Размах крыльев той птицы превышал пять метров, в длину она достигала двух, а неслась с невероятной скоростью.
Лю Хэн мгновенно взмыл на верхушку дерева и отчаянно бросился в погоню – столь грандиозная птица пришлась ему по душе.
Однако пернатая мчалась слишком быстро, да и он еще не до конца освоился с внезапно обретенной силой, а потому попросту упустил беглянку.
Энель подоспел следом, про себя отмечая, до чего же крепкими телáми наделены обитатели этого мира, – он и сам не отказался бы от подобной физической формы!
Следующие несколько дней Лю Хэн и Энель провели в этой густой чащобе, вступив в затяжное противостояние – точнее говоря, в пику с той самой птицей.
Причиной послужило то, что пернатая зараза, прознав о преследовании, то и дело возвращалась подразнить их, маяча перед глазами при каждом удобном случае.
В один прекрасный день, столкнувшись с ними вновь, она гоняла Лю Хэна битый полдень. Стоило ему выбиться из сил и остановиться перевести дыхание, как нахалка усаживалась на ветке неподалеку,
широко раезиня клюв и издавая мерзкие звуки, сопровождая их яростным хлопаньем крыльев, но улетать при этом и не думала.
Разъяренный Лю Хэн принялся палить маститой магией молнии направо и налево; птице хоть бы хны, а вот следовавшему за ним Энелю досталось сполна.
По неведомой причине – возможно, из-за местных законов мироздания – после удара током Энель неожиданно научился управлять совершенно иным разрядом.
Это заставило Лю Хэна еще сильнее завидовать местным жителям: стоит им пошевелиться, как они способны молотить друг друга сутками напролет, восстанавливаются мгновенно, учатся всему на лету.
Прежняя молния Энеля несла в себе лишь разрушительную стихию, теперь же в ней чувствовалась суровая, карающая мощь металла – именно её Лю Хэн и приспособил для охоты на пернатую вредительницу.
Арсенал магии молнии поистине огромен, но закон Пяти молний, которым владел Лю Хэн, ограничивался стихиями пяти первоэлементов и внутренних органов. Даже если бы ему доверили техники более высокого порядка, он не смог бы ими воспользоваться – простому смертному они не по зубам.
Поняв, что силой птицу не взять, Лю Хэн решил приманить её на кулинарный изыск, справедливо рассудив, что усесться обратно наверх после приземления будет непросто.
Что до дальнейшего – придется действовать по обстоятельствам. Если она не спустится, все усилия пойдут прахом.
Он извлек припасенное с прошлого мира мясо, насыщенное изрядной порцией внутренней энергии, – источаемый им при жарке аромат обещал быть исключительным.
Разведя огонь с помощью электричества и нанизав куски на вертел, он принялся неторопливо запекать их.
Поручив Энелю следить за костром, Лю Хэн занялся смешиванием специй, щедро сдобрив смесь секретными травами по собственному рецепту.
Шло время, и над поляной поплыл насыщенный запах жареного мяса. Энель никогда прежде не пробовал ничего подобного, а сами продукты и приправы казались ему внове.
Один лишь аромат превосходил всё, что ему доводилось отведать раньше. Он во все глаза уставился на мясо, смертельно боясь моргнуть и упустить момент, когда оно будет готово.
Сам Лю Хэн тоже был всецело поглощен готовкой, начисто забыв, что изначально всё это затевалось как ловушка для пернатой наглой морды.
Мясо подходило к кондиции, дразнящий дух расходился на невесталикое расстояние, и молодой человек уже потянулся за ножом, чтобы нарезать угощение.
Он приподнял вертел над углями и повернулся за клинком.
В тот же миг мимо пронесся свирепый порыв ветра, за которым последовал целый каскад тихих, но частых хлопков вперемешку с птичьим клекотом.
Опомнившись, Лю Хэн обнаружил в руке лишь пустой голый прут. Медленно переведя взгляд, он уставился на сидевшего напротив Энеля.
─ Ты что, всё сожрал? ─
Сумняшеся не спрашивал он, прекрасно понимая, сколь причудливы здешние способности и сколь невероятными бывают события вокруг.
Энель и сам сидел с глуповатым видом: он перевел взгляд с деревяшки на Лю Хэна.
Не успел он раскрыть рта, как издалека донесся жизнерадостный птичий клекот.
Тут до обоих дошло разом: их мясо утащила эта проклятая птица.
Раньше за ней не замечали столь чудовищной скорости, отчего подобная мысль даже не приходила в голову, но теперь-то стало очевидно – перед ними настоящая грозовая птица!
А уж взрывная скорость у подобных созданий заложена в самой природе.
Лица обоих мгновенно покраснели от гнева. Мало того что у них отобрали обед, так еще и сделала это какая-то пернатая тварь.
В следующее мгновение тела обоих озарились вспышками молний, и они бросились в погоню, напрочь забыв обо всем.
Поджарить, зарезать – неважно! Главное – не упустить мерзавку. Как вообще человек может позволить птице вытирать о себя ноги?
Повсюду сверкали разряды, щепки летели во все стороны.
Сблизившись с беглянкой, они увидели, как она задирает голову и проглатывает последние остатки мяса. Праведный гнев в душах преследователей вспыхнул с новой силой.
Лю Хэн вскинул руки, выпустив несколько лучей Шести меридианных мечей, но сбился с прицела – до цели долетел лишь один.
В спешке накопить достаточную мощь не удалось: хотя птицу и задело, рана оказалась пустяковой и её боеспособности ничуть не помешала.
Энель тоже попытался обрушить на пернатую разряд молнии, но та ловко увернулась.
И хотя электричество разит быстрее мысли, грозовая птица и сама повелевала стихией, уступая в скорости разве что самой молнии.
Успех Лю Хэна объяснялся лишь тем, что его мечи разили бесшумно и невидимо, а птица попросту не ждала подвоха.
Сытная трапеза изначально подняла пернатой настроение, но полученная рана мигом его испортила.
А у порядочной птицы в дурном расположении духа реакция одна – громить и мстить. На сей раз улетать она не собиралась: вздумали играть с молниями? Посмотрим, чья возьмет!
Так началась трехсторонняя битва стихий.
Лю Хэн сосредоточился исключительно на атаке, нисколько не страшась возможных увечий.
Энель, лишенный обеда и взбудораженный воспоминаниями о пережитом унижении, вошел в режим берсерка.
Грозовая птица просто давала выход эмоциям: взмахи крыльев поднимали бурю, когти норовили распотрошить врагов, а из перьев время от времени вырывались змейки молний.
Непонятно, в каких краях выросла эта тварь, раз умеет метать молнии – в здешних краях подобным талантом вроде бы обладало лишь племя минков, но птица к нему явно не принадлежала.
Впрочем, для этого безумного мира такое вполне в порядке вещей: мутировавшей флоре и фауне здесь несть числа.
Двое людей и птица сошлись в смертельной схватке. Разряды молний полосовали воздух, обломки деревьев летели щепками, а распалившись окончательно, противники забыли даже о мысли отступить.
Лю Хэн дрался со всё возрастающим упоением. Прежде подобные картины он мог созерцать лишь в грезах, а теперь переживал наяву, всамделишно и осязаемо.
Какой мужчина не грезил боевыми искусствами? И вот мечта воплотилась в реальность, да еще как захватывающе!
Адреналин в крови зашкаливал. Сочетая Шаг по волнам со своими мечами и магией молнии, он безостационарно наседал на птицу, а улыбка его грозила разорвать уши – о первоначальной цели перекусить он давно забыл.
Грозовая птица, лишенная своего главного преимущества в небе, упорствовать в бегстве не желала. Глядя на скалящегося и глумливо ухмыляющегося человека, она просто не могла сделать вид, будто ничего не произошло.
Ей казалось, что этот наглец насмехается над ней – над тем, как она отчаянно клевала, царапала и била его током, не причинив в итоге ни малейшего вреда.
Атаки второго парня тоже изрядно досаждали: поначалу слабые, они с каждой минутой набирали силу.
Продолжайся так и дальше, она рисковала застрять здесь насовсем. Рассудив, что сперва нужно вырубить этого второго назойливого типа, птица приняла решение.
Накопив мощный заряд, она единым взмахом крыла обрушила его на Энеля. Тот не успел среагировать и рухнул, отброшенный прочь сокрушительной волной, смешанной с электричеством.
Не проверяя результата, грозовая птица взмыла ввысь, чтобы тут же камнем рухнуть вниз.
Поняв, что молнии на человека не действуют, она решила вложить всю кинетическую энергию пикирования в мощнейший удар лапами – пусть хоть так отобьет ему охоту улыбаться целым и невредимым!
Завидев взлет птицы, Лю Хэн сперва решил, что та удирает, и уже собрался проверить состояние Энеля – тот после падения не подавал признаков жизни, не хватало еще, чтобы откинулся.
Но стоило ему сделать шаг, как пернатая вновь пошла на сближение, сверкая глазами налитыми кровью. Намерения её не оставляли сомнений.
За минувшую схватку реакция Лю Хэна возросла многократно, а потому он, не раздумывая, шарахнулся в сторону.
Дураком он не был: пусть урон ему не страшен, стоять столбом под ударом гигантской птицы никакого желания не имелось.

Комментарии

Загрузка...