— Чэнь-гэ, для меня хоть черта лысого!
Чжан Лун толком не разбирался в разнице между договором найма и трудовым соглашением, им двигало чистое доверие к Чэнь Линьюю.
— Вчера я набросал еще несколько перспективных тем для продвижения, сброшу вам обоим в QQ. Отредактируете под общие шаблоны, а пока работаем так. Когда в студии появятся новые люди, распределим обязанности более детально.
Хлопнув в ладоши, Чэнь Линьюй подытожил:
— За работу!
— Понял.
— Сделано, Чэнь-гэ.
Ван Хунда и Чжан Лун погрузились в дела, а Чэнь Линьюй принялся шаг за шагом объяснять Бай Цьюмуэ все тонкости рабочего процесса.
Ужинать они никуда не пошли – заказали коробочки с едой прямо в клуб. Прямо за обедом Чэнь Линьюя вдруг осенило:
Если служба доставки разовьется в масштабах всей страны, разве это не станет крупнейшей трудоемкой отраслью!
Чэнь Линьюй не помнил точно, когда именно появилась «Элеме», но сам он впервые воспользовался их доставкой на четвертом курсе университета, так что входить на этот рынок было еще не поздно.
А когда он обеспечит всех курьеров страховкой, пусть попробует какая-нибудь контора с нами посоперничать!
Все же свои люди!
Покончив с едой и поработав еще немного, Чэнь Линьюй взглянул на часы и повернулся к Бай Цьюмуэ:
— Мяомяо, во сколько тебе велено быть дома?
— До восьми примерно. Ой, да почему ты всё время зовешь меня Мяомяо~!
Близкие люди всегда звали её так, и раньше она не придавала этому никакого значения. Но сегодня от каждого обращения Чэнь Линьюя по коже бежали мурашки, и почему-то от этого становилось ужасно смущенно.
Прикинув, сколько времени уйдет на дорогу, Чэнь Линьюй рассчитался за время и поднялся:
— Уже семь, пошли я провожу тебя домой.
— Ладно~ Только отправлю это сообщение.
Чэнь Линьюй встал и заглянул в соседнюю кабинку к Ван Хунду и Чжан Луну:
— Я провожу Бай Цьюмуэ. Как выйдет время, можете быть свободны.
— Давай-давай, иди. — Чэнь-гэ, ну а я тогда после восьми пойду к отцу на точку помогать.
— Чжан Лун, береги себя. — Чэнь Линьюй повернулся к Ван Хунда:
— Завтра же в школу за баллами, смотри у меня, не проспи!
Бай Цьюмуэ тоже сдала терминал администратору, и они, ступая по залитым лунным светом улочкам, не спеша направились к жилому комплексу «Дихао».
...
Они шли молча, каждый погруженный в свои мысли, и довольно долго никто не проронил ни слова.
Чэнь Линьюй думал о развитии студии и будущей экспансии в Биньчэн, а о чем размышляла Бай Цьюмуэ, оставалось только догадываться.
— Чэнь Линьюй... — неожиданно подала голос она.
— Мм?
— А ты всё-таки крутой~
В этот момент они как раз проходили под фонарем, рядом с которым раскидистая ива шевелила ветвями на ветру.
Тусклый желтый свет пробивался сквозь листву, падая на фигуру Бай Цьюмуэ. Пятнистые тени скрывали румянец на её щеках, но не могли спрятать счастливой, невольной улыбки.
Свежий ветерок пронесся мимо, растрепав её волосы, но от этого она казалась лишь еще более очаровательной.
Не удержавшись, Чэнь Линьюй протянул руку, запустил пальцы в её пряди и заправил выбившийся локон за ухо.
Ощутив, как его теплая ладонь скользнула по пылающей щеке, Бай Цьюмуэ почувствовала, как сердце забилось где-то в горле, в голове мгновенно опустело, и она инстинктивно подалась вперед.
Закончив с волосами, Чэнь Линьюй крепко взял её за руку, переплетя их пальцы.
— Это еще цветочки, я и не такое могу.
— Чэнь Линьюй~
— Чего?— Ты так сильно изменился~
— Разве не стал еще более неотразимым?
— Да ты невыносим~
По мере того как они удалялись от фонаря, их тени постепенно сливались в единое целое.
Главные ворота жилого комплекса «Дихао».
— Отпусти, я на месте~ – пробормотала Бай Цьюмуэ, смущенно глядя на их по-прежнему сцепленные руки.
— Эх, до чего рука приятная, как возьму – выпускать не хочется. — Чэнь Линьюй отшутился и всё же разжал пальцы.
— До завтра... — её голос звучал тише писка комара.
— Чего? — Не расслышал Чэнь Линьюй.
— Я говорю: до~ зав~ тра~! — Громко выпалила она и стремглав бросилась в ворота.
— До завтра! — Крикнул он ей вслед так громко, что аж сам вздрогнул. Проводив взглядом удаляющуюся фигурку Бай Цьюмуэ, он невольно пробормотал:
— Как же хорошо всё-таки переродиться.
Развернувшись, он зашагал домой.
Когда они подходили к жилому комплексу, мимо них по проезжей части пронесся черный внедорожник Toyota Prado и свернул на территорию «Дихао».
Внутри машины сидевший за рулем неформал с сомнением протянул:
— Тянью-гэ, мне показалось, я только что видел сестричку Мяомяо.
Развалившийся на пассажирском сидении изрядно захмелевший и осоловевший Бай Тянью отмахнулся:
— Экзамены кончились, наверняка шаталась где-то с подругами.
— Вроде бы она шла за ручку с каким-то парнем.
Бай Тянью тут же выпрямился, мгновенно трезвея.
— Правда что ли?
— Не уверен, темно было, я только со спины разглядел.
Бай Тянью шумно выдохнул и откинулся назад:
— Мало ли кто там мог быть. Мало ли парочек после выпускного по углам жмется.
Водитель-неформал хотел было добавить, что от девушек с такой симпатичной мордашкой в их уезде впору отбоя отбивать, но вовремя подумал, что лучше поменьше болтать лишнего, и замолчал, загоняя машину на стоянку.
...
Жилой комплекс «Хуаюань».
Чэнь Линьюй глубоко вздохнул, достал ключ и отпер дверь.
— А вот и сынок! Ну как экзамены, как написал? Ой, а прическу-то какую модную сделал, всяко лучше прежней!
Чэнь Цзяньцзюнь и Чжан Лицзюань сидели на диване, глядя повтор «Путешествия на Запад» по местному каналу. Услышав щелчок замка, они одновременно повернулись к прихожей и увидели сына.
Чжан Лицзюань поднялась и направилась на кухню ополоснуть фрукты.
Ей было сорок два года, рост метр шестьдесят пять, нормального телосложения, с белой кожей, темными волосами и едва заметными лучиками морщинок у глаз.
Глядя на такую молодую маму, Чэнь Линьюй невольно улыбнулся.
На душе стало тепло и чуть тоскливо: утром он ведь уже заглядывал домой, но тогда всё ощущалось совсем иначе.
Настоящим домом место становится лишь тогда, когда в нем живут твои родители; без них это всего лишь стены и крыша.
Человек привязан не к пустому зданию, а к тем светлым воспоминаниям, что оставили в нем близкие.
— Чего уставился и лыбишься? Марш мыть руки, иди фрукты ешь.
— Мам, ты сегодня просто красавица!
— Тьфу на тебя, с чего это вдруг такие комплименты?
Застигнутая врасплох прямолинейностью сына, Чжан Лицзюань слегка зарделась, но тут же переменилась в лице, уперла руки в боки и грозно выпалила:
— Ты что, завалил экзамены?!
Такой резкий маневр застал Чэнь Линьюя врасплох, оставив его в легком недоумении, но накопившееся за день нервное напряжение при этом как рукой сняло.
Чэнь Цзяньцзюнь поспешил выступить миротворцем:
— Сынок только с порога, дай ты ему переодеться и воды попить.
При этом он украдкой делал сыну выразительные знаки глазами.
Чэнь Цзяньцзюнь был на четыре года старше жены, высокий, статный, с правильными чертами лица и чуть смуглой кожей.
Чертами лица Чэнь Линьюй пошел в отца – стоя рядом, они были похожи как две капли воды, – зато кожей в маму, унаследовав от родителей всё самое лучшее.
Чэнь Линьюй поднял руки вверх:
— Мам, ну как ты можешь так клеветать на родного сына? Будь спокойна, поступление на бюджет мне обеспечено!
— А чего ты тогда тут клоунаду устраивал? — Чжан Лицзюань с сомнением оглядела сына с ног до головы.
Услышав это, Чэнь Цзяньцзюнь наконец перевел дух: его попытка заступиться была вызвана чисто отцовским рефлексом – он-то тоже решил, что парень провалился.
— Какие планы на каникулы? На права не хочешь пойти отучиться?

Комментарии

Загрузка...