Цзян Юйбай с тоскливым вздохом разглядывал обшарпанный, почти аварийный жилой дом.
Собственная матушка благополучно валялась дома на диване, а его отправила выбивать долги по аренде, обозвав это «полезной практикой».
Казалось бы, плевое дело – забери деньги и уходи. Что тут может пойти не так?
Он покачал головой и шагнул в полумрак подъезда.
Не успел он подняться и на пару пролетов, как сверху донесся раздраженный женский голос:
— ...И не думай, что я тут из вредности придираюсь. Плату за квартиру ты мне сегодня вынь да положь.
Цзян Юйбай задрал голову. Похоже, кричали как раз на его этаже.
Он двинулся дальше, и тут же раздался другой голос – тихий, робкий и явно смущенный:
— Тетя Ли... но вы же всегда соглашались немного подождать. Можно мне... хотя бы пару дней?
Голосок, чистый и нежный, словно трель молодой птицы, звучал так жалобно, что невольно брал за душу.
«Да ладно? Неужели я и правда вляпался в историю?» – подумал парень.
Поднявшись на площадку, Цзян Юйбай сразу увидел плотную женщину с пышной завивкой, стоявшую к нему спиной. Без сомнения, это и была домовладелица Ли.
А вот ее собеседницу разглядеть не удавалось – дородная пани Ли заслоняла девчушку целиком, не оставляя ни малейшего просвета.
Хозяйка тем временем распалялась все сильнее:
— Раньше я на твои задержки сквозь пальцы смотрела, но в эти дни сам хозяин дома присылает человека с проверкой! Если ты сегодня не заплатишь, мне перед ним отдуваться, что ли?
Обладательница нежного голоса промолчала.
Мысленно чертыхнувшись от предчувствия лишней головной боли, Цзян Юйбай перестал скрадывать шаги и лениво, со своей обычной небрежностью, позвал:
— Здравствуйте, подскажите, пожалуйста... — Слово так и застряло у него в горле.
Стоило домовладелице сделать шаг в сторону, как перед ним предстала хрупкая девушка в простом хлопковом платьице. Мягкие каштановые пряди небрежно рассыпались по плечам.
Тонкие, словно тушью нарисованные брови, изящный носик, аккуратные полные губы – настоящая красавица, глаз не оторвать.
Вот только сейчас ее прелестные миндалевидные глаза округлились от неподдельного испуга, и она смотрела на него так, словно увидела призрак.
Линь Тинвань.
Это лицо он знал слишком хорошо. Больше двух лет они учились в одном классе.
Встретить здесь одноклассницу было сюрпризом, но настоящим шоком для него стало другое...
Линь Тинвань ведь была немой!
В самый первый день учебы классный руководитель отдельно подчеркнул это перед всеми учениками и строго-настрого запретил любые шутки или злые розыгрыши на этот счет.
Но что же он слышал только что?
Не успел Цзян Юйбай осмыслить увиденное, как пани Ли повернулась и смерила его подозрительным взглядом с ног до головы, недовольно насупившись:
— А ты еще кто такой? Лицо незнакомое. Не из нашего дома, верно?
— ...Нет, — машинально выдавил Цзян Юйбай, все еще во все глаза глядя на онемевшую девушку.
«Это что же получается? От безденежья даже немые начинают говорить? Вот так медицинское чудо...»
Старушка Ли перевела взгляд с парня на Линь Тинвань, подметила густую краску, залившую ушки испуганной девушки, ее бегающие глаза и, сделав какие-то свои выводы, сердито зыркнула на нее:
— Слышь, ты, — она кивнула на Линь Тинвань, бесцеремонно отрезав:
— Зубы мне не заговаривай!
— ...Пусть сегодня твой хахаль платит за квартиру, или собирай шмотки и выметался отсюда! Разговоры окончены!
Линь Тинвань замерла с приоткрытым ртом.
Цзян Юйбай лишился дара речи: — ...?
Какой еще хахаль?
Эта женщина, судя по всему, решила, что он – парень Линь Тинвань, которого та спешно вызвала для группы поддержки.
Прищурившись, Цзян Юйбай заговорил уже без прежней вежливости:
— Вы ведь Ли Ся, домовладелица Ли?
Старушка снова смерила его оценивающим взглядом и насупилась:
— Ну я. И что с того?
Цзян Юйбай ответил сухо и деловито:
— Компания сейчас проводит аудит арендуемых площадей и жилого фонда. В этом секторе показатели сборов оставляют желать лучшего, так что я зашел проверить, как идут дела.
Пани Ли сначала опешила, но уже через мгновение ее лицо преобразилось. Вся былая спесь и раздражение испарились без следа, уступив место угодливой, приторной улыбке:
— Ой, надо же! Так вы из главного офиса? То-то я смотрю – молодой человек такой представительный, статный... Ну и дура же я, не признала сразу! А я тут как раз, понимаете, плату собираю.
Линь Тинвань, наблюдая за этой внезапной сценой фальшивого дружелюбия, настороженно прищурилась и незаметно отступила на полшага назад.
Цзян Юйбай не собирался устраивать дешевое представление и сразу перешел к делу:
— Ну и какова ситуация на данный момент?
— Да я... — Тетя Ли покосилась на Линь Тинвань. — Ой, что же мы на пороге-то стоим? Проходите, проходите в дом, там все и обсудим.
С этими словами она бесцеремонно толкнула полуоткрытую дверь и по-хозяйски зашагала внутрь.
Линь Тинвань испуганно дернулась, явно порываясь ее остановить, но в последний момент словно вспомнила о чем-то и упрямо сжала губы.
Цзян Юйбай тоже почувствовал неловкость. Если он правильно понимал, эту квартиру сейчас снимала Линь Тинвань.
Пусть жилье и съемное, но эта беспардонная женщина мало того что ввалилась туда сама, так еще и постороннего парня за собой тащит...
— Чего вы там застряли на пороге! — Донесся из глубины квартиры зычный голос. — Заходи давай, гостю чаю налей!
Линь Тинвань закусила губу и, бросив на Цзян Юйбая полный тихой ярости взгляд, все же скрылась в прихожей.
«А на меня-то за что злиться?», – растерялся парень. Но раз уж хозяйка положения уже ушла вперед, он не стал мяться у двери и шагнул следом.
Квартира оказалась типичной однушкой старой планировки: тесная прихожая, крохотная кухня и совмещенный санузел. Но, несмотря на скромные размеры, везде царил образцовый порядок.
Помня о приличиях, Цзян Юйбай лишь мельком огляделся и не стал разглядывать чужой быт.
Тетя Ли уже вальяжно устроилась на потертом диванчике в гостиной и приветливо махала ему рукой:
— Проходите, присаживайтесь, не стесняйтесь.
Линь Тинвань чаем никого поить не собиралась. Она молча забилась в самый дальний угол комнаты и примостилась на маленьком табурете у окна, стараясь держаться от гостя как можно дальше.
Тетя Ли неодобрительно покачала головой, глядя на ее нелюдимость, сама нашарила взглядом чайник и заварила Цзян Юйбаю чашку дешевого чая:
— Эм... Простите, как мне к вам обращаться?
— Фамилия Цзян, — коротко бросил он.
— Ах, господин Цзян! — Тут же подхватила домовладелица. — В нашем квартале за этот месяц все жильцы до копеечки рассчитались, только вот эта квартира никак не закроет долг.
Она сделала паузу, косясь на поникшую Линь Тинвань, и заговорила заметно мягче:
— Но ситуация тут... действительно непростая. Может, получится сделать для нее небольшое исключение и дать отсрочку?
Цзян Юйбай промолчал, лишь с недоумением посмотрев на женщину.
Только что она чуть ли не глотку драла, требуя деньги, а теперь сама же выгораживает должницу? Что за странные метаморфозы?
Заметив его недоуменный взгляд, тетя Ли принялась отчаянно подмигивать сидящей у окна девушке, но Линь Тинвань застыла каменным изваянием, уставившись в одну точку.
«Разыгрывают передо мной доброго и злого копа? Ну конечно, они заодно...», – подумала Линь Тинвань, крепко сжав кулаки.
— Хе-хе... — Не дождавшись ответа от девчонки, тетя Ли натянуто рассмеялась:
— Диковатая она у нас... людей боится...
Цзян Юйбай переводил взгляд с заискивающей домовладелицы на притихшую одноклассницу, и в голове у него складывалась совершенно дикая картина.
«Погодите-ка. Это что, сценарий из дешевой драмы, где жестокий арендодатель выживает из дома беззащитную сиротку?»
Парень тряхнул головой, прогоняя эту нелепую чушь.
Желая поскорее разрядить эту удушающую атмосферу, он примирительно улыбнулся:
— Тетя Ли, на самом деле мы знакомы. Мы учимся в одном классе.
Он надеялся, что это успокоит женщин, но домовладелица от его слов лишь опешила. Она перевела хитрый взгляд с одного на другую, и в ее глазах вспыхнуло понимание: «А-а-а, вон оно что!»
— Понимаю, все понимаю, — засуетилась она, поспешно поднимаясь с дивана. — Дело молодое! Не буду вам мешать, воркуйте.
Уходя, она прикрыла за собой дверь, но не до конца – оставила едва заметную щелочку.
Цзян Юйбай остался стоять с открытым ртом:...?
«Что она, черт возьми, поняла? И почему так технично испарилась?»
Если посредник сбежал, то у кого ему забирать деньги?
Он растерянно обернулся и наткнулся на ледяной, пронзительный взгляд побледневшей Линь Тинвань.
И эта туда же – смотрит на него так, словно он злейший враг.
— Одноклассница Линь, — помявшись, решил он все-таки удовлетворить свое любопытство, — так ты в школе... притворялась немой?
Линь Тинвань лишь крепче сжала губы, упорно храня молчание.
— Да ладно тебе, я же только что слышал, как ты разговаривала. Какой смысл теперь отмалчиваться? — Пожал плечами Цзян Юйбай.
— ...
Поняв, что открутиться не удастся, Линь Тинвань глубоко вздохнула и наконец прямо посмотрела ему в глаза:
— Цзян Юйбай... Чего ты от меня хочешь?
В ее голосе звенела глухая враждебность, но даже так он звучал невероятно чисто и красиво.
— Надо же, и правда говорит... — Цзян Юйбай невольно изумился.
За все годы в старшей школе он не слышал от нее ни единого звука. Если бы не этот четкий, гневный вопрос, он бы решил, что у него начались галлюцинации.
Девушка проигнорировала его удивление. Брезгливо поморщившись, она процедила:
— Я спрашиваю: что тебе нужно?
«Что нужно?»
Цзян Юйбай хлопнул глазами и ответил чистую правду:
— Да за арендой я пришел.
Линь Тинвань, словно получив подтверждение своим самым худшим опасениям, побледнела еще сильнее.
— За арендой... — Ее голос заметно задрожал. — Я так и знала. Вы все заодно. И что дальше? Что ты собираешься делать?
— В смысле – заодно? И что я должен делать?
Цзян Юйбай окончательно запутался в происходящем.
Но прежде чем он успел вставить хоть слово, Линь Тинвань резко вскочила, сжав кулаки до побелевших костяшек:
— Цзян Юйбай, хватит паясничать! Все знают, какой ты бабник и гуляка... Но я не думала, что ты опустишься до такой низости!
— ...Ты же прекрасно знаешь, что в школе только-только собрали деньги за обучение! Эта проверка – твоих рук дело, верно? Решил загнать меня в угол и шантажировать?!
Глядя на раскрасневшуюся от гнева одноклассницу, Цзян Юйбай почувствовал, как у него закипает мозг:
— Погоди... Шантажировать? Чем?!
И с какого перепугу он вдруг стал «бабником»?
Тяжело дыша, Линь Тинвань залилась краской до самых кончиков ушей:
— А сам как думаешь?! Тебе обязательно нужно, чтобы я произнесла это вслух?!
Парень стоял в полном ступоре под градом незаслуженных обвинений, а девушка буравила его яростным взглядом, даже не думая уступать.
В этой звенящей, напряженной тишине вдруг отчетливо раздался негромкий щелчок дверного замка.
Оба вздрогнули и синхронно повернулись на звук.
Из приоткрытой двери соседней комнаты высунулась маленькая аккуратная головка и с любопытством уставилась на спорящих.
Цзян Юйбай застыл, а его зрачки расширились от шока.
Те же рассыпанные по плечам волосы, те же тонкие, изящные черты лица – перед ним стояла абсолютная, точная копия Линь Тинвань.
Разница была лишь в одном: в этих точно таких же красивых глазах не было ни капли злости – лишь детская, невинная растерянность.
Заметив сестру, Линь Тинвань в ужасе выдохнула:
— Ваньвань, не выходи!

Комментарии

Загрузка...