Юнь Жун мельком взглянула на Чжан Хуэя. М-да, арахисовая паста...
Нет, не то!
Юнь Жун тряхнула головой, отгоняя эту опасную мысль, и произнесла:
— Товарищ Чжан Хуэй, возможно, я выразилась неясно. Я имела в виду, что твоя подружка превратилась в монстра. Видишь ту лужу крови? Она превратила товарища Сяо Чжана в себе подобного. А поскольку они проголодались, то отправились на поиски живой закуски. Если хочешь её найти, можешь поискать среди тех тварей, что с аппетитом пожирают трупы. Глядишь, даже сможешь лично подкинуть ей добавки.
Лян Ю и Чэнь Чаочжэ ошарашенно уставились на Юнь Жун, которая сидела в стороне, закинув ногу на ногу. Эта девица явно не в себе. Вот же ядовитая змея!
Чжан Хуэй бессильно рухнул на стул. Глаза его покраснели, он спрятал лицо в ладонях, и к горлу подкатил горький ком. Внезапно он поднял голову, вперив тяжёлый взгляд в Цзи Лин, и процедил сквозь зубы:
— Неправда. Если они обе стали монстрами, почему ты до сих пор цела?
Юнь Жун посмотрела на него. Друг мой, я бы и сама хотела это знать!
Чжан Хуэй нахмурился, его лицо исказилось от злобы:
— Это ты? Ты что-то сделала? Ты вытолкнула Лили и остальных из общежития, чтобы они отвлекли монстров на себя, верно?
Чэнь Чаочжэ, опешив, схватил размахивающего руками Чжан Хуэя и поспешно прошептал:
— Хуэй-цзы, остынь! Ты что несёшь?
Лян Ю молча наблюдал за Юнь Жун. Эта девушка действительно странная. Если всё так, как она говорит, то почему она до сих пор невредима?
Юнь Жун приподняла бровь, глядя на Чжан Хуэя и Лян Ю, и вдруг усмехнулась. Что же делать? Ей ужасно захотелось арахисовой пасты.
— Твоя логика сводится к тому, что раз даже твоя богиня стала монстром, то я по определению должна была сдохнуть, так? — фыркнула Юнь Жун. — И раз я жива, значит, я ведьма?
Она перевела взгляд на всех троих. Глаза Чжан Хуэя налились кровью:
— Тогда объясни, почему ты в порядке? Откуда ты знаешь, что Лили укусила Сяо Чжана? Почему это не твоя выдумка? Может, это ты их выставила за дверь?
Юнь Жун рассмеялась, потирая подбородок:
— Хм, а в твоих словах есть доля смысла.
Лян Ю нахмурился, не понимая, как она может улыбаться в такой ситуации, и тут Юнь Жун встала и направилась к выходу. Лян Ю вздрогнул и понизил голос:
— Юнь Жун, что ты делаешь?
Она обернулась, одарила их широкой ухмылкой и потянулась к дверному засову. Троицу охватил ужас. Лян Ю вытаращил глаза:
— Юнь Жун, остановись!
За дверью слышалось утробное рычание. Монстры, привлечённые запахом, уже сгрудились снаружи. Открыть дверь сейчас — значит подписать себе смертный приговор.
Юнь Жун весело подмигнула:
— Что делаю? Открываю. Вы меня раздражаете, хочу, чтобы вы проваливали.
Она уже взялась за засов. Чэнь Чаочжэ, у которого от страха расширились зрачки, чуть было не рухнул перед ней на колени:
— Бабуля, дорогая, не надо! Не делай глупостей! Хуэй-цзы просто с ума сходит от беспокойства, он несёт чушь, не принимай близко к сердцу, умоляю!
Чжан Хуэй не верил, что она решится на такое безумие, но, видя её решимость, лишь укрепился в своей теории.
— Она не посмеет! Не бойтесь, пусть открывает. Откроет — сама же и сдохнет!
Юнь Жун хмыкнула:
— Сдохну так сдохну. Стану монстром, делов-то.
Она и Королевой Мутантов была, неужели её испугают какие-то недоразвитые твари? Не раздумывая, она повернула дверную ручку под испуганными взглядами парней.
Ррр-а-а...
Бам!
Шесть когтистых рук внезапно ударили в дверь, с силой вдавливая её обратно. Юнь Жун обернулась и увидела три мертвенно-бледных лица. Снаружи доносился непрерывный рык и глухие удары.
Чэнь Чаочжэ был готов расплакаться. Его полное тело покрылось испариной, от него разило потом, но он не мог вымолвить ни слова. Лян Ю смотрел на Юнь Жун с таким ужасом, что у него стыла кровь в жилах. Лишь сейчас он заметил, что глаза девушки отливают зеленью. В них не было ни капли страха — лишь ледяное равнодушие и презрительная усмешка.
— Ты... ты с ума сошла? — пролепетал Чжан Хуэй.
Юнь Жун проигнорировала его и, скривив губы, произнесла:
— Подвиньтесь. Это моя территория, и я вас здесь не жду. Можете проваливать.
Руки Чжан Хуэя дрожали. Он понял: эта девица ненормальная. Она не боится смерти и не боится монстров за дверью. Нет, нельзя открывать. Если она откроет, они все погибнут. Ей-то что, а им жить хочется! И хотя трое мужчин не должны бояться одной девушки, кто даст гарантию, что эта безумица не распахнёт дверь в самый неподходящий момент? К тому же, её взгляд пробирал до костей.
— Юнь... Юнь Жун! — Чжан Хуэй решил пойти на попятную. — Давай поговорим. Я просто... я сорвался, когда услышал про Лили. Я не должен был тебя обвинять. Прости, не сердись, это моя вина. Я прошу прощения.
Юнь Жун приподняла бровь. Ого, какой «настоящий мужчина», умеет прогибаться, когда прижмет. А ведь только что такой храбрый был, так громко кричал!
Она фыркнула, развернулась и села на стул, по-бандитски закинув ногу на ногу, и лениво зевнула. Трое парней поспешно заперли дверь на все замки и подпёрли её шкафом, лишь после этого выдохнув. Они уселись в ряд, словно послушные цыплята, а Юнь Жун принялась с хрустом жевать чипсы, которые нашла на столе.
Она нахмурилась. М-да, арахисовой пасты всё ещё хочется.
В этот момент живот толстяка издал громкое урчание. Он посмотрел на Юнь Жун и облизнулся:
— Э-э, Юнь-цзе, есть... есть что-нибудь поесть?
Юнь Жун оглядела свою одежду и усмехнулась:
— Товарищ, я что, похожа на ту, у кого есть лишние деньги на запасы? Я питаюсь в столовой. Эти чипсы — всё, что осталось от того, что дала мне Янь Мяо перед отъездом домой.
— Может, поищем еду у других? — робко предложил Чэнь Чаочжэ.
Видя, что Юнь Жун не собирается им помогать, Лян Ю и Чжан Хуэй кивнули толстяку, и они начали тихонько обыскивать остальные кровати. Вскоре они набрали немало еды, в основном закуски. Особенно повезло с кроватью Цзян Ли: под её шкафчиком Чжан Хуэй нашёл целую коробку со сладостями, а внутри — розовую открытку.
Прочитав текст, Чжан Хуэй побледнел, а потом покраснел. Юнь Жун бросила взгляд на открытку и подлила масла в огонь:
— О, это от её парня. Говорят, он из богатой семьи, уже работает.
— Па... парня? А разве её парень не я? — механически переспросил Чжан Хуэй.
— Ты? — Юнь Жун презрительно хмыкнула. — Куда тебе. Ты в лучшем случае запасной номер три. У неё таких «ухажеров» было человек шесть.
Цзян Ли вечно хвасталась перед ней своими поклонниками. Непонятно, чем тут гордиться? Сейчас от всех этих «запасных» толку ноль — разве что добавят ей порцию мяса в рацион!
— Ты врешь! Не может быть! Ты просто завидуешь Лили и пытаешься её очернить, — Чжан Хуэй всё ещё отказывался верить реальности.
Ей ужасно хотелось арахисовой пасты! Ну что за упрямый баран, опять её обвиняет! Она решила окончательно разрушить его иллюзии и показать всю тьму этого мира.
Юнь Жун хихикнула:
— Не веришь? Посмотри переписку в её компьютере, она его даже не выключила. Там есть группа под названием Запасные. Наслаждайся просмотром.
Арахисовая паста, в моих глазах ты больше не заслуживаешь даже упоминания!

Комментарии

Загрузка...