Выражение лица Пэй Е было таким, будто его драгоценную капусту сожрала свинья. Из-за этого Шэнь Линжань и сама почти поверила, что действительно учинила нечто ужасное с Бай Цзэ.
Она нахмурилась, пару секунд пристально смотрела на Пэй Е, а затем внезапно улыбнулась, прищурилась и произнесла:
— Всего-то искупала Бай Цзэ, а у тебя такое лицо, будто я тебя изнасиловала.
Стоявший на коленях Пэй Е при этих словах слегка сгорбился.
Прошло всего каких-то несколько часов, так почему же Шэнь Линжань до входа в мониторинговую и Шэнь Линжань после выхода из неё — это абсолютно два разных человека?
Заметив, что он больше ничего не говорит, Шэнь Линжань решила, что он всё понял. Она повернулась, вытащила уже вымытого Бай Цзэ из ванны и продолжила:
— Насиловать тебя — это, вообще-то, тратить мои силы, но если ты никак не можешь сообразить что к чему, я вполне согласна нанести врагу тысячу ударов ценой собственной сотни.
Весь мокрый Бай Цзэ с банным полотенцем на голове послушно последовал за Шэнь Линжань из ванной.
Шэнь Линжань отправилась искать фен, а на ходу бросила Пэй Е, стоявшему у прихожей:
— Либо меняй его на другого божественного зверя, либо вали отсюда прямо сейчас, мне нужно отдыхать.
Пэй Е смотрел на то, как послушно Бай Цзэ стоит перед Шэнь Линжань, позволяя ей гладить и трепать себя по шерсти, и сжал руки, упертые в пол, в кулаки.
Затем он попытался собрать остатки своей Духовной силы, чтобы призвать Бай Цзэ обратно в Духовный ландшафт, но всё было тщетно.
Поняв это, он окончательно сдался, уперся руками в стену и поднялся на ноги, а затем шатаясь вышел из камеры Шэнь Линжань.
Ночи в Федерации тихие. В это время в большинстве зданий свет уже погашен, и лишь в не слишком удаленном главном пункте управления ярко горели огни.
Он посмотрел в сторону здания штаб-квартиры Федерации, и в его памяти промелькнули лица многих знакомых стражей.
Однако все они, без исключения, обладали обычными духовными телами, а вовсе не божественными зверями.
Вспомнив о Бай Цзэ, оставленном у Шэнь Линжань, и о той нити Духовной силы, которую она оставила внутри его собственного Духовного ландшафта, Пэй Е с мучительным чувством зажмурил глаза.
Только он собрался сперва отправиться в подземную тюрьму, чтобы вытащить оттуда младшего брата, который только что миновал смертельную опасность, как сбоку до боли знакомый голос внезапно окликнул его:
— Что ты здесь делаешь так поздно?
Пэй Е услышал это, обернулся и увидел Чи Шиюя.
Тот всё еще был в военной форме, в руке он держал отчет с символикой Федерации, а его суровые брови и глаза смотрели на Пэй Е с непониманием.
Ради спасения остатков своей гордости стража, Пэй Е выпрямил спину перед Чи Шиюем и с холодным выражением лица посмотрел на него в ответ:
— Ничего.
— Шэнь Линжань спит? — спросил Чи Шиюй, глядя на плотно закрытую дверь комнаты.
Пэй Е вспомнил слова, сказанные Шэнь Линжань перед его уходом, и кивнул:
— Отдыхает.
Чи Шиюй издал неопределенный звук и уже собирался повернуться, но почувствовал неладное. Он снова повернулся к нему и спросил:
— Она ничего такого не творила в мониторинговой? Я перед тем, как прийти сюда, столкнулся с Хуа Вань, она плакала.
Услышав имя Хуа Вань, Пэй Е потратил пару секунд на раздумья, прежде чем вспомнить, что это та самая проводница, которую Шэнь Линжань оставила ухаживать за ранеными в мониторинговой.
Он немного подумал и хотел было рассказать о том, что произошло в мониторинговой после его ухода, но в этот самый момент в его доселе опустошенном Духовном ландшафте внезапно вспыхнула острая боль.
Ледяная Духовная сила проводника всколыхнула каждый нерв в его мозге, причем боль оказалась куда сильнее, чем во время любых предыдущих приступов буйства.
Прижимавший к груди отчет Чи Шиюй прищурился, глядя на то, как Пэй Е с искаженным от боли лицом хватается за стену и медленно оседает на колени.
Он не стал подходить, чтобы поднять его, лишь дождался, пока Пэй Е сам немного придет в себя, и снова спросил:
— Что натворила Шэнь Линжань?
Пэй Е был не в силах ответить на этот вопрос, он лишь протянул руку и указал на плотно закрытую дверь камеры, предлагая Чи Шиюю убедиться во всем самому.
Увидев это, Чи Шиюй бросил на него долгий взгляд, отчетливо понимая, что состояние Пэй Е сейчас крайне ненормальное.
Но из-за привычки держаться от людей на расстоянии и нелюбви к физическим контактам он лишь постоял на месте пару секунд, обдумывая ситуацию, и спросил:
— Тебе вызвать кого-нибудь, чтобы тебя забрали?
Пэй Е покачал головой, шумно выдохнул и хриплым голосом произнес:
— Не нужно. Если хочешь узнать — иди спроси своего проводника.
Чи Шиюй от природы был человеком холодным, да и близких отношений с Пэй Е они не поддерживали, поэтому, услышав отказ, настаивать не стал. Прижав к груди федеральный отчет, он направился к двери камеры.
Раздался писк электронного замка, дверь отворилась, и взгляд Шэнь Линжань скользнул по залитому водой полу, встретившись с глазами Чи Шиюя.
Края рукавов её ночной сорочки были закатаны до локтей, а длинные светло-каштановые волосы мокрыми прядями падали на грудь.
— Совещание закончилось? — спросила Шэнь Линжань.
— Угу. — Чи Шиюй шагнул за порог и уже хотел о чем-то спросить её, как вдруг Шэнь Линжань заметила полусогбенную фигуру Пэй Е снаружи и презрительно усмехнулась.
— Чему ты улыбаешься?
— Ему. — Шэнь Линжань качнула подбородком на дверь и произнесла: — Всего-то совершила обмен, а вид у него такой, будто я его обидела.
Чи Шиюй проследил за её взглядом, обернулся и увидел одинокую и жалкую спину Пэй Е. Предчувствуя неладное, он спросил:
— На что ты его сменяла?
— На свой Световой шар — обменяла на его духовное тело.
Об этой сделке она заикалась еще в его присутствии, поэтому реакция Чи Шиюя оказалась весьма неожиданной — он перевел взгляд на Пэй Е и переспросил:
— Он согласился?
— Ну, можно сказать, согласился.
В конце концов, раз он не забрал её Световой шар назад в обмен на Бай Цзэ, это равносильно молчаливому согласию.
Услышав это, Чи Шиюй окинул комнату взглядом и нахмурился:
— А где же его духовное тело?
Шэнь Линжань лукаво улыбнулась, развернулась и зашла в спальню, выманивая оттуда спрятанного в «слепой зоне» взгляда Чи Шиюя Бай Цзэ.
Чи Шиюй и раньше знал, что духовным телом Пэй Е является Бай Цзэ, но вблизи видел его впервые.
— А ты ловкачка.
Сказав это, Чи Шиюй положил зажатый в руках отчет на стол и добавил:
— Стражам нельзя надолго расставаться со своими духовными телами, иначе им станет очень плохо. Поиграла — и хватит, возвращай хозяину.
Шэнь Линжань легко усмехнулась:
— Ой.
Помолчав, Чи Шиюй, видимо, что-то вспомнив, принялся листать отчет и наставительно произнес:
— Хотя это и божественный зверь, вне Духовного ландшафта духовные тела очень хрупкие и чувствительные. Без нужды не тискай его, а тем более не смей распускать руки.
Шэнь Линжань вскинула брови при этих словах. Так вот почему Пэй Е запрещал ей трогать Бай Цзэ?
Но когда она только что гладила Бай Цзэ, этот маленький божественный зверь вовсе не сопротивлялся, а даже выглядел так, будто получает удовольствие. Наверное... ничего страшного не случится?
Едва в ее голове промелькнула эта мысль, как она услышала голос Чи Шиюя:
— Подойди, распишись.
Шэнь Линжань шагнула к нему и спросила:
— Что это?
— Те тексты, о которых ты рассказывала мне в прошлый раз, я передал в Федерацию.
Шаги Шэнь Линжань замерли.
— Они крайне заинтересованы в твоих записях и хотят их изучать. Тебе нужно подписать форму о добровольном участии в исследовании.
Шэнь Линжань смолчала.
Видя, что она ничего не говорит, Чи Шиюй решил, что она просто не хочет расставаться со зверем-духовным телом, и пояснил:
— Днем будешь отправляться на исследования в Черную Башню, а по вечерам сможешь возвращаться и видеться со своим Бай Цзэ.
Шэнь Линжань:
— ...Можно отказаться?
Чи Шиюй посмотрел на нее:
— Либо участвуешь в этом исследовании, либо отправляешься изучать Духовную силу. Выбирай что-то одно.

Комментарии

Загрузка...