против воли ощутил толику уважения. Несмотря на побои, парень выглядел бодрым и собранным; надень он сейчас маску, никто бы и не догадался, что ему досталось. Вэнь Цимо невольно вспомнил свой первый спарринг с Чэнь Муе — тогда капитан отделал его так, что он несколько дней не мог встать с койки.
Глядя на распухшую физиономию Фан Шэна, Вэнь Цимо против воли ощутил толику уважения. Несмотря на побои, парень выглядел бодрым и собранным; надень он сейчас маску, никто бы и не догадался, что ему досталось. Вэнь Цимо невольно вспомнил свой первый спарринг с Чэнь Муе — тогда капитан отделал его так, что он несколько дней не мог встать с койки.
Вэнь Цимо вздрогнул от нахлынувших воспоминаний и окинул Фан Шэна странным, изучающим взглядом: «Похоже, у этого парня не просто приличный талант, но и железный характер... Тьфу ты, ещё один монстр на нашу голову».
Вэнь Цимо вздрогнул от нахлынувших воспоминаний и окинул Фан Шэна странным, изучающим взглядом: «Похоже, у этого парня не просто приличный талант, но и железный характер... Тьфу ты, ещё один монстр на нашу голову».
Щёлкнул дверной замок. Дверь комнаты со скрипом отворилась, и на пороге, покачиваясь, словно оживший мертвец, возник Линь Цие. Он еле волочил ноги и едва не врезался лбом в дверной косяк.
Щёлкнул дверной замок. Дверь комнаты со скрипом отворилась, и на пороге, покачиваясь, словно оживший мертвец, возник Линь Цие. Он еле волочил ноги и едва не врезался лбом в дверной косяк.
— Цие! — опешив, воскликнул Вэнь Цимо. — Это... это тоже капитан постарался?
— Цие! — опешив, воскликнул Вэнь Цимо. — Это... это тоже капитан постарался?
— Угу... — еле выдавил тот.
— Угу... — еле выдавил тот.
Вэнь Цимо с облегчением выдохнул. Вот это уже знакомая картина! По сравнению с аномально стойким Фан Шэном, разбитый в пух и прах Линь Цие выглядел куда более естественно.
Вэнь Цимо с облегчением выдохнул. Вот это уже знакомая картина! По сравнению с аномально стойким Фан Шэном, разбитый в пух и прах Линь Цие выглядел куда более естественно.
Фан Шэн, сидевший напротив, невозмутимо прикрыл глаза, погрузившись в медитацию.
Фан Шэн, сидевший напротив, невозмутимо прикрыл глаза, погрузившись в медитацию.
Неужели он действительно не чувствовал боли?
Неужели он действительно не чувствовал боли?
Разумеется, чувствовал. На самом деле Фан Шэну было куда больнее, чем Линь Цие. Тело Цие непрерывно подпитывалось силой Божественных Владений Бренного Мира. И хотя Чэнь Муе рассчитывал удары индивидуально, так что полученный урон был сопоставим, Линь Цие восстанавливался в разы быстрее. В этом и заключалось подавляющее превосходство божественного дара.
Разумеется, чувствовал. На самом деле Фан Шэну было куда больнее, чем Линь Цие. Тело Цие непрерывно подпитывалось силой Божественных Владений Бренного Мира. И хотя Чэнь Муе рассчитывал удары индивидуально, так что полученный урон был сопоставим, Линь Цие восстанавливался в разы быстрее. В этом и заключалось подавляющее превосходство божественного дара.
А вот невозмутимость Фан Шэна объяснялась совсем иным: в прошлой жизни ему довелось пережить муки куда страшнее. Девять курсов химиотерапии доводили его до грани невыносимой агонии, так что нынешние синяки и ушибы казались сущим пустяком.
А вот невозмутимость Фан Шэна объяснялась совсем иным: в прошлой жизни ему довелось пережить муки куда страшнее. Девять курсов химиотерапии доводили его до грани невыносимой агонии, так что нынешние синяки и ушибы казались сущим пустяком.
При этой мысли уголок его губ слегка приподнялся. Движение тут же отозвалось пульсирующей болью в разбитой щеке, но Фан Шэн даже бровью не повёл, продолжая сидеть с закрытыми глазами.
При этой мысли уголок его губ слегка приподнялся. Движение тут же отозвалось пульсирующей болью в разбитой щеке, но Фан Шэн даже бровью не повёл, продолжая сидеть с закрытыми глазами.
Когда Линь Цие наконец перевёл дух и немного пришёл в себя, Вэнь Цимо осторожно тронул Фан Шэна за плечо. Несмотря на всю деликатность жеста, плечо обожгло острой болью. Фан Шэн поморщился и открыл глаза.
Когда Линь Цие наконец перевёл дух и немного пришёл в себя, Вэнь Цимо осторожно тронул Фан Шэна за плечо. Несмотря на всю деликатность жеста, плечо обожгло острой болью. Фан Шэн поморщился и открыл глаза.
— Раз все в сборе, давайте поговорим о Запретных Владениях, — с улыбкой начал Вэнь Цимо.
— Раз все в сборе, давайте поговорим о Запретных Владениях, — с улыбкой начал Вэнь Цимо.
Оба новобранца синхронно кивнули.
Оба новобранца синхронно кивнули.
— Для начала разберёмся, что вообще такое Запретные Владения...
— Для начала разберёмся, что вообще такое Запретные Владения...
— Чжао Кунчэн уже всё объяснил, — перебил Линь Цие.
— Чжао Кунчэн уже всё объяснил, — перебил Линь Цие.
— Э-э... ладно. Тогда поговорим о нумерации и классификации последовательностей...
— Э-э... ладно. Тогда поговорим о нумерации и классификации последовательностей...
— Это мне рассказал Фан Шэн, — снова вставил Линь Цие.
— Это мне рассказал Фан Шэн, — снова вставил Линь Цие.
Вэнь Цимо ошарашенно уставился на Фан Шэна. Сам он ничего подобного новичку не рассказывал. Откуда же тот знает?
Вэнь Цимо ошарашенно уставился на Фан Шэна. Сам он ничего подобного новичку не рассказывал. Откуда же тот знает?
— Мне об этом поведал Чжао Кунчэн, — спокойно отчеканил Фан Шэн.
— Мне об этом поведал Чжао Кунчэн, — спокойно отчеканил Фан Шэн.
Конечно же, старый Чжао ни словом об этом не обмолвился. Все эти тонкости Фан Шэн помнил ещё по сюжету новеллы из прошлой жизни. Но теперь, когда Чжао Кунчэн погиб, свидетелей не осталось, и Вэнь Цимо оставалось лишь поверить на слово.
Конечно же, старый Чжао ни словом об этом не обмолвился. Все эти тонкости Фан Шэн помнил ещё по сюжету новеллы из прошлой жизни. Но теперь, когда Чжао Кунчэн погиб, свидетелей не осталось, и Вэнь Цимо оставалось лишь поверить на слово.
Вэнь Цимо на миг замялся, но быстро взял себя в руки:
Вэнь Цимо на миг замялся, но быстро взял себя в руки:
— Что ж, тогда сразу перейдём к развитию ваших способностей. Цие, на что сейчас способны твои Божественные Владения Бренного Мира?
— Что ж, тогда сразу перейдём к развитию ваших способностей. Цие, на что сейчас способны твои Божественные Владения Бренного Мира?
— В радиусе примерно двадцати метров вокруг меня я способен ощущать абсолютно всё, — кивнул Линь Цие.
— В радиусе примерно двадцати метров вокруг меня я способен ощущать абсолютно всё, — кивнул Линь Цие.
— О как? — Вэнь Цимо с интересом вскинул бровь. — Прямо-таки всё?
— О как? — Вэнь Цимо с интересом вскинул бровь. — Прямо-таки всё?
— Всё.
— Всё.
— Какого цвета сегодня нижнее бельё на Хун Ин? — внезапно с невинным видом поинтересовался Вэнь Цимо.
— Какого цвета сегодня нижнее бельё на Хун Ин? — внезапно с невинным видом поинтересовался Вэнь Цимо.
— Белое.
— Белое.
Фан Шэн многозначительно промолчал. Линь Цие и Вэнь Цимо несколько секунд сверлили друг друга взглядами, а затем оба понимающе ухмыльнулись чисто мужской улыбкой.
Фан Шэн многозначительно промолчал. Линь Цие и Вэнь Цимо несколько секунд сверлили друг друга взглядами, а затем оба понимающе ухмыльнулись чисто мужской улыбкой.
Переведя взгляд на второго новобранца, Вэнь Цимо спросил:
Переведя взгляд на второго новобранца, Вэнь Цимо спросил:
— А ты, Фан Шэн? Каковы пределы твоих Запретных Владений?
— А ты, Фан Шэн? Каковы пределы твоих Запретных Владений?
— Я могу извлекать природную элементальную ци в радиусе трёх метров и переплавлять её для собственных нужд, — ровным тоном отозвался Фан Шэн. — На данный момент я освоил Лунный Клинок, Земляную Стену и Переплавку.
— Я могу извлекать природную элементальную ци в радиусе трёх метров и переплавлять её для собственных нужд, — ровным тоном отозвался Фан Шэн. — На данный момент я освоил Лунный Клинок, Земляную Стену и Переплавку.
— Переплавку? — Вэнь Цимо снова приподнял бровь. — Ту самую, для которой требуются туши мифических тварей?
— Переплавку? — Вэнь Цимо снова приподнял бровь. — Ту самую, для которой требуются туши мифических тварей?
— Именно, — подтвердил Фан Шэн.
— Именно, — подтвердил Фан Шэн.
Скрывать эту способность не имело никакого смысла. Во-первых, он уже применил её на глазах у товарищей, а во-вторых, в будущих битвах ему всё равно пришлось бы пускать её в ход.
Скрывать эту способность не имело никакого смысла. Во-первых, он уже применил её на глазах у товарищей, а во-вторых, в будущих битвах ему всё равно пришлось бы пускать её в ход.
Глаза Линь Цие блеснули. Он вспомнил их самую первую встречу: Фан Шэн тогда сидел на корточках рядом с телами двух Ликолицых, и буквально через пару мгновений трупы бесследно растворились в воздухе. Точно так же он поступил и с Королём Ликолицых два дня назад. Выходит, это и была та самая «Переплавка».
Глаза Линь Цие блеснули. Он вспомнил их самую первую встречу: Фан Шэн тогда сидел на корточках рядом с телами двух Ликолицых, и буквально через пару мгновений трупы бесследно растворились в воздухе. Точно так же он поступил и с Королём Ликолицых два дня назад. Выходит, это и была та самая «Переплавка».
«Но... разве переплавка туш монстров относится к природным стихиям?» — недоумевал Линь Цие.
«Но... разве переплавка туш монстров относится к природным стихиям?» — недоумевал Линь Цие.
— И что же ты получаешь, переплавляя мифических существ? — продолжал расспрашивать Вэнь Цимо.
— И что же ты получаешь, переплавляя мифических существ? — продолжал расспрашивать Вэнь Цимо.
— Психическую силу.
— Психическую силу.
— Что?! — Вэнь Цимо в ошеломлении уставился на него. — Ты хочешь сказать, что можешь увеличивать запас психической силы, просто перерабатывая тварей?!
— Что?! — Вэнь Цимо в ошеломлении уставился на него. — Ты хочешь сказать, что можешь увеличивать запас психической силы, просто перерабатывая тварей?!
Это напрочь ломало все его привычные представления о мире. Если Фан Шэн способен бесконечно накачивать свою силу за счёт мифических существ, то каких высот он сможет достичь? Ранг Океана? Ранг Безмерного? Или даже Ранг Клейна?!
Это напрочь ломало все его привычные представления о мире. Если Фан Шэн способен бесконечно накачивать свою силу за счёт мифических существ, то каких высот он сможет достичь? Ранг Океана? Ранг Безмерного? Или даже Ранг Клейна?!
Вэнь Цимо в волнении вцепился в плечо Фан Шэна:
Вэнь Цимо в волнении вцепился в плечо Фан Шэна:
— Есть ли какие-то ограничения? Или ты можешь переплавлять их без конца?
— Есть ли какие-то ограничения? Или ты можешь переплавлять их без конца?
Линь Цие тоже смотрел на напарника с отвисшей челюстью, чувствуя, что у того возможности оказались куда внушительнее его собственных. В его голове, конечно, поселилась богиня, но её ещё требовалось вылечить ценой колоссальных усилий, а этот парень становился сильнее, просто пожирая монстров!
Линь Цие тоже смотрел на напарника с отвисшей челюстью, чувствуя, что у того возможности оказались куда внушительнее его собственных. В его голове, конечно, поселилась богиня, но её ещё требовалось вылечить ценой колоссальных усилий, а этот парень становился сильнее, просто пожирая монстров!
Фан Шэн поморщился и сбросил ладонь Вэнь Цимо со своего плеча — от резкого движения избитое тело пронзило острой болью.
Фан Шэн поморщился и сбросил ладонь Вэнь Цимо со своего плеча — от резкого движения избитое тело пронзило острой болью.
— Разумеется, ограничения есть. Полученную психическую силу нельзя использовать мгновенно — её нужно постепенно усваивать и делать своей. Кроме того, существует предел мощи: если существо окажется слишком сильным, я пока попросту не смогу его переплавить.
— Разумеется, ограничения есть. Полученную психическую силу нельзя использовать мгновенно — её нужно постепенно усваивать и делать своей. Кроме того, существует предел мощи: если существо окажется слишком сильным, я пока попросту не смогу его переплавить.
Здесь Фан Шэн не лукавил: он действительно чувствовал, что у Мистического Гу есть определённая вместимость. Когда он поглотил тяжелораненого Короля Ликолицых, червь едва не лопнул от переполнявшей его энергии.
Здесь Фан Шэн не лукавил: он действительно чувствовал, что у Мистического Гу есть определённая вместимость. Когда он поглотил тяжелораненого Короля Ликолицых, червь едва не лопнул от переполнявшей его энергии.

Комментарии

Загрузка...