Когда я в красках расписал наркотическую облаву на ИОА. и в пух и прах разнес ХК Энтертейнмент, репортеры закивали, торопливо занося каждое слово в ноутбуки.
Тут подал голос кто-то из присутствующих. Руководитель отдела О Сон Бом из «Интертэйнмент Биг Ньюс» — издания, где трудился репортер Ан Джон Ки, — с сомнением в голосе спросил.
— Начальник Чон... Но это всё равно не доказывает причастность ХК Энтертейнмент, верно?
Опасаясь, как бы «Интертэйнмент Биг Ньюс» не попал под горячую руку в ходе общего разгрома, О Сон Бом отчаянно цеплялся за любую слабину в моих словах. Однако я подготовился на совесть. Всю ночь — с самой нашей встречи в Мёндоне и до рассвета — я носился по городу без продыху именно ради того, чтобы собрать железобетонные улики.
— Нет. За нападением на ИОА. стоит лично директор ХК Энтертейнмент Хон А Юн. — Бросив это, я тут же щелкнул кнопкой пульта, словно только и ждал нужного момента. — Прошу всех на экран.
Картинка сменилась. На мониторе запустилась видеозапись: Пак Хон Сик, менеджер по работе с талантами, задержанный прошлой ночью вместе с Блэк Соул, не скрывал ярости.
— Меня зовут Пак Хон Сик, я менеджер Блэк Соул.
Прошлой ночью меня доставили в участок вместе с Алексом Джангом и парнями из группы, но вскоре отпустили: тест на наркотики дал чистый результат.
Я выступаю здесь сегодня, чтобы открыто заявить: весь этот кошмар произошел по прямому приказу директора Хон А Юн.
Директор Хон А Юн прямо говорила, что ради уничтожения ИОА. пойдет на любые меры...
Прошлой ночью Пак Хон Сика доставили в отделение вместе с остальными участниками дела. Поскольку он не баловался запрещенными веществами, экспресс-тест оказался отрицательным. Получив указание явиться за окончательными результатами позже, под утро он вышел из изолятора на свободу.
Тем временем в ХК Энтертейнмент были настолько заняты выгораживанием директора Хон А Юн и Блэк Соул, что бросили собственных менеджеров на произвол судьбы. В итоге около одиннадцати часов вечера Пак Хон Сик в полном одиночестве покинул Сеульскую центральную районную прокуратуру и потерянно застыл на тротуаре, бледный как полотно.
Его подобрал президент Хан Гван Хён из ХАН Энтертейнмент. Зная, насколько в ХК Энтертейнмент плевать на рядовых сотрудников, я связался с ним еще в Мёндоне и попросил присмотреть за Пак Хон Сиком.
Оправдав репутацию гениального дельца, заработанную еще до моего возвращения в прошлое, Хан Гван Хён нашел нужные слова для растерянного парня, переманил его на нашу сторону и уговорил дать показания.
— И это еще не всё.
Пип. Пип. Пип.
Стоило мне снова нажать на кнопку, как на мониторе появились новые видеосвидетельства от других менеджеров ХК Энтертейнмент, которых Хан Гван Хён завербовал следом.
— Директор Хон А Юн вечно твердила нам, что Чон Юн Хо должен быть уничтожен.
— Она постоянно давила на нас, требуя копать компромат на ИОА. и Хуп Энтертейнмент...
— Приказы натравить участников Блэк Соул на ребят из ИОА. поступали регулярно, и далеко не в первый раз.
Кто поймет менеджера лучше, чем его коллега по цеху? Приютив Пака, Хан Гван Хён убедил и других разочарованных сотрудников ХК Энтертейнмент рассказать всю правду о методах Хон А Юн. После такого отпираться стало бессмысленно.
Окинув взглядом ошеломленных репортеров, я повысил голос: — Когда ХК Энтертейнмент только вышли на рынок, они громко заявляли о глобальных амбициях, недоступных мелким компаниям. Но вместо этого они опустились до травли обычных подростков руками собственных артистов!
Репортеры согласно закивали.
— Именно поэтому я подаю иск. И не только ради нашей защиты — просто я больше не мог смотреть, как они калечат судьбы других агентств. Прошу вас осветить эту историю честно и беспристрастно.
Получив наглядные и неопровержимые доказательства, журналисты единодушно приняли мою сторону.
— Даже для ХК Энтертейнмент это перебор. Тут и защищать их не станет никто в здравом уме.
— Пятьдесят миллиардов вон звучат внушительно, но для ИОА. это лишь капля в море упущенной выгоды. Иск по статье о вмешательстве в бизнес пройдет на ура. Убытки-то огромные.
Тут О Сон Бом виновато опустил голову: — Я... я понятия не имел, что всё зашло так далеко. Простите... Простите, что усомнился в вас, начальник Чон.
За всю карьеру по пальцам одной руки можно было пересчитать случаи, когда акулы пера из шоу-бизнеса приносили извинения. Я лишь снисходительно улыбнулся. Вины «Интертэйнмент Биг Ньюс» или самого О Сон Бома в этом не было — оплошность целиком лежала на совести Ана Джон Ки.
— Всё в порядке. Главное — напишите хорошую статью.
О Сон Бом с опаской поднял голову, будто не веря своей удаче, а затем твердо кивнул: — Не беспокойтесь. Я сделаю всё в лучшем виде.
— Спасибо.
Тем временем остальные репортеры тоже принялись яростно стучать по клавишам, дописывая репортажи для своих редакций.
Клац-клац.
По небольшому конференц-залу разнесся непрерывный стрекот клавиатур.
В резиденции Хон Мён Су, где собралась верхушка ХК Инк., стоило пресс-конференции Чон Юн Хо подойти к концу, как лицо Хон А Юн исказило выражение полного оцепенения. Показания инсайдеров не оставляли лазеек: отвергнуть обвинения в том, что именно она устроила травлю Чон Юн Хо, больше не получалось.
— Д-да этот ублюдок решил меня уничтожить...
В тот же миг новостные ленты ведущих интернет-порталов захлестнула волна свежих публикаций. Каждая статья клеймила позором ХК Энтертейнмент, повергая Хон А Юн в глубочайший шок.
[Хуп Энтертейнмент подает иск на пятьдесят миллиардов вон против ХК Энтертейнмент!]
[Руководитель Хуп Энтертейнмент Чон Юн Хо: «Мы требуем компенсации не только за моральный ущерб, причиненный ИОА., но и за систематическое вмешательство ХК Энтертейнмент в наш бизнес. Сумма одного только иска достигает астрономических пятидесяти миллиардов вон!»]
[Беспрецедентная судебная битва тяжеловесов шоу-бизнеса! Хуп Энтертейнмент против ХК Энтертейнмент.]
[Столпы крупного конгломерата опустились до наркоторговли? Крушение мечты о мировом лидерстве в сфере контента.]
Читая статьи вместе с дочерью, председатель Хон Мун Гю дрожал от бешенства. Раньше Чон Юн Хо лишь слегка скалил зубы, но сегодня он пер напролом, явно намереваясь покончить с ними раз и навсегда.
— Этот безумец и правда вознамерился идти до конца. Что ж... Тогда мы закончим первыми.
Хон Мун Гю схватил телефон. Он намеревался задействовать всё влияние ХК Инк., чтобы прихлопнуть эту медийную волну.
— Я звоню депутату Паку, так что всем молчать в тряпочку!
От громогласного приказа Хон Мун Гю по комнате прокатилась мертвая тишина. Даже кухонный персонал застыл на местах.
Кипя от злости, Хон Мун Гю набрал номер Пак Сан-Гона, бывшего лидера правящей партии. Долгие гудки тянулись бесконечно, прежде чем тот соизволил ответить.
— Ха-ха-ха, батюшки, сам господин Хон! Какими судьбами?
— Вы прекрасно знаете какими. Мне нужна ваша помощь.
— Ой, бросьте. Какое у меня теперь влияние? Я ведь даже не лидер партии.
— Давайте без дипломатической шелухи. Помогите мне на этот раз, и я перед вами в долгу не останусь.
— Кхм. Ну, раз вы ставите вопрос так, я просто не имею права отказать. Правда... мне любопытно, во что именно вы оцениваете этот самый долг, господин Хон.
Депутат Пак Сан-Гон выбивал из него конкретную цену. Хон Мун Гю прикрыл глаза и выложил козырь.
— Я лично покрою все расходы на вашу президентскую кампанию.
Официально избирательная гонка обычно обходилась в сорок-пятьдесят миллиардов вон. Однако в реальности расходы частенько взлетали в три-пять раз выше. Иными словами, Хон Мун Гю предлагал выложить из своего кармана почти двести миллиардов вон.
Голос Пак Сан-Гона тут же потеплел.
— Ого, предложение впечатляет. Как и ожидалось, вы человек широкой души, господин Хон. Учитывая наше общее прошлое, выходцы из одной группировки Верных обязаны выручать друг друга. Однако...
Следовало условие.
— Выкладывайте.
— Спасти ХК Энтертейнмент мы уже не сможем. Слишком многие там погорели на запрещенных веществах, да и общественное мнение уже схавало байку о том, как могущественный конгломерат загнобил крошечное агентство. Время упущено. Вы понимаете?
Хон Мун Гю бросил быстрый взгляд на дочь и заговорил снова.
— И что же нам делать?
— Говорят, когда врачи борются за жизнь тяжелого больного, порой им приходится принимать волевое решение и ампутировать конечность.
Это был прямой намек принести в жертву ХК Энтертейнмент — компанию, которой заправляла его младшая дочь.
— Неужели это и вправду необходимо?
— Если этот вариант вам не по душе, можете сами сложить с себя полномочия председателя.
На долю секунды Хон Мун Гю едва не сорвался на отборную ругань. С огромным трудом подавив вспышку гнева, он заставил себя принять решение.
—...Понял. Мы так и поступим. Но раз уж зашла речь, то и ХК Дистрибьюшн тоже...
— Давайте делать всё постепенно, господин Хон. Сперва разберитесь с ХК Энтертейнмент, а уж с остальным я помогу. После такого бардака ожидать, что всё решится по щелчку пальцев, не смог бы даже сам Иисус.
—...Прошу прощения. Я потерял бдительность.
— Да-да. Сначала уладьте дело с ХК Энтертейнмент, а потом я подключусь. Да, кстати, до меня дошли слухи, что ХК Дистрибьюшн привлекла внимание не прокуратуры, а Службы финансового надзора.
— Вот как...
— Скажите жене, чтобы была аккуратнее.
— Я не забуду эту услугу.
— Ну всё, я откланиваюсь. Мне еще нужно сделать немало звонков.
Пак Сан-Гон сбросил вызов.
Щелк.
Хон Мун Гю испустил долгий, тяжелый вздох.
В этот момент подала голос Хон А Юн: — Пап. И что сказал депутат Пак?
Глухим, упавшим голосом Хон Мун Гю бросил: — А Юн. Тебе придется дать пресс-конференцию.
— Пресс-конференцию?
— Ты принесешь публичные извинения, заявишь, что берешь на себя полную ответственность за просчеты в руководстве ХК Энтертейнмент, пообещаешь всесторонне содействовать любому расследованию и примешь наказание за всё, что вскроется.
Хон А Юн тут же взъярилась: — С какой стати мне извиняться? Что я сделала не так?
— Делай, что велят!
— Нет! Ты хочешь, чтобы я расписалась в поражении перед Чон Юн Хо! Я не стану этого делать! Ни за что!
Когда Хон А Юн пронзительно закричала, пытаясь спорить, Хон Мун Гю окончательно вышел из себя. Он любил дочь, но позволить ХК Инк. пойти ко дну из-за ее упрямства не намеревался.
— Ты уже проиграла! Вчистую! Начальник Чон тебе не по зубам!
Лицо Хон А Юн залилось багрянцем, и она завопила в ответ: — Не хочешь помогать — и не надо! Я сама разберусь с Чон Юн Хо!
Однако Хон Мун Гю вовсе не намеревался позволять ей творить глупости: — Хватит. Извинись, а затем отправляйся на какое-то время в Россию. Это твой единственный шанс выжить!
У ХК Инк. был лишь один бизнес-актив в России — импорт замороженного минтая из Аляски, которым занималась ХК Фишериз.
— Пап!
— Принесешь нормальные публичные извинения, а затем добровольно проведешь около года в России. Когда вернешься, выйдешь замуж, и после этого я снова найду для тебя теплое местечко.
— Пап! Ты сошел с ума? Ты отправляешь меня на верную смерть!
Хон Мун Гю требовал от Хон А Юн отправиться в глухую зарубежную ссылку, а затем выдать замуж. Для человека, который втайне метил в кресло следующего председателя конгломерата, оба удара были сокрушительными.
Несмотря на протесты Хон А Юн, Хон Мун Гю даже глазом не моргнул: — Дворецкий Ким. Уведите А Юн на улицу и заставьте дать интервью репортерам. Меня не волнует, придется ли применять силу. Сделайте это.
— Слушаюсь, господин председатель.
Домашняя прислуга тут же бросилась к Хон А Юн: — Простите нас, молодая госпожа!
В следующее мгновение они подхватили Хон А Юн и полностью оторвали от земли. Она отчаянно забилась и замахала руками, словно потеряла над собой всякий контроль.
— Пустите меня! Пустите! Ненавижу запах минтая больше всего на свете! А-а-а! Пустите, ублюдки!
Отчаянные вопли Хон А Юн разносились по всему особняку, пока ее волокли к выходу.
Хлоп.
Стоило двери закрыться, как Хон Мун Гю повернулся к жене: — Просто пережди пару дней. Как только с делом А Юн будет покончено, я добьюсь постепенной разморозки твоих счетов.
— Дорогой! Но если универмаг ХК в итоге рухнет...
— Хочешь до конца дней чистить минтай в России вместе с А Юн?
Услышав угрозу отправиться в ссылку, Но Хён Хи вздрогнула и потупилась: — Смотри держи слово.
Хон Мун Гю тяжело вздохнул и рухнул на диван. За всю историю ХК Инк. никто и никогда не наносил компании столь сокрушительного урона. Раньше он считал Чон Юн Хо лишь наглым юнцом, но тот внезапно превратился в противника, справиться с которым оказалось тяжело даже ему.
— Чон Юн Хо... Я никогда не забуду то, что произошло сегодня.
Пока Хон Мун Гю кипел от ярости, атмосфера в доме Хон Мён Су сделалась холоднее арктической льдины.
Наблюдая за происходящим, Хон Джин Гю изо всех сил старался скрыть торжествующую улыбку. Пока все остальные были поглощены хаосом, он тихо прибрал к рукам 16% акций ХК Дистрибьюшн.
Однако старший сын, Хон Мён Су, отчетливо заметил легкую ухмылку, скользнувшую по губам Хон Джин Гю.
Завершив пресс-конференцию в одиночку, я направился в директорскую переговорную. Изначально все собирались присутствовать на ней вместе, но президент Кан Гам Чан предвидел давление извне и настоял на том, чтобы остаться в офисе.
Я поднялся на лифте наверх, чтобы доложить об успешном проведении встречи с журналистами и обсудить дальнейшие шаги. Едва приблизившись к приоткрытой двери, я услышал разъяренный голос Кан Гам Чана.
— Господин депутат! Отозвать иск? Да этим девчонкам чуть всю жизнь не сломали из-за этих чертовых наркотиков! По мне так и пятисот миллиардов мало, не то что каких-то пятидесяти!
Я тихонько толкнул дверь. Внутри Кан Гам Чан, директор Кан Джи Ён, начальник Ли Дон Мин и начальник Гу Сон Чхоль сидели с мрачными лицами, прижав телефоны к ушам. Каждый из них буквально обливался потом, разгребая бесконечный поток сообщений в Кк-Толк и смс.
В этот миг Кан Гам Чан рявкнул в трубку.
— Господин депутат! Если вы звоните, чтобы надавить на нас и заставить замять дело начальника Чона, то я прямо сейчас подниму сюда всех репортеров из вестибюля и устрою еще одну пресс-конференцию! Расскажу на ней, как депутат Ким Сон Рюль из третьего округа Гуро сговорился с ХК, чтобы нас прижать! Вас такой расклад устраивает?
Стоило Кан Гам Чану проявить железобетонную твердость, как на том конце провода в бешенстве выплюнули последние ругательства и бросили трубку.
— Д-давить? Ах ты ж... Ладно! Делайте что хотите!
После звонка с угрозами от влиятельного депутата правящей партии давление подскочило у самого Кан Гам Чана — это было заметно невооруженным глазом.
— Ишь чего удумал, старый хрыч, требует, чтобы начальник Чон извинялся... — Кан Гам Чан продолжал бормотать под нос, пока не заметил меня. Он шумно вздохнул и смущенно спросил: — Кхм. Ну что... пресс-конференция прошла успешно?
Я кивнул: — Да. Всё прошло отлично.
— Ты отлично поработал. Я должен был стоять рядом с тобой. Прости.
— Что вы, господин Кан. Скорее, это я виноват, что из-за меня вам пришлось выслушивать подобные звонки.
— О чем ты говоришь? Мы же в одной лодке, разве нет? К тому же я президент компании, в которой ты работаешь. Я просто делал то, что должен.
Пожалуй, это было сильнейшее давление, с каким когда-либо сталкивалось руководство Хуп Энтертейнмент. И тем не менее каждый из них делал всё возможное, чтобы защитить меня. Я снова убедился, что решение остаться в Хуп Энтертейнмент после возвращения в прошлое было одним из лучших в моей жизни.
К горлу подступил ком, и я низко поклонился всем присутствующим. Они улыбнулись, замахали руками и попросили перестать переживать.
В этот момент Кан Джи Ён взяла в руки пульт: — Похоже, Хон А Юн наконец сломалась. Давайте сначала посмотрим это.
Она включила большой экран в конференц-зале, где шла прямая трансляция новостей. На мониторе перед зданием штаб-квартиры ХК Энтертейнмент на коленях стояла Хон А Юн, зажатая между президентом Пи Сан Дыком и вице-президентом Ха Иль Квоном.
Трясущимися руками Хон А Юн принялась читать по бумажке.
— Меня зовут Хон А Юн, я представляю ХК Энтертейнмент...
Я искренне извиняюсь перед общественностью за причиненное беспокойство.
Стремительно развивая наш бизнес в сфере развлечений, я даже не представляла, насколько глубоко компания прогнила изнутри.
отныне ХК Энтертейнмент начинает процедуру... ликвидации. Мы также сделаем всё от нас зависящее, чтобы помочь нашим артистам найти новый путь. Спас... сибо...
С растрепанными волосами, размазанным макияжем, налитыми кровью глазами и в той же одежде, в которой она вчера выступала по телевидению, Хон А Юн выглядела жалко и отталкивающе. Ее всю трясло, пока она стояла на коленях на холодном бетоне перед штаб-квартирой ХК Энтертейнмент, низко опустив голову — словно рассчитывая разжалобить толпу.
Однако камеры отчетливо ловили ярость и злобу, полыхающие в ее глазах. Это были фальшивые извинения. Впрочем, они уже ничего не меняли. Наконец ХК Энтертейнмент пала. Это была моя победа и ее поражение.
— Поделом тебе, Хон А Юн!
Теперь, когда у меня на руках были показания менеджеров, тюрьма стала ее единственным неизбежным пунктом назначения.
Кан Гам Чан протяжно вздохнул: —...Наконец-то всё закончилось.
Я тоже облегченно выдохнул, и следом за мной перевели дух остальные. По кабинету прокатился общий вздох, мы переглянулись и тихо рассмехнулись. Только сейчас в полной мере осозналось: Хуп Энтертейнмент, занимавшая когда-то седьмую строчку в рейтинге индустрии, сокрушила ХК Энтертейнмент — дочернюю структуру двенадцатого по величине конгломерата страны.
Тут Кан Гам Чан усмехнулся: — Время уже позднее, но как насчет того, чтобы наконец позавтракать? Заодно и вчерашнее похмелье разгоним... и отпразднуем падение ХК Энтертейнмент.
Он предложил отметить победу над ХК Энтертейнмент совместной трапезой.
Я тут же вызвался: — С меня угощение.
— О? Начальник Чон платит? Звучит заманчиво. Тогда давайте возьмем похмельный суп на косточках из той забегаловки за углом. Мало ли что еще всплывет, так что лучше держаться поближе к офису. А за победу выпьем обычной газировки.
— Отличная идея. Только, господин Кан, репортеры всё еще околачиваются на улице. Может, лучше заказать доставку?
— И то верно. Оформляй.
— Тогда я заказываю порцию царского похмельного супа!
Я достал телефон, чтобы сделать заказ. В этот миг мое внимание привлекло сообщение в Кк-Толк от Хон Джин Гю.
[ХДЖ: Благодаря тебе дело идет как по маслу. Заполучил 16%. Давай вечерком ненадолго пересечемся.]
— Отлично. Продолжай выжимать их досуха.
Мысленно я поинтересовался, сколько акций компании удалось прибрать к рукам Виктории в Мёндоне. Впрочем, похмельный суп сейчас волновал меня куда больше. Я принялся набирать номер ресторана.
Вдруг меня прервал входящий вызов с незнакомого номера, стерев с экрана цифры, которые я только что вбил.
Ву-у-у.
[Входящий вызов: 010-9876-000X]
— Кто это еще?
Ничто не могло отвлечь меня от заказа похмельного супа. Я без раздумий отклонил вызов.
— Отбой.
Я снова принялся вводить номер ресторана.
Ву-у-у.
Следом прилетело текстовое сообщение.
[010-9876-000X: Это Хон Мён Су, старший сын главы ХК Инк. Я звоню тебе. Не соизволишь ответить?]
Из всех детей председателя Хон Мун Гю Хон Мён Су отличался наибольшей безжалостностью. И вот теперь он вышел со мной на связь.
— С чего бы ему объявляться именно сейчас?
1. Похмельный суп на косточках бывает как острым, так и неострым. Его варят как на говяжьих, так и на свиных костях ☜.

Комментарии

Загрузка...