В танцевальном зале стоял непрекращающийся шум: крики, звуки ударов, грохот падающих на пол предметов.
Преподаватель танцев вбежала в класс в сопровождении двух парней, на ходу выкрикивая приказы немедленно прекратить драку и разнять девушек.
Когда Янь Чжипин увидел среди дерущихся Ся Тинчань, его взгляд мгновенно изменился.
Ван Пинпин досталось изрядно: помимо царапин на лице, у неё выдрали клок волос. Она с визгом попыталась броситься обратно, но Янь Чжипин, сделав шаг в сторону, преградил ей путь.
— В чём дело? — резко спросил он.
Ван Пинпин отвесила ему пощёчину, и тут же остальные вмешались, удерживая её на месте.
Девушки с обеих сторон загалдели, словно на рынке, перебивая друг друга и наперебой излагая свою версию событий.
Когда шум стих, присутствующие вдруг осознали, что Янь Чжипин — тоже один из главных героев этих сплетен.
У Ся Тинчань причёска превратилась в хаос, но она ничуть не испугалась и лишь небрежно провела рукой по волосам, приводя их в порядок.
Ван Пинпин тяжело дышала, злобно сверля её взглядом.
— Я сегодня прямо скажу, — усмехнулась Ся Тинчань. — Кто ещё хоть слово вякнет о том, что было раньше, пусть знает: я ни на секунду не задумаюсь, прежде чем уничтожить её.
Ван Пинпин стиснула зубы, её грудь тяжело вздымалась. Она внезапно повернулась к учителю:
— Учитель, она угрожает мне прямо при вас!
— Не только она, — глаза Янь Чжипина покраснели, он был непривычно серьёзен и суров. — Я тоже. Если ещё раз услышу, что вы гадости про моего брата говорите, я с вами церемониться не стану.
Преподаватель танцев оказалась в затруднительном положении: у неё не было полномочий решать подобные конфликты, нужно было докладывать классному руководителю.
Она лишь сухо добавила:
— Вызывайте родителей.
***
Когда Янь Му привел Ся Тинчань и Янь Чжипина домой, было уже за шесть.
Зимой темнеет рано, и с наступлением ночи посёлок Сыфан окутал густой туман. Под навесом пункта приёма вторсырья ярко горели слепящие белые лампы.
Хэ Мин засуетился, осторожно подбирая слова:
— Ну вы даёте, предки вы мои... Как же вас угораздило в драку ввязаться?
Он покосился на мужчину, сидевшего на стуле, а затем перевел взгляд на детей, которые стояли напротив, словно провинившиеся школьники.
— Ладно, ладно, — видя, что все молчат, Хэ Мин попытался сгладить углы. — Поздно уже. Сяо Чжиляо, беги домой. Я сегодня видел твою бабушку и сказал ей, что у тебя дополнительные занятия. Смотри не проболтайся.
Ся Тинчань прикусила губу, робко и жалобно прошептала:
— Брат Янь Му...
Янь Му приподнял бровь, его тёмные глаза неотрывно смотрели на неё.
— Я больше не буду драться с другими, — Ся Тинчань втянула голову в плечи. — Ты такой злой...
Хэ Мину стало смешно:
— Сестрёнка, он даже слова не сказал, с чего ты взяла, что он злой?
— Брат, — нетерпеливо перебил Янь Чжипин, — мы ничего плохого не сделали. Ван Пинпин тоже наказали.
Классный руководитель решил наказать всех поровну, чтобы закрыть вопрос.
Хэ Мин кашлянул и потянул парня за рукав в сторону:
— Заткнись, не усугубляй.
Янь Чжипин был явно недоволен:
— Если бы она не была девчонкой, я бы ей ещё пару раз добавил.
— ... — у Хэ Мина голова пошла кругом. Он отвесил парню пинок под зад и подтолкнул к выходу. — Пошли, нам надо поговорить.
Шаги стихли вдали. Во дворе поднялся ветер, ломая сухие ветки деревьев.
Ся Тинчань склонила голову набок и тихо позвала:
— Брат Янь Му...
— Травмы есть?
Мужчина произнёс это глухо, без видимых эмоций.
Ся Тинчань помолчала:
— Нет.
Янь Му пристально посмотрел ей в глаза, словно проверяя на честность.
— Точно нет?
Он видел Ван Пинпин — та была изрядно потрёпана, всё лицо и шея в царапинах.
— Точно нет, — невозмутимо ответила Ся Тинчань. — В детстве родители нанимали мне мастера, он говорил, что у девочек сил меньше, поэтому нельзя идти в лобовую атаку, нужно использовать хитрость...
Она увлеклась и с живым интересом принялась рассказывать ему о том, как училась боевым искусствам, совсем забыв, что мужчина напротив всё ещё сердится.
Янь Му прикрыл глаза и холодно произнёс:
— Ся Тинчань, больше не приходи сюда.
— ...
Болтовня девушки оборвалась на полуслове. Она в недоумении смотрела на него, не понимая, что сделала не так.
— Держись от меня подальше, держись подальше от этой свалки, — Янь Му смотрел на неё тяжёлым, непроницаемым взглядом. — Поняла?
— ... — у Ся Тинчань защипало в носу, глаза наполнились горячими слезами. — Да что с тобой такое?
Янь Му:
— Насчёт допзанятий: я договорюсь, чтобы Янь Чжипин приходил к вам домой.
Он решил всё парой фраз.
Ся Тинчань шмыгнула носом, её голос дрожал от слёз:
— Ты меня выгоняешь?
— ... — губы Янь Му сжались. Помолчав несколько секунд, он глухо ответил: — Иди домой.
Для Ся Тинчань эти слова прозвучали как окончательный ответ. Она надула губы, обиженно пробормотав:
— Ну и уйду.
— Угу.
— ... — Ся Тинчань снова посмотрела на него. — Я правда ухожу, больше не приду.
— ...
— Янь Му, — видя, что он молчит, Ся Тинчань окончательно обиделась. — Я больше никогда не буду с тобой разговаривать!
Она в сердцах бросила эту фразу и убежала.
Мужчина, сжавшись в кресле, опустил глаза. Его костяшки пальцев побелели от напряжения.
Ся Тинчань, всхлипывая, выбежала на улицу. Хэ Мин испуганно воскликнул:
— Маленькая принцесса, ты чего плачешь?
— Сын, которого я вырастила, не хочет признавать мать! — в ярости воскликнула Ся Тинчань. — Разве я не могу плакать?!
— ...
Что это вообще было?
Хэ Мин велел Янь Чжипину проводить её до дома, а сам вернулся во двор.
В свете холодных белых ламп статный мужчина выглядел невероятно одиноким. Сердце Хэ Мина сжалось от жалости:
— Брат Му, зачем ты её прогнал?
Янь Му промолчал.
— Брат, — вздохнул Хэ Мин, — Сяо Чжиляо не такая, как все. Ей нет дела до этих сплетен.
— Она ещё мала, — язвительно усмехнулся Янь Му, — и не понимает, как страшно людское злословие.
Хэ Мину стало грустно.
Янь Му был прав. Ся Тинчань — городская принцесса, вряд ли она выдержит все эти пересуды, что шепчутся за спиной в посёлке Сыфан. И с чего ей вообще терпеть то, что её не касается?
***
С того дня Ся Тинчань больше не приходила на пункт приёма вторсырья. Даже проходя мимо, она больше не махала рукой, как раньше.
В пятницу после уроков, когда преподаватель танцев назначила дополнительные репетиции, Ся Тинчань, прижимая к груди только что выданные костюмы для выступлений, направилась в зал.
Увидев её, Ван Пинпин закатила глаза и фыркнула:
— Ся Тинчань, ответь мне: ты ведь не взяла откат за эти костюмы?
— ... — Ся Тинчань подняла глаза. — С чего ты взяла?
— Костюмы заказывала ты, — сказала Ван Пинпин. — Столько магазинов вокруг, почему ты выбрала именно этот?
В голове Ся Тинчань что-то щёлкнуло.
Ей вдруг стало смешно.
Смешно от того, какой глупой она была тогда, не понимая, что означали странные поступки Янь Му.
Теперь всё стало ясно.
Янь Му не разрешил ей брать визитки, а потребовал, чтобы владелец сам связался с учителем. Тогда он объяснил это тем, что нужно быть начеку.
И добавил: начеку с одноклассниками.
И правда.
Ведь под «одноклассниками» он подразумевал именно их.
Видя, что она молчит, Ван Пинпин решила, что та смутилась, и её напор усилился:
— Да ладно, взять немного — не страшно. Моя семья не обеднеет, дать тебе немного на чай — это нормально. Но у Мэн Хуэй семья небогатая, её деньги лучше не трогай, а?

Комментарии

Загрузка...