Цзян Чжи, опираясь на всплывшие в памяти воспоминания, вернулась в свое прежнее жилище.
Это была заброшенная постройка, едва способная защитить от ветра и дождя, а внутри — крошечная обшарпанная комнатушка.
Хотя здание давно пришло в упадок, в нем ютилось немало разного сброда. Особенно пристально и с любопытством они уставились на Цзян Чжи, когда та вернулась с ног до головы в крови.
— О боже, маленькая Цзян, как же это тебя угораздило вернуться в таком виде, сплошь в крови? — это была соседка, пожилая женщина, которая как раз выходила из своей комнаты и заметила её.
После мощного выброса сил наступила предельная слабость. Девушка, бледная как полотно, с каплями дождевой воды, стекающими со лба, ответила:
— Все в порядке, столкнулась с парой нелюдей.
Её голос звучал холодно и отстраненно, но старушка, казалось, привыкла к подобному. Неизвестно откуда она достала полтюбика низкосортного питательного концентрата и по-доброму протянула его девушке.
— Посмотри на себя, до чего же ты довела. Мне сегодня повезло, нашла в мусорном баке, вот, полтюбика со вкусом яблока. Выпей, восстанови хоть немного сил.
Цзян Чжи опустила взгляд. Острое чувство голода мгновенно ударило в голову, отчего та заныла еще сильнее, а лицо девушки стало еще белее.
Она без всякого выражения приняла этот концентрат и прикусила губу:
— Благодарю, я... верну вам.
Старушка охнула, замахала руками и вздохнула:
— Раньше я, старая карга, жила за счет вас с сестрой, а теперь твоя сестра пропала без вести... Эти крохи ничего не стоят. Ты, главное, живи, ребенок, пока есть жизнь, есть и надежда.
Цзян Чжи серьезно кивнула.
Вернувшись в комнату — пространство в три-четыре квадратных метра, где едва помещалось место для сна, — она увидела кровать, сколоченную из невесть каких обломков.
Цзян Чжи запрокинула голову, выпила остатки концентрата, сняла промокшую одежду и легла, закрыв глаза.
Голод постепенно отступал, а на смену ему пришла боль от бесчисленных мелких ран и сплошных синяков, покрывавших все тело.
Старые раны перемежались с новыми, на коже почти не осталось живого места.
Цзян Чжи медленно открыла глаза и перевела взгляд на предмет, похожий на часы, на своем правом запястье. Черный, самый дешевый терминал.
Он служил чем-то вроде удостоверения личности и телефона в одном флаконе.
Кажется, он был сломан: даже выйти в Звездную сеть не удавалось, так что теперь она была полностью отрезана от новостей межгалактического масштаба.
С течением времени воспоминаний становилось все больше. Она по-прежнему находилась в эпоху межзвездных полетов, вот только в другом государстве.
Судьба здешней Цзян Чжи была крайне трагична: мать скончалась от сильного кровотечения при родах, а спустя неполные три месяца мачехой стала родная тетка.
Уже в десять лет семья бросила её, оставив выживать на Мусорной планете.
Несколько дней назад её родную сестру Цзян Сы, чья личность естественного человека была раскрыта, насильно забрал генерал Федерации. О её судьбе ничего не было известно, а сама Цзян Чжи осталась в полном одиночестве на этой свалке.
Чтобы найти сестру, она изо дня в день питалась отбросами, пока... пока не была до смерти забита и унижена уличными подонками, после чего в это тело пришла Богиня Войны Цзян Чжи.
Ха.
Цзян Чжи активировала терминал. Голубой луч спроецировал в воздухе полупрозрачный экран.
— Баланс кредитов — ноль?
В следующую секунду она выключила терминал и закрыла глаза.
О деньгах она подумает завтра.
***
Планета Хэ-эр, цивилизация среднего уровня.
На диване из ценного дерева хуанхуали знатная дама медленно поднесла к губам чашку чая, её губы были ярко-красными:
— Ха, надо же, дочь моей сестры, Цзян Сы, оказалась естественным человеком.
Естественный человек.
Та самая, чья способность к деторождению достигла максимума, способная родить ребенка естественным путем.
Это то, о чем грезили бесчисленные женщины по всей галактике.
Стоявший рядом дворецкий по имени Цзоэрте почтительно произнес:
— Госпожа, мисс Цзян Сы теперь является законной супругой генерала Ломана. Может, нам стоит...
Ведь это генерал Федерации!
Какая немыслимая, высочайшая честь!

Комментарии

Загрузка...