─ Так когда мы пойдем бить Лу Чэньюаня? ─ Дзёго горел нетерпением прямо сейчас ворваться в здание Департамента правопорядка, испепелить своим пламенем всех смертных и слабаков-магов, а затем в грандиозной дуэли растоптать этого начальника, показав людям, что такое настоящий гнев проклятых духов.
─ Опять ты торопишься, ─ Кэндзяку покачал головой, глядя на взвинченного спутника. ─ Время еще не пришло.
Он жестом приказал Дзёго сесть обратно, так как сказал еще далеко не все.
─ И сколько нам ждать? ─ Дзёго выпучил свой единственный глаз, с непониманием уставившись на загадочную физиономию Кэндзяку.
─ Нам нужен подходящий случай, ─ Кэндзяку на мгновение сбросил спесь и продолжал уже серьезнее: ─ Во-первых, тот, кто нарушил баланс сил, до сих пор не проявил себя. Это неизвестная переменная. Нам нужно дождаться, пока он сам вылезет наружу. Когда мы соберем о нем исчерпывающие данные, тогда и решим, как действовать дальше.
Для Кэндзяку этот внезапно возникший фактор был непредвиденным смещением фигур на доске. Однако он не питал неприязни к подобным сюрпризам – напротив, ему безумно нравился хаос и бесконечные возможности неизвестности. Кэндзяку всем сердцем ненавидел так называемый «стабильный порядок». Поэтому первой его целью был именно Департамент правопорядка, давят на всех тяжелой горой. Он жаждал сокрушить старый уклад и выстроить на его обломках совершенно новый мир.
─ А во-вторых... ─ Кэндзяку перевел взгляд на Дзёго. ─ Ты знаешь, почему все эти начальники отделов в Департаменте, обладая силой особого уровня, беспрекословно подчиняются приказам центрального штаба?
─ Почему? ─ подал голос Дзёго. В людских интригах он разбирался откровенно слабо.
─ Потому что в штаб-квартире есть человек, которого зовут Старец Чэнь.
─ Этот Старец Чэнь невероятно таинственен. Мало кто знает о его существовании, и еще меньше тех, кто ведает о его истинной мощи. А те, кто видел его в бою, давно гниют в земле. Дело в том, что его врожденная техника – редчайшее «Бессмертие». Его жизнь практически не ограничена по времени, он живет на свете уже почти восемьсот лет.
Кэндзяку медленно раскрывал древний секрет. Морской бриз шевелил его волосы, унося мысли куда-то далеко в прошлое. О существовании Старца Чэня знали лишь высшие чины Департамента да начальники региональных отделов. Обычные маги даже не подозревали, что в Мире магических искусств есть подобная фигура, не говоря уже об отступниках-проклинателях.
Именно благодаря Старцу Чэню, восседающему в столице, и нескольким предано преданным ему сильным магам, главная штаб-квартира обладала непререкаемым авторитетом и могла свободно распоряжаться региональными лидерами.
─ Надо же, даже такой хрен имеется? ─ В глазах Дзёго мелькнуло изумление. Он уставился на Кэндзяку взглядом, явно немым вопросом спрашивавшим: «Почему ты раньше не говорил, что у них есть подобная козырная карта?»
Кто бы мог подумать, что помимо этого древнего ископаемого Кэндзяку, у Департамента есть еще один подобный старый монстр.
─ Выходит, этот Старец Чэнь невероятно силен? И как мы сокрушим Департамент, если он станет на пути? Может, все-таки стоит сперва освободить Сукуну, чтобы он разобрался с этим старикашкой?
Дзёго казалось, что их шансы неуклонно стремятся к нулю. Без Короля проклятий тягаться с Департаментом выглядело безумием.
─ Не суетись, ─ усмехнулся Кэндзяку, явно располагавший куда более глубокими сведениями. ─ Расправиться со Старцем Чэнем не так уж трудно. Более того... нам даже не придется пачкать руки.
─ Хотя техника Чэнь Чаншэна называется «Бессмертием», у нее есть свой изъян. Или, вернее сказать, изъян заключается в его человеческой природе... ─ Кэндзяку замолчал, взглянув куда-то вглубь себя.
─ Под действием этой техники он действительно теоретически бессмертен. Однако... его человеческое тело, подвергаясь долгому воздействию проклятой энергии – негативной по своей сути, – неизбежно мутирует. Человеческие чувства постепенно угасают, и шаг за шагом он перерождается во что-то, напоминающее проклятого духа. Чтобы снять это губительное влияние, каждые триста шестьдесят лет он обязан проводить ритуал под названием «Перерождение в круге сансары». Платой за это служит отречение от ровно половины всего, чем он обладает, ради того чтобы вторая половина получила новую жизнь.
─ Эта «половина» включает в себя силу, воспоминания и даже пол – он меняется с мужского на женский или наоборот. В истории он уже проходил через перерождение один раз – аккурат на исходе династии Мин. Если посчитать время, его следующее перерождение должно произойти как раз на днях. А после ритуала, чтобы восстановить пиковую форму, ему потребуется не меньше девяти лет. Девяти лет нам хватит с лихвой, чтобы осуществить все наши замыслы.
Выслушав Кэндзяку, Дзёго с облегчением перевел дух. Он почесал подбородок и с показной невозмутимостью подытожил:
─ То есть нам надо просто немного подождать?
─ Именно, ─ кивнул Кэндзяку. ─ Подождать перерождения Старца Чэня и появления того, кто нарушит баланс. А когда момент настанет, первой нашей жертвой станет Лу Чэньюань...
***
В прохладной атмосфере секретной лаборатории Лу Чэньюань скользил по теням, пока не проник в соседнее помещение. Здесь кто-то был. Он мгновенно растворился в угловой тени. Впрочем, находившиеся в комнате были обычными людьми без капли проклятой энергии и все равно не смогли бы его засечь.
─ Вколите ему еще дозу транквилизатора, ─ распорядился седой старик своему ассистенту возле холодного операционного стола. Его взгляд был прикован к привязанному Кадзамацури Сину, а на губах играла жутковатая ухмылка.
─ Не дергайся. Твоя сила после внедрения генома саранчи действительно возросла, но это тросы из сверхпрочной легированной стали – такие используют для торможения посадки самолетов на авианосцах. Даже если у тебя хватит мощи перевернуть танк, вырваться из них ты не сможешь.
Под действием препаратов Син постепенно возвращал себе человеческий облик. Он с ненавистью смотрел на старика – именно этот ублюдок превратил его в монстра. Естество Сина было намертво притянуто к столу стальными витками.
─ Не волнуйся, на этот раз я не ошибусь и не упущу тебя. Даже если ты сдохнешь, я разрежу твое тело на мелкие кусочки, и они продолжат служить науке, ─ исступленно тараторил доктор. В его фанатичном взгляде читалось безумное восхищение, словно он смотрел на редчайшее сокровище.
«Так это и есть цель Фусигуро Тодзи?» – подумал Лу Чэньюань, хмуро разглядывая подопытного.
«Мутант с генами саранчи?»
Убедившись, что магов поблизости нет, Лу Чэньюань потерял к происходящему всякий интерес. Эта лаборатория явно не имела отношения к легальной науке – эксперименты на людях с высоким процентом летальности были очевидны. Однако контора нарушала лишь законы обычного мира. Ни магов, ни проклятых духов здесь не было, а значит, формально Мир магических искусств это не касалось. Будучи главой Департамента правопорядка, он не имел права превышать полномочия и вмешиваться в подобные дела – максимум переслать анонимку в соответствующее ведомство.
Впрочем, как глава токийского Департамента и высшее должностное лицо в регионе, он вполне мог позволить себе маленькое злоупотребление властью. Перебей он сейчас здесь всех до единого, штаб-квартира ограничилась бы строгим выговором за превышение полномочий и заставила бы написать объяснительную.
Так стоило ли вмешиваться?
Поразмыслив, Лу Чэньюань решил не шуметь. Кто знает, какие силы стоят за этой лабораторией? Перебей он персонал сейчас – и инвесторы, финансирующие эти опыты, просто умоют руки и укроются в тени. Все концы пойдут в воду, а если расследование и выйдет на них, они пожертвуют пешками и бесконечно затянут разбирательства.
Поэтому Лу Чэньюань решил не спугнуть рыбу. Он выждет и посмотрит, кто на самом деле дергает за ниточки.

Комментарии

Загрузка...