Бум!
Бум!
Цинхэ со всей дури впечатало в речное дно.
Цинхэ со всей дури впечатало в речное дно.
От чудовищной силы удара вода вокруг расступилась.
От чудовищной силы удара вода вокруг расступилась.
Не успела она и дёрнуться, как вторая гигантская рука, созданная из духовной энергии, со всего маху врезала ей по голове, вбив её морду глубоко в ил. Тут же огромная нога наступила ей на спину, пресекая любые попытки к сопротивлению.
Не успела она и дёрнуться, как вторая гигантская рука, созданная из духовной энергии, со всего маху врезала ей по голове, вбив её морду глубоко в ил. Тут же огромная нога наступила ей на спину, пресекая любые попытки к сопротивлению.
Две руки схватили её за рога и выдернули голову из речного дна.
Две руки схватили её за рога и выдернули голову из речного дна.
Цинхэ в ярости извивалась всем телом, но не могла сдвинуть ногу, что давила на неё, словно гора.
Цинхэ в ярости извивалась всем телом, но не могла сдвинуть ногу, что давила на неё, словно гора.
«Это точно не тот уровень Зарождающейся Души, которого можно достичь в этой глуши!»
«Это точно не тот уровень Зарождающейся Души, которого можно достичь в этой глуши!»
— Ещё раз дёрнешься — получишь. Я спрашиваю, ты отвечаешь.
— Ещё раз дёрнешься — получишь. Я спрашиваю, ты отвечаешь.
Снова раздался этот ненавистный мужской голос.
Снова раздался этот ненавистный мужской голос.
Цинхэ с яростью уставилась на человека в маске обезьяны, который стоял прямо у неё на носу. Он стоял так расслабленно, будто совершенно не воспринимал её, могучую драконицу, всерьёз.
Цинхэ с яростью уставилась на человека в маске обезьяны, который стоял прямо у неё на носу. Он стоял так расслабленно, будто совершенно не воспринимал её, могучую драконицу, всерьёз.
Отвечать? Да чёрта с два!
Отвечать? Да чёрта с два!
«После такого шума Се Линъюй точно всё почувствовала! У неё с собой наверняка куча сокровищ от Старой Ведьмы Бай. Вот она придёт, и ты, жалкий заклинатель Зарождающейся Души, тут же ляжешь!»
«После такого шума Се Линъюй точно всё почувствовала! У неё с собой наверняка куча сокровищ от Старой Ведьмы Бай. Вот она придёт, и ты, жалкий заклинатель Зарождающейся Души, тут же ляжешь!»
К тому же, у неё самой был защитный артефакт от Старой Ведьмы, вот только условия его активации были, мягко говоря, «жёсткими».
К тому же, у неё самой был защитный артефакт от Старой Ведьмы, вот только условия его активации были, мягко говоря, «жёсткими».
А под «жёсткими» Цинхэ понимала нечто крайне пессимистичное. Зная характер Старой Ведьмы, артефакт сработает, только когда она будет уже при смерти.
А под «жёсткими» Цинхэ понимала нечто крайне пессимистичное. Зная характер Старой Ведьмы, артефакт сработает, только когда она будет уже при смерти.
У Бай Сюаньлин на этот счёт была своя философия: «Какой урок можно извлечь из драки, если ты прячешься за черепашьим панцирем? Только когда станет по-настоящему больно, ты что-то запомнишь».
У Бай Сюаньлин на этот счёт была своя философия: «Какой урок можно извлечь из драки, если ты прячешься за черепашьим панцирем? Только когда станет по-настоящему больно, ты что-то запомнишь».
Но у Цинхэ, как у драконицы, была своя гордость.
Но у Цинхэ, как у драконицы, была своя гордость.
Раз уж ей всё равно не умереть, она ни за что не позволит этому ублюдку так над ней издеваться!
Раз уж ей всё равно не умереть, она ни за что не позволит этому ублюдку так над ней издеваться!
«Хочешь? Так попробуй избить меня до полусмерти!»
«Хочешь? Так попробуй избить меня до полусмерти!»
— Ответить тебе булочкой по башке! Ты, дебил, из какого клана Центрального Континента? Слыхал про Яму-Истребителя? Так вот, это моя крыша!
— Ответить тебе булочкой по башке! Ты, дебил, из какого клана Центрального Континента? Слыхал про Яму-Истребителя? Так вот, это моя крыша!
Цинхэ яростно взревела и хлестнула хвостом по гигантской ноге, что её удерживала.
Цинхэ яростно взревела и хлестнула хвостом по гигантской ноге, что её удерживала.
Увы, безрезультатно. В ответ ей наступили на спину ещё сильнее.
Увы, безрезультатно. В ответ ей наступили на спину ещё сильнее.
«Да как в этой дыре мог появиться заклинатель такого уровня?!»
«Да как в этой дыре мог появиться заклинатель такого уровня?!»
Раньше, благодаря своей физической силе и устойчивости к заклинаниям, она легко могла сражаться с противниками на ступень выше.
Раньше, благодаря своей физической силе и устойчивости к заклинаниям, она легко могла сражаться с противниками на ступень выше.
А сегодня её уделали всухую.
А сегодня её уделали всухую.
Очевидно, это был заклинатель с Центрального Континента, который тоже пришёл за этой так называемой «возможностью».
Очевидно, это был заклинатель с Центрального Континента, который тоже пришёл за этой так называемой «возможностью».
— Значит, ты с Центрального Континента? — голос человека в маске не изменился. — Яма-Истребитель? Не слышал о таком. Звучит, как прозвище какого-то тёмного заклинателя. Вряд ли что-то хорошее.
— Значит, ты с Центрального Континента? — голос человека в маске не изменился. — Яма-Истребитель? Не слышал о таком. Звучит, как прозвище какого-то тёмного заклинателя. Вряд ли что-то хорошее.
— Моё терпение на исходе. Спрашиваю в последний раз: что ты здесь делаешь?
— Моё терпение на исходе. Спрашиваю в последний раз: что ты здесь делаешь?
— Да пошёл ты, обезьянья морда! — прорычала Цинхэ. — Про клан Небесного Предела, смертник, слыхал?!
— Да пошёл ты, обезьянья морда! — прорычала Цинхэ. — Про клан Небесного Предела, смертник, слыхал?!
Человек в маске на мгновение замялся.— Ты из клана Небесного Предела?
Человек в маске на мгновение замялся.
— Ты из клана Небесного Предела?
— Хех! — усмехнулась Цинхэ. — Что, персик, испугался? Не знаешь, кто такой Яма-Истребитель? И ещё смеешь связываться с людьми из Восемнадцати Бессмертных Кланов?
— Хех! — усмехнулась Цинхэ. — Что, персик, испугался? Не знаешь, кто такой Яма-Истребитель? И ещё смеешь связываться с людьми из Восемнадцати Бессмертных Кланов?
— У тебя есть доказательства?
— У тебя есть доказательства?
Хотя в его голосе всё ещё слышалось сомнение, Цинхэ почувствовала, что нога на её спине давит уже не так сильно.
Хотя в его голосе всё ещё слышалось сомнение, Цинхэ почувствовала, что нога на её спине давит уже не так сильно.
«Ясно, трус».
«Ясно, трус».
Она открыла пасть и выплюнула нефритовую табличку.
Она открыла пасть и выплюнула нефритовую табличку.
Человек в маске притянул её к себе. На табличке сияли иероглифы «Небесный Предел». Он влил в неё свою энергию, и она засветилась так же, как и та, что дала ему Бай Сюаньлин, — табличка «Окажи мне уважение».
Человек в маске притянул её к себе. На табличке сияли иероглифы «Небесный Предел». Он влил в неё свою энергию, и она засветилась так же, как и та, что дала ему Бай Сюаньлин, — табличка «Окажи мне уважение».
«Так эта драконица и впрямь из клана Небесного Предела?»
«Так эта драконица и впрямь из клана Небесного Предела?»
Чу Синчэнь кашлянул и мастерски перевёл стрелки:— А чего ты её сразу не показала?
Чу Синчэнь кашлянул и мастерски перевёл стрелки:
— А чего ты её сразу не показала?
— Показать?! — взвилась Цинхэ. — Да ты мне хоть шанс дал?! Ты с самого начала оглушил меня, ты хоть слово сказал?!
— Показать?! — взвилась Цинхэ. — Да ты мне хоть шанс дал?! Ты с самого начала оглушил меня, ты хоть слово сказал?!
— Так ты одна здесь? Больше никого? А где Бай Сюаньлин? — сменил тему Чу Синчэнь.
— Так ты одна здесь? Больше никого? А где Бай Сюаньлин? — сменил тему Чу Синчэнь.
— Да пошёл ты к чёрту, арбуз! Всё ещё прикидываешься?! Не хочешь сдохнуть — живо отпусти!
— Да пошёл ты к чёрту, арбуз! Всё ещё прикидываешься?! Не хочешь сдохнуть — живо отпусти!
У Цинхэ от злости разболелась голова.
У Цинхэ от злости разболелась голова.
«Этот урод знает имя Бай Сюаньлин, и не знает прозвище нашей Старой Ведьмы? Да он, скорее всего, понял, что я её драконица, и специально пришёл меня отметелить! Наверняка Старая Ведьма где-то кого-то обидела! А этот трус, вместо того чтобы разбираться с ней, решил отыграться на мне! Ну и чмошник!»
«Этот урод знает имя Бай Сюаньлин, и не знает прозвище нашей Старой Ведьмы? Да он, скорее всего, понял, что я её драконица, и специально пришёл меня отметелить! Наверняка Старая Ведьма где-то кого-то обидела! А этот трус, вместо того чтобы разбираться с ней, решил отыграться на мне! Ну и чмошник!»
Чу Синчэнь обернулся к Ли Инлин и Ли Синтяню, которые отошли на безопасное расстояние, и безмолвно спросил: «И что теперь?»
Чу Синчэнь обернулся к Ли Инлин и Ли Синтяню, которые отошли на безопасное расстояние, и безмолвно спросил: «И что теперь?»
Ли Синтянь взглядом посоветовал: «Признайся, и тебе скидка выйдет». В конце концов, всего-то пара тумаков, да и они, можно сказать, почти родственники клану Небесного Предела. Недоразумение, с кем не бывает.
Ли Синтянь взглядом посоветовал: «Признайся, и тебе скидка выйдет». В конце концов, всего-то пара тумаков, да и они, можно сказать, почти родственники клану Небесного Предела. Недоразумение, с кем не бывает.
Ли Инлин же прищурилась, её взгляд говорил: «Стой на своём до конца. Не признался — не виноват».
Ли Инлин же прищурилась, её взгляд говорил: «Стой на своём до конца. Не признался — не виноват».
Чу Синчэнь в итоге бросил взгляд на Ли Синтяня.
Чу Синчэнь в итоге бросил взгляд на Ли Синтяня.
Тот уже было понимающе улыбнулся, как вдруг увидел, что гигантские руки его наставника, державшие Цинхэ за рога, без малейшего колебания снова со всей дури впечатали её голову в речное дно.
Тот уже было понимающе улыбнулся, как вдруг увидел, что гигантские руки его наставника, державшие Цинхэ за рога, без малейшего колебания снова со всей дури впечатали её голову в речное дно.
Тут же несколько водяных цепей намертво приковали её к илу.
Тут же несколько водяных цепей намертво приковали её к илу.
— Бежим! — мысленно передал Чу Синчэнь своим ученикам.
— Бежим! — мысленно передал Чу Синчэнь своим ученикам.
Ли Инлин среагировала мгновенно и радужной вспышкой исчезла. Ли Синтянь отстал на долю секунды, но тут же последовал за ней.
Ли Инлин среагировала мгновенно и радужной вспышкой исчезла. Ли Синтянь отстал на долю секунды, но тут же последовал за ней.
Теперь он понял, что означал взгляд наставника: «Смотри и учись».
Теперь он понял, что означал взгляд наставника: «Смотри и учись».
Когда Цинхэ наконец вырвалась из цепей и подняла голову, от трёх проклятых фигур и след простыл.
Когда Цинхэ наконец вырвалась из цепей и подняла голову, от трёх проклятых фигур и след простыл.
Мать вашу!
Мать вашу!
Огрели исподтишка и сбежали?!
Огрели исподтишка и сбежали?!
Что за бесстыжий клан с Центрального Континента?!
Что за бесстыжий клан с Центрального Континента?!
Проклятые неудачники!
Проклятые неудачники!
Цинхэ от злости тяжело дышала, а затем снова приняла облик маленькой девочки.
Цинхэ от злости тяжело дышала, а затем снова приняла облик маленькой девочки.
Она вылетела из воды и устремилась в сторону, где оставила Се Линъюй.
Она вылетела из воды и устремилась в сторону, где оставила Се Линъюй.
К чёрту эту «возможность»! Возвращаемся в клан!
К чёрту эту «возможность»! Возвращаемся в клан!
Пусть Старая Ведьма Бай за меня отомстит!
Пусть Старая Ведьма Бай за меня отомстит!
Такого унижения она не стерпит!
Такого унижения она не стерпит!
Вылетев из воды, Цинхэ огляделась и поняла, что, кажется, слишком долго «сачковала» и её унесло течением неизвестно куда.
Вылетев из воды, Цинхэ огляделась и поняла, что, кажется, слишком долго «сачковала» и её унесло течением неизвестно куда.
Впрочем, если двигаться против течения, не ошибёшься.
Впрочем, если двигаться против течения, не ошибёшься.
Через мгновение она сориентировалась.
Через мгновение она сориентировалась.
Цинхэ в ярости понеслась вперёд. Вскоре в её божественном сознании появилась Се Линъюй.
Цинхэ в ярости понеслась вперёд. Вскоре в её божественном сознании появилась Се Линъюй.
Но кроме неё там было ещё трое.
Но кроме неё там было ещё трое.
И все четверо двигались в её сторону.
И все четверо двигались в её сторону.
«Неужели эти трое, что меня оглушили, решили, что им этого мало, и теперь хотят побить Линъюй?»
«Неужели эти трое, что меня оглушили, решили, что им этого мало, и теперь хотят побить Линъюй?»
Цинхэ снова обратилась в дракона и с удвоенной скоростью устремилась к ней.
Цинхэ снова обратилась в дракона и с удвоенной скоростью устремилась к ней.
Хоть она и звала Се Линъюй «тётушкой», на самом деле она была гораздо старше. Она видела, как та выросла из милой малышки в ту, у которой на уме одно, а на языке — другое!
Хоть она и звала Се Линъюй «тётушкой», на самом деле она была гораздо старше. Она видела, как та выросла из милой малышки в ту, у которой на уме одно, а на языке — другое!
«Меня побить — ещё ладно. Но бить Се Линъюй?!»
«Меня побить — ещё ладно. Но бить Се Линъюй?!»
Цинхэ была готова драться насмерть!
Цинхэ была готова драться насмерть!
Её драконье тело пронеслось над водой.
Её драконье тело пронеслось над водой.
Вскоре она увидела Се Линъюй и тех троих — двоих мужчин и женщину.
Вскоре она увидела Се Линъюй и тех троих — двоих мужчин и женщину.
Вот только одеты они были по-другому, и на лицах не было масок.
Вот только одеты они были по-другому, и на лицах не было масок.
Но фигуры-то были те же!
Но фигуры-то были те же!
«За дуру меня держите! — усмехнулась Цинхэ. — Думаете, переоделись, и я вас не узнаю?! Теперь-то ваши рожи видно, и мне плевать, из какого вы клана, — огребёте по полной!»
«За дуру меня держите! — усмехнулась Цинхэ. — Думаете, переоделись, и я вас не узнаю?! Теперь-то ваши рожи видно, и мне плевать, из какого вы клана, — огребёте по полной!»
— Тётушка! — закричала она. — Не верь им! Они из другого клана, пришли отомстить Старой Ведьме Бай!
— Тётушка! — закричала она. — Не верь им! Они из другого клана, пришли отомстить Старой Ведьме Бай!
Се Линъюй остановилась и с недоумением посмотрела на Цинхэ:— Ты что за бред несёшь? За что им мстить наставнице?
Се Линъюй остановилась и с недоумением посмотрела на Цинхэ:
— Ты что за бред несёшь? За что им мстить наставнице?
— Да это они меня только что избили! — прорычала Цинхэ. — А ну, говорите, из какого вы клана!
— Да это они меня только что избили! — прорычала Цинхэ. — А ну, говорите, из какого вы клана!
— Я не с Центрального Континента... — с невинным видом ответил Чу Синчэнь.
— Я не с Центрального Континента... — с невинным видом ответил Чу Синчэнь.
— Врёшь! Думаешь, я тебя по голосу не узнаю?! Ты, бессты...
— Врёшь! Думаешь, я тебя по голосу не узнаю?! Ты, бессты...
Цинхэ оборвала фразу на полуслове. Чу Синчэнь нахмурился, словно его незаслуженно оскорбили. Он с обиженным видом посмотрел на Се Линъюй и достал из пространственного кольца... Великий Орден Небесного Предела.
Цинхэ оборвала фразу на полуслове. Чу Синчэнь нахмурился, словно его незаслуженно оскорбили. Он с обиженным видом посмотрел на Се Линъюй и достал из пространственного кольца... Великий Орден Небесного Предела.
Цинхэ подавилась словами.
Цинхэ подавилась словами.
«Это что, свои?!»
«Это что, свои?!»

Комментарии

Загрузка...