Глава 26

Глава 26. У меня есть отличная методика тренировок— Боже правый...— Что это был за данк?! Это же просто бомба!— Тамагавк! Настоящий томагавк-данк!— Е Сюань просто невероятен!— Мать твою, я глазам своим не верю!Все были потрясены до глубины души. Пусть высота его прыжка и чистота исполнения ещё уступали звёздам НБА, но это был реальный томагавк-данк в боевых условиях! Это выглядело до сумасшествия круто!Под шквал аплодисментов и восторженных криков Е Сюань повернулся к Сюэ Мэну и протянул ему руку. Сюэ Мэн помедлил, а затем вцепился в его ладонь и поднялся. Если вначале он смотрел на Е Сюаня свысока, то теперь был повержен окончательно и бесповоротно.— Ключи от машины в моём рюкзаке, сейчас принесу.— Замечено!Едва ключи оказались в руке Е Сюаня, в его голове раздался знакомый механический голос:[Поздравляем хозяина! Вы успешно изменили ход судьбы и получили 20 000 очков Причинности!]«Уже готово?» — Е Сюань едва не усомнился в собственных ушах. До аварии Сюэ Мэна оставалось ещё некоторое время. Неужели, просто забрав у него ключи, он уже переписал историю? Похоже, у системы есть функция прогнозирования жизненных путей...Сяо Наньчжи, глядя на воодушевлённого юношу на площадке, ощущала, как её сердце трепещет. Внезапно она смущённо произнесла:— Цяньцянь, а почему мне кажется, что Е Сюань стал ещё красивее, чем раньше?Ван Цянь поправила очки:— Слыхала такое выражение?— Какое?— Красота — в глазах смотрящего.Сяо Наньчжи вспыхнула и тихонько фыркнула:— Что за глупости! Я серьёзно, присмотрись сама!— Ну... кажись... вроде как... действительно стал немного симпатичнее? — приглядевшись к Е Сюаню, Ван Цянь и сама смутилась.Е Сюань всегда был парнем приятным: солнечный, симпатичный, привлекающий к себе девушек лёгкостью. Но назвать его неотразимым красавцем было нельзя. По крайней мере, на фоне Чу Жаня он раньше смотрелся скорее как невзрачный фон. Но теперь, когда Е Сюань стоял бок о бок с Чу Жанем, Ван Цянь ловила себя на мысли, что они кажутся одинаково привлекательными. Неужели у неё испортился вкус?Чего Ван Цянь не знала, так это того, что схожие чувства испытывали и другие девушки. Если в начале матча девяносто процентов девичьих взглядов были прикованы к Чу Жаню, то теперь как минимум половина наблюдала за Е Сюанем.«Спустя годы девушки этой школы всё ещё будут вспоминать парня, забивавшего данки в лучах заходящего солнца...» — подумала Лин Ситун, оглядев толпу, и мило улыбнулась, блеснув ямочками на щеках.«Выходит, девчонкам нравятся баскетболисты...» — заметил Чэнь Мин. Видя, как Сяо Наньчжи и Лин Ситун не сводят глаз с Е Сюаня, он сжал кулаки: «Капли точат камень! Начиная с завтрашнего дня я тоже иду играть в баскетбол!»На площадке Е Сюань сначала обменялся хлопками с Ван Ху, а затем подошёл к Чу Жаню и протянул ладонь.— Ты очень силён, — сухо произнёс Чу Жань, отвечая на рукопожатие. — Как ты тренируешься?Е Сюань секунду подумал и с серьёзным видом ответил:— У меня есть одна крайне эффективная методика.— Какая?— Каждый день: сто отжиманий, сто упражнений на пресс, сто приседаний и десять километров бега.Глаза Чу Жаня блеснули:— И... это действительно работает?— Да. Но есть один побочный эффект.— Какой?— Становясь сильнее, ты неизбежно облысеешь.Чу Жань опешил и с крайним изумлением уставился на пышную шевелюру Е Сюаня.— Вообще-то я в парике, — шепнул ему Е Сюань на ухо.В этот момент в глазах Чу Жаня произошло настоящее девятибалльное землетрясение!Спустя некоторое время он глубоко вздохнул и серьёзно кивнул:— Спасибо. Я буду тренироваться по твоей методике.В сравнении с обретением силы облысение было сущим пустяком! С этими словами он развернулся и решительным шагом пошёл прочь.— Эй-эй, ты же не всерьёз?! Я просто пошутил! — Е Сюань поднял было руку, но слова застряли в горле. Впрочем, десять километров бега ежедневно — задача не из лёгких. Чу Жань наверняка отступит, когда попробует...— Е Сюань! Ты был просто невероятен! — подбежала Лин Ситун, задорно улыбаясь.— Да ну, ничего особенного, — сдержанно улыбнулся Е Сюань, а затем наклонился к Хун Лэтао и шепнул:— Я правда выглядел круто?Хун Лэтао энергично закивал:— Круче, чем Сакураги!Е Сюаню ужасно захотелось упереть руки в бока и победоносно расхохотаться.— Пить хочешь? Я угощаю! — предложила Лин Ситун.Е Сюань махнул рукой:— Ну как-то неловко... Буду колу.— Без проблем, я... А? — Лин Ситун ненадолго зависла. Наконец до неё дошло, и её глаза засияли, сложившись в полумесяцы:— Чуть не попалась на твою удочку!С этими словами она достала из рюкзачка кофейный кожаный кошелёк. Увидев на нём фирменный логотип LV, Е Сюань невольно приподнял бровь. Даже в двадцатые годы бренд оставался атрибутом роскоши, а уж в 2004 году — и подавно. Лин Ситун была его ровесницей, и наличие такого аксессуара прозрачно намекало на весьма состоятельную семью. Конечно, это могла быть и качественная подделка, но стоило девушке распахнуть кошелёк, как Е Сюань отбросил сомнения: внутри аккуратной стопкой лежали новенькие купюры по сто юаней, на вскидку не меньше десяти тысяч! В свои школьные годы Е Сюань получал от силы двести юаней в месяц на карманные расходы, а она спокойно таскала с собой целое состояние!— Хун Лэтао, я не знаю, где тут школьный магазинчик. Не мог бы ты сбежать за напитками? Я угощаю тебя колой, ну или чем захочешь! — Лин Ситун вытянула купюру в двадцать юаней.— Без проблем! — согласился Хун Лэтао. Сбегать за напитком за чужой счёт — от такого отказался бы только дурак!Но не успел он протянуть руку, как за его спиной раздался прохладный голос:— Лэтао, гостья приехала издалека, так что угощать буду я.Хун Лэтао словно током ударило. Он отдёрнул руку, обернулся и увидел приближающуюся Сяо Наньчжи. Шедшая следом Ван Цянь смерила его свирепым взглядом, отчего бедняга сжался.— Тебе как обычно, холодную колу? — спросила Сяо Наньчжи, остановившись перед Е Сюанем. На её лице не отражалось ни единой эмоции.Это было первое, что она сказала Е Сюаню за последние три дня. Изначально девушка рассчитывала, что он сам придёт просить прощения. Но появление Лин Ситун заставило её почувствовать угрозу. Особенную тревогу вызвал тот факт, что только что Е Сюань так непринуждённо болтал с этой незнакомкой. Переступив через гордость, Сяо Наньчжи решила временно приостановить холодную войну — расправиться с соперницей было важнее.«Надо же... ты всё ещё помнишь, что я люблю ледяную колу...» — вздохнул про себя Е Сюань и с улыбкой кивнул.— Лэтао, возьми две холодные колы, две бутылки «Куэр», и... — Сяо Наньчжи перевела взгляд на Лин Ситун:— А ты что будешь?Лин Ситун изящно изогнула бровь и посмотрела на Е Сюаня:— Е Сюань, она твоя девушка?Вокруг наступила звенящая тишина. Хун Лэтао и Ван Цянь одновременно уставились на Е Сюаня. Даже Сяо Наньчжи не удержалась и замерла, искоса наблюдая за его реакцией.Е Сюань усмехнулся:— Да нет, мы просто обычные одноклассники.В этот момент Сяо Наньчжи показалось, будто внутри неё что-то с треском разбилось. Тот самый парень, который раньше окружал её абсолютной заботой, исполнял любые капризы и всегда с улыбкой пытался поднять настроение, даже когда она вредничала... сейчас так спокойно назвал её «просто одноклассницей»? Но ведь в её сердце он всегда занимал самое главное место — сразу после семьи!

Глава 26. У меня есть отличная методика тренировок

— Боже правый...

— Что это был за данк?! Это же просто бомба!

— Тамагавк! Настоящий томагавк-данк!

— Е Сюань просто невероятен!

— Мать твою, я глазам своим не верю!

Все были потрясены до глубины души. Пусть высота его прыжка и чистота исполнения ещё уступали звёздам НБА, но это был реальный томагавк-данк в боевых условиях! Это выглядело до сумасшествия круто!

Под шквал аплодисментов и восторженных криков Е Сюань повернулся к Сюэ Мэну и протянул ему руку. Сюэ Мэн помедлил, а затем вцепился в его ладонь и поднялся. Если вначале он смотрел на Е Сюаня свысока, то теперь был повержен окончательно и бесповоротно.

— Ключи от машины в моём рюкзаке, сейчас принесу.

— Замечено!

Едва ключи оказались в руке Е Сюаня, в его голове раздался знакомый механический голос:

[Поздравляем хозяина! Вы успешно изменили ход судьбы и получили 20 000 очков Причинности!]

«Уже готово?» — Е Сюань едва не усомнился в собственных ушах. До аварии Сюэ Мэна оставалось ещё некоторое время. Неужели, просто забрав у него ключи, он уже переписал историю? Похоже, у системы есть функция прогнозирования жизненных путей...

Сяо Наньчжи, глядя на воодушевлённого юношу на площадке, ощущала, как её сердце трепещет. Внезапно она смущённо произнесла:

— Цяньцянь, а почему мне кажется, что Е Сюань стал ещё красивее, чем раньше?

Ван Цянь поправила очки:

— Слыхала такое выражение?

— Какое?

— Красота — в глазах смотрящего.

Сяо Наньчжи вспыхнула и тихонько фыркнула:

— Что за глупости! Я серьёзно, присмотрись сама!

— Ну... кажись... вроде как... действительно стал немного симпатичнее? — приглядевшись к Е Сюаню, Ван Цянь и сама смутилась.

Е Сюань всегда был парнем приятным: солнечный, симпатичный, привлекающий к себе девушек лёгкостью. Но назвать его неотразимым красавцем было нельзя. По крайней мере, на фоне Чу Жаня он раньше смотрелся скорее как невзрачный фон. Но теперь, когда Е Сюань стоял бок о бок с Чу Жанем, Ван Цянь ловила себя на мысли, что они кажутся одинаково привлекательными. Неужели у неё испортился вкус?

Чего Ван Цянь не знала, так это того, что схожие чувства испытывали и другие девушки. Если в начале матча девяносто процентов девичьих взглядов были прикованы к Чу Жаню, то теперь как минимум половина наблюдала за Е Сюанем.

«Спустя годы девушки этой школы всё ещё будут вспоминать парня, забивавшего данки в лучах заходящего солнца...» — подумала Лин Ситун, оглядев толпу, и мило улыбнулась, блеснув ямочками на щеках.

«Выходит, девчонкам нравятся баскетболисты...» — заметил Чэнь Мин. Видя, как Сяо Наньчжи и Лин Ситун не сводят глаз с Е Сюаня, он сжал кулаки: «Капли точат камень! Начиная с завтрашнего дня я тоже иду играть в баскетбол!»

На площадке Е Сюань сначала обменялся хлопками с Ван Ху, а затем подошёл к Чу Жаню и протянул ладонь.

— Ты очень силён, — сухо произнёс Чу Жань, отвечая на рукопожатие. — Как ты тренируешься?

Е Сюань секунду подумал и с серьёзным видом ответил:

— У меня есть одна крайне эффективная методика.

— Какая?

— Каждый день: сто отжиманий, сто упражнений на пресс, сто приседаний и десять километров бега.

Глаза Чу Жаня блеснули:

— И... это действительно работает?

— Да. Но есть один побочный эффект.

— Какой?

— Становясь сильнее, ты неизбежно облысеешь.

Чу Жань опешил и с крайним изумлением уставился на пышную шевелюру Е Сюаня.

— Вообще-то я в парике, — шепнул ему Е Сюань на ухо.

В этот момент в глазах Чу Жаня произошло настоящее девятибалльное землетрясение!

Спустя некоторое время он глубоко вздохнул и серьёзно кивнул:

— Спасибо. Я буду тренироваться по твоей методике.

В сравнении с обретением силы облысение было сущим пустяком! С этими словами он развернулся и решительным шагом пошёл прочь.

— Эй-эй, ты же не всерьёз?! Я просто пошутил! — Е Сюань поднял было руку, но слова застряли в горле. Впрочем, десять километров бега ежедневно — задача не из лёгких. Чу Жань наверняка отступит, когда попробует...

— Е Сюань! Ты был просто невероятен! — подбежала Лин Ситун, задорно улыбаясь.

— Да ну, ничего особенного, — сдержанно улыбнулся Е Сюань, а затем наклонился к Хун Лэтао и шепнул:

— Я правда выглядел круто?

Хун Лэтао энергично закивал:

— Круче, чем Сакураги!

Е Сюаню ужасно захотелось упереть руки в бока и победоносно расхохотаться.

— Пить хочешь? Я угощаю! — предложила Лин Ситун.

Е Сюань махнул рукой:

— Ну как-то неловко... Буду колу.

— Без проблем, я... А? — Лин Ситун ненадолго зависла. Наконец до неё дошло, и её глаза засияли, сложившись в полумесяцы:

— Чуть не попалась на твою удочку!

С этими словами она достала из рюкзачка кофейный кожаный кошелёк. Увидев на нём фирменный логотип LV, Е Сюань невольно приподнял бровь. Даже в двадцатые годы бренд оставался атрибутом роскоши, а уж в 2004 году — и подавно. Лин Ситун была его ровесницей, и наличие такого аксессуара прозрачно намекало на весьма состоятельную семью. Конечно, это могла быть и качественная подделка, но стоило девушке распахнуть кошелёк, как Е Сюань отбросил сомнения: внутри аккуратной стопкой лежали новенькие купюры по сто юаней, на вскидку не меньше десяти тысяч! В свои школьные годы Е Сюань получал от силы двести юаней в месяц на карманные расходы, а она спокойно таскала с собой целое состояние!

— Хун Лэтао, я не знаю, где тут школьный магазинчик. Не мог бы ты сбежать за напитками? Я угощаю тебя колой, ну или чем захочешь! — Лин Ситун вытянула купюру в двадцать юаней.

— Без проблем! — согласился Хун Лэтао. Сбегать за напитком за чужой счёт — от такого отказался бы только дурак!

Но не успел он протянуть руку, как за его спиной раздался прохладный голос:

— Лэтао, гостья приехала издалека, так что угощать буду я.

Хун Лэтао словно током ударило. Он отдёрнул руку, обернулся и увидел приближающуюся Сяо Наньчжи. Шедшая следом Ван Цянь смерила его свирепым взглядом, отчего бедняга сжался.

— Тебе как обычно, холодную колу? — спросила Сяо Наньчжи, остановившись перед Е Сюанем. На её лице не отражалось ни единой эмоции.

Это было первое, что она сказала Е Сюаню за последние три дня. Изначально девушка рассчитывала, что он сам придёт просить прощения. Но появление Лин Ситун заставило её почувствовать угрозу. Особенную тревогу вызвал тот факт, что только что Е Сюань так непринуждённо болтал с этой незнакомкой. Переступив через гордость, Сяо Наньчжи решила временно приостановить холодную войну — расправиться с соперницей было важнее.

«Надо же... ты всё ещё помнишь, что я люблю ледяную колу...» — вздохнул про себя Е Сюань и с улыбкой кивнул.

— Лэтао, возьми две холодные колы, две бутылки «Куэр», и... — Сяо Наньчжи перевела взгляд на Лин Ситун:

— А ты что будешь?

Лин Ситун изящно изогнула бровь и посмотрела на Е Сюаня:

— Е Сюань, она твоя девушка?

Вокруг наступила звенящая тишина. Хун Лэтао и Ван Цянь одновременно уставились на Е Сюаня. Даже Сяо Наньчжи не удержалась и замерла, искоса наблюдая за его реакцией.

Е Сюань усмехнулся:

— Да нет, мы просто обычные одноклассники.

В этот момент Сяо Наньчжи показалось, будто внутри неё что-то с треском разбилось. Тот самый парень, который раньше окружал её абсолютной заботой, исполнял любые капризы и всегда с улыбкой пытался поднять настроение, даже когда она вредничала... сейчас так спокойно назвал её «просто одноклассницей»? Но ведь в её сердце он всегда занимал самое главное место — сразу после семьи!