— Никто ничего не ешьте, это для молодого господина Цзяна! Вы ешьте остальное, а эта говядина только для нашего господина Цзяна...
Остальные сельчане с ненавистью смотрели на этого типа, думая, что он слишком уж унижается, выслуживаясь как шавка. Но самого мужика чужое мнение совершенно не волновало, как бы на него ни смотрели.
Однако никто не ожидал того, что произошло дальше.
Этот жест, который должен был стать верхом лести, привёл Цзян Тяньи в неописуемую ярость. Он с такой силой швырнул палочки на стол, что раздался громкий треск. А затем вскочил со своего места!
Свирепо вытаращив глаза, он ткнул пальцем прямо в нос сельчанину и заорал:
— Ты что творишь?! Что ты, мать твою, творишь?! Ублюдок сучий!
Такое внезапное и бурное проявление агрессии до смерти напугало мужика.
— А? Я... я просто... я хотел, чтобы вы поели... — с ужасом на лице лепетал сельчанин, ошеломленный поведением Цзян Тяньи.
— Жрать твою мать! Какого хера! Тебе самому-то не мерзко?! Ты грязный ублюдок! — Цзян Тяньи ни капли не сдерживался, изрыгая потоки отборной брани.
Люди в зале обернулись, не понимая, что происходит.
Чжао Иань, который как раз обходил столы с тостами, поспешно отставил бокал с вином и подбежал.
Сельчанин начал торопливо оправдываться:
— Нет-нет, это палочки из отеля, они не грязные, я же не из дома их...
— Пошёл нахер! Из отеля? А ты их, блядь, руками не трогал?! В рот не совал?! Ты грязный, понимаешь?! Твою ж мать, ты кто такой вообще, чтобы мне еду накладывать?! А ну жри всё это сам! Жри!
Он сверкал глазами, продолжая орать.
Лицо сельчанина исказилось от страха. Он не смел ослушаться — перед напором и аурой богатого человека он мгновенно превратился в пыль под ногами. А ведь он ещё питал иллюзии, что после окончания университета его сын сможет работать в корпорации семьи Цзян! Испугавшись, он схватил палочки и торопливо потянул кусок говядины в рот.
Но Цзян Тяньи схватил салфетку, набросил её на голову мужика, а затем просто с силой ткнул его лицом прямо в тарелку.
— Жри как собака! Блядь, дебилы кусок, я слишком много вам позволял! Дешевки, от вашей одежды даже воняет! Сборище деревенских шавок приперлось в город, я вас и так слишком долго терпел! Жрать, я сказал!
Все сидели, опустив головы, не смея проронить ни слова.
— Цзян Тяньи! Ты что творишь?! — с гневом закричал подбежавший Чжао Иань.
Цзян Тяньи повернул голову. Ярость на его лице никуда не делась, напротив, она вспыхнула с новой силой.
— Чжао Иань, ты на кого голос повышаешь?
— Что ты творишь, Тяньи? — Чжао Иань бросился вперёд и оттащил руку парня, чтобы сельчанин смог поднять голову из тарелки. Это было уже слишком омерзительно. Это был старший родственник, и видеть, как Цзян Тяньи унижает его, было для Чжао Ианя тяжёлым ударом.
— Пошёл ты! — Цзян Тяньи с силой толкнул Чжао Ианя в плечо. — Ты сам-то кто такой, чтобы, блядь, тут на меня тявкать, придурок? Ты всё ещё ждёшь мою сестру, да? Ты, главный рогоносец Наньхана, слушай сюда, Чжао Иань! Цзян Шиюэ прямо сейчас в отеле с Ли Ваньцзинем, понял?! Дебил, слишком много чести! Нахер этот банкет, и пошёл ты нахер.
Цзян Тяньи схватил телефон, развернулся и зашагал к выходу. По пути он осыпал проклятиями каждого, кто осмеливался посмотреть в его сторону, но никто из сельчан не смел ему ответить или даже открыть рот.
В порыве гнева Цзян Тяньи при всех выболтал секрет своей сестры. У Чжао Ианя зазвенело в ушах. Он смотрел на удаляющуюся спину шурина, не зная, что делать, и отказываясь верить, что сказанное — правда. Подозрения, возникшие после телефонного разговора с Цзян Шиюэ, мгновенно с новой силой вспыхнули в голове.
А тем временем окружающие сельчане, стоило Цзян Тяньи скрыться из виду, снова оживились. Вот только на этот раз они не собирались глотать обиду молча. Всю злость и унижение, полученные от Цзян Тяньи, они выплеснули на Чжао Ианя.
— Чжао Иань, это что вообще такое?! Мы пришли, чтобы поддержать тебя, а ты с нами вот так?! Вот так, значит?! Ты нас, старших, ни в грош не ставишь!
— Точно-точно! Это что за дела?! Как ни крути, мы старше тебя! Ты только посмотри, что устроил, что это за бардак?! И где твоя невеста? Где твоя новая жена?
— Да только что же сказали — она с другим в отеле! И чем они там занимаются? Номер сняли? Ха-ха-ха...
— Это правда, главный рогоносец Наньхана Чжао Иань? Ха-ха-ха...
Вся толпа мгновенно разразилась хохотом. Некоторые начали открыто издеваться.
— Ну ты даёшь, Чжао Иань! Твоя жена с другим в номерах кувыркается, а ты тут людей поишь-кормишь, ха-ха! И ещё ждёшь её, как дурачок?
— Эй-эй, односельчане, а ведь недавно Чжао Иань говорил... Как там было? Что он сказал? Сказал...
— Я вам покажу, покажу! Чжао Иань сказал вот так: «Ешьте, пейте, моя невеста скоро приедет, я вас познакомлю. Моя невеста очень хорошая, образованная и воспитанная...» Ха-ха-ха! Слово в слово так и сказал!
— Ха-ха-ха-ха... — раздался очередной взрыв смеха.
Чжао Иань растерянно смотрел на своих деревенских родственников и друзей. Он и представить не мог, что эти люди так с ним поступят.
— Что вы делаете? Как вы можете смеяться надо мной? Я пригласил вас на свою помолвку, даже денег в подарок не просил, а вы со мной так?!
— Тьфу! Чжао Иань! Тебе ещё хватает наглости говорить?! Мы бросили все дела, чтобы приехать и поддержать тебя, а как ты к нам отнесся?! Как к нам отнесся этот щенок из семьи Цзян?!
Тем, кто первым сорвался на Чжао Иане, оказался тот самый старший родственник, которого Иань только что спас от унижения.
Тут же раздались голоса других:
— Пф, я же говорил, откуда у Чжао Ианя может быть такая счастливая судьба? Тьфу!
— Точно, сирота он и есть сирота! Была бы у него хорошая судьба — не стал бы сиротой. У него жалкая жизнь, а он размечтался жениться на президенте компании! Размечтался!
— Эй, народ, а я у него только что хотел денег в долг попросить, а этот паршивец замялся! Так тебе и надо, Чжао Иань! Заслужил!
Ответом стала тишина.
Чжао Иань ни за что на свете не мог представить себе такую картину.
Оказывается, они никогда не желали ему добра. Стоило его жизни хоть немного наладиться, как они были бы рады, если бы он просто сдох — только тогда они почувствовали бы себя лучше. Он снова окинул взглядом этих родственников и друзей. Они ели его еду, пили его вино, курили его сигареты, и при этом грязно ругали и высмеивали его. Некоторые даже достали пластиковые пакеты, готовясь собрать остатки со столов перед уходом.
Чжао Иань резко развернулся и зашагал прочь, ни разу не оглянувшись. Он хотел лишь одного — как можно скорее сбежать из этого отвратительного места. Ему не терпелось добраться до корпорации семьи Цзян и выяснить, где на самом деле находится Цзян Шиюэ.
Увидев это, менеджер отеля поспешно выбежал за ним, за ним следом бросился водитель автобуса.
— Господин Чжао...
— Господин Чжао, послушайте...
Чжао Иань посмотрел на менеджера, затем на водителя автобуса, прекрасно понимая, чего они хотят. Счета ещё не были оплачены, и они спешили вытрясти из него деньги. Благодаря связям семьи Цзян всё — от блюд до алкоголя, табака и чая — было предоставлено отелем без предоплаты. То же самое касалось и аренды автобуса: счёт должны были оплатить в самом конце.
Чжао Иань посмотрел в сторону малого банкетного зала, где толпа ублюдков продолжала веселиться. Его помолвка превратилась для них в праздник. Они радостно звенели бокалами, чувствуя себя абсолютно непринужденно. Видеть, как Чжао Иань страдает, было для них словно бальзам на душу, как будто они отомстили ему за что-то.
— Жрем! Пьем! Блядь, когда будем уходить, захватим на ресепшене ещё алкоголя и сигарет! Всё равно за всё платит Чжао Иань, ха-ха...
— Точно! Давай, до дна...
Чжао Иань перевёл взгляд с менеджера на водителя автобуса.
— Возьмите деньги с них. Ко мне это больше не имеет отношения.
Сказав это, он пошёл прочь. Заметив свой портрет с Цзян Шиюэ, напечатанный в полный рост, он вдребезги разбил его ногой, скомкал и швырнул в мусорное ведро. А затем направился прямиком в корпорацию семьи Цзян.

Комментарии

Загрузка...