Пламя последнего факела начало слабеть, погружая подземную тюрьму в
темноту. Однако он почувствовал, что тюрьма ещё никогда не была такой
мирной и яркой.
Хотя Барни Младший всё ещё находился в рассеянном
состоянии позади него, Фалес знал, что ему больше не нужно переживать о
состоянии бывшего главы Авангарда.
Оставшейся проблемой был...
Фалес покачал головой и направился к последнему человеку, выдерживая боль.
Это
был человек с продолговатым лицом, в течение долгого времени стоящий на
коленях. Он был сильно ранен, а на его лице отражалось отчаяние. Он
выглядел так, словно утратил душу.
Лицо Рыцаря Приговора медленно
появилось в поле зрения Фалеса. Его левая рука, серьёзно повреждённая
Барни, неподвижно лежала у него на предплечье, бессильная, как
сброшенная змеёй кожа.
— Хорошо. Остался только ты, — тихо произнёс Фалес.
Даже
после этих слов Рыцарь Приговора выглядел погружённым в собственный
мир. Он никак не отреагировал на слова Фалеса, позволяя к нему
приблизиться.
Однако когда Фалес находился в десяти шагах от
него, Закриэль вскочил на ноги подобно леопарду и инстинктивно поднял с
пола повреждённый топор.
— Ваше Высочество! – встревожено воскликнул Белдин и подсознательно двинулся вперёд.
Другие
также отметили происходящее. Самел нахмурился и крепче сжал оружие;
Тардин, Брюли и Канон нервно встали и окружили Закриэля; даже Барни
Младший вынырнул из задумчивости и поднял факел. Однако Фалес поднял
руку, останавливая их.
— Стойте, — хрипло и тихо произнёс принц. Все подсознательно перестали двигаться.
Фалес
в тишине посмотрел на человека с продолговатым лицом. Закриэль не
двигался. Он лишь дышал, потерянный в своём мире. Его рука с оружием
указывала на Фалеса, словно таковыми были его инстинкты.
Воздух снова застыл.
Сзади раздался смущённый голос Быстрой Верёвки:
— Эй, Ви... эм, Фалес?
Белдин посмотрел на оцепенелого Закриэля, среагировавшего на чистых инстинктах, и произнёс с сомнением:
— Ваше Высочество, будет лучше, если вы...
Однако прежде чем он закончил, Тардин прервал его нервно:
— Не идите дальше!
— Оп-опасно, — слегка нервно произнёс Канон.
Присутствующие отреагировали по-разному, но все они с опаской посмотрели на Закриэля, вынырнувшего из своей страны грёз.
Однако Фалес лишь улыбнулся.
—
Спасибо Белдин, и вам спасибо, Тардин и Канон... Но я хочу, чтобы вы меня
немного подождали. – Фалес выдерживал дискомфорт в теле. Он
развернулся, устало улыбнулся и поднял указательный палец. – ...Ещё
немного.
Принц развернулся, сделал глубокий вдох и продолжил идти к Закриэлю.
Белдин изменился в лице при виде сокращения дистанции между Фалесом и Рыцарем Приговора.
— Ваше Высочество, ради вашей безопасности...
Однако рядом с ним появилась рука и легла на его плечо, останавливая его от действий.
В какой-то момент Барни Младший встал на ноги. Он холодно обратился к удивлённым Белдину и Тардину:
— Он попросил нас подождать.
Барни
Младший выглядел так, словно всё ещё испытывал претензии к Фалесу. Во
время своей речи он намерено опустил голову, чтобы не смотреть в сторону
принца.
Его мощный и ритмичный голос вывел Закриэля из состояния
транса. Глаза Рыцаря Приговора медленно наполнились ясностью,
сосредотачиваясь на Фалесе.
Белдин озадаченно посмотрел на главу
Авангарда, после чего перевёл взгляд на Фалеса. Он несколько раз
порывался что-то сказать, но в последний момент останавливался. В итоге
он не стал ничего ни говорить, ни делать.
Он остался на своём месте, встревожено наблюдая за приближающимся к Закриэлю принцем.
Другие отреагировали схожим образом.
Когда
Фалес находился в трёх шагах от Закриэля, Рыцарь Приговора тяжело
задышал. Посмотрев на своих бывших товарищей, Закриэль увидел, что им не
терпится устремиться к ним, но они себя сдерживают.
«Что-то изменилось» — подумал он.
Закриэль
огляделся. Он увидел привыкшего раздавать приказы Барни, нерадостно
стоящего на месте и не говорящего ни слова; надёжного и даже немного
негибкого Белдина, который также не стал предпринимать никаких действий,
оставив всё на самотёк. Даже Самел, не любящий принимать приказы, лишь
поджал губы и промолчал.
Что же касается остальных гвардейцев, будь то Тардин или Канон... Они были людьми, которых он когда-то очень хорошо знал...
Они
тихо стояли позади Фалеса. Бросая на Закриэля предупреждающие взгляды,
они издалека наблюдали за тем, как к пропитанному кровью Рыцарю
Приговора приближается принц.
«Эти люди...» — Закриэль с трудом
развернулся. Его разум был отвлечён, а мысли хаотичными, но он
подсознательно усилил хватку на рукояти топора.
— Вы...
Усталость и угрюмость исчезли из взгляда Закриэля, заменяясь недоумением, словно он заново начал узнавать подростка перед собой.
— Что вы с ними сделали? – спросил Закриэль. Он звучал так, словно обращался к подростку и одновременно к себе.
Фалес сделал глубокий вдох и заставил себя улыбнуться.
— Ничего, — медленно произнёс он. – Лишь то, что ты хотел сделать, но не сделал.
Закриэль был ошеломлён. У него закружилась голова...
«...хотел сделать, но не сделал». В следующее мгновение тяжело раненный Рыцарь Приговора покачал головой.
—
Вот как? – Закриэль фыркнул и опустил угрюмый взгляд. Казалось, он
что-то понял. Он позволил своей левой руке безвольно повиснуть в
воздухе, после чего сжал зубы и поднял топор правой рукой.
—
Знаешь, прежде чем попасть сюда, я был заложником в Экстедте. Я должен
был провести там остаток своей жизни, но я сбежал из Драконьих Облаков, —
произнёс подросток.
Топор Закриэля застыл в воздухе.
«Драконьи
Облака». Закриэль слегка покачнулся. Он выглядел так, словно его чем-то
пронзили. Тусклые и сбивающие с толку воспоминания снова наполнили его
разум, хотя он больше не мог выносить атакующие его воспоминания.
«Вот
как? Член королевской семьи был заложником в Драконьих Облаках?.. –
Закриэль крепко сжал рукоять топора. – В таком случае, спустя годы после
трагедии, королевство уже...»
— По пути я встретился со многими
людьми. – Фалес вёл свой рассказ мирным голосом, словно рассказывал о
своей повседневной жизни. – Был один человек, который сильно меня
тронул. Он сказал, что после десяти лет жизни в маскировке, смотрясь в
зеркало, он больше не мог узнать в нём себя.
Топор Закриэля слегка дрогнул.
Фалес отвёл взгляд от Арбалета Времени в руках Быстрой Верёвки и со вздохом продолжил:
—
Он забыл причину, по которой вначале нацепил на лицо эту маску. Он
позволил ей контролировать его жизнь. – Фалес посмотрел на человека
перед собой серьёзным взглядом. – Как воин, забывший о своей миссии
защищать то, что он хочет защитить, в итоге превращающийся в раба
победы.
Как король, пренебрёгший своими обязанностями во время
управления королевством, поддавшийся обретению пустой славы, совершая
благие дела, которые бы выглядели значительными в глазах народа.
Тело Рыцаря Приговора начало слегка дрожать. Фалес посмотрел ему прямо в глаза.
Он
не один раз видел подобный взгляд. Он видел его в поместье Вайн, когда
Последователь Призрачного Ветра начал влачить своё искалеченное тело
вперёд, испытывая сильную боль; он видел его во Дворце Возрождения,
когда Вал Арунде с горечью покачал головой и раскрыл свой заговор; он
видел его в Зале Героев, когда управляющий Мирк угрюмо поднял тело своей
мёртвой дочери; он видел его в Земле Бесплодных Скал, когда умирающий
Ворон Смерти с безумных смехом признался во всём.
Все они были окутаны мраком и отчаянием. Облегчение наступало лишь когда человек терял то, что ценил сильнее всего.
Что же до Закриэля... Что он ценит сильнее всего?
Подумав об этом, Фалес протяжно вздохнул.
— Закриэль, зачем ты нацепил на себя эту маску?
Закриэль застыл. Его взгляд был наполнен сложными эмоциями.
Тишина продлилась несколько секунд. Спустя какое-то время он с трудом произнёс:
— Простите, Ваше Высочество, но мы должны... со всем покончить.
После этих слов Закриэль слегка покачнул оружием в руке, словно укрепился в своей решимости.
Фалес приподнял брови.
—
А, я знаю, ты всё ещё хочешь убить меня, — принц звучал расслабленно,
но его слова заставили всех королевских гвардейцев занервничать. – И мы
не сможем тебя остановить.
Закриэль нахмурился и промолчал. Казалось, это был его дар. Своим молчанием он добавлял напряжения в атмосферу.
Однако Фалес лишь улыбнулся и произнёс:
—
Должен признать, когда ты был гнусным предателем, желающим забрать мою
жизнь, я не испытывал перед тобой вины, но теперь... — Фалес вздохнул. –
История, которую ты нам поведал, о том, как ты обнаружил правду, о своём
недовольстве старым королём, о планировании восстания и стравливания
людей, о том, что ты был главным предателем и преступником событий,
произошедших восемнадцать лет назад, — Фалес фыркнул и покачал головой. –
По крайней мере, половина истории является ложью, не так ли?
У Рыцаря Приговора дёрнулась щека. Фалес посмотрел прямо ему в глаза.
— Это была маска, которую ты носишь для других.
Закриэль поджал губы. Его лицо было жёстким и мрачным.
—
Ты сделал это, чтобы скрыть правду, а также защитить живых и мёртвых.
Ты сделал это, чтобы между королевскими гвардейцами не возник внутренний
конфликт, способный их разделить. В таком случае живые бы не
пострадали, а мёртвые упокоились с миром. Ради этого ты готов был
выступить фиктивным грешником и предателем, принимая на себя весь
негатив. Вероятно, ты думал, что будет лучше, если они будут ненавидеть
тебя, чем друг друга, верно?
Рыцарь Приговора закрыл глаза и
сделал глубокий вдох. Барни Младший посмотрел на него. Его взгляд был
наполнен ненавистью, негодованием, замешательством и беспомощностью.
Другие вздохнули. Лишь Самел недовольно покачал головой.
Уголки губ Фалеса приподнялись.
— Когда я увидел, что ты только что сделал, я понял, что это и есть настоящий Закриэль.
Брови Закриэля дёрнулись. Однако Фалес ещё не закончил.
—
Восемнадцать лет назад, будучи смотрителем, защищающим наследие
Королевской Гвардии, ты не смог выбрать сторону и лишь наблюдал, как
твои товарищи убивают друг друга. Из их пролитой крови могла
сформироваться река.
После трагедии ради репутации и достоинства
королевской семьи ты не смог раскрыть правду. Ты мог лишь беспомощно
наблюдать, как невинных королевских гвардейцев отправляют в тюрьму по
ложному обвинению. Узнав о том, через что они прошли и как сильно
пострадали, ты не смог простить себе того, что ты ничего не сделал и
ничего не сказал. Ты решил изолировать себя от мира, похоронить себя
глубоко под землёй, таким образом наказывая себя.
Фалес посмотрел
на Закриэля грустным взглядом. После его слов боль и конфликт в глазах
рыцаря усилились, а грудь начала быстрее вздыматься.
Конфликтующие
сложные эмоции в глазах королевских гвардейцев также усилились.
Изначально они смотрели на Закриэля с хаотичными и постоянно
изменяющимися эмоциями во взглядах, но со временем их стало труднее
понять. Они начали колебаться.
Фалес вздохнул и произнёс:
— Лорд Закриэль, с маской или без маски ты никогда не забывал о своих убеждениях.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...