Гости в зале были непривычно молчаливы, словно после одобрения дуэли герцогом все разучились дышать.
Пока Дойл не протянул руку, хватая бокал Фалеса!
Он
нагло и своевольно выпил всё вино под удивлёнными взглядами всех
присутствующих, после чего отбросил бокал и глубоко вздохнул, когда тот
разбился вдребезги.
Вернув себе самообладание, он посмотрел на одежду Анкера.
В
следующее мгновение Дойл с отсутствующим выражением лица методично снял
с себя кожаные доспехи королевской гвардии и защитное снаряжение.
- Прок, мой меч.
Прокка заколебался, но в итоге отдал конфискованное оружие под пристальным взглядом Маллоса.
-
Это будет непростая дуэль - обе стороны ищут поражения, а не победы,
желая умереть, а не выжить. - Маллос подошёл к Дойлу, когда тот делал
последние приготовления, и тихо спросил: - Ты готов?
Фалес сжал кулаки.
Обе стороны желают умереть...
Почему.
Почему?
Дойл снял нарукавник и равнодушно посмотрел на своего начальника.
- Милорд, сэр, Тормонд-младший. – Дойл небрежно воскликнул: - Знаешь, ты настоящий ублюдок!
Тормонд-младший Маллос нахмурился.
- Твоя самоуверенность и игнорирование Его Высочества раздражают, - продолжил Дойл, в конце внезапно улыбаясь.
Однако остальные гвардейцы его не поддержали.
Смотритель вздохнул.
-
Удар наотмашь - это основной удар стиля меча «Розы». Он известен своей
простотой, агрессивностью и сложностью блокирования. Если ты найдёшь
подходящее время... это уменьшит боль.
Улыбка Дойла застыла.
Он выпрямился и мрачно посмотрел на своего старого напарника Гловера.
- Зомби, прости, что вечно раздражал тебя всякой ерундой. Просто отец велел мне наладить хорошие отношения с семьёй Гловер...
Гловер кивнул, сохраняя бесстрастность.
- Я знаю.
Дойл сделал ещё один глубокий вдох.
-
Кроме того, ты никогда не ходишь на Рынок Красной Улицы... Слушай, я
хотел спросить, - Дойл проигнорировал взгляды окружающих и улыбнулся
бледной улыбкой. - Ты гей?
Гвардейцы притихли.
Гловер нахмурился, но всё же ответил:
- Нет.
Дойл тихо усмехнулся и произнёс, пожав плечами:
- Я просто хочу сказать, что всё в порядке, даже если это так. Я очень терпим...
-
Сын Дойла, - прервал его стоявший в центре зала Анкер. Он выглядел
довольным, совершенно не заботясь о гвардейцах вокруг него, которые,
казалось, жаждали испытать свою удачу. - Почему ты медлишь?
Дойл усмехнулся и ответил:
- Не можешь дождаться своей смерти?
Анкер посмотрел на своего противника и ухмыльнулся.
- Давай, иди сюда.
Оппоненты уставились друг на друга. Улыбки быстро исчезли с их лиц.
Спокойный и безразличный.
Дойл без предупреждения выхватил меч у Прокка.
-
Ваше Высочество, я знаю, что в последнее время немного перебарщивал,
пытаясь быть на вашей стороне, но... - Дойл крепко сжал ножны, как
цепляющийся за соломинку утопающий, и, не оборачиваясь, простодушно
хмыкнул: - Вы хороший человек.
Фалес был ошеломлён.
Дойл посмотрел в потолок и усмехнулся.
-
По сравнению с Дворцом Возрождения здесь гораздо спокойнее. - Его
улыбка потускнела. - В будущем, если мой отец... пожалуйста, вспомните
этот день.
Фалес подсознательно открыл рот, но не сумел произнести «хорошо».
Он мог лишь тупо уставиться на Дойла.
-
Его Высочество великодушен, - спокойно произнёс Маллос, дабы разрешить
возникшую неловкость. - Ты ведь знаешь, что он не забудет.
Дойл выдавил из себя улыбку и понимающе кивнул.
Доброжелательный и щедрый.
Доброжелательный и щедрый...
В этот момент Фалес почувствовал, что это описание было чрезвычайно ироничным.
В зале барон Дойл обнимал жену и безудержно рыдал.
На лице Дойла застыло беспомощное выражение.
Он больше не смотрел на Фалеса. Вместо этого он повернулся, поднял оружие и спустился по ступенькам.
Навстречу своему оппоненту.
И своему концу.
- Дойл... - невольно произнёс Фалес, но Маллос схватил его за руку, не давая ему продолжить.
-
Он знает, чем жертвует, - спокойно произнёс смотритель, - и что хочет
спасти. - Маллос повернулся к Фалесу. – Вопрос заключается в том,
известно ли вам об этом?
«Известно ли мне?»
Фалес промолчал.
«То, чем он жертвует...»
Фалес
смотрел, как Дойл медленно спускается по ступенькам. Обычная
беззаботность последнего сменилась нехарактерной для него
торжественностью и страхом.
«То, что он хочет спасти...»
Фалес перевёл взгляд на бледнолицего барона Дойла, упавшего на пол, и на рыдающую и дрожащую баронессу.
«То, чем я жертвую. То, что я хочу спасти».
Фалес посмотрел на Анкера, держащего в руке короткий меч, выглядящего спокойным, но рассеянным.
Его сердце пропустило удар.
«Так вот что это за чувство?» - спросил сам себя Фалес.
Он был вторым принцем.
Герцогом Звёздного Озера.
Поэтому
он должен сидеть на возвышении и смотреть на шахматную доску, смотреть
на шахматные фигуры, уничтожающие друг друга, и спасать всю игру.
Планирование стратегии, перемещение шахматных фигур.
Он
должен принять необходимую жертву и смотреть, как Дойл сражается в
поединке с врагом, чтобы умереть под его мечом, независимо от нелепости
ситуации.
Затем, исходя из прибылей и убытков, он должен будет выступить с соответствующей наградой и наказанием.
«”Фалес, если ты хочешь войти в этот круг и даже подняться на вершину...”»
Слова Быстрой Верёвки зазвучали в ушах принца.
«”Первое,
что ты должен сделать - это подчиниться силе и отпустить своё тело и
разум. Ты должен позволить миру и его восприятию управлять каждым дюймом
твоего существа. Ты должен стать кем-то, кого даже ты сам не сможешь
узнать. Только так ты сможешь начать играть в эту игру и преуспеть в
ней”».
Фалес молча смотрел на удаляющуюся фигуру Дойла.
-
Помни, - вице-капитан Фогель шагнул вперёд, догоняя Дойла и напоминая
ему приглушённым голосом, - если ты выживешь, а он умрёт, пострадают Его
Высочество и твои родители.
Дойл вздрогнул.
Как и прерывистое дыхание Фалеса.
Но, в отличие от Фалеса, Дойл быстро взял себя в руки и продолжил идти.
Будто уже смирился с судьбой.
Так же, как...
Шахматная фигура.
В это мгновение Фалес внезапно всё понял.
«”Хорошенько
подумай, каким человеком ты стал после того, как начал играть роль
принца. Ты всё ещё можешь выбрать свой собственный путь и делать то, что
хочешь?”»
Фалес медленно опустил голову.
Все ждали, когда Дойл дойдёт до того места, где стоял Анкер.
«”Став принцем, ты всё ещё остаёшься самим собой? Ты всё ещё Фалес? Или ты... стал кем-то другим?”»
- Ты прав, Маллос, - тихо произнёс Фалес, - Дойл... знает, чем жертвует. И Анкер, он знает, что хочет спасти.
«”Что ты приобрёл и что потерял?”»
Маллос озадаченно наклонил голову.
- Ваше Высочество?
Фалес поднял голову; его взгляд заострился.
-
Но ты тоже ошибаешься. - Со своего места он посмотрел на лица людей в
зале: взволнованные, встревоженные, испуганные, довольные,
предвкушающие, печальные, спокойные, злорадные... - Он не шахматная
фигура, - спокойно продолжил Фалес. - Они оба не шахматные фигуры. - Он
сжал кулаки. - Никто ими не является.
Может быть, кто-то другой смог бы.
Без угрызений совести двигать шахматные фигуры или охотно быть шахматной фигурой.
Возможно, герцог Звёздного Озера смог бы, возможно, второй принц смог бы...
Возможно, Дойл может, возможно, Анкер может...
Возможно, Маллос может, возможно, Фогель...
Но он не мог.
Потому что он был Фалесом Джейдстаром.
Он был Фалесом.
Просто Фалесом.
-
Они не шахматные фигуры. Они просто Дойл и Анкер, они просто... люди. -
Фалес продолжил глубокомысленно: - Самые простые, а также самые
сложные... люди.
- Ваше Высочество, что вы имеете в виду?
Фалес глубоко вздохнул, улыбнулся и моргнул, посмотрев на смотрителя.
- Я имею в виду, к чёрту «жертвенные пешки».
Маллос,
наконец, почувствовал что-то неладное: в этот момент во взгляде принца
не было прежней тревоги и нерешительности, как и не было привычной
серьёзности и агонии.
Вместо этого он был более решительным и живым, чем когда-либо.
- Подождите. - Выражение лица Маллоса изменилось. - Вы собираетесь...
Однако когда он понял, что задумал второй принц, было уже слишком поздно.
В
следующую секунду, когда Дойл собирался подойти к Анкеру, перед тем,
как их враждебные взгляды встретились, перед тем, как долг между их
семьями должен был быть оплачен кровью, Фалес нацепил на лицо
торжественное выражение, выпрямился и громко произнёс:
- Подождите! - Голос герцога Звёздного Озера разнёсся по всему залу.
Он мгновенно привлёк к себе всеобщее внимание; даже Дойл остановился.
Все недоумённо посмотрели на принца.
- Ваше Высочество? - нахмурившись, спросил Анкер, подсознательно опасаясь, что обстоятельства внезапно изменятся.
Уголки губ Фалеса приподнялись, когда он посмотрел на Маллоса.
Тот почувствовал необъяснимое беспокойство, и проигнорировал насмешливый взгляд Фогеля.
-
Капитан моей личной гвардии сказал мне, что в этой дуэли ты, Анкер, и
ты, Дойл, - Фалес посмотрел на них сияющими глазами, - будто вы оба
будете стремиться умереть! И искать поражения!
После его слов в толпе поднялся шум.
Лишь
те, кто ожидал этого, вроде графа Годвина, герцога Цветка Ириса,
Одноглазого Дракона и герцога Вала никак не отреагировали. Они знали,
что происходит.
Среди гвардейцев Маллос и Фогель обменялись взглядами, видя недоумение в глазах друг друга.
Что происходит?
Почему, почему сейчас, притом таким откровенным образом...
В эпицентре бури Анкер и Дойл обменялись взглядами, оба пребывая в растерянности.
-
Обменять жертву на большую выгоду или меньшую потерю, - Фалес
улыбнулся, посмотрел на Анкера и Дойла, и продолжил громко и уверенно: -
сразившись в проигранной битве. Таков ваш замысел?
Вопросы принца вызвали в зале ещё более жаркие споры.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...