Цинчэн был небольшим городком. В ту эпоху, когда личные автомобили ещё не получили широкого распространения, а общественный транспорт развивался недостаточно хорошо, большинство жителей Цинчэна выбирали для передвижения либо велосипеды, либо автобус номер одиннадцать, в народе именуемый передвижением на своих двоих. К счастью, площадь городской застройки была небольшой, и в целом для любых поездок вполне хватало этих двух способов.
Семья Чжоу Юаньбиня из трёх человек как раз выехала из дома на двух велосипедах. Что же касается того, почему трое ехали всего на двух машинах, то это был очередной исторически сложившийся вопрос.
Проще говоря, велосипед, принадлежавший Чжоу Чэню, в те времена, когда он ошивался со шпаной, друзья то и дело брали покататься. Со временем и не заметили, как его где-то заездили. Из-за этого инцидента между Чжоу Юаньбинем и Чжоу Чэнем даже разгорелся нешуточный конфликт, и результат, естественно, заключался в том, что с тех пор у Чжоу Чэня больше не было велосипеда.
Теперь Чжоу Чэнь вроде как встал на путь исправления, но положение дел с нехваткой в семье велосипеда изменить ещё не успели. Поэтому перед выходом Чжоу Юаньбинь даже предлагал не скупиться, потратиться и взять такси, однако Чжоу Чэнь его остановил.
Он вызвался добровольцем подвезти мать на велосипеде и заявил, что до дома дяди Вана тут ехать сущие пустяки, и даже с учётом его собственного ранения это расстояние преодолевается в считанные минуты. Чэнь Фэй и Чжоу Юаньбинь не смогли переспорить Чжоу Чэня, а посчитав, что расстояние действительно не такое уж большое, в конце концов согласились.
Дорога прошла без происшествий. Чжоу Чэнь крутил педали велосипеда с невероятной скоростью, считая это хорошей компенсацией за нехватку утренней пробежки. Чэнь Фэй сидела боком на багажнике, одной рукой обхватив не слишком широкую, но крепкую талию сына, и выглядела весьма довольной. Время от времени она бросала на едущего рядом мужа взгляд в стиле: «Смотри, какой у меня старший сын молодец», — отчего Чжоу Юаньбиню оставалось лишь молча таращиться вперёд и изо всех сил налегать на педали.
Семья из трёх человек быстро добралась до ведомственного двора общественного бюро безопасности, где располагался дом Ван Чжэня. Сделав несложную отметку у вахтёра, они под его подсказкой без особого труда отыскали шестиэтажный жилой дом, фасад которого был густо оплетён зелёным вьюнком. Дом Ван Чжэня находился на самом верхнем этаже.
— Папа, мама, дайте-ка я понесу вещи, — перед тем как подниматься наверх, Чжоу Чэнь протянул руку, принимая принесённые подарки, и сказал родителям: — На шестой этаж лезть всё-таки, вам с пожитками будет неудобно.
— С чего бы это неудобно, подумаешь — шестой этаж, — пробормотал Чжоу Юаньбинь, но всё же выпустил пакеты из рук.
Чжоу Чэнь улыбнулся и ничего не ответил, подумай он о себе в прошлой жизни — в сорок с лишним лет и с сильнейшим дефицитом физической нагрузки, — так вот ему бы при мысли о подъёме пешком на шестой этаж за один присест стало бы немного не по себе. Но с нынешним восемнадцатилетним телом подобной проблемы не существовало вовсе.
— Маленький Чэнь, ты тоже не геройствуй, рана ведь ещё до конца не зажила, — Чэнь Фэй передала сыну и свой пакет, но всё же не удержалась от напутствия.
— Всё, мам, я знаю, — ответил Чжоу Чэнь и первым решительно шагнул в подъезд.
Восточная квартира на шестом этаже, перед входной дверью.
Чжоу Чэнь остановился и посмотрел на следовавшего за ним отца:
— Пап, это она?
Чжоу Юаньбинь кивнул и ещё не успел ничего сказать, как дверь перед ними отворилась сама.
Женщина средних лет в очках придерживала полуоткрытую створку одной рукой и с сияющей улыбкой вовсю приветствовала стоящую на пороге тройку гостей:
— Ой, старый Чжоу, пришли! Проходите, скорее проходите!
Чжоу Юаньбинь торопливо сделал полшага вперёд, натянув на лицо невиданную прежде улыбку:
— Ты... невестка? Прости за беспокойство сегодня.
— Что за глупости, какое ещё беспокойство, — Цзи Сяохуэй с улыбкой взмахнула рукой, распахивая дверь ещё шире. — Давайте в доме поговорим. Старый Ван как раз на кухне, сегодня удумал сам стряпать... Если еда вдруг окажется не по вкусу, вы уж не обессудьте, ха-ха.
Понизив голос и пошутив над мужем, она поздоровалась с стоявшей рядом Чэнь Фэй, а затем отступила на два шага назад, пропуская гостей в квартиру.
Чжоу Чэнь вошёл следом за родителями и, заметив, что взгляд Цзи Сяохуэй упал на него, поспешно слегка поклонился женщине и вежливо представился:
— Здравствуйте, тётя, меня зовут Чжоу Чэнь — утренний Чэнь.
Цзи Сяохуэй с улыбкой кивнула, незаметно скользнув взглядом по повязке на голове парня, после чего похвалила:
— Погляди-ка на этого бутуза... И правда ладный парень.
Закончив, она снова посмотрела на подарки в руках у Чжоу Чэня, перевела взгляд на стоявшего рядом Чжоу Юаньбиня и нахмурилась:
— Старый Чжоу, раз уж пришли, так пришли, зачем ещё гостинцы тащить?
Чжоу Юаньбинь явно не привык к подобным любезностям, тем более что эту невестку он видел лишь единожды много лет назад, и сейчас она казалась ему практически незнакомкой. Услышав её слова, он с некоторым смущением потёр нос и, натянуто усмехнувшись, выдавил из себя пару слов:
— Так положено, положено.
— Тётя, — заметив неловкость отца, с улыбкой вмешался Чжоу Чэнь. — Всё это обычные повседневные вещи, дома всегда пригодятся, ничего особо ценного. Просто знак внимания от моих папы с мамой. Раз уж купили и принесли, пожалуйста, примите.
Затем, не дожидаясь ответа Цзи Сяохуэй, он посмотрел на свободный пятачок у двери и поинтересовался:
— Можно я пока сюда на пол поставлю?
Цзи Сяохуэй с лёгким удивлением посмотрела на этого юношу с еще совсем юным лицом, который, однако, держался весьма непринужденно. Спустя мгновение она сообразила и поспешно закивала:
— Ой, ну ставь, да-да, прямо туда ставь.
В этот момент дверь кухни отворилась, и оттуда, вытирая пот, вышел Ван Чжэн в старомодной белой майке-сетке и фартуке, подвязанном на талии. Увидев семью Чжоу Юаньбиня, которая ещё не успела присесть в гостиной, он расплылся в улыбке на широком квадратном лице:
— А вот и старый Чжоу! Ой, чего стоите? Садитесь, давайте присаживайтесь, я вам чайку заварю.
С этими словами он развязал фартук и протянул его жене:
— У меня там овощи почти все порезаны, осталось только на сковородку бросить. Сходи проверь, чего ещё не хватает, а я чуть позже встану к плите.
Цзи Сяохуэй приняла фартук, с улыбкой бросила семье Чжоу Юаньбиня посидите пока минутку и повернулась в сторону кухни.
— Я тоже пойду помогу, — заметив это, стоявшая рядом Чэнь Фэй поспешно произнесла и, не обращая внимания на протесты Ван Чжэня, тоже последовала на кухню.
Ван Чжэн беспомощно покачал головой, сначала усадил отца и сына семьи Чжоу на диван, разыскал заварку и заварил целый чайник чаю, после чего сам притащил стул, уселся рядом и, глядя на замотанную голову Чжоу Чэня, с улыбкой произнёс:
— Судя по такому виду, позвонить мне тогда ты уже не успел?
Он не стал расспрашивать, насколько серьёзна была травма. По одному лишь тому, что Чжоу Чэнь, хоть и был крепко забинтован, выглядел бодрым и здоровым, он мог безошибочно определить, что ничего страшного не произошло. Впрочем, это был опыт старого милиционера.
Чжоу Чэнь прекрасно понимал, к чему клонит Ван Чжэн. Он совершенно естественным образом улыбнулся и неторопливо заговорил, словно рассказывая о ком-то другом:
— Дядя Ван, этот Ма Бяо оказался каким-то неуловимым. Я потерял бдительность, и меня прямо зажали в угол, где уж тут было вам звонить, ха-ха.
— Ну ты и сорванец! — Ван Чжэн громко рассмеялся и, повернувшись к Чжоу Юаньбиню, сказал: — Старый Чжоу, а воспитывать детей ты умеешь! Хоть парень ещё молодой, а в беду попал — ни капли растерянности. Куда сильнее тебя в его годы!
— Я в его годы? Да я в его годы... — Чжоу Юаньбинь вытаращил глаза, намереваясь возразить, но после долгих потуг так и не смог выдавить из себя вторую половину фразы. Ему осталось лишь с досадой вздохнуть: — Ладно, старый Ван, твоя взяла.

Комментарии

Загрузка...