Фалес видел кровавость и мрачность битвы между двумя армиями перед
Крепостью Сломленного Дракона; он чувствовал острую жестокость в битве
жизни и смерти между Гвардейцами Белого Клинка и эрцгерцогом Чёрного
Песка; он также видел ужасные последствия от противостояния между
пехотой пустынных орков и кавалерией людей. Однако внезапно вспыхнувшая
битва в Чёрной Тюрьме определённо была самой зловещей битвой, которую он
когда-либо видел.
Причина заключалась в темноте. Это была битва, которую нельзя было увидеть.
*Свиш*
Активировав адские чувства, Фалес услышал рёв ветра.
— Пригнись!
Из
ниоткуда раздался громкий голос. Благодаря адским чувствам Фалес
увидел, как Меч Бедствия в трёх шагах от него падает на пол, издавая
стон боли. В его груди появился короткий болт.
Наёмники вокруг него опасливо подняли мечи, но они ничего не видели в темноте. Они не могли обнаружить, откуда исходит угроза.
Адские
чувства наделили Фалеса преимуществом. Они позволили ему чётко видеть в
темноте, но вместе с тем перевели на другой уровень страха, потому что
он видел, что происходит, а наёмники нет.
Как будто он и наёмники оказались на краю опасного утёса, но он находился там днём, а наёмники ночью.
— Три часа! Арбалет!
Фалес услышал разгневанный крик наёмника Спауна.
Он увидел, как тот быстро развернулся и отправил в полёт метательный топорик.
— Подавите периферию!
Мечи Бедствия мгновенно бросили несколько топоров и ножей. Выполняя приказ Спауна, они бросили оружие в правую часть темноты.
*Стук!*
Раздались тихие стоны, показывающие результат их контратаки.
Однако
контратака Мечей Бедствия оказалась временной. Это было только начало.
Звуки хаотичных сражений раздавались со всех углов в темноте.
— Сверху!
Фалес
услышал трепет одежды слева сверху. Он не смог воспротивиться желанию
повернуть туда голову. Шокировано раскрыв глаза, он увидел, как с
потолка падает жуткая тёмная фигура. Она прыгнула на наёмника с левой
стороны периферии.
*Стук!*
Два человека упали на пол.
Наёмник дёрнулся несколько раз и перестал двигаться. Ассасин откатился
назад, чтобы не оказаться в окружении врагов. Его действия были
чрезвычайно проворными.
— Присматривайте за заложником! – вдалеке прозвучал голос Рики.
У Фалеса даже не было шанса, чтобы испытать шок. Он внезапно испытал тяжесть на плечах. Это Марина пригнула его к полу!
—
Оставайся здесь! Если решишь использовать свои маленькие трюки... — грубо
процедила сквозь зубы мечница в красном. Она навалилась на Фалеса всем
телом.
Фалес закашлялся из-за взлетевшей в воздух пыли.
«Используешь силу, чтобы разрешить личную вражду, да?» — болезненно подумал он.
Принц,
наконец, смог выровнять дыхание, внезапно, по какой-то причине,
вспоминая сцену битвы, когда он сражался против Клана Крови в берёзовом
лесу на Севере шесть лет назад.
«Всё то же самое...»
*Кланг!*
Звук столкновения стали прервал его мысли.
— Нет!
Недалеко
от него наёмник инстинктивно взмахнул мечом. Ему удалось увернуться от
удара из темноты, но следом за этим он удивлённо вскрикнул и споткнулся.
Казалось, будто его дёрнули за верёвку, которую в какой-то момент
привязали к его телу. Он был утянут в безграничную тьму. От него
остались лишь крики.
— Проклятье!
Вдалеке от него
выругался опытный мечник, зарубивший попытавшегося приблизиться к нему
сзади ассасина. Однако его тут же атаковали около восьми скрытых оружий.
В итоге он застонал от боли, упал на пол и умер.
Фалес, в отличие от остальных хорошо видящий происходящее, покрылся холодным потом.
Кол был прав.
Темнота была стихией ассасинов.
Они
пришли подготовленными и совсем не сдерживались. Во время первого
раунда атак Мечи Бедствия не были подготовлены к внезапному исчезновению
света. В итоге им пришлось пассивно себя защищать. Они были неспособны
вовремя реагировать на бесконечный поток атак от Щита Теней!
— Он здесь!
— Используйте щит!
— Он справа!
— Аргх! Держите строй, меня подстрелили!
Арбалеты, метательные ножи, свистящие звуки, крики. Все эти звуки раздавались в ушах Фалеса.
Ассасины
либо ловко прорывали внешний слой защиты, упорно ища возможности, либо
озвучивали криком местонахождение наёмников. Все эти действия заставляли
наёмников испытывать сильную тревогу.
Даже хорошо всё видящему Фалесу было трудно подавить панику и страх.
Однако
Мечи Бедствия были знаменитыми наёмниками из Кровавого Свиста. Их
репутация не была показной. Попав в столь напряжённую и тяжёлую
ситуацию, в которой они ничего не видели, они продемонстрировали
выдающуюся дисциплину, не проигрывая в этом аспекте армии.
Никто не запаниковал, никто не стал убегать и никто не отступил.
Все наёмники действовали как самые квалифицированные солдаты, занимая своё место в строю.
—
Без паники, защищайте передний ряд, не дайте им пройти! Отсекайте все
попытки! – раздались приказы раздражённого Кляйна. – Защищайте себя,
зажгите лампы!
Вскоре в центре построения Мечей Бедствия снова был зажжён факел.
Он осветил небольшую область.
Наёмники подсознательно прикрыли глаза, ощущая, как поднимается их боевой дух.
Теперь у них был свет.
Однако в этот момент свет факела стал кровью, которая привлекает акул. Он привлёк множество атак ассасинов!
В атаках участвовали арбалеты, метательные ножи, кинжалы и неизвестное оружие.
*Донг!*
*Бам!*
В
уши Фалеса вплывали хаотичные звуки. Хорошо подготовленные Мечи
Бедствия подняли три щита и заблокировали летящее в них оружие.
Некоторые наёмники даже защитили свет своими телами.
Спаун поднял щит, обнажил зубы и произнёс:
— Мечтайте! Быстро, передайте огонь!
С зажжённым факелом Мечи Бедствия смогли увидеть происходящее.
Ассасины
двигались в темноте за пределами внешнего кольца. Они либо выпрыгивали,
либо скрывались в темноте и ждали подходящую возможность. Некоторые из
них даже застыли на стенах в причудливых позах.
Все они носили чёрную одежду и маски. Единственной открытой частью были их холодные глаза.
Многие ассасины подсознательно наклонили головы, словно свет был им неприятен.
— Свет! Контратакуем! – гневно воскликнул Кляйн.
Когда был зажжён второй факел, первый факел был без колебаний брошен наружу. В итоге он врезался в ассасина в углу!
Тот не смог среагировать вовремя. Искры пламени осветили его тело.
В следующее мгновение в его грудь вонзился второй топор Спауна.
Брошенный факел продолжал ярко гореть и освещать находящихся поблизости ассасинов. Два наёмника мгновенно напали на них.
— Ааааргх! – взревев, два Меча Бедствия пошли в наступление. Один из них насел на ассасина, пока тот не упал.
— Сдохни! – Второй Меч Бедствия без колебаний взмахнул двуручным топором, описывая смертоносную дугу.
*Шик!*
Лезвие топора вонзилось в шею ассасина. Наружу брызнула кровь. Это было устрашающее зрелище.
Наёмник с топором разгневанно взревел, словно таким образом выпускал наружу прошлое негодование.
*Стук!*
Голова
врезалась в стену и отскочила от неё. Несколько капель крови попали на
губы Фалеса, из-за чего принц сплюнул на пол и с отвращением отвернул
голову.
«Проклятье».
Фалес ненавидел запах крови.
В воздухе продолжали звучать пылкие крики. Звуки хаотичных сражений стали более частыми.
Казалось, течение сменило направление. Пережив первую хаотичную волну атак, Мечи Бедствия пошли в наступление!
— Девять часов, сзади!
— Впереди, нанеси один удар!
Отовсюду
раздавались неорганизованные приказы. В полёт отправлялось всё больше
факелов. Они либо врезались в скрывающихся в темноте ассасинов, либо
высвечивали их неразличимые фигуры.
Мечи Бедствия демонстрировали отменную командную работу. Они подавляли ассасинов количеством или убивали их с одного удара.
Глаза
большинства наёмников пылали гневом. Они с маниакальным упорством
атаковали ассасинов, которые ещё совсем недавно ловко двигались в
темноте.
Очевидно, Щит Теней привык выступать со скрытыми
атаками. Однако когда дело дошло до открытой битвы, привыкшие
действовать в темноте ассасины продемонстрировали свою очевидную
слабость.
*Бам!*
— Подходите, тараканы! – рассмеялся
Джозеф. Ему было плевать, что его одежда горит. Он просто врезался в
ассасина, который бросил в него факел, и бросил его в стену.
Когда
ассасин вступил с ним в контакт, создалось впечатление, будто на него
было наложено какое-то проклятье. Он покачнулся и перестал двигаться.
Глаза
ассасина наполнились страхом, когда Джозеф пронзил его живот мечом.
Громко рассмеявшись, бывший узник Тюрьмы Костей повёл свой меч в
сторону.
Острый клинок открыл путь наружу для свежей крови. Упавший на пол ассасин закричал от боли.
Это была страшная и отвратительная сцена.
Однако битва явно не собиралась заканчиваться.
Фалес
нахмурился. Он увидел, как ассасин неподалёку от него попытался
скрыться в темноте, однако его шею обхватила верёвка, похожая на
лошадиные поводья. В следующее мгновение ассасин был втянут в построение
наёмников.
Крупный наёмник перевернул меч и жестоко пронзил им
ассасина. Удовлетворённо вздохнув, он свирепо взревел и продолжил
опускать меч.
— Ургххххх!
*Шик!*
Бедный ассасин с
пронзённой шеей издал тихий стон. Он не мог закричать, даже если бы
захотел. Его тело упало на пол, сопровождаемое звуком входящего в плоть
меча.
Фалес снова нахмурился.
Раскрытые ассасины были не
соперниками закалённым битвами наёмникам. К тому же Мечи Бедствия имели
зловещую Силу Искоренения, которую Фалес испытал на своей шкуре. Многие
ассасины валились на пол, когда к ним применяли Силу Искоренения,
неспособные двигаться. В итоге их ждала трагическая судьба под холодными
клинками наёмников.
Однако не эти вещи сильнее всего привлекли внимание Фалеса.
—
Ха-ха! – Спаун врезался в ассасина щитом, ошеломляя его. Он уже
использовал все свои метательные топоры, поэтому бросил щит, схватил
ассасина за пояс, облизнул губы и вонзил ему кинжал в грудь. – Тебе
нравится убивать кинжалом?! – радостно воскликнул наёмник. Он сделал три
шага вперёд вместе с насаженным на кинжал ассасином. После этого,
словно вбивая столб в землю, он ещё десять раз воткнул кинжал в его
грудь!
Каждый раз, когда Спаун наносил удар, ассасин видел, как на его лице появляются новые капли крови.
Кровь придавала наёмнику дикий вид.
— Тебе нравится, сточная крыса?!
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...