Сюань И сгорал от гнева, глядя на Юйвэнь Минь:
— Каким местом ты думаешь, раз считаешь наше поместье маркиза Сюань бог весть чем? Чуть что — схватить изменщиков да в реку бросать! Ты хоть чему-нибудь из трёх подчинений и четырёх добродетелей научилась, или твои знания собакам скормили? Я всего лишь хочу взять наложницу, а ты разинула варежку и строишь из себя несговорчивую фурию. Просто позорище!
Юйвэнь Минь едва не плюнула ему в лицо:
— Да у тебя наглец на наглеце сидит! Не прошло и нескольких месяцев после свадьбы, как ты уже кувыркаешься со своей кузиной. И кто знает, когда вы вообще начали тайком крутить шашни? По закону положено брать жену сватаньем, а самовольная сожительница — лишь наложница! У нее нет ни имени, ни статуса, а она в открытую блудит с чужим мужем. Так почему ее не утопить в пруду, а оставить на Новый год праздновать?
Не успел он раскрыть рот, как она продолжила:
— Или хочешь сказать, что в поместье маркиза Сюань и в семье Дуань так принято воспитывать детей? Как тогда ваши девицы собираются замуж выходить, а парни — жениться? То, что для вас пустяк, для меня — великое дело! Когда ты, Сюань И, сватался ко мне, разве не обещал, что пока я не рожу первенца-наследника, ты и близко не подпустишь к себе ни одной наложницы?
Она с презрением выплюнула:
— Так чем ты сейчас занимаешься? Под одним одеялом с кузиной чисто задушевные беседы ведёшь? Кого ты пытаешься надуть? Хочешь сделать её своей наложницей? Пожалуйста! Давай оформим официальный развод, и с этого момента наши пути разойдутся навсегда, кто бы за кого ни вышел!
Домашние из поместье маркиза Сюань в изумлении уставились на Юйвэнь Минь. Одно дело, когда жена закатывает скандал — какая женщина стерпит подобное? Тем более они поженились совсем недавно, и со дня первой брачной ночи прошло всего ничего. Любого на её месте воротило бы от отвращения. Но требовать развода — это уже перебор!
Сюань И прищурился:
— Ты просто сошла с ума и не желаешь слушать голос разума. Подумаешь, наложница! Твоему положению законной хозяйки это ничуть не повредит. Тебе обязательно надо выносить сор из избы и поднимать на уши весь дом? Какая тебе от этого выгода? Опозорила мужа — думаешь, сама в белом осталась?
Юйвэнь Минь холодно усмехнулась в ответ:
— Ха, это я-то лишилась рассудка? Ты сам втоптал моё лицо в грязь, да ещё сверху потоптался, а теперь обвиняешь меня в позоре! Раз уж позориться — так до конца. Развод!
Сюань И нахмурился, вглядываясь в её лицо. Какую еще дурь удумала эта женщина? Раньше ведь такой послушной была, угодить ей не составляло труда. Почему вдруг взбунтовалась? Совсем от рук отбилась, наказать бы её!
Но о каком разводе вообще может идти речь? Губы раскатала! Поместье маркиза Сюань ещё рассчитывало прибрать к рукам её деньги, а сам он положил глаз на Тигровые бирки семьи Юйвэнь. Сейчас ни то, ни другое еще не оказалось у них в руках — какой к черту развод? Ни за что на свете!
Обведя взглядом застывших родственников, Юйвэнь Минь чеканно произнесла:
— Сюань И, у тебя есть ровно два пути на выбор: либо её бросают в пруд, либо мы разводимся!
Сюань И уже собирался высказать ей всё, что думает, как вдруг в комнату стремительно ворвался слуга. Наклонившись к самому уху господина, он шепнул пару слов. Сюань И вытаращил глаза от изумления и уставился на Юйвэнь Минь так, будто намеревался разорвать её на куски живьём. Юйвэнь Минь на мгновение растерялась.
Какую это новость он там услышал? Неужели... А, точно, небось доложили, что её семья вернула императорскому двору Тигровые бирки? Ха! Ну как, каково оно — ожидали такого сюрприза?
Сюань И едва не выплюнул полный рот крови от гнева. Тыча в Юйвэнь Минь дрожащим пальцем, он прокричал:
— Семья Юйвэнь, ну вы и сволочи! Развод, говоришь? Ладно, будь по-твоему! Посмотрим, как ты запоешь потом, когда твоя жизнь покажется тебе адом! Если сейчас же упадёшь на колени и признаешь свою вину, я, пожалуй, дам тебе ещё один шанс. Иначе пеняй на себя — останешься выброшенной брошенкой!
Услышав это, Юйвэнь Минь почувствовала, как горький камень упал с души. Вскинув голову, она звонко скомандовала:
— Хунцзао, Шилю, марш в наши покои собирать приданое! Возвращаемся в поместье Юйвэнь!
Старая госпожа маркиза Сюаня и госпожа маркиза Сюань переглянулись, а затем посмотрели на главного виновника беспорядка:
— И-эр, люди говорят: лучше содействовать примирению, чем разлуке, — заговорила старуха. — Вы же поженились совсем недавно, к чему доводить дело до развода? Раз уж у Фужун с тобой была близость, посели её в задних покоях, а титул со временем можно будет и повысить. Зачем из-за такой мелочи устраивать балаган?
— А ты, Минь-эр, послушай совета бабушки, — обратилась она к невестке. — Какая добрая слава останется за разведенной женщиной? Разве сможешь ты потом найти достойную партию? Не стоит поднимать бурю из-за пустяков. И-эр поступил некрасиво, я заставлю его простоять на коленях перед семейным алтарём целые сутки. Остынь, утри слёзы и больше не возвращайся к этому вопросу, ладно?
Юйвэнь Минь весело рассмеялась:
— Бабушка... то есть, прошу прощения, теперь мне положено называть вас старой госпожой маркиза Сюаня. Мне плевать на добрую славу, я хочу жить в радости и покое. Но раз мне не дают покоя, то и остальным жизнь мёдом не покажется! Если поместье маркиза Сюань хочет жить тихо и мирно — давайте разойдёмся по-хорошему. Если нет, я буду устраивать вам весёлую жизнь каждый день!
Госпожа маркиза Сюань взвизгнула, тыча в неё пальцем от распиравшего гнева:
— Иметь мужу трёх жен и четырёх наложниц — в порядке вещей! Только ты одна вечно качаешь права! Воображаешь, будто без тебя поместье маркиза Сюань не сможет найти хорошую невестку? Посмотри на себя: ни литературного таланта, ни искусства вышивания, ни кулинарных способностей! Из трех подчинений и четырёх добродетелей не знаешь ни единого правила. И какая от тебя польза в доме?
Юйвэнь Минь презрительно фыркнула:
— Я пером могу усмирить Поднебесную, а мечом — навести порядок в стране! С какой стати мне учиться вашим никчемным женским штучкам, чтобы ублажать мужчин? В этом мире прекрасно можно прожить и без мужа, а дорог в жизни хватает — куда ни пойди, везде найдется верный путь!
Она с презрением глянула на мужа:
— Вы все в этом поместье вызываете у меня лишь рвотный рефлекс, так что извольте выдать мне бумаги о разводе без лишних проволочек. Сюань И, если не напишешь — ты мне не внук великого императора, а распоследний трус!
Сюань И скривило от ярости:
— Хорошо! Прекрасно! Развода захотела? Будет тебе развод! Только смотри потом не приползай ко мне с мольбами разрешить тебе вернуться. Вот только место жены тебе уже точно не светит!
Юйвэнь Минь смачно сплюнула:
— Ишь губы раскатал, мечтатель хренов! Надеялась бы я стать твоей наложницей? Вообразил себя писаным красавцем краше Пань Аня, что ли?
Сюань И рявкнул во всё горло:
— Принесите тушь и кисть!
Видя, как Сюань И размашистым почерком строчит три экземпляра бумаги о разводе, Бай Линлун тут же расплылась в довольной улыбке и бережно забрала бумаги.
— Шилю, один экземпляр оставим себе, а второй завтра спозаранку отнесём в судебную управу для регистрации!
Шилю кивнула:
— Слушаюсь, госпожа!
Получив то, за чем пришла, Юйвэнь Минь в прекрасном расположении духа вернулась с девчонками во внутренний двор. Они в ту же ночь собрали все свои вещи до последнего узелка, чтобы с первыми лучами солнца вернуться в родное поместье Юйвэнь.
Дуань Фужун со слезами на глазах посмотрела на старую госпожу маркиза Сюаня, перевела взгляд на свою тетку — госпожу маркиза Сюань, а напоследок жалобно уставилась на Сюань И:
— Кузен И, я правда не думала, что всё так обернется... Я вовсе не желала, чтобы супруга из-за меня разводилась с вами! Я была согласна войти в ваш дом даже простой наложницей...
Госпожа маркиза Сюань с каменным лицом посмотрела на племянницу:
— Самовольная сожительница — всего лишь наложница. Ты всерьез думала, что после развода И-эр сможет сразу взять тебя в жёны? Не рассчитывай на такой исход, твои хитрые расчёты здесь не пройдут. Какой бы ты ни крутила хвост, в этом доме тебе светит лишь участь служанки наложницы. Женею И-эра может стать только та девушка, чей род способен принести огромную пользу нашему дому. Иначе ему лучше вовсе не жениться!
Дуань Фужун опустила голову, и от неё повеяло глубокой тоской. Казалось, каждый в комнате физически ощутил тяжесть её подавленного состояния. Тихо шмыгнув носом, она прошептала:
— Я правда не со зла... Я совсем не хотела, чтобы всё зашло так далеко...
Старая госпожа маркиза Сюаня строго зыркнула на свою дочь. Надо же, эта глупая баба посмела запустить руки в дела её собственного рода! Ей еще предстоит серьезный разговор с дочуркой — разве можно позволять ей вмешиваться в брачные дела племянника? Просто уму непостижимо!
Госпожа Дуань-Сюань заметила суровый взгляд матери, брошенный в её сторону, и смущенно отвела глаза. Она-то всего лишь помогла племяннице в пустячном деле и не сделала ничего предосудительного. Во всём виноват этот никчемный И-эр, который не смог устоять перед искушением!

Комментарии

Загрузка...