Сюй Шунь, загибая пальцы, мысленно подсчитывал:
— Я только что воткнул двадцать две духовные иглы, да плюс вскрыл два ящика с кошмарами — в общей сложности получается двести тридцать тысяч. Кроме того, за выход в следующий этап полагается премия в двадцать тысяч, а если добавить к этому восемьдесят тысяч, уже полученных за первый бой, общая сумма превысила триста тысяч...
Додумав до этого места, он невольно злорадненько ухмыльнулся:
— Ну теперь-то я почти настоящий богач...
Для двадцатилетнего студента иметь на руках более трехсот тысяч наличными действительно означало прослыть мелким толстосумом.
— Отлично! Наконец-то куплю коллекционную брендовую куклу последней модели. Дженько, Мейко, Менко, ждите меня, ва-ха-ха-ха... — Цзинь Дачжоу расплылся в крайне пошливой улыбке, а слюна уже капала на жировые складки на его груди.
— Да нет, погодите, он же озолотился! Больше двухсот тысяч! Почему бы не потратить их на что-то полезное, зачем обязательно скупать этих бесполезных кукол... — Ли Мин никак не мог этого понять.
— Э-э, ну, наверное, всё дело в том, что у каждого свои стремления... — Сюй Шунь подпер рукой подбородок и совершенно серьезно произнес.
— Жаль, что удалось вскрыть всего два ящика, но десять тысяч — тоже неплохо... — Цзо Сяоань мило улыбнулась и легко щелкнула пальцами.
— И что с того, что денег стало больше? Разве в конце концов они не окажутся в моем кармане? — Дун Мэн холодно усмехнулся и направился к следующей арене.
Как раз в тот момент, когда на площадке стоял шум и гам, внезапно подал голос злой бог, решивший дать предостережение:
— Предупреждаю всех: средства, заработанные в этом состязании, еще пригодятся вам в следующей Игре наград и наказаний, поэтому настоятельно прошу игроков не швыряться деньгами налево и направо.
Однако участники были настолько погружены в сладкие грезы о внезапно свалившемся богатстве, что на самом деле мало кто прислушался к этим мудрым словам.
Зато Сюй Шунь проникся ими всерьез:
— Раз уж сам злой бог об этом заговорил, значит, в следующей Игре наград и наказаний эти деньги действительно понадобятся. Всё равно я пока понятия не имею, что купить, так что пусть полежат пока, к тому времени наверняка пригодятся...
— Всем соблюдать тишину! Сейчас будет объявлено случайное распределение по группам для второго тура!
— Восемь игроков, прошедших во второй тур, будут разбиты на две группы. Только занявшие первые места в группах выйдут в финал, где состоится решающий очный поединок!
Едва голос злого бога смолк, как на большом экране прямо перед ними и чуть выше тут же появилось расписание случайного распределения участников второго тура:
Первая группа: Дун Мэн, Ли Мин, Чжо Юйфэй, Цзо Сяоань.
Вторая группа: Сюй Шунь, Ши Лэй, Су Инъин, Чжо Яци.
— Ши Лэй, эта двуличная девчонка и... Яци!
Увидев такой состав групп, Сюй Шунь почувствовал, как на его лице мгновенно залегла тень сосредоточенности.
— Игры в первой и второй группах пройдут одновременно. Прошу восьмерых игроков пройти на арену!
Как только прозвучали эти слова, вспыхнули восемь лучей духовного света, перенеся каждого из участников на одну из двух арен.
— Испытание этого тура проверяет готовность игроков мириться с унизительными речами и их способность переносить позор ради высшей цели. Тот, кто осмелится лицом к лицу встретиться с унижением, несомненно, обладает поразительной смелостью и широтой души!
— Состязание состоит из раундов. В каждом раунде игроки обязаны вслух и отчетливо зачитать унизительные слова, назначенные для этого этапа.
— Игрок, который в течение тридцати секунд не сможет внятно и полностью прочитать оскорбительную фразу, немедленно выбывает из игры. Успешно справившиеся проходят в следующий раунд, и так до тех пор, пока не определится победитель!
После этих слов присутствующие всё еще оставались в некотором недоумении, до конца не понимая, что именно представляют собой эти так называемые унизительные слова.
— Стоит учесть, что это состязание записывается на видео и завтра ровно в полдень будет транслироваться одновременно по телевизорам, компьютерам, мобильным телефонам и другим устройствам на территории всего города Шэньму, чтобы все горожане могли насладиться зрелищем!
Услышав это, Ли Мин невольно нахмурился:
— А вот это уже перебор...
Сюй Шунь молча кивнул про себя:
— Вот оно что. Похоже, в этом-то и заключается истинная сложность игры.
Унизительная фраза первого раунда звучала так: — Я — никчемный и ни на что не годный отброс, мусор, который все презирают. Если выбросить меня в урну, даже она побрезгует мной из-за моей грязи!
Сразу после этих слов на таймере начался тридцатисекундный обратный отсчет!
— Я — никчемный и ни на что не годный отброс, мусор, который все презирают...
— Если выбросить меня в урну, даже она побрезгует мной из-за моей грязи!
Хотя двое или трое из восьми участников в обеих группах слегка замялись, в конце концов все справились и за отведенные тридцать секунд зачитали фразу целиком — на сей раз никто не потерпел поражение.
— Что за бред, это же так просто! Да я бы и сам справился!
— И правда, хоть это и слова самооскорбления, но ведь это всего разве игра? Чего тут стыдиться?
— Для меня это вообще чистая правда, так что себя я вовсе не оскорбляю...
Среди зрителей поднялся гул: все сочли этот первый раунд донельзя простым и даже почувствовали некоторое внутреннее несогласие.
Унизительная фраза второго раунда звучала так: — Я — подлый, бесстыдный негодяй, идущий на любые мерзости ради достижения целей. Ради собственной выгоды я готов оклеветать хорошего человека и подставить верного слугу, а совесть для меня — пустой звук!
— Я — подлый, бесстыдный негодяй, идущий на любые мерзости...
— Ради собственной выгоды я готов оклеветать хорошего человека и подставить верного слугу...
— Совесть для меня — пустой звук!
На этот раз замявшихся оказалось на одного-двух человек больше, чем в предыдущем раунде, но результат остался прежним.
Все участники справились с заданием за тридцать секунд, и все до единого прошли дальше.
— Пусть эти слова и звучат скверно, но ведь достаточно просто относиться к ним как к роли в пьесе...
— Даже если это обнародуют, вряд ли найдется много тех, кто в это поверит?
— По-прежнему кажется, что никакой особой угрозы нет. Да я и сам бы смог, честно...
Зрители у кромки арены всё так же считали сложность раунда невысокой и вовсю сожалели, что не могут выйти на помост сами.
Восемь участников на сцене переглянулись, испытывая легкое беспокойство: если дело пойдет так и дальше, выявить победителя окажется непросто.
Сюй Шунь воспользовался моментом, чтобы окинутиь взглядом соперников и запечатлеть в памяти боевой дух всех семерых.
Оказалось, что, за исключением девяноста очков у Су Инъин и девяноста пяти у Чжо Юйфэй, боевой дух остальных пяти участников составлял ровно сто очков.
— Унизительные фразы третьего раунда разделяются на мужскую и женскую версии. Юноши и девушки должны зачитать соответствующие им тексты.
Мужская версия: — Я — самый бесстыдный и презренный мужчина на свете, низкий и ничтожный подлец, хуже зверя. Даже если меня растопчут и унизят, я буду на коленях умолять мою богиню не прогонять меня пинком под зад!
Женская версия: — Я — самая бесстыдная и презренная женщина на свете, легкомысленная шлюха, доступная для каждого. Даже если меня растопчут и унизят, я буду на коленях умолять моего бога не прогонять меня пинком под зад!
Как только прозвучали эти слова, площадка мгновенно взорвалась от удивления и возмущения.
— Как вообще можно произнести такое вслух...
— И дело даже не в том, что это покажут всему городу, — такое перед собственным классом не произнесешь...
— Черт побери, на этот раз я точно не рискну выходить...
Услышав собственными ушами столь уничижительные слова, зрители наконец сменили тон и перестали без конца жаловаться, как делали это только что.
— Пусть эти слова и противные, но нужно просто представить, будто мы играем в театре. Это всего лишь реплики, ничего особенного...
Сюй Шунь изо всех сил пытался уговорить себя, вообразив, что он профессиональный актер, и полностью погрузился в роль — в результате он сам не заметил, как зачитал все реплики до конца.
Подняв взгляд и оглядев остальных, он заметил, что, помимо Су Инъин и Чжо Юйфэй, остальные пять участников уже полностью закончили чтение унизительных фраз.
— Я... я... поднебесной самой...
Су Инъин долго боролась с собой, но в конце концов так и не смогла заставить себя произнести оставшиеся грязные слова.
А показатель ее боевого духа рухнул с прежних девяностых до жалки пяти очков.
Взглянув на соседнюю дорожку, Сюй Шунь увидел, что Чжо Юйфэй от начала и до конца не смогла вымолвить ни единого звука, а ее боевой дух и вовсе упал до нуля.
— Они обе сдались...
Сюй Шунь тихо вздохнул и перевел взгляд на Чжо Яци из своей группы. Он заметил, как в ее прекрасных глазах стояли слезы — оставалось лишь догадываться, через какое колоссальное унижение ей пришлось переступить, отчаянно выговаривая эти слова самоуничижения.
— Насколько же сильна ее жажда мести...
Сюй Шунь слегка нахмурил брови, чувствуя невольную тревогу.
— Время вышло! Чжо Юйфэй из первой группы и Су Инъин из второй группы выбывают одновременно!
— Переходим к четвертому раунду! Унизительные слова этого раунда также делятся на мужские и женские, и участники должны зачитать их в соответствии со своим полом.
Мужская версия: — Я — извращенец. Я хочу украсть нижнее белье любимой женщины, хочу тайком пробраться в ее дом, тихонько лечь под ее кровать и молча охранять ее, а когда она засыпает, украдкой вылезать, чтобы вдыхать аромат ее тела.
Женская версия: — Я — извращенка. Я хочу украсть нижнее белье любимого мужчины, хочу тайком пробраться в его дом, тихонько лечь под его кровать и молча охранять его, а когда он засыпает, украдкой вылезать, чтобы вдыхать аромат его тела.
Услышав это, Цзинь Дачжоу у кромки арены не выдержал и подпрыгнул на месте, завопив во весь голос:
— Черт побери, да это же моя сильная сторона! То, что меня не пустили во второй тур — просто разбазаривание талантов...

Комментарии

Загрузка...