Глава 70

Глава 70. Уступите «Ночной жасмин»Чу Тяньшэн с хитрецой в глазах проводил взглядом уходящую Гун Синюэ и с наслаждением откинулся на спинку мягкого дивана, погрузившись в собственные мысли.Следующие несколько дней текли размеренно и безмятежно. Каждое утро Чу Тяньшэн отправлялся на неспешную прогулку, при удобном случае флиртовал с соблазнительной Мэйцзи, а по вечерам предавался страсти с Лю Синьжу, наслаждаясь каждым мгновением этой сладкой жизни.Однако идиллия длилась недолго. Покой прервал резкий звонок от Старого Паука.— Босс, у нас проблемы! Срочно приезжай! — раздался из динамика взволнованный и запыхавшийся голос Старого Паука, едва Чу Тяньшэн успел нажать кнопку ответа.— Что стряслось? — хмуро спросил Чу Тяньшэн, мгновенно собравшись.— По телефону всего не объяснишь! Я сейчас в районе Байху, в отеле «Минджу» на улице Хуажундао. Приезжай быстрее, сам всё увидишь! — выпалил Старый Паук и тут же бросил трубку.Сквозь помехи Чу Тяньшэн успел уловить разноголосый гвалт, брань и звон бьющегося стекла. На том конце провода явно царил полный хаос. Чутье подсказывало: там уже вовсю идет махач.— Проклятье... Лучше бы вам не трогать моих людей, — Чу Тяньшэн рывком поднялся с места, а его глаза блеснули опасным огоньком. — Кем бы вы ни были, вы проклянете тот день, когда перешли мне дорогу.Направляясь к машине, он на ходу просчитывал расклады. Как-никак, Старый Паук теперь считался крупной фигурой в районе Байху. Учитывая его текущий статус, во всем Цзиньлине сыщется не так уж много людей, способных безбоязненно поднять на него руку. Эта мысль немного умерила тревогу.Беспокоясь о друге, Чу Тяньшэн гнал во весь опор, совершенно не заботясь о правилах. Проскочив на красный свет больше десятка перекрестков, он лишь мысленно ухмылялся: штраф в пару сотен юаней за каждый проезд — сущие копейки, которые он даже не брал в расчет.Дорога, которая обычно занимала полчаса, отняла у него от силы минут десять. Элегантная «Ламборгини» с визгом тормозов замерла прямо у парадного входа в отель «Минджу».Выскочив из салона, Чу Тяньшэн набрал номер Старого Паука и рябнул в трубку:— Ты где, чёрт тебя дери?!— В пятьсот пятом номере... — глухо ответил тот.— Жди.Чу Тяньшэн сбросил вызов и вихрем ворвался в лифт.Тем временем в VIP-гостиной No 505 висела тяжелая, натянутая как струна тишина. Старый Паук и Шэнь Саньба сидели в креслах, а напротив них расположились трое плечистых крепышей в строгих чёрных костюмах. У всех троих были свирепые лица, а под полами пиджаков отчетливо выпирали характерные бугры — гости пришли с пушками.— Ну и где ваш босс? Скоро он соизволит явиться? — вальяжно процедил сидевший посередине верзила. Его голос напоминал рычание голодного волка.— Надеюсь, ты сохранишь этот дерзкий тон, когда он придет, — с лютой ненавистью оскалился Старый Паук.Шэнь Саньба и вовсе сжимал кулаки, готовясь в любой момент броситься на обидчиков. Его глаза горели яростью, словно у демона, вырвавшегося из преисподней.— Не переживай, за меня голова болеть не должна, — лениво отмахнулся верзила.Бум!В этот момент массивная дубовая дверь номер 505 содрогнулась от мощного удара и вылетела внутрь. На пороге, подобно мрачному божеству войны, возник Чу Тяньшэн. Его ледяной взгляд мгновенно окинул помещение.Внутри царил разгром. Повсюду валялись осколки разбитых тарелок и бокалов, на ковре алели свежие капли крови, а в воздухе витал едкий металлический запах. Впрочем, ни на Старом Пауке, ни на Шэнь Саньба видимых увечий не было — значит, досталось кому-то третьему.Что же касалось троих в костюмах, то они явно были непростыми бойцами. По одному только их безжалостному взгляду Чу Тяньшэн понял: эти псы прошли через кровавую мясорубку, и дух убийства пропитал их до мозга костей.Оставив на губах лёгкую, чуть заметную ухмылку, Чу Тяньшэн неспешно вошёл в комнату, выдвинул стул и вальяжно опустился на него.— Старый Паук, рассказывай, что за цирк? — спросил он нарочито небрежно, хотя внутри всё сжалось от предчувствия опасности.Заплывшие бугры под пиджаками гостей представляли серьезную угрозу. Там скрывалось огнестрельное оружие, способное за долю секунды оборвать чью-то жизнь. Сначала Чу Тяньшэн решил, что какая-то местная шелупонь снова решила проверить на прочность район Байху, но теперь стало ясно: эти визитёры подготовились основательно и пришли во всеоружии. Сам-то он знал сотню способов обезвредить стрелков до того, как они успеют снять оружие с предохранителя, но присутствие Шэнь Саньба и Старого Паука заставляло действовать с особой осторожностью.— Босс, эти твари утверждают, будто работают на сынка нашего мэра... — сдерживая закипающую ярость, начал отчитываться Старый Паук. — Они требуют, чтобы мы отказались от покупки гостиницы, которую я присмотрел...И Старый Паук без утайки изложил всю суть дела.Оказалось, он нацелился на крупный отель «Ночной жасмин», расположенный прямо на границе районов Байху и Цинлун. Прежний владелец погряз в азартных играх, влетел на огромные долги и теперь срочно нуждался в наличных, из-за чего выставил заведение на продажу за бесценок. Узнав об этом, Старый Паук тут же связывался с хозяином — неким Чжан Цюшэном — и вместе с ним лично осмотрел объект.Выяснилось, что заведение находится в идеальном состоянии: великолепная инфраструктура, отличный ремонт и убойное месторасположение с бешеным пешеходным трафиком. По оценкам нанятых экспертов, реальная стоимость «Ночного жасмина» составляла не меньше ста миллионов юаней.Однако отчаявшийся хозяин просил всего тридцать миллионов! Купи такое заведение — и его можно тут же перепродать с чистой прибылью в десятки миллионов. Старый Паук не раздумывая ударил по рукам и назначил встречу в отеле «Минджу» для подписания документов, даже адвоката привел.Но прямо во время сделки в номер ввалилась эта троица. Без лишних слов они жестоко избили владельца так, что того увезла скорая с пробитой головой, а напуганный до полусмерти адвокат просто сбежал. Ну а дальше подоспел Чу Тяньшэн.Старый Паук излагал всё предельно честно, не сгущая красок и ничего не скрывая.— Ну что, мои люди ничего не приукрасили? — Чу Тяньшэн перевёл взгляд на троих крепышей. В его голосе зазвенели пронизывающие до костей морозные нотки.— Нет, всё так и было, — качнул головой предводитель визитёров. Страшный рубец, пересекавший его лицо от виска до подбородка, дернулся, словно живой мерзкий червь.— И чего же вы хотите? — Чу Тяньшэн закинул ногу на ногу, всем видом показывая, что ни капли не взволнован произошедшим.Шрамолицый хищно ухмыльнулся:— Всё просто. Наш господин, Сюй Бупин, сын мэра, положил глаз на «Ночной жасмин». И мы настоятельно советуем вам не лезть не в своё дело.— А если я скажу «нет»? — Чу Тяньшэн сладко потянулся.Шрамолицый на мгновение опешил, уставившись на собеседника так, словно перед ним стоял ходячий труп:— Тогда я сделаю так, что ты горько пожалеешь.— Пожалею? — Чу Тяньшэн искренне развеселился. — Я прожил на этом свете достаточно, разбираюсь и в небесных делах, и в земных... А вот о таком чувстве, как «сожаление», слыхом не слыхивал. Может, продемонстрируешь?— Ты... — Шрамолицый поперхнулся от такой дерзости.Он рассчитывал, что одно упоминание имени сынка мэра заставит этих оборванцев дрожать от страха. Но этот парень перед ним не проявлял ни малейшего почтения — в его поведении сквозила лишь абсолютная, звенящая наглость.— Хорошо. Очень хорошо, — оскалился Шрамолицый, словно услышал лучшую шутку в своей жизни. — Надеюсь, через пару дней у тебя всё ещё останутся силы улыбаться. И запомни: даже если ты попытаешься влезть в эту сделку, «Ночной жасмин» тебе всё равно не достанется.С этими словами Шрамолицый поднялся и вместе со своими подручными вызывающе покинул номер.— Босс, неужели мы вот так просто их отпустим? — с досадой выдохнул Старый Паук, провожая уходящих злым взглядом.— Вот именно! — Шэнь Саньба с грохотом обрушил кулак на стол. — Когда это мы терпели подобные унижения?! Босс, только дай команду — и я покрошу их в капусту!Этот парень был резок и горяч как молодой бычок. Признав Чу Тяньшэна своим лидером, он был готов бездумно отдать за него жизнь, и любой, кто проявлял неуважение к его боссу, автоматически становился его смертельным врагом.Чу Тяньшэн лишь качнул головой:— У них стволы. Я не был уверен, что смогу перебить всех троих без риска для вас.— Да если бы ты дал знак, босс, я бы сам сделал так, что они бы даже достать пушки не успели! — с лютой злобой выплюнул Старый Паук.Чу Тяньшэн с удивлением посмотрел на него. Он прекрасно знал, на что способен этот проходимец, и не думал, что у того припрятан подобный козырь.— Я хоть и не мастер драться, босс, но пару трюков из своего прошлого ремесла всё же припас, — пояснил Старый Паук, разгадав немой вопрос в глазах Чу Тяньшэна.Тот лишь понимающе хмыкнул. Старый Паук вечно твердил, что он всего лишь мелкий карманник, но Чу Тяньшэн давно подозревал: у этого проныры есть парочка весьма темных талантов. Был уже случай, когда его зажали в подворотне мелкие гопники, а он каким-то чудом стравил их между собой, заставив выбивать друг из друга мозги, пока сам тихо смылся.— Дело даже не в них, — задумчиво проговорил Чу Тяньшэн, опуская взгляд. — Куда интереснее, кто стоит за этим Сюй Бупином. Чует мое сердце, тут замешана какая-то грязная интрига.В последнее время в Цзиньлине установилось слишком подозрительное затишье. Сначала Чу Тяньшэн отправил за решетку одного из ключевых людей Лун Мэна, затем спас из рук Лю Саня загадочную девицу, от которой так и разило фальшью — будто её специально подложили ему. А теперь ещё и этот Сюй Бупин. Кто он вообще такой? Обычный мажористый сынок чиновника. С какой стати избалованному папенькиному сынку, вроде того же Хуан Юнфа, вдруг потребовалось покупать отель стоимостью в сотню миллионов?За этой сценой явно скрывался кукловод. И именно этот теневой игрок заставлял Чу Тяньшэна сохранять настороженность. Прямой атаки Чу Тяньшэн не боялся — куда опаснее были удары в спину, нацеленные на его близких.

Глава 70. Уступите «Ночной жасмин»

Чу Тяньшэн с хитрецой в глазах проводил взглядом уходящую Гун Синюэ и с наслаждением откинулся на спинку мягкого дивана, погрузившись в собственные мысли.

Следующие несколько дней текли размеренно и безмятежно. Каждое утро Чу Тяньшэн отправлялся на неспешную прогулку, при удобном случае флиртовал с соблазнительной Мэйцзи, а по вечерам предавался страсти с Лю Синьжу, наслаждаясь каждым мгновением этой сладкой жизни.

Однако идиллия длилась недолго. Покой прервал резкий звонок от Старого Паука.

— Босс, у нас проблемы! Срочно приезжай! — раздался из динамика взволнованный и запыхавшийся голос Старого Паука, едва Чу Тяньшэн успел нажать кнопку ответа.

— Что стряслось? — хмуро спросил Чу Тяньшэн, мгновенно собравшись.

— По телефону всего не объяснишь! Я сейчас в районе Байху, в отеле «Минджу» на улице Хуажундао. Приезжай быстрее, сам всё увидишь! — выпалил Старый Паук и тут же бросил трубку.

Сквозь помехи Чу Тяньшэн успел уловить разноголосый гвалт, брань и звон бьющегося стекла. На том конце провода явно царил полный хаос. Чутье подсказывало: там уже вовсю идет махач.

— Проклятье... Лучше бы вам не трогать моих людей, — Чу Тяньшэн рывком поднялся с места, а его глаза блеснули опасным огоньком. — Кем бы вы ни были, вы проклянете тот день, когда перешли мне дорогу.

Направляясь к машине, он на ходу просчитывал расклады. Как-никак, Старый Паук теперь считался крупной фигурой в районе Байху. Учитывая его текущий статус, во всем Цзиньлине сыщется не так уж много людей, способных безбоязненно поднять на него руку. Эта мысль немного умерила тревогу.

Беспокоясь о друге, Чу Тяньшэн гнал во весь опор, совершенно не заботясь о правилах. Проскочив на красный свет больше десятка перекрестков, он лишь мысленно ухмылялся: штраф в пару сотен юаней за каждый проезд — сущие копейки, которые он даже не брал в расчет.

Дорога, которая обычно занимала полчаса, отняла у него от силы минут десять. Элегантная «Ламборгини» с визгом тормозов замерла прямо у парадного входа в отель «Минджу».

Выскочив из салона, Чу Тяньшэн набрал номер Старого Паука и рябнул в трубку:

— Ты где, чёрт тебя дери?!

— В пятьсот пятом номере... — глухо ответил тот.

— Жди.

Чу Тяньшэн сбросил вызов и вихрем ворвался в лифт.

Тем временем в VIP-гостиной No 505 висела тяжелая, натянутая как струна тишина. Старый Паук и Шэнь Саньба сидели в креслах, а напротив них расположились трое плечистых крепышей в строгих чёрных костюмах. У всех троих были свирепые лица, а под полами пиджаков отчетливо выпирали характерные бугры — гости пришли с пушками.

— Ну и где ваш босс? Скоро он соизволит явиться? — вальяжно процедил сидевший посередине верзила. Его голос напоминал рычание голодного волка.

— Надеюсь, ты сохранишь этот дерзкий тон, когда он придет, — с лютой ненавистью оскалился Старый Паук.

Шэнь Саньба и вовсе сжимал кулаки, готовясь в любой момент броситься на обидчиков. Его глаза горели яростью, словно у демона, вырвавшегося из преисподней.

— Не переживай, за меня голова болеть не должна, — лениво отмахнулся верзила.

Бум!

В этот момент массивная дубовая дверь номер 505 содрогнулась от мощного удара и вылетела внутрь. На пороге, подобно мрачному божеству войны, возник Чу Тяньшэн. Его ледяной взгляд мгновенно окинул помещение.

Внутри царил разгром. Повсюду валялись осколки разбитых тарелок и бокалов, на ковре алели свежие капли крови, а в воздухе витал едкий металлический запах. Впрочем, ни на Старом Пауке, ни на Шэнь Саньба видимых увечий не было — значит, досталось кому-то третьему.

Что же касалось троих в костюмах, то они явно были непростыми бойцами. По одному только их безжалостному взгляду Чу Тяньшэн понял: эти псы прошли через кровавую мясорубку, и дух убийства пропитал их до мозга костей.

Оставив на губах лёгкую, чуть заметную ухмылку, Чу Тяньшэн неспешно вошёл в комнату, выдвинул стул и вальяжно опустился на него.

— Старый Паук, рассказывай, что за цирк? — спросил он нарочито небрежно, хотя внутри всё сжалось от предчувствия опасности.

Заплывшие бугры под пиджаками гостей представляли серьезную угрозу. Там скрывалось огнестрельное оружие, способное за долю секунды оборвать чью-то жизнь. Сначала Чу Тяньшэн решил, что какая-то местная шелупонь снова решила проверить на прочность район Байху, но теперь стало ясно: эти визитёры подготовились основательно и пришли во всеоружии. Сам-то он знал сотню способов обезвредить стрелков до того, как они успеют снять оружие с предохранителя, но присутствие Шэнь Саньба и Старого Паука заставляло действовать с особой осторожностью.

— Босс, эти твари утверждают, будто работают на сынка нашего мэра... — сдерживая закипающую ярость, начал отчитываться Старый Паук. — Они требуют, чтобы мы отказались от покупки гостиницы, которую я присмотрел...

И Старый Паук без утайки изложил всю суть дела.

Оказалось, он нацелился на крупный отель «Ночной жасмин», расположенный прямо на границе районов Байху и Цинлун. Прежний владелец погряз в азартных играх, влетел на огромные долги и теперь срочно нуждался в наличных, из-за чего выставил заведение на продажу за бесценок. Узнав об этом, Старый Паук тут же связывался с хозяином — неким Чжан Цюшэном — и вместе с ним лично осмотрел объект.

Выяснилось, что заведение находится в идеальном состоянии: великолепная инфраструктура, отличный ремонт и убойное месторасположение с бешеным пешеходным трафиком. По оценкам нанятых экспертов, реальная стоимость «Ночного жасмина» составляла не меньше ста миллионов юаней.

Однако отчаявшийся хозяин просил всего тридцать миллионов! Купи такое заведение — и его можно тут же перепродать с чистой прибылью в десятки миллионов. Старый Паук не раздумывая ударил по рукам и назначил встречу в отеле «Минджу» для подписания документов, даже адвоката привел.

Но прямо во время сделки в номер ввалилась эта троица. Без лишних слов они жестоко избили владельца так, что того увезла скорая с пробитой головой, а напуганный до полусмерти адвокат просто сбежал. Ну а дальше подоспел Чу Тяньшэн.

Старый Паук излагал всё предельно честно, не сгущая красок и ничего не скрывая.

— Ну что, мои люди ничего не приукрасили? — Чу Тяньшэн перевёл взгляд на троих крепышей. В его голосе зазвенели пронизывающие до костей морозные нотки.

— Нет, всё так и было, — качнул головой предводитель визитёров. Страшный рубец, пересекавший его лицо от виска до подбородка, дернулся, словно живой мерзкий червь.

— И чего же вы хотите? — Чу Тяньшэн закинул ногу на ногу, всем видом показывая, что ни капли не взволнован произошедшим.

Шрамолицый хищно ухмыльнулся:

— Всё просто. Наш господин, Сюй Бупин, сын мэра, положил глаз на «Ночной жасмин». И мы настоятельно советуем вам не лезть не в своё дело.

— А если я скажу «нет»? — Чу Тяньшэн сладко потянулся.

Шрамолицый на мгновение опешил, уставившись на собеседника так, словно перед ним стоял ходячий труп:

— Тогда я сделаю так, что ты горько пожалеешь.

— Пожалею? — Чу Тяньшэн искренне развеселился. — Я прожил на этом свете достаточно, разбираюсь и в небесных делах, и в земных... А вот о таком чувстве, как «сожаление», слыхом не слыхивал. Может, продемонстрируешь?

— Ты... — Шрамолицый поперхнулся от такой дерзости.

Он рассчитывал, что одно упоминание имени сынка мэра заставит этих оборванцев дрожать от страха. Но этот парень перед ним не проявлял ни малейшего почтения — в его поведении сквозила лишь абсолютная, звенящая наглость.

— Хорошо. Очень хорошо, — оскалился Шрамолицый, словно услышал лучшую шутку в своей жизни. — Надеюсь, через пару дней у тебя всё ещё останутся силы улыбаться. И запомни: даже если ты попытаешься влезть в эту сделку, «Ночной жасмин» тебе всё равно не достанется.

С этими словами Шрамолицый поднялся и вместе со своими подручными вызывающе покинул номер.

— Босс, неужели мы вот так просто их отпустим? — с досадой выдохнул Старый Паук, провожая уходящих злым взглядом.

— Вот именно! — Шэнь Саньба с грохотом обрушил кулак на стол. — Когда это мы терпели подобные унижения?! Босс, только дай команду — и я покрошу их в капусту!

Этот парень был резок и горяч как молодой бычок. Признав Чу Тяньшэна своим лидером, он был готов бездумно отдать за него жизнь, и любой, кто проявлял неуважение к его боссу, автоматически становился его смертельным врагом.

Чу Тяньшэн лишь качнул головой:

— У них стволы. Я не был уверен, что смогу перебить всех троих без риска для вас.

— Да если бы ты дал знак, босс, я бы сам сделал так, что они бы даже достать пушки не успели! — с лютой злобой выплюнул Старый Паук.

Чу Тяньшэн с удивлением посмотрел на него. Он прекрасно знал, на что способен этот проходимец, и не думал, что у того припрятан подобный козырь.

— Я хоть и не мастер драться, босс, но пару трюков из своего прошлого ремесла всё же припас, — пояснил Старый Паук, разгадав немой вопрос в глазах Чу Тяньшэна.

Тот лишь понимающе хмыкнул. Старый Паук вечно твердил, что он всего лишь мелкий карманник, но Чу Тяньшэн давно подозревал: у этого проныры есть парочка весьма темных талантов. Был уже случай, когда его зажали в подворотне мелкие гопники, а он каким-то чудом стравил их между собой, заставив выбивать друг из друга мозги, пока сам тихо смылся.

— Дело даже не в них, — задумчиво проговорил Чу Тяньшэн, опуская взгляд. — Куда интереснее, кто стоит за этим Сюй Бупином. Чует мое сердце, тут замешана какая-то грязная интрига.

В последнее время в Цзиньлине установилось слишком подозрительное затишье. Сначала Чу Тяньшэн отправил за решетку одного из ключевых людей Лун Мэна, затем спас из рук Лю Саня загадочную девицу, от которой так и разило фальшью — будто её специально подложили ему. А теперь ещё и этот Сюй Бупин. Кто он вообще такой? Обычный мажористый сынок чиновника. С какой стати избалованному папенькиному сынку, вроде того же Хуан Юнфа, вдруг потребовалось покупать отель стоимостью в сотню миллионов?

За этой сценой явно скрывался кукловод. И именно этот теневой игрок заставлял Чу Тяньшэна сохранять настороженность. Прямой атаки Чу Тяньшэн не боялся — куда опаснее были удары в спину, нацеленные на его близких.