— Я виноват, виноват! Только не щупай где попало.
— Я виноват, виноват! Только не щупай где попало.
Ли Ци от испуга вцепился в край одеяла. Лицо его пылало, точь-в-точь как у молодой женушки, которую только что отпользовали.
Ли Ци от испуга вцепился в край одеяла. Лицо его пылало, точь-в-точь как у молодой женушки, которую только что отпользовали.
Тянь Мяо громко расхохоталась.
Тянь Мяо громко расхохоталась.
— Слабак! Ещё смеешь передо мной выпендриваться? Я дерьма наклала больше, чем ты риса съел!
— Слабак! Ещё смеешь передо мной выпендриваться? Я дерьма наклала больше, чем ты риса съел!
— Ты что, на слабительном росла?
— Ты что, на слабительном росла?
Услышав это, Тянь Мяо вновь свирепо ухмыльнулась и протянула руку, намереваясь снова его схватить. Ли Ци поспешно перехватил её кисть и вдруг слегка нахмурился:
Услышав это, Тянь Мяо вновь свирепо ухмыльнулась и протянула руку, намереваясь снова его схватить. Ли Ци поспешно перехватил её кисть и вдруг слегка нахмурился:
— Чего у тебя руки так воняют? В пёске у Яньцзы ковырялась, а потом нюхала, что ли?
— Чего у тебя руки так воняют? В пёске у Яньцзы ковырялась, а потом нюхала, что ли?
— Пошёл вон!
— Пошёл вон!
Тянь Мяо от злости готова была его прибить, поэтому Ли Ци срочно перевёл тему:
Тянь Мяо от злости готова была его прибить, поэтому Ли Ци срочно перевёл тему:
— Всё прошло гладко?
— Всё прошло гладко?
Заговорив о деле, Тянь Мяо тоже отбросила шутливый тон.
Заговорив о деле, Тянь Мяо тоже отбросила шутливый тон.
— Результат хороший. Ван Юэ, Ли Маньцзян, замглавврача этой больницы Ван Дэфа и проводивший тебе операцию заведующий Лю Сяньмин – все арестованы.
— Результат хороший. Ван Юэ, Ли Маньцзян, замглавврача этой больницы Ван Дэфа и проводивший тебе операцию заведующий Лю Сяньмин – все арестованы.
За всем этим наверняка стоят верхи из департамента здравоохранения, их тоже вытащат на свет.
За всем этим наверняка стоят верхи из департамента здравоохранения, их тоже вытащат на свет.
Но всё прошло не без помех. Если бы мой отец не проявил дальновидность и не попросил заранее генерала Е прикрыть нас, сегодня твою почку вряд ли удалось бы спасти.
Но всё прошло не без помех. Если бы мой отец не проявил дальновидность и не попросил заранее генерала Е прикрыть нас, сегодня твою почку вряд ли удалось бы спасти.
Больше мы так рисковать не будем.
Больше мы так рисковать не будем.
Тянь Мяо крепко сжала руку Ли Ци и серьёзно посмотрела ему в глаза:
Тянь Мяо крепко сжала руку Ли Ци и серьёзно посмотрела ему в глаза:
— Я знаю, что сделать это было правильно. Но когда я стояла у дверей операционной и смотрела, как замглавврача Ван Дэфа приказывает заблокировать входы и никого не впускать, моё сердце так колотилось, словно вот-вот выпрыгнет из горла.
— Я знаю, что сделать это было правильно. Но когда я стояла у дверей операционной и смотрела, как замглавврача Ван Дэфа приказывает заблокировать входы и никого не впускать, моё сердце так колотилось, словно вот-вот выпрыгнет из горла.
Мне правда было страшно. Я боялась, что не смогу тебя спасти и вытащить из операционной живым.
Мне правда было страшно. Я боялась, что не смогу тебя спасти и вытащить из операционной живым.
Договорив до этого места, Тянь Мяо больше не могла сдерживать чувства. Уткнувшись Ли Ци в грудь, она тихо зарыдала.
Договорив до этого места, Тянь Мяо больше не могла сдерживать чувства. Уткнувшись Ли Ци в грудь, она тихо зарыдала.
Всё висело на волоске. Опоздай они на пару минут, и Ли Ци уже никогда не очнулся бы на операционном столе.
Всё висело на волоске. Опоздай они на пару минут, и Ли Ци уже никогда не очнулся бы на операционном столе.
Ли Ци со сжавшимся от жалости сердцем смотрел на девушку в своих объятиях, и его душу затопила бесконечная нежность.
Ли Ци со сжавшимся от жалости сердцем смотрел на девушку в своих объятиях, и его душу затопила бесконечная нежность.
Он раскрыл ладонь и стал мягко, ритмично поглаживать Тянь Мяо по плечу:
Он раскрыл ладонь и стал мягко, ритмично поглаживать Тянь Мяо по плечу:
— Ну не плачь, не плачь.
— Ну не плачь, не плачь.
Видишь, я ведь в полном порядке.
Видишь, я ведь в полном порядке.
Ты у меня молодец, спасла мне жизнь.
Ты у меня молодец, спасла мне жизнь.
Впредь я больше не стану так рисковать, идёт?
Впредь я больше не стану так рисковать, идёт?
— И никаким другим рискам себя не подвергай!
— И никаким другим рискам себя не подвергай!
Ли Ци почесал затылок:
Ли Ци почесал затылок:
— Ладно-ладно, как скажешь.
— Ладно-ладно, как скажешь.
Только тогда Тянь Мяо улыбнулась сквозь слёзы. Ли Ци глубоко вдохнул и внезапно спросил:
Только тогда Тянь Мяо улыбнулась сквозь слёзы. Ли Ци глубоко вдохнул и внезапно спросил:
— Ты не думала о том, получится ли в этот раз осудить Ван Юэ и этого замглавврача Ван Дэфа?
— Ты не думала о том, получится ли в этот раз осудить Ван Юэ и этого замглавврача Ван Дэфа?
Но проводивший операцию Лю Сяньмин... Пока он намертво стоит на том, что действовал по инструкции, спихивая констатацию моей смерти мозга на медсестру, да ещё если сверху кто-то заступится, он вполне может выйти сухим из воды.
Но проводивший операцию Лю Сяньмин... Пока он намертво стоит на том, что действовал по инструкции, спихивая констатацию моей смерти мозга на медсестру, да ещё если сверху кто-то заступится, он вполне может выйти сухим из воды.
Тянь Мяо, остыв и подумав, поняла, что такое действительно возможно.
Тянь Мяо, остыв и подумав, поняла, что такое действительно возможно.
— Нам что же, все эти усилия даром дались? Настоящий палач-убийца так и уйдёт от заслуженного наказания?
— Нам что же, все эти усилия даром дались? Настоящий палач-убийца так и уйдёт от заслуженного наказания?
Ли Ци холодно усмехнулся:
Ли Ци холодно усмехнулся:
— Как бы не так, лёгкого испуга ему не видать.
— Как бы не так, лёгкого испуга ему не видать.
Но тут не обойтись без твоей помощи. За эти годы Лю Сяньмин провёл множество операций по трансплантации, и среди них точно найдутся те, где законность происхождения органов не подтвердить.
Но тут не обойтись без твоей помощи. За эти годы Лю Сяньмин провёл множество операций по трансплантации, и среди них точно найдутся те, где законность происхождения органов не подтвердить.
А все эти данные фиксируются и в больнице, и в городском департаменте здравоохранения.
А все эти данные фиксируются и в больнице, и в городском департаменте здравоохранения.
Если раскручивать цепочку по этим операциям сомнительного происхождения, люди, замешанные в этой схеме, один за другим попадут в сеть.
Если раскручивать цепочку по этим операциям сомнительного происхождения, люди, замешанные в этой схеме, один за другим попадут в сеть.
Выслушав его, Тянь Мяо уставилась на Ли Ци так, будто увидела незнакомца.
Выслушав его, Тянь Мяо уставилась на Ли Ци так, будто увидела незнакомца.
«Как только устроен его мозг? И до такого додуматься?»
«Как только устроен его мозг? И до такого додуматься?»
— Ну ты и даёшь! Додуматься до такого хода!
— Ну ты и даёшь! Додуматься до такого хода!
Посмотрим, как он теперь отвертится.
Посмотрим, как он теперь отвертится.
Ли Ци лишь сдержанно улыбнулся. Дело было вовсе не в его гениальности – просто в будущем имелся готовый прецедент.
Ли Ци лишь сдержанно улыбнулся. Дело было вовсе не в его гениальности – просто в будущем имелся готовый прецедент.
Один известный профессор из государства Хуа опубликовал в международном журнале научную работу, заявляя о своём богатом опыте в трансплантологии.
Один известный профессор из государства Хуа опубликовал в международном журнале научную работу, заявляя о своём богатом опыте в трансплантологии.
В итоге он не смог предоставить подтверждение легальности органов для нескольких сотен описанных операций, за что международное издание отозвало его публикацию и заблокировало профиль.
В итоге он не смог предоставить подтверждение легальности органов для нескольких сотен описанных операций, за что международное издание отозвало его публикацию и заблокировало профиль.
Если раскручивать эту нить, на поверхность всплывёт множество теневых фигур. А вот насколько далеко удастся зайти, зависит от того, какую нагрузку выдержит Чжоу Годун.
Если раскручивать эту нить, на поверхность всплывёт множество теневых фигур. А вот насколько далеко удастся зайти, зависит от того, какую нагрузку выдержит Чжоу Годун.
Тянь Мяо не была из тех девушек, что предаются бесполезным нежностям. Разложив мысли по полочкам, она велела Ли Ци хорошо отдохнуть и собралась в городское управление.
Тянь Мяо не была из тех девушек, что предаются бесполезным нежностям. Разложив мысли по полочкам, она велела Ли Ци хорошо отдохнуть и собралась в городское управление.
Но Ли Ци настоял на том, чтобы подняться, оделся и пошёл вместе с ней.
Но Ли Ци настоял на том, чтобы подняться, оделся и пошёл вместе с ней.
Он знал: учитывая статус Лю Сяньмина, пока не собран достаточный массив улик, тот с высокой вероятностью выйдет под залог.
Он знал: учитывая статус Лю Сяньмина, пока не собран достаточный массив улик, тот с высокой вероятностью выйдет под залог.
А едва тот поймёт, что дело дрянь, вполне может пуститься в бега или вовсе сбежать за границу.
А едва тот поймёт, что дело дрянь, вполне может пуститься в бега или вовсе сбежать за границу.
С какой стати?
С какой стати?
С какой стати палач в белом халате, чьи руки по локоть в крови, совершив столько злодеяний, останется на свободе?
С какой стати палач в белом халате, чьи руки по локоть в крови, совершив столько злодеяний, останется на свободе?
Коль скоро Ли Ци лично вступил в эту игру, то не намеревался молча смотреть, как всё закончится несправедливостью.
Коль скоро Ли Ци лично вступил в эту игру, то не намеревался молча смотреть, как всё закончится несправедливостью.
Стоило им переступить порог палаты, как к ним тут же подскочил Ли Пэн:
Стоило им переступить порог палаты, как к ним тут же подскочил Ли Пэн:
— Третий, ты что, не умер?
— Третий, ты что, не умер?
Хотя Ли Ци заранее знал, что Ли Пэн без колебаний подпишет извещение о смерти мозга и согласие на донорство, но при личной встрече всё равно почувствовал глубокое разочарование в родном старшем брате.
Хотя Ли Ци заранее знал, что Ли Пэн без колебаний подпишет извещение о смерти мозга и согласие на донорство, но при личной встрече всё равно почувствовал глубокое разочарование в родном старшем брате.
С таким человеком и говорить не хотелось. Ли Ци лишь холодно усмехнулся:
С таким человеком и говорить не хотелось. Ли Ци лишь холодно усмехнулся:
— Да вот, жив-здоров, разочаровал тебя.
— Да вот, жив-здоров, разочаровал тебя.
Ли Пэн изменился в лице и снова напустил на себя спесивый вид завуча:
Ли Пэн изменился в лице и снова напустил на себя спесивый вид завуча:
— Ты чего это язвишь?
— Ты чего это язвишь?
Я как-никак твой старший брат. Даже если образования у тебя кот наплакал, базовую вежливость иметь обязан!
Я как-никак твой старший брат. Даже если образования у тебя кот наплакал, базовую вежливость иметь обязан!
— Завязывай молоть чушь и напускать на себя важный вид.
— Завязывай молоть чушь и напускать на себя важный вид.
Есть что по делу – выкладывай, а нет – проваливай.
Есть что по делу – выкладывай, а нет – проваливай.
Ли Ци действительно не желал с ним возиться, у него ещё оставались важные дела.
Ли Ци действительно не желал с ним возиться, у него ещё оставались важные дела.
Ли Пэн аж затрясся от злости, но сейчас его зажали в угол, так что пришлось ворчливо сказать:
Ли Пэн аж затрясся от злости, но сейчас его зажали в угол, так что пришлось ворчливо сказать:
— Я у операционной стоял и толком ничего не понял. Ты лежал внутри, а милиция снаружи заявила, будто дядя Маньцзян и тётя Ван Юэ наняли убийц и приказали вырезать твою почку.
— Я у операционной стоял и толком ничего не понял. Ты лежал внутри, а милиция снаружи заявила, будто дядя Маньцзян и тётя Ван Юэ наняли убийц и приказали вырезать твою почку.
Ты к этому боком или как?
Ты к этому боком или как?
Я тебя предупреждаю: если это из-за тебя, живо дуй в участок и дай показания в пользу дяди Маньцзяна с тётей, чтобы их скорее отпустили. Нечего напраслину на честных людей возводить!
Я тебя предупреждаю: если это из-за тебя, живо дуй в участок и дай показания в пользу дяди Маньцзяна с тётей, чтобы их скорее отпустили. Нечего напраслину на честных людей возводить!
Дядя Маньцзян с женой – городские начальники, не глупи и не порть с ними отношения!
Дядя Маньцзян с женой – городские начальники, не глупи и не порть с ними отношения!
Услышав такое, Тянь Мяо округлила глаза.
Услышав такое, Тянь Мяо округлила глаза.
Ли Ци упоминал, что старший брат с невесткой изо всех сил подбивали его вырезать почку и отдать её Ли Тяньи, сыну Ли Маньцзяна.
Ли Ци упоминал, что старший брат с невесткой изо всех сил подбивали его вырезать почку и отдать её Ли Тяньи, сыну Ли Маньцзяна.
И всё ради того, чтобы получить двадцать тысяч юаней.
И всё ради того, чтобы получить двадцать тысяч юаней.
Ей тогда это показалось дикостью: как старший брат может быть настолько жестокосердным?
Ей тогда это показалось дикостью: как старший брат может быть настолько жестокосердным?
Ведь её собственные двое братьев берегли её как зеницу ока, и никому не давали в обиду.
Ведь её собственные двое братьев берегли её как зеницу ока, и никому не давали в обиду.
И вот тирада Ли Пэна окончательно перевернула её представления.
И вот тирада Ли Пэна окончательно перевернула её представления.
Как в мире вообще может существовать подобная дрянь? Посторонние люди пытались сжить его брата со свету, а он за них же и заступается!
Как в мире вообще может существовать подобная дрянь? Посторонние люди пытались сжить его брата со свету, а он за них же и заступается!
— Гражданин, вас ведь Ли Пэн зовут? Старший брат Ли Ци?
— Гражданин, вас ведь Ли Пэн зовут? Старший брат Ли Ци?
Я скажу пару слов на этот счёт.
Я скажу пару слов на этот счёт.
Ли Маньцзян и Ван Юэ подозреваются в убийстве и арестованы городским управлением в соответствии с законом.
Ли Маньцзян и Ван Юэ подозреваются в убийстве и арестованы городским управлением в соответствии с законом.
И человек, которого они хотели убить, – твой родной брат!
И человек, которого они хотели убить, – твой родной брат!
Как у тебя вообще язык поворачивается говорить подобное?
Как у тебя вообще язык поворачивается говорить подобное?
Ты хоть понимаешь, что Ли Ци действительно сбила машина? Если бы не удача, он бы сейчас ноги лишился!
Ты хоть понимаешь, что Ли Ци действительно сбила машина? Если бы не удача, он бы сейчас ноги лишился!
Он пошёл на всё это для того, чтобы другие не пострадали, чтобы невинные дети перестали бесследно исчезать, лишаться органов и оказываться выброшенными в глуши!
Он пошёл на всё это для того, чтобы другие не пострадали, чтобы невинные дети перестали бесследно исчезать, лишаться органов и оказываться выброшенными в глуши!
Как ты можешь с ним так разговаривать? В тебе хоть капля человечности осталась?
Как ты можешь с ним так разговаривать? В тебе хоть капля человечности осталась?
Ли Пэн, получив отповедь от молодой девушки, почувствовал, как горит его лицо:
Ли Пэн, получив отповедь от молодой девушки, почувствовал, как горит его лицо:
— Ты вообще кто такая?
— Ты вообще кто такая?
Какое тебе дело до нашей семьи?
Какое тебе дело до нашей семьи?
Я своего брата лучше тебя знаю! У него хоть когда-то были нормальные дела?
Я своего брата лучше тебя знаю! У него хоть когда-то были нормальные дела?
Ты сходу заявляешь про убийство и дяду Маньцзяна. У тебя улики есть?
Ты сходу заявляешь про убийство и дяду Маньцзяна. У тебя улики есть?
К тому же он сейчас жив и невредим, а из-за него я недополучил двадцать тысяч юаней!
К тому же он сейчас жив и невредим, а из-за него я недополучил двадцать тысяч юаней!
Он обязан компенсировать мне эти деньги!
Он обязан компенсировать мне эти деньги!

Комментарии

Загрузка...