Великая Цзинь была основана на воинской доблести и почитала боевые искусства.
Поднебесная делилась на двенадцать областей и шестьдесят четыре округа. Среди множества гор, великих рек и городов высились легионы сект, а количество школ боевых искусств и вовсе не поддавалось исчислению.
Уезд Линъюэ, расположенный в землях Бэйчжоу, был невелик, и лишь гора Линъюэ за его спиной считалась по-настоящему достойной и известной горой.
Как говорится, кто живет у гор – кормится от гор, кто у воды – от воды.
Большинство жителей уезда Линъюэ зарабатывали на жизнь благодаря этой горе.
Отужинав вместе с Линь Юэр, довольная девочка, пританцовывая и размахивая бамбуковой корзинкой, отправилась домой.
Су Цинъян тоже вышел, притворил за собой дверь и двинулся от дома влево, покидая переулок.
Стоило ему выйти, как со стороны торговых рядов донесся шум. Прохожие с встревоженными лицами спешно возвращались назад.
─ Хм? Что-то случилось?
Су Цинъяну стало любопытно, и он пошел против людского потока к источнику суматохи.
Еще не приблизившись, он издалека увидел нескольких мужчин в черных одеждах патрульных, которые перекрыли вход на улицу и разгоняли толпу. На лицах зевак застыл ужас, они поспешно отступали на три чи, не смея задерживаться.
Су Цинъян подошел поближе, и в его спокойном взгляде тотчас появилось сосредоточенное выражение.
На земле лежал мужчина средних лет. Его глаза выпучились так, что едва не лопались глазницы, из семи отверстий текла черная кровь, источая невыносимое зловоние.
Этот запах напоминал вонь от дохлой морской рыбы, которая пролежала в гнилой грязи больше десяти дней.
─ Спа... спа... си... меня... Скорей! Спасите! Скорее спасите меня!
Мужчина, отплевываясь кровью, хрипел на окружающих. Его ногти скребли по земле, когда он, волоча бессильное тело, мучительно пытался подползти к прохожим.
Бульк!!!
Он внезапно извергнул большой сгусток крови, в котором виднелись странные ошметки плоти. Куски мяса, казалось, все еще подергивались, будто внутри что-то было.
Су Цинъян хотел подойти еще ближе, чтобы рассмотреть, но в этот момент кто-то потянул его за руку.
Это был смуглолицый мужчина в черной форме патрульного. Оттаскивая его назад, он с серьезным видом произнес:
─ Цинъян, держись подальше, не смей приближаться.
Смуглолицым мужчиной был отец Линь Юэр, заместитель начальника патрульной службы уезда Линъюэ – Линь Шань.
Линь Шань оттащил Су Цинъяна к входу в переулок, еще раз бросил взгляд на умирающего на земле охотника и только тогда, помрачнев, заговорил вполголоса:
─ Похоже, в уезде началась какая-то моровая язва... Этот мужик из семьи Бай, и сам не знаю, что с ним. Как вернулся несколько дней назад с горы Линъюэ, так и кашлял без остановки.
─ Сперва мы не придали этому значения, ведь хоть он и кашлял, но был крепок телом и духом, и это не мешало его повседневным делам на охоте...
─ Но именно сегодня, когда он только что торговался с кем-то на улице, он вдруг рухнул замертво и в мгновение ока превратился в это пугающее нечто.
Бровь Су Цинъяна слегка дернулась. Глядя на поваленного мужчину, он спросил:
─ Дядя Линь, болезнь проявилась совершенно внезапно?
Линь Шань устало потер переносицу и тяжело кивнул:
─ Именно... Пока неизвестно, заразна ли эта странная хворь, но в любом случае нужно быть предельно осторожными.
─ С таким видом, если подхватишь, боюсь, лекарства уже не помогут.
Договорив, он тяжело вздохнул.
Для него как для заместителя начальника патруля уезда Линъюэ внезапная вспышка такой зловещей болезни была огромной головной болью.
Более того, его жена и дочь жили в городе. Если эпидемия разразится по-настоящему, пострадают все жители маленького городка, и его семья окажется под ударом одной из первых – последствия были невообразимы.
─ Э-э... А-а!
Охотник посреди улицы внезапно издал невнятный истошный вопль. Его сердце забилось всё быстрее, пока наконец не достигло критической точки.
Бах! Сердце взорвалось!
Грязная кровь и мясное месиво забрызгали всё его лицо. Одно глазное яблоко вылетело из глазницы и, подскакивая, докатилось до Су Цинъяна, уставившись прямо на них двоих.
В зрачке всё еще застыли ужас и ненависть, словно он безмолвно укорял их за то, что его не захотели спасать.
Линь Шань вздрогнул от испуга, резко оттащил Су Цинъяна еще на несколько шагов назад и тут же принялся проверять, не попала ли на них грязная кровь.
Су Цинъян же оставался внешне спокоен, молча взирая на закатившийся к его ногам глаз.
Пока прямо у него над ухом не прозвучал мрачный шепот:
─ Ты... видишь меня?
............
Уезд Линъюэ был маленьким, и лекарей в нем было раз-два и обчелся.
Только после смерти мужчины поспешно прибежал лекарь с аптекарским ящиком, но, увидев эту кровавую сцену, лишь беспомощно развел руками и покачал головой.
В итоге по предложению собравшихся труп сожгли прямо на месте.
Странное событие разнеслось по всему городу. Жители, охваченные тревогой, запирались в домах и не выходили наружу.
Линь Шань долго ходил чернее тучи, а затем поведал Су Цинъяну о другой беде, терзавшей его сердце.
В последнее время на горе Линъюэ тоже начались беспорядки. Охотники, уходившие на промысел, погибали в лесах. По словам тех счастливчиков, кому удалось сбежать, их убивали бродячие разбойники.
Разбойники испокон веков чаще всего были дезертирами с полей сражений. Они специализировались на набегах на отдаленные поселения.
Если попадались те, у кого осталась совесть – забирали только деньги, не трогая жизни.
Но если встречались отпетые негодяи, то они забирали и имущество, и жизни одновременно.
Будучи заместителем начальника патруля, Линь Шань уже обсуждал с начальником созыв городских добровольцев из числа молодежи, чтобы сформировать отряд обороны и дать отпор разбойникам, если те вздумают спуститься с гор.
Но теперь, когда на пустом месте вспыхнула зловещая моровая язва, две беды наложились одна на другую, и ситуация вмиг стала крайне скверной.
─ Нас постигло двойное несчастье, будущее туманно. Неизвестно, сможем ли мы благополучно пережить эту напасть. О худшем исходе... я боюсь даже думать, ─ Линь Шань говорил тяжелым тоном. ─ За себя мне всё равно, но сердце болит за близких, не могу оставить их на произвол судьбы.
─ Цинъян, на всей этой улице ты единственный, кому я доверяю больше всего.
─ Я считаю, что у тебя самый стойкий характер. Поэтому, если со мной что-то случится, вверяю тебе заботу о моей жене и детях. Присмотри за невесткой и Юэр...
Когда Су Цинъян уже собрался прощаться и уходить, Линь Шань вдруг схватил его за руку, будто заранее давая посмертные поручения.
На его лице читалась скорбь; боясь, что он действительно может не вернуться, он поспешил оставить это завещание.
Су Цинъян поднял взгляд на окутанную туманом гору Линъюэ вдали. Его бровь едва заметно дернулась, и мгновение спустя он лишь ответил:
─ Дядя Линь, не тревожьтесь, ничего не случится.
Линь Шань через силу кивнул. Хотя он всё еще был полон опасений, больше ничего не сказал. Заложив руки за спину, он медленно побрел прочь вслед за уходящим солнцем.
Закат удлинял его одинокий и поникший силуэт.
Су Цинъян в одиночестве подошел к подножию городской стены и легким прыжком взлетел наверх.
─ Великий мастер... не зря говорят, что шагнувший в сферу запредельного... и впрямь может видеть то, чего не видят обычные люди.
Солнце садилось, и алые лучи заката окрасили гору Линъюэ в кроваво-красный цвет.
Он потянулся, глядя на далекие лесистые хребты, уходящие к бесконечному горизонту.
─ Ты видишь меня?
─ Ты ведь можешь меня видеть, верно!
─ Ты и вправду меня видишь!
Перед Су Цинъяном возник монстр с чудовищным оскалом, окутанный черным паром и покрытый слоем шевелящегося зловещего ворса.
Он вплотную приблизился к лицу Су Цинъяна, уставившись на него кровавыми глазницами.
─ Видишь... видишь...
─ Ха-ха-ха!!! Ты действительно видишь!!
Монстр размахивал когтями, издавая нечеловеческие пронзительные вопли, но жители внизу, под стеной, ничего не чувствовали, словно это существо полностью находилось вне пределов человеческого мира.
─ Как же ты шумишь!
«...» Вопли монстра оборвались на полуслове.
Су Цинъян наконец перевел взгляд, открыв глаза, сияющие подобно золотой звездной реке. Внутри них впервые вспыхнула неприкрытая, холодная жажда убийства.
─ Ну вижу, и что с того?
Монстр оторопел, а затем его морда исказилась, и он разразился наглым, безудержным хохотом:
─ Убью тебя, я убью тебя...
─ Ха-ха-ха!!!
Неописуемая, ужасающая мощь ци и крови внезапно взметнулась ввысь. Эта энергия, подобно алой радуге, устремилась прямо к облакам.
В этот миг пустые глазницы монстра сузились – эта аура была настолько кошмарной, что даже его пробрал мороз.
Су Цинъян протянул руку и с неодолимой, сокрушительной силой схватил существо за голову.
─ Великий мастер закалки крови!! Ты – великий мастер закалки крови!!
Бам!
Раздался оглушительный грохот.
Всё тело монстра было раздавлено в прах, но в самый момент смерти шевелящийся ворс на его теле сгорел в пламени ци и крови.
К существу будто бы вернулось предсмертное озарение, и на миг к нему возвратились разум и духовность.
Су Цинъян слегка помедлил.
Лицо того человека больше не было пугающим. В его глазах промелькнуло смятение, горечь прожитых лет, ужас, и в конечном итоге – слабая искра ясности.
К ней примешивалась радость, словно от обретения свободы.
─ Бла... благодарю...
─ Наконец-то... наконец-то... можно... умереть...
Прозвучали невнятные слова, становясь всё тише, но было понятно: он благодарил Су Цинъяна за убийство.
Для него это было избавлением. Каково это – влачить жалкое существование в таком обличье, будучи ни живым, ни мертвым?
─ Я... Линь Муцянь... в сердце обида... не смогу сомкнуть глаз после смерти...
Прежде бесстрастное лицо Су Цинъяна дрогнуло, а золотые глаза сузились.
─ Линь Муцянь? Ты сказал, что тебя зовут Линь Муцянь?
Умирающий мужчина инстинктивно посмотрел на него, но в следующий миг искра света в его глазах погасла. Останки превратились в струйки черного дыма и медленно развеялись по ветру.
Су Цинъян долго стоял неподвижно там, где исчез призрачный образ. Золотое сияние в его глазах медленно угасло, они снова стали черными и бездонными, подобно великой пропасти.
Этот монстр, вырвавшийся из тела байского мужика после его смерти, по-настоящему его удивил.
─ То, в какой форме он был только что... это призрак?
─ Линь Муцянь... Линь Муцянь...
Он не знал этого имени, однако, судя по его словам, этот человек определенно не был безвестной личностью.
─ Хотел понаблюдать еще несколько дней, но теперь, кажется, лучше закончить всё сразу, ─ прошептал Су Цинъян, устремив взгляд на окутанную сумерками гору Линъюэ.
Половина солнца скрылась за горизонтом. Лицо Су Цинъяна наполовину ушло в тень, выражение его лица было неразгаданным и мрачным, а сам он в этот миг походил на божество!
...

Комментарии

Загрузка...