"Сегодня я умру..."
Из-за собственного выбора и глупого упрямства. Всё это произошло по моей вине, но какой смысл сожалеть о том, чего уже не изменить?
"Я была дочерью Императора. И могла получить все, что только захотела бы, но ничего не могла сделать по своему собственному желанию. Но время не вечно. И в доказательство этого мой брат и император Льюис, умер истекая кровью, у меня на руках."
***
– Ах, нет... – выдохнула девушка, застыв на месте из-за открывшегося перед ней ужасного зрелища.
Я прибыла в императорский дворец в поисках Льюиса, но было уже поздно... Мой брат был проткнут насквозь мечом Хереса.
С безумной улыбкой, он смотрел на лежавщего на полу умирающего Императора.
<Кап-кап>
Кровь капала с Льюиса; он, держал то место, где был вонзён меч.
– Э... это не правда... этого не может быть! – не веря своим глазам прошептала я.
С большим трудом мне удалось сдвинуться с места, и я подошла. С каждым шагом моё тело всё больше и больше дрожало, но всё же, я продолжила идти вперёд. Пройдя мимо стоящего неподвижно, словно статуя, Хереса, я подбежала к Льюису, но его глаза были уже закрыты.
– Ваше Величество! Ваше Величество... Ваше... Величество. Прошу, откройте глаза! Умоляю... брат, открой глаза... – истошный крик вырвался из моей груди.
Невозможно быть спокойной, в столь страшный момент жизни. Узнав, что Льюис в опасности, я даже не помню, как много раз падала по дороге сюда, сколько преград преодолела. Весть этот путь сюда, я была не в себе. Думала только о том, что мне нужно прибыть сюда как можно скорее, поэтому смотрела только вперед. И когда я оказалась здесь, мои волосы были растрепаны, а одежда разорвана и испачкана.
Но это всё было неважно. Моего брата, единственного, кто всегда был на моей стороне, рвало кровью. Прямо перед моими глазами он умирал, а я не могла ничего сделать.
Вдруг, почти закрытые веки Льюиса задрожали и на мгновение широко открылись. Его глаза смотрели прямо на меня.
– Ваше Величество... – выдохнула я, подбежав к нему и сев рядом так, чтобы он мог видеть меня, излишне не напрягаясь.
Его веки снова задрожали. С трудом открыв глаза, он посмотрел на меня пристальным взглядом. Казалось, что ему есть, что сказать. Но слова давались тяжело, поэтому речь была неразборчивой. Я сосредоточилась, чтобы не пропустить ни единого его слова.
– Ты... как ты здесь... – почти бесшумно произнёс он.
Но закончить предложение Льюис уже не смог: как только он открыл рот, из него хлынула кровь.
– Кровь... Э-это кровь! – взвизгнула я, в испуге отпрянув от брата.
Она брызнула мне в лицо, так как я наклонилась очень близко к лицу Льюиса. Придя в себя, я попыталась вытереть рот брата, но чем больше я это делала, тем больше крови лилось: все мои руки уже были в ней.
– Ваше Величество... кровь... кровь не останавливается... она... я не думаю, что смогу остановить!
– Оста... кх... кх... новись... – прошептал он, задыхаясь, хватая меня за руку.
Я уже не контролировала себя, казалось, я обессилела и не могла двигаться.
"Кажется, я чувствовала, как теряю рассудок, я едва могу оставаться в своём уме!"
Ослабли не только мои руки. Тоже самое происходило и с лицом Льюиса. Я будто бы потерялась в пространстве.
– Пожалуйста, потерпи немного... Я как-то... – не унималась я.
– Это не поможет, – злорадно заметил убийца.
В момент, когда я отчаянно пыталась поговорить с Льюисом, Херес прервал меня.
Льюис перевел взгляд с меня на Хереса. В отличие от меня, сидевшей на полу, дабы Льюису удобнее было смотреть, Харес все так же стоял возле нас, глядя с высока. Кажется, брату было тяжело смотреть на него, и он нахмурился. Но мне было всё равно, я продолжала смотреть лишь на Льюиса, не замечая никого больше. Будто бы в этом мире существуем только мы вдвоём.
– Место, где погибнет Император, будучи тираном в течение последних нескольких лет – императорский дворец. Разве не было бы более прискорбно умереть от рук народа, которые позже прибудут сюда, что скажешь? – хладнокровно продолжал свою тираду Херес.
На самом деле его слова были верны. Ведь Льюис и вправду не был хорошим правителем. В этот момент, брат посмотрел на Хереса и злобно прошипел:
– Все же...
В этот момент у брата было гордое и непринужденное лицо, по которому никак нельзя было сказать, что этот человек истекает кровью. Льюис поднял брови.
– Ты мне не нравишься, – с омерзением продолжил тот.
– ...
На лице Льюиса появилась улыбка, означавшая, что он действительно ненавидит его.
– Милая сестра... помнишь ведь, что я сказал тебе тогда? Если ты выйдешь замуж за этого... парня, то обязательно пожалеешь об этом.
– Прости... Мне очень жаль... Я совершила ошибку... прекрати... – всхлипывала я, кивая на всё, что говорил Льюис.
Я хотела хоть немного остановить кровь, но так и не смогла ничего сделать, кроме как продолжить лить слёзы.
Но брат не переставал говорить, и каждый раз, открывая рот, он извергал все больше крови. Несмотря на это, он продолжал говорить, используя все свои последние силы.
Льюис исступленно позвал меня по имени:
– Эйлин...
Я крепко схватила его за руку и покачала головой. Он накрыл мою ладонь своей холодной рукой.
– Братец... прости меня...
– Но не жалей об этом. Это был мой выбор.
Эти последние слова он произнес без запинки. Но я понимала, что они были сказаны лишь для того, чтобы успокоить меня, чтобы я не винила себя в его смерти. После того, как Льюис произнес их, его голова упала на бок.
"Нет... Этого не может быть!"
Кровь перестала литься, и Льюис больше не двигался.
Я протянула свою дрожащую руку и крепко прижала к себе холодную руку брата. И всё же, это меня не успокоило. На всякий случай я положила палец под нос Льюиса.
– ...
Дыхание не чувствовалось. Мой брат больше не дышал. Он больше не шевелился, словно был в умиротворении. Я не могла в это поверить.
Почему же тогда погода так хороша сегодня?! Небо безоблачно, даже ветер не дует, чтобы не дать мне шанса обрести надежду.
– Ваше Величество! Пожалуйста... прошу, откройте глаза. Я была не права. Я должна была во всём слушаться моего старшего брата!
Я кричала изо всех сил и говорила, что не смогу принять его смерть, но Льюис больше не отвечал... Восстание Хереса прошло успешно.
– Эй, жёнушка.
Я отдалённо услышала голос, похожий на эхо, зовущий меня, но он не достиг моих ушей, как будто я была во что-то погружена. Всё казалось таким нереальным. Единственной вещью, стимулировавшей мои клетки к жизни сейчас – присутствие Льюиса.
– Ваше Величество. Нет, мой брат. Теперь я буду слушать тебя. Поэтому, пожалуйста, вставай. Ты не из тех, кто падёт так легко...
Я не могла отпустить его просто так. Теперь я держу бездыханное тело моего любимого брата на своих руках, и хочу уйти вместе с ним.
– Увезите мою жену во дворец, – отдавая приказ, прогромыхал голос Хереса.
– Не тронь! Не смей прикасаться ко мне! Отпусти сейчас же!
Солдаты, которым скомандовал Херес, схватили меня за обе руки. Они насильно начали оттаскивать меня от Льюиса. Я пыталась освободиться, сопротивлялась изо всех сил, но безрезультатно. Солдаты все так же тащили меня, не ослабляя хватку.
Восстание прошло успешно, и это означало, что всё изменится. Льюис, мой брат и Император этой страны, умер прямо на моих руках. Я больше не была младшей сестрой правителя. Так что в моих словах или действиях больше не было никакой силы.
– Увезите её, немедленно!
Холодные, словно лёд глаза, и жестокие слова "мужа" пронзили меня. Я чувствовала, что кровь в моих жилах стынет. Отныне я была жалким остатком от мятежа.
***
Всё в империи перевернулось с ног на голову. Это было естественно. Переворот свершился в тот момент, когда убили Императора Льюиса, который, казалось, будет править вечно. Дворяне были счастливы тем, что одержали победу.
Для них я была не герцогиней, а младшей сестрой Императора. Поэтому логично, что следующим шагом будет моя смерть. Однако, иронично, что мой муж будет тем, кто убьёт меня.
"Как же это произошло?" – эти мысли не переставали крутиться в моём угасающем сознании.
Живя вместе с Хересом, я не то, что не заподозрила. Я даже ничего не зная, оказала содействие в его восстании. Решая финансовые проблемы, и предоставляя различные преимущества, такие как: эксклюзивная добыча, монопольное распределение и уникальный импорт, он стал приближённым Императора.
Спустя время Херес купил несколько видов оружия на деньги, которые он получил с моей помощью, и возвел на трон своего второго сводного брата, принца Эдмунда.
В свою очередь, принц Эдмунд жил в отдаленных землях и тихонько проживал свою жизнь. У него было желание к правлению, но не было способностей. Кроме того, он боялся Льюиса, и никогда не был человеком, способным по собственному желанию взойти на трон.
Всё крутилось вокруг Хереса и дворянства. А Эдмунд всего лишь занял освободившееся место. Даже ничего не понимая в политике, можно было это увидеть.
В свою очередь, Херес свершив переворот, имел теперь силу, уступающую лишь Императору. Видимо того, что я ему дала, было недостаточно.
"Но с каких пор?"
Когда он придумал этот план? Как он смог организовать бунт, не вызвав у меня никаких подозрений? Я ничего не знала, поэтому и не сумела спасти Льюиса. А поняла всё слишком поздно, и ничего не смогла сделать.
Как только я узнала об измене, солдаты благородной коалиции уже контролировали Империю. И в центре восстания был Херес – мой любимый муж.
Он скрывал всё от меня. Херес был необыкновенно умен и превосходным рыцарем, но я осознала это только после того, как он уже свершил измену.
Поняла всё, когда увидела улыбки дворян, приветствующих благородные силы коалиции. Он с самого начала планировал провести меня, заставив ослабить свою бдительность.
"Моя любовь оказалась обманута и осмеяна."
Я потеряла счёт времени в ожидании своей участи. В мою темницу не проникал солнечный свет, и никто не приносил мне еду, поэтому я не знала, как долго нахожусь здесь. Однако изредка Херес навещал меня.
– Все в порядке? – как-то раз спросил он у меня, запертой в насквозь прогнившей темнице.
Его холодные, как лёд глаза, не выражали ни беспокойства, ни насмешки. Его голос был равнодушным, будто бы я казалась ему жалкой и ничтожной оборванкой.
– Всё это время я беспокоилась, что ты не придешь попрощаться с любимой жёнушкой, но, видимо, ошиблась... Явился – не запылился, – с лёгким смешком, злорадно ответила девушка на его вопрос.
"Я ответила то, о чем думала всё это время. Чёрт... я действительно ждала его. В последние минуты своей жалкой жизни, я лишь хотела вновь увидеть его..."
– У меня есть то, что я хочу Вам сказать, дорогой муженёк, – уже без улыбки слабо прошептала я.
"Да... слова, которые я хочу сказать тебе перед смертью..."
Из-за сказанного мной, на миг показалось, как взгляд Хереса дрогнул. Хотя, конечно, это невозможно.
– До сих пор я жила так тихо и заурядно только ради Вас.
Воспоминания о прошлых днях нахлынули на меня страшной волной.
"Я лишь хочу, чтобы ты знал, что именно оказало огромное влияние на мою жизнь." – хаотичные мысли витали в её голове, не давая понять, где реальный мир, а где лишь отголосок прошлого, мучающего её.
– А всё потому, что я как дура обезумевшая, беспамятно любила тебя! – презренно выпалила она.
Очень сильно и упорно. Именно так она его любила.
"Да, он был чертовски хорош собой. Но, увы, не был хорошим человеком. Когда я пришла в себя, то уже была влюблена в него по уши, и моё сердце разрывалось от тоски к нему."
– Я не знала, что эта любовь окажется ядом... – продолжала грустный монолог девушка, и с каждым разом надежда в её глазах всё больше потухала, при взгляде на него.
"В итоге, моя любовь оказалась смертельным ядом. Не только для меня, но даже для моего брата, императора этой Империи, она обрекла нас обоих на погибель. И я поняла это только сейчас."
Эйлин посмотрела на Хереса бесстрастным взглядом. Уже было бессмысленно говорить что-то о своей любви или же обиде. У неё не осталось ничего, кроме пустоты.
– Если б я только знала, чем это всё обернётся моей семье... то так легко не поддалась бы тебе, – с горечью в улыбке утешала себя девушка.
"Если б не безрассудные чувства любви, застилавшие мой разум, я бы давно заметила, что мой муж замыслил государственную измену, и я бы не оказалась в столь ничтожной ситуации... Ни я, ни мой брат не встретили бы столь прискорбный конец."
В конце любого романа ставится точка, и порой лишь от нас зависит: перейдёт ли она в многоточие...
– Если и осталось сожаление, то только одно: что я до самого конца верила, что ты, ублюдок, будешь снисходителен ко мне!
"Все эти 5 лет нашей семейной жизни, я упрямо верила, что когда-нибудь ты посмотришь на меня. Не обязательно испытывать такие же чувства, как и я, но придет день, и ты привяжешься ко мне как... Я всей душой верила в это!"
Даже, когда все вокруг холодно говорили, что этого никогда не произойдет, ей лишь приходилось молча принимать это и тихо ждать. Любая девушка заслуживает счастья...
– Я не смогла избавиться от своей никудышной влюбленности, и упорно стояла на своем. Вот о чем я действительно сожалею. Но теперь я лишь мечтаю о том, как ты, гнида, сдохнешь в адских муках, где мы и встретимся!
"Отныне я избавилась от нее. Хоть и слишком поздно, в последнюю секунду своей жизни..." –посмотрев на Хереса, она в последний раз улыбнулась ему.
На секунду его глаза расширились от удивления. Как будто он был шокирован моей улыбкой.
Мне было все равно почему он удивился. Я, которая постоянно крутилась возле него, хотя бы в последнюю секунду своей жизни привела его в смятение.
"Что ж, а это не так уж и плохо!" – подумала я и посмотрела ему прямо в глаза.
"Надеюсь, что последний момент моей гибели, будет отпечатан в твоих бездонно чёрных глазах."
Думая об этом, я взяла в руки яд и выпила его. Мне хотелось умереть прямо перед ним, смотря ему в глаза. И уже не важно, будет ли он рад, или же будет мучатся от чувства вины.
– Отсоси, пидор!
[Глоть]
Этот яд действовал моментально, как только я его выпила, то почувствовала будто огонь полыхает в моей груди. Глаза начали медленно закрываться. Все вокруг расплылось, звуки постепенно отдалялись и вскоре перестали доходить до моих ушей.
Прямо перед тем, как мои глаза окончательно закрылись, я увидела спину Хереса, и мир погрузился во тьму...
"Это конец..."
***
"Я мертва?"
"Определенно мертва... Ведь так? Странно..."
Неожиданно темная ночь подошла к концу, и на её смену пришел рассвет. Мои глаза открылись, и я проснулась, словно сейчас было обычное утро. Но что-то было не так... Открыв глаза, я зажмурилась от слепящего света восходящего солнца и моё тело казалось тяжелым и обессиленным. Но погодите-ка, эти ощущения свойственны лишь живым...
"Что за хрень?!"
Я не могла сдвинуться с места. Мне тяжело было осознать, что происходит со мной.
Осмотревшись, дабы понять, где я, увидела знакомые потолки и люстры... Я видела этот столб возле кровати каждую ночь и каждое утро, в течение пяти лет. И только тогда я поняла, что нахожусь в самом привычном для меня месте... В моей спальне...
"Почему я в комнате?"
Я уверенна, что тогда мое сердце остановилось. Не знаю, возможно ли это, но я четко помнила тот момент, когда "откинула коньки".
Я немного приподняла свое тело. Как я и думала, оно было тяжелым.
"Бл***..."
Я не знала, что происходит, но на всякий случай начала рассматривать свое тело. В день восстания, когда я направлялась в императорский дворец, дабы встретиться с Льюисом, у меня появилось много ран по всему телу. Но их не вылечили, так как после этого меня заперли в темнице. Поэтому сейчас мои раны должны быть на месте. Ну или хотя бы должны были остаться следы от лечения. Однако кроме усталости не было ничего: не болела ни одна часть моего тела.
"Как такое возможно... Это сон?! Тогда что на самом деле было сном: восстание или же сама эта ситуация?"
Если это все было действительно лишь сном, то его можно назвать кошмаром. Самым ужасным и жестоким из всех, что ей снились.
Я высоко подняла вверх руку и изо всех сил ударила себя по щеке.
– Ай!
Щеки покраснели.
"Больно..."
Если бы это был сон, то я бы не ощущала боли. Но, как не печально, я её определенно чувствую... Так что это не может быть сном.
"Я ведь должна быть мертва... Как такое могло произойти? Почему я все ещё нахожусь в этой комнате даже после смерти? Здесь у меня нет хороших воспоминаний... Нет, и все же интересно, могу ли я чувствовать боль, даже, если умерла?"
Не так давно потерянные ощущения начали стремительно пробуждаться. Я ударила противоположенную щеку еще сильнее.
П/р: спрашивается: на кой чёрт себя колошматить?!
– Ай!
"Так тоже больно. И даже очень. Не думаю, что во сне или же мертвые люди могут чувствовать такую боль. Хм, мертвые чувствуют боль...это странно. Я думала, что умерла. Но это противоречит происходящему сейчас..."
– Жива ли я сейчас?
Это очень маловероятно, но в то же время, это имеет место быть: то, что я жива. Жгучая боль, и это знакомое место. Если это не сон и не загробный мир, то единственное объяснение всему – я жива.
– Но как...
Может ли это быть правдой?
"Тогда я точно умерла, ошибки быть не может..."
Я четко помнила ощущение, как яд распространялся по моему телу. Такое не перепутаешь. Было нестерпимо больно, но в то же время так спокойно... Спокойно от того, что все закончилось.
"Но почему я всё ещё дышу?"
Кто спас меня и перенес в мою комнату? Это звучит слишком невероятно. Так с потерей брата, отныне нет такого человека.
Что сейчас происходит? Ничего не понятно.
"Единственное, что я сейчас могу сделать – узнать, что на самом деле произошло..."

Комментарии

Загрузка...