Не только он, остальные тоже ждали ответа от Шэнь Фэя.
Шэнь Фэй мог бы промолчать, но не стал этого делать. Он поднял блокнот с записями и зачитал диагноз каждого: ─ Лэй Дамин – разрыв связок, наблюдение в течение недели после вправления и фиксации, две недели реабилитационных тренировок.
─ Чжао Шитоу – вывих плечевого сустава, фиксация на три недели после вправления, месяц реабилитации.
─ Гу Чжунь – подозрение на перелом пястной кости; если трещина – фиксация на две недели, если перелом – по ситуации с операцией.
─ Хэ Линь – тяжелое растяжение голеностопного сустава, ледяной компресс и фиксация на неделю, две недели реабилитации.
Эти сроки намного превосходили все ожидания бойцов.
Хэ Линь осторожно поинтересовался: ─ Главный инструктор, при тяжелом растяжении голеностопа неужели и правда можно восстановиться всего за два месяца?
При текущем уровне технологий такое, конечно, было бы невозможно.
Но Шэнь Фэй выбил для них лучших врачей, лучшее оборудование и использовал множество передовых наработок будущих поколений по лечению травм у спецназовцев.
Поэтому озвученные им сроки были скорее с запасом, чем с расчетом на реальное заживление.
─ Не переживайте.
Посмотрев на собравшихся, добавил Шэнь Фэй: ─ Даже если кому-то из вас захочется отсидеться в больнице подольше, этого не получится!
─ Все уяснили?
─ Так точно!
─ Сможете нормально лечиться и отдыхать в госпитале?
─ Так точно!
Шэнь Фэй кивнул, перевел взгляд на остальных и произнес: ─ Остальным – день отдыха.
─ Можете сопровождать их в больницу, можете остаться в казарме – на ваше усмотрение. Завтра в семь утра общий сбор у дверей склада, начинаем новый цикл тренировок.
─ Есть! – дружно откликнулись бойцы.
Сян Нан выпрямился, уперевшись руками в края койки, а Чжоу Хунци отложил на прикроватную тумбочку наполовину съеденное галетное печенье.
Все ждали, когда Шэнь Фэй развернется и уйдет.
Однако он не сдвинулся с места, а лишь махнул рукой.
Дверь отворилась.
Двое бойцов из инженерного батальона внесли внутрь тяжелый армейский ящик защитного цвета.
Шэнь Фэй подошел ближе и откинул защелки замков. Внутри лежали аккуратно сложенные двадцать комплектов специальной военной формы.
Повседневное обмундирование.
В точности такое же, какое носил сам Шэнь Фэй!
Плотная материя, безупречный крой, аккуратный отложной воротник, приталенный силуэт, а на манжетах – по две матовые пуговицы.
Над левым нагрудным карманом в свете ламп серебрился щитовидный шеврон с очертаниями острого меча на глубоком синем фоне.
Сян Нан на мгновение затаил дыхание.
Чжоу Хунци приподнялся на кровати.
Под повязкой на лбу Гао Чэна глаза неотрывно впились в этот шеврон.
Об этой форме они... мечтали в самых сокровенных снах.
─ Это ваше обмундирование.
Обведя взглядом тринадцать лиц, Шэнь Фэй произнес глухим, твердым голосом: ─ Бой у школы в Хуаи вы выдержали, возвращение в гнездо завершили. Сорок восемь часов, больше сотни километров, с ранеными на плечах, таща на себе товарищей – вы вернулись в полном составе, целые и невредимые.
─ Согласно указанию вышестоящего командования.
─ Вам особым приказом разрешено досрочно завершить курс подготовки и войти в первый состав отряда «Меч Южного Китая»!
─ История китайского спецназа начинается с вас тринадцати.
В лазарете воцарилась мертвая тишина.
Сян Нан вцепился побелевшими пальцами в железные прутья походной койки; Лэй Дамин полулежал на кровати, выставив вперед искалеченное тело; Чжао Шитоу по-прежнему сидел в углу; Гао Чэн немигающим взором сверлил ящик с нашивками; Чэнь Эрдун опустил голову; Цзян Бай сидел на краешке матраса, и его глаза за линзами очков, покрасневшие от чудовищного переутомления, сейчас казались огромными.
Никто не проронил ни слова.
Командир еще здесь, воинская дисциплина в силе.
Даже если бушующая в груди кровь грозила сорваться с языка.
Даже если горячие слезы застилали глаза.
Они продолжали сдерживаться изо всех сил.
Тринадцать раненых бойцов. Тринадцать клинков, закаленных кровью и потом. В этот момент они полностью укротили свой свирепый нрав, оставив лишь удушающее, раскаленное добела пламя внутри.
Это было первое дыхание «Меча Южного Китая».
Это был первый крик китайского спецназа – беззвучный, но оглушительный.
Глядя на эти тринадцать иссеченных порохом и гарью лиц, Шэнь Фэй вытянулся в струнку и отдал торжественное воинское приветствие.
В этом жесте больше не было судейского пригляда инструктора – это было равное уважение солдата к солдату!
─ Товарищи, вы отлично потрудились.
─ Я горжусь вами.
─ Товарищи, вы отлично потрудились. Я горжусь вами.
Под глухой стук закрывающейся деревянной двери Шэнь Фэй прислонился спиной к прохладной стене коридора. Прислушиваясь к нарастающему шуму внутри, он позволил уголкам губ дрогнуть в легкой улыбке облегчения.
Бц-ц...
Струна в лазарете, натянутая до предела, в этот миг оборвалась окончательно.
─ А-а-а-а-а!!!
Лэй Дамин взревел первым.
Его левая нога, подвешенная на перекладине, от дикого возбуждения заплясала в воздухе, задев стоявший рядом поднос – металлической треск потонул в громогласном вое.
─ Цзян Бай, ты слышал, Цзян Бай!
─ Главный инструктор сказал, что мы – «Меч Южного Китая»!
─ Мы – первый спецназ Китая!
─ Да я за эту жизнь не зря цеплялся, я теперь хоть сейчас готов глаза закрыть, всё не зря!
─ Заткнись, Лэй Дамин, не каркай! – хоть Сян Нан и ругался, сам он уже взметнулся с койки. ─ Гао Чэн, ты, старый моторист, слышал?!
─ Теперь ты будешь разбирать не моторы, а вражеские штабы!
─ Мы и вправду справились!
─ Я же знал, я нутром чуял, что в нашей братии каждый первый – кремень!
─ Шитоу, ты чего сидишь с кислым лицом? А ну скаль зубы!
─ Ты же у нас первый безумец на весь округ, стометровку скал без страховки покорил!
Всегда неразговорчивый Чжао Шитоу теперь тоже растянул губы в такой широкой улыбке, какой никто от него отроду не видел.
Он глубоко вздохнул, и хотя голос его слегка охрип, каждое слово весило с пуд: ─ Я боялся, что меня спишут... Но теперь я спецназовец, и хрен меня отсюда кто выгонит.
Ликование, победные крики, безудержный хохот и неразборчивые всхлипывания слились в единую раскаленную волну в стенах тесного временного лазарета.
Внутри творилось настоящее безумие: раненые бойцы, которым положено было лежать не двигаясь, напрочь позабыли про гипсы, бинты и гематомы.
А за дверью.
Шэнь Фэй слушал, как эти взрослые мужики бесчинствуют и радуются как дети, впитывал их грубые, прямолинейные, но обжигающие слова. Он вытащил из кармана сигарету, но поджигать не стал.
Он знал – это только начало.
Но эти парни уже прогрызли этот жестокий орех, проглотили его, превратив в самую твердую кость своего характера.
Сейчас они – гордость Шэнь Фэя, завтра они станут гордостью «Меча Южного Китая», а после – гордостью Янцинского военного округа и всей китайской армейской элиты!

Комментарии

Загрузка...