Ма Бяо был немного старше Чжоу Чэня, ему было примерно двадцать пять-двадцать шесть лет, и в то время Чжоу Чэнь звал его братишка Бяо.
Этот человек был типичным уличным хулиганом, обладал заносчивым и деспотичным характером. Полагаясь на то, что в прошлом он немного занимался боевыми искусствами и имел какую-то базу, он частенько пускал в ход кулаки по малейшему поводу. В глазах прежнего Чжоу Чэня это казалось проявлением крутизны, дерзости и стиля. Однако по мере того, как Чжоу Чэнь набирался жизненного опыта и его мировоззрение постепенно зрело, оглядываясь назад, он теперь видел лишь то, что этот братишка Бяо упорно и неотвратимо шёл по пути самоуничтожения.
Как показала практика, мнение Чжоу Чэня было абсолютно верным: в воспоминаниях его прошлой жизни Ма Бяо в конце концов зарезали насмерть в стычке с другой шайкой таких же отморозков.
Глядя на стоящего перед ним Ма Бяо, который ещё не успел доиграться до собственной смерти, Чжоу Чэнь всей душой желал держаться от него подальше, чтобы ненароком не забрызгаться кровью. Поэтому он потянул за собой Сюн Юя и У Шипэна, которые как раз собирались занять столик, намереваясь выйти из шашлычной. Но не успел он сделать и двух шагов, как позади раздался его знакомый хридлый голос:
— Чэнь-цзы, давненько не виделись, чего это ты спешишь уходить?
Чжоу Чэнь беспомощно остановился, повернулся и, глядя на подошедшего Ма Бяо, вяло и безразлично поздоровался:
— Приветствую, братишка Бяо.
Он искренне презирал этого парня, поэтому даже понимая, что такой тон и отношение могут вызвать у собеседника недовольство, он не желал утруждать себя маскировкой и притворством.
Ма Бяо был невысокого роста, с лицом, изрытым оспинами. Сейчас он вальяжной походкой подорошел к Чжоу Чэню, неторопливо прикурил сигарету и, косо поглядывая на него, произнес:
— Слыхал я, ты, щенок, надумал стать пай-мальчиком и больше не водишься с нашими пацанами? Было такое дело?
Чжоу Чэнь бросил взгляд на стоявших за спиной Ма Бяо Цзян Тай и Бай Сяовэня, затем снова перевёл глаза на лицо Ма Бяо и бесстрастно ответил:
— Было дело. Я собираюсь заново готовиться к экзаменам и поступать в институт, свободного времени совсем нет, так что извиняй, братишка Бяо.Ты хочешь поступать в университет? Ха-ха, ха-ха! — Ма Бяо, казалось, услышал что-то невероятно комичное, широко оскалился и рассмеялся во весь голос. Смеясь, он стал тыкать в сторону Чжоу Чэня пальцем, а затем повернулся к стоящим за его спиной прихвостням. — Этот пацан говорит, что собирается поступать в университет! Скажите, разве не умора? Ха-ха!
Цзян Тай и Бай Сяовэнь, заметив это, тоже в унисон выдавили из себя пару смешков, но в их глазах не было и следа веселья — лишь какое-то сложное, труднопонимаемое выражение, с которым они смотрели на Чжоу Чэня.
Чжоу Чэнь уже хотел было бросить в ответ: «В этом нет ничего смешного», — но, подумав, решил, что тратить время и языки на болтовню с таким типом бессмысленно. Поэтому он промолчал, лишь холодно глядя на Ма Бяо и ожидая, что тот собирается выкинуть дальше.
В то же время он жестом остановил Сюн Юя, который уже собирался заступиться за него и высказать всё в лицо обидчикам. Раз уж он прекрасно понимал, что из себя представляет Ма Бяо, он, разумеется, не позволил бы своему однокласснику вступать в конфликт с этим человеком и навлекать на себя его немилость — это принесло бы слишком много хлопот.
Увидев, что Чжоу Чэнь никак не реагирует и продолжает сверлить его ледяным взглядом, Ма Бяо мгновенно почувствовал себя не в своей тарелке. Охваченный злостью, он выругался:
— Мать твою, щенок, а ты смелым стал, да? С каких это пор ты посмел строить мне кислую физиономию?!
С этими словами он замахнулся и попытался отвесить Чжоу Чэню пощечину.
Чжоу Чэнь рефлекторно вскинул руку и отбил удар, не позволив себя ударить, но в ответ контратаковать не стал — он по-прежнему молча сверлил противника холодным взглядом.
Такое поведение окончательно взбесило Ма Бяо. Сам по себе он был человеком наглым и вспыльчивым, так что стерпеть подобное «неповиновение» со стороны бывшего подпевалы просто не мог. Он тут же схватил стоявший рядом круглый табурет, собираясь обрушить его на голову Чжоу Чэня, однако в этот самый момент дверь шашлычной распахнулась, и внутрь вошли двое мужчин в полицейской форме.Ма Бяо, заметив это, тут же поставил круглую табуретку на землю, выпрямился, сделал вид, будто ничего не произошло, свирепо зыркнул на Чжоу Чэня и собрался было уйти.
Два полицейских, словно почувствовав неладное в атмосфере заведения, окинули взглядом помещение, и их взоры быстро остановились на Ма Бяо и компании Чжоу Чэня. Один из стражей порядка — крепкий мужчина лет сорока с квадратным лицом — подошел ближе, преградил Ма Бяо путь, смерил его оценивающим взглядом с ног до головы
и нахмурился:
— Ма Бяо, ты что тут удумал?
Свиредое выражение лица Ма Бяо к тому моменту полностью исчезло, сменившись безобидной улыбкой:
— Да ничего, офицер Ван, мы тут с пацанами поели, как раз закончили и собирались уходить, хе-хе.
С этими словами он полез в карман, вытащил сигарету и протянул ее полицейскому:
— Офицер Ван, не желаете закурить?
Полицейский с квадратным лицом, которого назвали офицером Ваном, проигнорировал протянутую сигарету. Заглянув за спину Ма Бяо, он посмотрел на сидевших неподалеку трех студентов во главе с Чжоу Чэнем. Убедившись, что никто не пострадал, а столы и стулья вокруг не имеют следов погрома или драки, он отвел взгляд, уставился на Ма Бяо и предупредил:
— Поесть можете, но смотри у меня, без фокусов! Слышал?
— Слышал, слышал, — закивал Ма Бяо, угодливо улыбаясь. — Ну раз так, офицер Ван, приятного аппетита, мы тогда пойдем?
Офицер Ван ничего не ответил, лишь махнул рукой, разрешая Ма Бяо и остальным убираться.
Однако не успел Ма Бяо дойти со своими двумя подельниками до выхода из шашлычной, как за его спиной снова раздался голос:
— Стойте!
Ма Бяо замер на месте, обернулся и, увидев, что подал голос именно Чжоу Чэнь, тут же воспылал гневом. Зловеще прищурившись, он процедил:
— Чего тебе еще надо?
Чжоу Чэнь с самым невозмутимым видом указал на столик, за которым до этого трапезничали Ма Бяо с компанией, и спокойно произнес:
— Вы еще не расплатились.
После этих слов в зале воцарилась тишина.
Стоявшие за спиной Чжоу Чэня Сюн Юй и У Шипэн переглянулись, их лица выражали крайнее изумление.
Кто бы мог подумать: этот мелкий хулиган уже почти ушел, а Чжоу Чэнь взял и уперся на своем? Неужели он забыл, что его только что чуть не избили?
Офицер Ван и его напарник странно посмотрели на Чжоу Чэня. Вовсе не потому, что сочли его поступок неправильным — просто они не ожидали, что у этого паренька-студента хватит столько смелости. Казалось, он ни капли не боится такого бандита, как Ма Бяо, а на такое способен далеко не каждый студент.
Даже сам Ма Бяо не сразу сообразил, опомнившись лишь мгновение спустя, после чего его глаза устремились на Чжоу Чэня так, будто из них вот-вот брызнет огонь.
Ему безумно хотелось броситься вперед и как следует отметелить этого ненавистного сопляка, но прямо под боком находились двое бдительных полицейских, так что оставалось лишь мысленно сжимать кулаки.
Яростно попялившись на Чжоу Чэня какое-то время, он наконец отвел взгляд, вытащил из кошелька две купюры, швырнул их на соседний стол и, приказав прихвостням следовать за собой, вылетел из шашлычной.
Проводив взглядом удаляющиеся спины троицы, Чжоу Чэнь легко вздохнул, повернулся, улыбнулся смотревшим на него полицейским и жестом позвал Сюн Юй и У Шипэна занять свободные места.
Так, будто ничего и не произошло.
Офицер Ван цыкнул языком и тихо бросил коллеге:
— А парень неплох, далеко пойдет!
Младший по возрасту полицейский с улыбкой отозвался:
— То, что далеко пойдет, это факт, но вот только этот тип по имени Ма Бяо вряд ли проглотит такую обиду и наверняка еще вернется помотать ему нервы. Офицер Ван, не поможем ему?
— Поможем, конечно поможем. Ты пока займи столик, а я пойду переброшусь с ними парочкой слов.
С этими словами офицер Ван направился к столику, за которым расположилась троица.

Комментарии

Загрузка...