На лице Тан Фэнъяо расцвела самодовольная улыбка. В его глазах Го И больше не представлял никакой угрозы. Мальчишка загнан в угол, и корпорация Го вот-вот перейдет в его, Тана, руки.
Го И же, обведя собравшихся ледяным взглядом, даже не дрогнул.
— Корпорация Го принадлежит моей семье. И никто, слышите, никто не смеет пытаться ее украсть, — ровно произнес он. — Так что от кресла председателя я не откажусь. Более того... меня крайне интересуют ваши пакеты акций.
— И что это значит? — нахмурился Тан Фэнъяо.
— Все просто. Я хочу, чтобы вы передали свои акции мне.
— За правильную цену — почему бы и нет? — усмехнулся У Шань, чьи глаза лукаво блеснули. Естественно, продавать долю он не собирался. — У меня всего один процент. Прошу немного — два миллиарда, и мы в расчете.
Цена была заоблачной — завышенной как минимум в пять раз.
— Вы не поняли, — так же спокойно продолжил Го И. — Я не заплачу ни копейки. Вы отдадите их мне сами. Добровольно.
— Отдадим даром? — фыркнул У Шань. — Мальчик, ты перегрелся?
Только конченый идиот подарил бы кому-то активы стоимостью в сотни миллионов.
— У Шань, — Го И подался вперед, растягивая губы в жутковатой улыбке, — когда ты убил свою жену, чтобы единолично завладеть ее активами... ты ведь именно так рассуждал?
У Шаня словно ударило током. Лицо мгновенно посерело от ужаса, но он тут же взял себя в руки:
— Го И! Не смей клеветать! У моей жены было больное сердце. Это был приступ!
— Разумеется, — хмыкнул Го И. — Вот только случился бы этот приступ, если бы ты не подменил ее таблетки?
— Я... у тебя нет доказательств! — взвизгнул У Шань, все еще цепляясь за ложь.
— Знаешь, говорят: если не хочешь, чтобы о чем-то узнали — не делай этого. По нелепому стечению обстоятельств, в тот момент, когда ты возился с таблетками, в комнате была ваша домработница. И у нее оказался включен телефон.
Го И нажал кнопку на своем смартфоне, отправляя файл.
У Шань открыл рот, чтобы выдать очередную порцию ругани, но, увидев пришедшее видео, обмяк, как тряпичная кукла.
Го И помнил сюжет оригинала до последней запятой. Каждую грязную тайну, каждую слабость этих людей. В книге Цзян Чэнь использовал именно этот компромат, чтобы подмять совет директоров под себя. Го И просто забрал его оружие.
— Если я отправлю это видео семье твоей покойной жены... как думаешь, долго ты проживешь? — невинно поинтересовался он.
— Нет! Не надо! — взвыл У Шань. Семья его жены была влиятельной и жестокой. Если правда всплывет, его не просто уничтожат — его сотрут в порошок. Акции — это, конечно, прекрасно, но жизнь как-то дороже.
— Го И... что ты хочешь за то, чтобы удалить видео? — обреченно прохрипел он.
— Перепиши на меня свои акции, и файл никуда не уйдет. Твой маленький секрет останется в тайне.
Услышав это, У Шань нервно дернул щекой. «Останется в тайне»? А то, что Тан Фэнъяо и остальные сидят в метре от них — они что, пустое место? Впрочем, выбора не было. Главное, чтобы видео не попало к родне жены, а мнение этих стервятников его не волновало.
— Я отдам долю. Но как мне убедиться, что ты не сольешь видео потом?
— Никак. Придется поверить мне на слово, — отрезал Го И и кивнул Ван Мэну.
Громила тут же шлепнул перед У Шанем заранее подготовленный договор.
— Подписывай, — скомандовал Го И.
У Шань дрожащей рукой вывел свою подпись и откинулся в кресле, глядя в пустоту.
Остальные акционеры, наблюдая за этим, почувствовали, как на их собственных шеях затягивается петля. Тан Фэнъяо побледнел. Ситуация стремительно выходила из-под контроля.
Го И перевел взгляд на остальных.
— Думаете, компромат есть только на него? — его глаза остановились на Тане. — Хотите посмотреть на свои папки?
В груди Тан Фэнъяо шевельнулся липкий страх, но он заставил себя рассмеяться:
— Какой еще компромат? Мы честные бизнесмены! Хватит нас запугивать.
— Честные? — Го И презрительно фыркнул. — Тан Фэнъяо, пока не копнешь — вроде все чисто. А как капнешь — волосы дыбом. За последние десять лет ты, пользуясь положением, вывел из компании как минимум миллиард. А кроме этого, ты...
— Заткнись! — рявкнул Тан, чье лицо стало серым, как пепел.
Он проворачивал махинации с филигранной точностью. Никто, кроме него самого, не мог об этом знать! Но Го И сыпал фактами, как по писаному. Ответ был только один — этот сопляк копал под него уже очень давно.
— Мы все тебя недооценили, — прошипел Тан, сверля Го И обезумевшим от ненависти взглядом. — Ты страшнее и безжалостнее своего отца.
В его голове билась только одна мысль: Го И должен умереть. Только смерть мальчишки гарантирует, что его секреты не всплывут.
— Хватит трепаться. Подписывайте, — равнодушно приказал Го И.
Ван Мэн раздал договора остальным. Акционеры переглядывались, не решаясь взять ручки. Но стоило им заглянуть в приложенные к договорам файлы, где черным по белому были расписаны их преступления, как сопротивление угасло. Выбора не было.
Подавив клокочущую жажду убийства, Тан Фэнъяо тоже поставил подпись.
На губах Го И расцвела удовлетворенная улыбка. С учетом его собственной доли, теперь он контролировал более 95% корпорации Го. С этого момента компания стала абсолютной собственностью его семьи.
— Сегодня ты победил, Го И, — процедил Тан Фэнъяо, чье сердце обливалось кровью от потери активов стоимостью в миллиарды. Статус в высшем обществе Линьхая держался именно на этих акциях. А теперь он никто. Ни кресла председателя, ни доли.
«Я уничтожу все улики, а потом сотру тебя в порошок», — мысленно поклялся он.
— Но жизнь длинная. Посмотрим, за кем останется последнее слово.
— Думаешь, у тебя будет шанс мне отомстить? — усмехнулся Го И с издевкой. Оставлять врагов за спиной он не привык.
— Стоять! Полиция! Никому не двигаться!
Не успел Тан Фэнъяо осмыслить угрозу, как двери зала с грохотом распахнулись. В помещение ворвался отряд вооруженных офицеров в форме.

Комментарии

Загрузка...