— Пап, допрос этого человека и отчёт на тебе, хорошо? — с улыбкой сказала Микке, и командир Габар тут же скривился.
— Может, сама этим займёшься...
— Я же слабая, — вздохнула она. — Похоже, я уже на пределе. Сейчас упаду.
А? Я всмотрелась в её лицо. Хм... да она выглядит вполне бодро.
— Серьёзно? Где это? — не выдержал он.
Вот именно.
— Сам ведь сделал меня «слабой».
— Ну... да, виноват.
Командир Габар неловко отвёл взгляд. Микке же, как ни в чём не бывало улыбнувшись, подошла к нам.
— Представляете? Ради шутки мне придумали образ «слабачки», и я до сих пор вынуждена его играть. Как вам такое?
Ради шутки... Я посмотрела на командира, он выглядел слегка смущённым.
— Я и подумать не мог, что это затянется так надолго. Я ведь говорил, что можно прекратить, но это ты сама продолжила.
Понятно.
— Ну да, есть такое. Но ведь это работает. Стоит только чуть пошатнуться, покашлять и те самые аристократы, что нацеливаются на эту деревню, сами попадаются на крючок. Прямо толпами. А если ещё добавить, что «я слабая и в семье меня притесняют», то доказательства и показания сами в руки идут... Мм... может, и дальше продолжить?
На этих словах лицо командира заметно дёрнулось.
— Нет уж, хватит. Если ты и дальше будешь это изображать, на этот раз тебя действительно возненавидят.
— А, мама? Она ведь тогда всерьёз рассердилась, за то, что меня сделали «больной».
— Ещё как. До разговоров о разводе дошло. Ты даже не представляешь, через что мне пришлось пройти.
По выражению его лица было ясно, что это не преувеличение. Его жена... мать Микке.
Любопытно, какая она.
— Хм?
Я посмотрела в сторону, отец, наблюдая за стражниками, нахмурился.
Мне тоже стало интересно, и я перевела взгляд туда же, но ничего необычного не заметила.
— Что случилось?
— Хм? Нет... ничего.
Ответ прозвучал неуверенно. Я потянулась рукой к его лбу, неужели ему нехорошо?
Отец тихо усмехнулся.
— Всё в порядке. Жара нет, верно?
Да, ладонь ощутила привычное тепло.
— Похоже на то... Но ты точно в порядке?
Странно. Он словно чем-то озадачен, хотя, кажется, ничего такого не происходило.
— Всё в порядке. Даже я сам толком не могу это объяснить.
— Понятно.
— Разберусь, расскажу.
— Хорошо.
Если папа говорит, что потом объяснит, значит, так и будет. Мне остаётся только подождать.
А? Кстати, папа ведь тогда сказал «присутствие какое-то слабое»? В тот момент я решила, что это пришли сообщники того мужчины, и даже запаниковала. Но потом поняла, что это люди командира Габара, и успокоилась. И всё же... он ведь правда сказал «присутствие». Хотя не должен его чувствовать.
— Папа...
Как это лучше спросить? Да и вообще, сейчас не самое подходящее место.
— Что такое?
— Может, уже пора возвращаться в деревню?
Спрошу потом. Вдруг он просто оговорился.
— Пожалуй.
— А, вы уже уходите? Я тоже с вами.
Похоже, Микке всерьёз решила свалить всю возню с этим мужчиной на командира Габара. Тот лишь со смирением взглянул на неё и начал отдавать указания своим людям.
— Ладно, об этом можно не беспокоиться. Пойдёмте.
Я кивнула Микке и попрощалась с командиром Габаром и его людьми.
— Если тебе начнут навязывать что-то безрассудное, не стесняйся отказывать, — сказал один из стражников.
Хм? Это к чему?
Я недоумённо наклонила голову.
— Верно. Микке любит затевать всякое безумие. Если не сможешь, так и скажи.
— Да, главное, сразу отказывайся.
Похоже, стражники всерьёз за меня переживают. Я посмотрела на Микке, она явно обиделась.
— Да ладно вам. Я же не собираюсь сваливать на Айви какие-то невыполнимые задачи. Я могу решить, кого о чём просить.
То есть их она о чём-то просит... Понятно. Неудивительно, что у них такие лица.
— Айви, ну не смотри на меня так. Я ещё ничего такого не просила.
Ещё? То есть собирается?
Один из стражников легонько стукнул её по голове.
— Не говори «ещё». Ну что, идёте? Остальное оставьте командиру.
— Ладно. Тогда завтра зайду к вам. Там и расскажу всё подробнее.
Мы снова попрощались и направились к деревне.
— Кстати, ты говорила, что что-то будешь делать в подземелье. Всё получилось?
Хотя я толком ничего не объясняла, она всё равно запомнила и спросила.
— Да. Всё прошло хорошо.
Сора смог восстановить почерневшие участки ветвей у древесного монстра. Завтра займёмся стволом.
Добравшись до деревни, мы пошли по главной улице к постоялому двору. Людей, как и всегда, было много, и идти, не задевая прохожих, оказалось непросто.
— Как и всегда, многолюдно. Может, что-нибудь купим по дороге? — Микке ловко обходила прохожих, поглядывая на лавки.
— Нет, сегодня ничего не будем покупать, — сказала Лилия.
— Вот как? Жаль.
Микке заметно приуныла.
— Тсс...
Хм? Я обернулась на тихий звук, на лице отца мелькнула тень боли. Температуры ведь не было... что же с ним?
— Ты в порядке?
— Да... просто... людское присутствие.
Присутствие... Значит, он действительно имел ввиду это. Неужели начал его ощущать? Но ведь раньше он говорил, что не способен чувствовать подобное.
— Когда людей много... тяжело.
Люди... да, когда их много, и присутствий становится больше. Если не привык... Ах, может, именно поэтому? Он просто не привык, вот ему и плохо.
— Микке, у отца нехорошее самочувствие, так что мы пойдём в обход, по менее людной дороге. Идите без нас.
— Правда? Может, пойдём вместе?
— Нет, всё в порядке. Пап, сюда.
Я выбрала более свободный поток людей и увела его с главной улицы.
— Прости.
— Да ничего... Пап, ты правда начал чувствовать присутствие?
— Похоже на то. Уже некоторое время мне казалось, будто я что-то едва улавливаю... но не понимал, что именно.
Если никогда раньше не чувствовал, то неудивительно, что не понял.
— Я думал, это просто самочувствие шалит, и понемногу пил зелье Флэма.
Если дело в здоровье, оно должно было помочь.
— Но толку не было. Тогда я решил, что, может, это из-за травмы, и стал пить и зелья Соры.
— Понятно...
Я ведь совсем не заметила, что ему было плохо. От этого стало не по себе.
— Я вообще ничего не заметила.
— И не могла заметить. Я умею это скрывать.
— Не скрывай.
— Прости. Я правда думал, что всё быстро пройдёт. Это было совсем лёгкое... нет, скорее странное ощущение. Настолько слабое, что я и сам не сразу его заметил.
Понятно...
— Наверное, я понемногу начал реагировать на присутствие людей вокруг. Но ощущение было слишком слабым, вот я и не понял, что это.
— А когда ты понял, что это именно присутствие?
— Понял, что это может быть присутствие... три дня назад.
— Три дня назад?
— Меня насторожило, что это слабое чувство никак не проходит, и я понемногу начал пить зелья Флема и Соры. И сразу после этого у двери в комнату то едва заметное ощущение вдруг стало отчётливым. А потом вошла ты.
— Я?
— Тогда я и подумал, что это ощущение, твоё присутствие.
Значит, он давно это обдумывал.
— А сейчас ты тоже чувствуешь это так же сильно?
— Тогда всё вернулось к прежнему состоянию через минуту-другую. Но почему-то со временем способность чувствовать присутствие понемногу усиливается.
— То есть самочувствие... всё-таки страдает.
— Да. Но, думаю, это потому, что я к этому не привык.
Наверное, так и есть. Но почему он вообще начал ощущать присутствие?
— Я хотел рассказать, когда буду уверен... а выходит, приходится говорить вот так.
Отец тихо вздохнул, и это вызвало у меня улыбку. Он очень не любит показывать слабость.
Часть 698.1. Дополнительная глава. Тот, кто унаследует. От лица Микке
Мы возвращались на постоялый двор вместе с Ариласом, Танрасом, Лилией, Друидом и Айви. Одной мне такую компанию всё равно не прикрыть, поэтому неподалёку скрывались ещё четверо наших. Хм? Похоже, Друид смотрит прямо туда, где прячется охрана... А, ну всё, заметил. О, ещё и на меня посмотрел. Ладно, улыбнусь.
И всё-таки Друид очень проницателен. Есть в нём что-то от отца. Такого человека лучше не иметь врагом. Папа тоже обычно добродушный командир, только если его по-настоящему разозлить, становится жутко. Когда я впервые увидела его в ярости, у меня от страха ноги подкосились. Хотя тогда мне было всего шесть, так что это неудивительно. Сейчас я бы уже так не перепугалась. Наверное.
И всё же меня немного беспокоит, как вёл себя отец. Он выглядел слегка встревоженным. Конечно, старался это скрыть, но я всё-таки его дочь. Такие мелочи замечаю сразу. Интересно, что случилось? Когда доставлю всех на постоялый двор, схожу к нему...
Хм? С Друидом что-то не так. Решил пойти отдельно? Хотя ведь знает, что за нами приглядывают. Мм... похоже, ему и правда нехорошо, так что ничего не поделаешь. А, он ещё и незаметно извинился. Значит, дело действительно серьёзное. Ладно, тогда приставлю одного человека к Айви.
Я подала знак скрывающимся товарищам и вместе с Ариласом, Танрасом и Лилией пошла к постоялому двору. Друид выглядел совсем скверно. Даже тревожно... надо будет попросить Чагю присмотреть за ним.
Когда мы вернулись, нас встретила Кагю. Она помогает мне и заодно присматривает за всеми подозрительными постояльцами этого двора.
Если дело касается защиты, пощады от неё не жди. Впрочем, Чагю, хозяйка постоялого двора, тоже не из мягких, а когда эти двое берутся за дело вместе, то лучше вообще не попадаться им под руку. Помню, как-то пришло сообщение, что здесь схватили авантюристов, которых церковь прислала из королевской столицы. Я приехала забрать пленников, и трое здоровых мужиков, едва меня увидев, расплакались и вцепились в меня, умоляя:
— Пожалуйста, уведите нас отсюда поскорее!
Вот тогда я искренне поразилась. Что вообще нужно сделать со взрослыми авантюристами, чтобы они так рыдали?
Убедившись, что Друид и Айви благополучно вернулись на постоялый двор, я оставила всё на Кагю и направилась к стражникам. Один из моих людей бесшумно появился рядом и сообщил, что за Ариласом, Танрасом и Лилией кто-то следил.
И что теперь делать? Если позволить им напасть на постоялый двор, Друид точно придёт в ярость. А если Айви хотя бы поцарапают... бр-р. От одной мысли мороз по коже. С убийцами, которых присылает церковь, и то проще разобраться. Ладно, тогда лучше сразу всех переловить.
— Захватить.
Товарищ коротко кивнул и тут же исчез.
Наверное, мои люди уже схватили прорицателя и его охрану, которые охотились за Лилией. Похоже, из столицы пришёл приказ не ждать, пока они доберутся до деревни. Видимо, захотели как можно скорее поймать прорицателя, покинувшего церковь. Или даже... избавиться от него.
Скорее второе...
— Пап, ты здесь?
Я постучала в дверь кабинета, где должен был быть отец.
— Микке? Заходи.
Услышав звук открывающегося замка, я удивлённо наклонила голову. Отец почти никогда не запирает кабинет. Что случилось?
— Что такое? Зачем ты закрыл дверь?
— Войдёшь, закрой дверь на ключ.
Я сразу поняла, что он серьёзен, и тут же заперла дверь. На письменном столе лежала целая гора бумаг. Подойдя ближе, я взяла один лист.
— Пап, это...
На бумаге был нарисован магический круг. Я посмотрела остальные документы, на всех были магические круги.
Я с тревогой взглянула на отца. Мне доводилось слышать, что некоторые буквально одержимы магическими кругами. Неужели папа тоже?.. Но нет, он, как обычно, сосредоточенно просматривал бумаги. Хотя, пожалуй, сегодня даже серьёзнее обычного.
— Мм? А, всё в порядке. Я не помешался на магических кругах. Просто ищу один конкретный круг... и никак не могу его найти.
— Понятно.
Когда дело касается магических кругов, я ничем не могу помочь. Почему-то отец всегда терпеть не мог всё, что с ними связано. Поэтому и я старалась держаться подальше. Но, если подумать, пора бы уже поговорить с ним о них. Я ведь решила посвятить себя организации. Значит, и отцу придётся с этим смириться.
— Нашёл. Вот он.
Я посмотрела на отца и заметила, как между его бровей пролегла глубокая складка. Похоже, произошло что-то плохое. От него словно исходило раздражение. Я давно не ощущала этого и невольно поёжилась. Да... когда отец серьёзен, он всё ещё пугает.
— Пока Айви не сказала, я даже не заметил.
Айви?
— Ты слышала, что произошло в подземелье?
— Да. Магический круг появился будто из ниоткуда, а древесный монстр его уничтожил. И, похоже, такое уже случалось раньше. Если бы тот магический круг сработал, деревне бы сильно досталось... так?
Если коротко, всё сводилось именно к этому. Когда уже эти идиоты в столице наконец угомонятся?
— Пространства, в котором появился магический круг, ещё накануне не существовало. Но в подземельях иногда внезапно возникают новые места, поэтому никто ничего не заподозрил.
И правда, в подземельях постоянно всё меняется. Проход, который ещё вчера был на месте, вдруг исчезает, появляются новые пути. Одни пространства пропадают, другие возникают. Там за короткое время может измениться что угодно. Поэтому некоторые стражники и авантюристы даже говорили, будто пространство с магическим кругом создало само подземелье.
— Перемещение пространства.
Я непонимающе вскинула брови.
Перемещение пространства? Если такое возможно, тогда действительно можно просто перенести место с нарисованным магическим кругом внутрь подземелья. Но разве получится настолько точно соединить пространство с подземельем?
— А это магический круг, фиксирующий координаты.
— Координаты?
Я взяла лист из рук отца. Кстати... а мне вообще можно в это вмешиваться? Я украдкой посмотрела на него, и отец тяжело вздохнул.
— Вообще-то я не хотел тебя в это втягивать. Но, похоже, в мой век решить эту проблему уже не выйдет. Поэтому придётся передать всё следующему поколению. Тебе, Микке.
Вот оно как.
Значит, отец собирается доверить мне решение проблемы с магическими кругами.
Получается... он меня признал?
— Хи-хи. Спасибо.
— Будь осторожна. Я видел, как люди, одержимые магическими кругами, сами шли к собственной гибели. Стоит с этим связаться и получишь много проблем.
Мне хотелось сказать, что всё будет хорошо, но я сама толком не понимала, что такое магические круги. Поэтому не могла легко его успокоить.
— Может, проблем и правда будет много... но я постараюсь не позволить этому себя поглотить, — ответила я, глядя отцу прямо в глаза.
Он молча кивнул, и на мгновение на его лице мелькнула усталость. Увидев это, я опустила взгляд на лист бумаги в своих руках.
Внутри сложных кругов были выведены какие-то символы и рисунки. Честно говоря, я совершенно не понимала, что всё это должно означать.
— Магические круги — это не просто средство для использования магии. Это пагубное наследие, которое приближает конец этого мира.
Конец мира?
— Что ты знаешь о магических кругах?
— Я слышала, что это способ использовать магию без затрат собственной магической силы. Но если пользоваться ими слишком долго, человек теряет себя и сходит с ума.
Я посмотрела на отца, и он кивнул.
Значит, я всё поняла правильно.
— Чтобы использовать магию, магическая сила необходима всегда.
Вот именно. Поэтому магические круги и казались такими загадочными.
— Но магические круги не расходуют магическую силу того, кто их активирует. Потому что они берут её у самого мира.
У мира?
— Ты ведь знаешь, что магическая сила содержится в земле и ветре?
Да, но её там так мало, что обычный человек даже не заметит.
— Да. Меня учили, что это магическая сила, необходимая для существования мира. Постой... разве её можно использовать?
А... вот что значит «приближает конец мира». Чем чаще используют магические круги, тем больше магической силы вытягивают из самого мира. И однажды это неизбежно нарушит его устройство.
— Теперь понимаешь, почему магические круги запрещены?
— Да. Но тогда почему находятся те, кто всё равно ими пользуется?
Даже зная, что это разрушает мир.
— Потому что магические круги очаровывают людей. И прежде всего потому, что говорят, что с их помощью нет ничего невозможного.
Часть 698.2. Дополнительная глава. Тот, кто унаследует 2. От лица командира Габара
Микке — моя любимая дочь. С самого детства она была не такой, как остальные. Особенно остро я понял это в тот день, когда увидел, как пятилетняя Микке ловко вытягивает из взрослых нужные нам сведения. Я хвалил её... и вместе с тем мне становилось страшно. Страшно от мысли, что однажды она вступит в организацию к которой принадлежу я, и окажется связана с магическими кругами.
Вообще-то, к шести годам легенда о её слабым здоровьем должна была закончиться. Но я по собственной прихоти затянул этот обман. Хотел хотя бы ненадолго отдалить её от магических кругов.
И всё же даже с такими ограниченными возможностями Микке неизменно делала всё, что было в её силах. Она умело используя образ болезненной девочки, защищала деревню, защищала товарищей. Не успел я опомниться, как она уже догадалась о существовании организации, а вскоре и сама стала одной из нас.
Когда я в изумлении смотрел на неё, она лишь уверенно заявила, что это её жизнь.
Тогда я лишь горько усмехнулся. Значит, она всё-таки заняла нашу сторону.
Но даже после этого у меня не хватало смелости рассказать ей о магических кругах. Для этого мира магические круги были злом. Из-за них погибло бесчисленное множество людей. А конец тех, кто оказался пленён ими и сломался, всегда был ужасен.
И дело было вовсе не в том, что она моя дочь. Я просто не хотел втягивать молодое поколение во всё это. Я слишком многих товарищей видел сломленными магическими кругами.
И всё же я понимал, что скоро мне придётся рассказать ей правду.
Микке была слишком способной. Каким-то образом она докапывалась даже до того, что организация тщательно скрывала. Более того, никто из наших так и не заметил, что ей уже всё известно.
Таких способных подчинённых у меня никогда не было.
Именно поэтому я должен рассказать ей, чего эта деревня боится больше всего. А для этого ей необходимо понять, что такое магические круги, и узнать о «чудовище», которое скрывает церковь.
— Ты ведь не пыталась разузнать о магических кругах? С твоими способностями у тебя бы получилось.
Способность Микке добывать информацию была просто ненормальной. У неё даже не было навыка расследования, а она всё равно умудрялась делать больше, чем те, кто им обладал. Вот почему я подозревал, что ей уже известно и о магических кругах, информацию о которых скрывает организация. Но, похоже, она действительно ничего не знала.
Впрочем... если Микке решит что-то скрыть, возможно, даже я этого не замечу.
— Раз ты так старательно пытался это скрыть, я не стала копать.
Значит, она поняла это по моему поведению.
— Вот как.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...