Перевод и редактура: Винс. Помощь: Witcher/Чародей.
— Субару…
— Архиепископ Греха?..
Подозрение казалось совершенно нелепым. Даже произнесенное вслух, оно не обрело ни капли смысла. Настолько дикое заявление, что если враг решил выбить их из колеи, то преуспел блестяще — впору было рассмеяться.
Но отмахнуться от этой нелепицы как от дурной шутки мешал исполин по имени Маркос: уж слишком сурово он на них смотрел. По крайней мере, для Гарфиэля, который был в ответе за защиту Лагеря, не было и речи о том, чтобы расслабиться в присутствии этого человека.
— …
Он тихонько фыркнул и принюхался к повисшему в гостевом особняке тяжелому напряжению. Гарфиэль чуял сдерживаемую жажду крови, тревогу и недоверие, за которыми прятался едкий, резкий запах страха.
В Империи Волакия ему часто доводилось чуять подобное. Гарфиэль прекрасно знал: так пахнет склад огненных мана-кристаллов за миг до взрыва. А значит…
— Решили со Мной и моими друзьями сцепиться, что ль?! — заскрипел Гарфиэль зубами. Он сверлил взглядом высоченного Маркоса.
— Следует ли понимать это как отказ от нашего требования? — спросил в ответ мужчина в латах.
— А-а?! Сами же первыми плюнули нам в лицо, а теперь строите из себя невинных обиженок!
— Стой, — прервала Эмилия. — Не бросайся на него, Гарфиэль. Пожалуйста.
И слова девушки все же заставили его отступить. Раз уж она сказала «пожалуйста», ему оставалось лишь унять свой пыл. Полуэльфийка бросила тихое «спасибо» и уверенно подняла голову.
— Прошу прощения за него, — сказала она. — Я так сильно растерялась, что не нашла слов, вот он и разозлился вместо меня.
— Значит ли это, что вы, госпожа Эмилия, разделяете его гнев?
— Ну… да, пожалуй. Я ужасно потрясена и никак не возьму в толк, зачем говорить такие нелепости. Внутри все так и кипит от злости. Но… — Эмилия умолкла и прижала руку к груди. Пальцы скользнули по висящему на шее зеленому мана-кристаллу: его твердость словно помогала собраться с мыслями. — Если я сейчас закачу истерику, Субару это никак не поможет. Получится, что я злюсь просто потому, что мне так хочется. А этого допускать нельзя.
— Вот как. Вы говорите об этом прямо, глядя мне в глаза.
— С нашей прошлой встречи мы с вами почти не общались. Я чуточку изменилась, стала сильнее. И все благодаря Субару.
Эмилия отвечала спокойно, не поддавалась чувствам и не давала загнать себя в угол. Маркос прищурился — явно о чем-то задумался.
Слушая Эмилию, Гарфиэль тоже почувствовал, как кровь отливает от головы. И хотя он по-прежнему был напряжен как пружина, парень расслабляться не собирался.
— По правде говоря, сами ваши подозрения звучат как полная чушь, — вмешался Отто. — Господин Нацуки связан с Культом Ведьмы? Да еще и в ранге Архиепископа Греха? Это даже не смешно.
— Именно! — поддержала Петра. — Субару столько раз мешал Культу! Он сам побеждал Архиепископов, спас меня и всю деревню… Прекратите нести этот бред!
Поддерживали их товарища что надо, и Гарфиэль яростно закивал:
— Во-во, точняк!
Архиепископы Греха Лени, Жадности и Чревоугодия… Субару лично вел в бой людей, которые убили их или пленили, чем сильно ударили по Культу Ведьмы. Кроме того, он внес огромный вклад в уничтожение Белого Кита и Великого Кролика — Великих Зверодемонов. Считать после этого Субару адептом Культа — неслыханная глупость.
— Уж не хотите ль вы сказать, что он со своими же передрался? Если мы с братаном Отто посремся, я ж его в мясо не изобью. Хотя мы с ним и так никогда не сцепимся!
— Сравнение с вами, конечно, такое себе, но и я думаю, что обвинения тут на пустом месте, — произнесла Рем. — Не верю, что этот человек способен на подобную подлость.
— Ага-а, — протянула Мейли. — Братик, конечно, вечно лезет в неприятности, но только потому, что сначала делает, а потом думает.
Несмотря на колкость Рем и замечание Мейли, все они были солидарны с Гарфиэлем. Таково было общее мнение их Лагеря во главе с Эмилией.
Весь разговор Маркос не менялся в лице, подобном камню. Дослушав, он ответил:
— Я принял к сведению, что Лагерь всецело доверяет рыцарю Нацуки Субару. И все же я вновь требую, чтобы госпожа Эмилия проследовала со мной в замок, — остался все так же настойчив Маркос.
— Мне нужно будет повторить все то же самое людям во дворце? — Эмилия задумчиво опустила аметистовые глаза.
— А также честно ответить на наши вопросы. Смею заметить: полное сотрудничество — лучший способ развеять все подозрения.
— Позвольте спросить, — вдруг вмешалась Рем. Она, как и Гарфиэль, настороженно следила за окружившими их солдатами Королевства. — А разве тот, о ком идет речь… Нацуки Субару… не должен пойти с вами?
В тот же миг воздух вокруг солдат заледенел.
Чувства, направленные на Лагерь, разом обострились, и у Гарфиэля волоски встали дыбом. Хотя мечи оставались в ножнах, давящие взгляды пронзали не хуже клинков. Напряжение в гостевой комнате достигло предела. Словно кто-то грубо растоптал гладь воды и пустил по ней зловещую рябь гнева и враждебности. Еще мгновение, одна неверная искра — и прогремит взрыв…
— Успокоиться.
Всего одно слово… нет, скорее, сама неистовая воля мечника вмиг смела эту бурю чувств и грубой силой подавила назревающую вспышку.
Гарфиэль охнул. Ему показалось, будто его пригвоздило к полу гигантской ладонью размером с гору. По телу пробежал мороз, и он лишь чудовищным усилием воли подавил рвущийся наружу инстинкт превращения в зверя.
Аура меча, исходившая от Маркоса, не шла ни в какое сравнение с жаждой крови простых солдат — она таила в себе чудовищную мощь, от которой звериное чутье Гарфиэля заходилось в панике.
— Прошу прощения за поведение моих подчиненных, — Маркос склонил голову. — И приношу отдельные извинения вашему воину.
— А? Только мне? — удивился Гарфиэль.
— Я собирался успокоить лишь солдат, но зацепил и вас. Вижу, вы превосходно натренированы.
Гарфиэль огляделся и понял, что остальные члены Лагеря в недоумении хмурят брови: они не почувствовали ни капли той страшной ауры. Похоже, Маркос говорил правду: давление ощутили лишь солдаты и Гарфиэль.
И тут до него дошло… Маркос Гилдарк. Пусть его мастерство терялось в тени невообразимой мощи Святого Меча, Райнхарда ван Астрея, но он по праву стоял на вершине Рыцарского Ордена Лугуники. Его сила не была пустым звуком.
— Ваша реакция показалась мне о-о-очень странной, — Эмилия задумчиво прищурилась и даже не заметила, как в зеленых глазах Гарфиэля плещутся страх и настороженность. — Вы ответите на вопрос Рем? Где сейчас Субару и Беатрис?
Тени на лице Маркоса сгустились.
— Значит, госпожа Эмилия, вам неизвестно о передвижениях рыцаря Нацуки Субару?
— Сегодня он пошел на встречу с Миклотовым. Один… то есть вдвоем с Беатрис. Он сказал, что они договорились поговорить…
— Господин Миклотов МакМахон мертв.
— Что?..
Сухая сводка оборвала Эмилию на полуслове, она резанула по воздуху гостевой комнаты с такой силой, что никто даже не подумал возмутиться ее бестактности.
Имя Миклотова МакМахона, конечно же, было знакомо Гарфиэлю. Субару не просто ушел с ним на встречу — это была ключевая фигура в Королевских Выборах. Член Совета Мудрецов. Весть о его смерти прозвучала как гром среди ясного неба.
Но по-настоящему ударили всех ребят следующие слова Маркоса:
— В настоящее время Королевство разыскивает рыцаря Нацуки Субару и кандидата на трон, герцогиню Круш Карстен, по подозрению в сговоре и причастности к убийству господина МакМахона.
— Постойте! Как это понимать? Субару и Круш… причастны к смерти Миклотова?!
— Раны на теле лорда МакМахона полностью совпадают с профилем рыцарского меча с гербом дома Карстен, который нашли на месте преступления. Кроме того, поступил рапорт, что господин МакМахон пал от руки герцогини Карстен, а рыцарь Нацуки Субару помог ей скрыться.
— Че за… — У Гарфиэля потемнело в глазах от этой жестокой, скрупулезно выверенной лжи.
Убит важный человек уровня Миклотова, убила Круш, а Субару ей помог? Какой-то абсурдный, бредовый поклеп.
— Эта герцогиня… да чтоб она…
Даже если забыть о нелепых обвинениях в адрес Субару, Гарфиэль отказывался верить, что Круш способна на такое злодеяние. Они были знакомы всего полтора дня в Пристелле. Но они сражались плечом к плечу, спасали город от Культа Ведьмы и стали боевыми товарищами.
Гарфиэль знал: она из тех, кто искренне бьется ради других. Знал он и о цене, которую ей пришлось за это заплатить, и всей душой желал хоть чем-то помочь. И хотя он не видел этого сам, но, узнав, что некое «Таинство» Церкви Божественного Дракона исцелило ее тело, Гарфиэль отбросил все политические дрязги и просто порадовался за нее.
И чтобы эта Круш пошла на убийство, а Субару ей в этом помог?! Чушь собачья.
— Позвольте уточнить, — вдруг раздался ровный, лишенный всяких чувств голос, что любил цепляться за факты.
Говорил, разумеется, Отто — мозговой центр Лагеря.
— Раз вы их разыскиваете, значит, господин Нацуки и Круш Карстен до сих пор в бегах?
Эмилия, силясь унять дрожь, перевела на него взгляд:
— Отто…
— Это крайне важно. То, что сам командир Рыцарского Ордена явился сюда лично, говорит не столько об уважении к госпоже Эмилии, сколько о мерах предосторожности.
— Думаете, мы набросимся на них с кулаками? — спросила Рем.
— И это тоже не исключено, — ответил Отто. — Но главная опасность для них — что господин Нацуки вернется к нам и мы его спрячем. Оцепление выставлено именно ради этого. Я прав?
— Раскрытие тактических замыслов нарушит воинский устав, поэтому я вынужден воздержаться от ответа.
— Ясно, — кивнул Отто. — Того, что вы не стали этого отрицать, вполне достаточно.
Гарфиэль отчаянно пытался подавить бурлящие внутри гнев и смятение и от разговора этих двоих почувствовал глубокое уважение. В такие минуты он как никогда радовался, что Отто с ними.
Какие бы хитрые интриги ни плели враги, Гарфиэль знал: Отто распутает этот клубок и узнает то, что нужно. А сам Гарфиэль сможет всецело посвятить себя роли щита. Поэтому он решил не поддаваться чувствам и твердо стоять на своем.
— Довольно сомнительно, что смерть господина МакМахона связана с тем, что тот человек может быть из Культа Ведьмы…— заметила Рем. — Требовать из-за этого допроса госпожи Эмилии — это уж слишком.
— Я уже сказал: лучшее, что можно сделать, — проследовать в королевский замок и ответить на наши вопросы. Ваш отказ мы будем вынуждены расценить как нежелание госпожи Эмилии и всего вашего Лагеря опровергать обвинения в адрес рыцаря Нацуки Субару.
— Это же принуждение чистой воды! — возмутилась Петра. — Вы совсем не оставляете сестрице Эмилии выбора!
— Никакого принуждения. Однако, если вы откажетесь сотрудничать, подозрения так и останутся подозрениями, и Королевство сделает соответствующие выводы насчет рыцаря Нацуки Субару.
— …
Низкий бесстрастный голос Маркоса монотонно твердил одно и то же. Уговаривать его было бесполезно — он стоял как скала, и сдвинуть его было невозможно. Воздух в комнате сгустился до предела, обстановка накалилась с обеих сторон, как вдруг…
— Поняла. Я поеду в замок. Выслушайте меня там и позвольте рассказать о Субару, — все же уступила Эмилия. Накал страстей мог привести к беде.
— Мудрое решение, — кивнул Маркос.
— Тогда… я быстро соберу вас, — произнесла Петра. Она презрительно взглянула на Маркоса и бросилась собирать вещи для поездки в замок.
Но Отто остановил ее:
— Нет.
Он прищурился, кивнул изумленной девочке и повернулся к Маркосу:
— Сопровождающих нужно тщательно отбирать… я прав?
— Вы весьма дальновидны. Это упрощает дело.
— Что вы имеете в виду? — нахмурилась Эмилия.
Эмилия переводила взгляд с Отто на Маркоса. Командир выпрямил и без того идеально прямую спину, после чего ответил:
— Госпожа Эмилия, всему вашему Лагерю не дозволяется сопровождать вас в замок. Из-за подозрений в адрес рыцаря Нацуки Субару мы не можем доверять всем вашим сторонникам. Дабы показания были независимы, с вами может поехать лишь один слуга.
— Всего один?!
— Прошу проявить понимание и пойти нам навстречу.
Маркос ничуть не изменился в лице — похоже, он ожидал их возмущения.
Гарфиэль покосился на Отто. Судя по слегка сведенным бровям друга, тот тоже предвидел такой исход. Беда в том, что, даже зная об этом заранее, Лагерь оказывался в крайне невыгодном положении.
— Да пусти ты хоть меня… — напрашивался Гарфиэль.
— Не советую. Понимаю ваше желание выступить в роли телохранителя, однако вы представляете собой серьезную боевую единицу. Если госпожа Эмилия, которую и так подозревают, явится в замок с вооруженным эскортом, это сочтут не попыткой оправдаться, а демонстрацией силы.
— Че за бред…
— Именно так это воспримут многие.
Враг безжалостно давил их аргументами — извернуться никак не выходило. Гарфиэль отчаянно искал выход, но раз уж даже Отто молчал, значит, возразить было нечего. Маркос говорил дело. Однако…
— Если брать слугу…
В их нынешнем положении выбор сводился к двум кандидатурам: Петре и Рем. Будь здесь Фредерика, Гарфиэль со спокойной душой поручил бы все сестре, но ее не было.
Рем не вернула «воспоминания», и отправлять ее с Эмилией слишком рискованно. А Петра, хоть и сообразительна, все же ребенок, чтобы взваливать на нее такое бремя. Как же поступить? Внезапно…
— Тогда решено. С госпожой Эмилией поедет Рам.
— Рам?!
В дверях вдруг появилась розоволосая горничная, и Гарфиэль вытаращил на нее глаза. Переодетая в привычную униформу горничной, с неизменным волевым выражением лица, она поразила своим появлением не только юношу, но и Эмилию с остальными. Ведь после изматывающего похода к Башне Плеяд Рам так переутомилась, что была почти прикована к постели. Она даже не собиралась ехать с ними в Пристеллу и должна была дожидаться возвращения Гарфиэля и остальных в столице.
И вот теперь она уверенно и гордо стояла рядом с Эмилией. Повергнув всех в шок, Рам слегка приподняла подол юбки в изящном реверансе:
— Прошу прощения за опоздание. Я столь тщательно проверяла, насколько матрас мягкий, что не сразу услышала о визите гостей.
— А как там… матрас? С ним уже все в порядке? — робко спросила Эмилия.
— Вполне. Думаю, на тройку с плюсом.
Рам чуть пожала плечами. На ее лице не было и тени усталости, но Гарфиэль знал: она просто мастерски прячет боль. О полном выздоровлении не шло и речи. Их диалог о матрасе был лишь завуалированным вопросом о ее здоровье, и повод для беспокойства, безусловно, оставался. Однако…
— Сестрица… — подала голос голубоволосая горничная.
— Рем, я поручаю тебе эту кучку недотеп. Они же шагу ступить не могут без заботы прелестных и талантливых сестер Рам и Рем. Разве что Петра еще хоть на что-то да годится.
— Да. Я поняла, — кивнула Рем. Старавшаяся изо всех сил скрыть тревогу за сестру, она еле сдерживала подступающие слезы.
Рам же с присущей ей естественностью взяла все в свои руки.
Гарфиэль перевел взгляд на Отто. Самоуправство Рам могло сорвать планы, но Отто лишь произнес:
— Да, согласен. Рам подходит лучше всего. Вы позаботитесь о госпоже Эмилии?
— Мог бы и не спрашивать, — отозвалась Рам. — А ты, Отто, прекращай тут раскисать. И ты, Гарф, постарайся хоть как-то помочь.
— И без тебя знаю…
Эмилия, Рем и даже Отто с уважением отнеслись к выбору Рам. Все они ответили ей с твердостью, но вот в голосе Гарфиэля проскользнула слабина. Ему стало стыдно, но светло-красные глаза Рам слегка потеплели.
— Дурак, — строго, но нежно произнесла она, чем развеяла неуверенность Гарфиэля.
Эмилия же обвела всех взглядом и сказала:
— Ну, мы пошли.
Теперь, когда Лагерь единогласно утвердил кандидатуру Рам, она смогла полностью настроиться.
— Я все им объясню и добьюсь, чтобы с Субару сняли эти нелепые обвинения.
Сказать по правде, положение складывалось отвратительное, хуже некуда. Терпеть удары и не давать сдачи в таком положении — верный путь к поражению. В настоящей драке, если позволишь врагу делать что вздумается, долго не протянешь. Чтобы победить, нужно разгадать замысел противника, сорвать его планы и навязать свою игру.
— Как и всегда, мне нужна ваша помощь. Прошу вас, помогите, — Эмилия низко поклонилась перед своими союзниками.
Она была главой Лагеря, кандидатом на трон, носила высокий титул, но при этом ни капли не колебалась, когда склоняла голову и просила о помощи. Именно за это Гарфиэль… да и все они готовы были горы свернуть ради Эмилии и Субару.
Поэтому…
— Ясен пень! Не волнуйся, госпожа Эмилия!
Гарфиэль победно вскинул кулак и заорал во всю глотку в надежде хоть немного разогнать тревогу Эмилии и Рам перед отправкой в замок.
△▼△▼△▼△
Они проводили Эмилию и Рам, которых Маркос со своими людьми увел в королевский замок.
— Всем собрать вещи, берите только самое необходимое. Выступаем через пять минут, — скомандовал Отто оставшимся в особняке.
Под предлогом того, что им нужно посовещаться, они выпроводили стражу из комнаты, и Отто сразу выдал этот приказ. Гарфиэль даже вылупился на него от удивления.
— Пять минут? А мы че, не будем ждать госпожу Эмилию?
— Не будем. Нельзя терять ни минуты. Обвинения против господина Нацуки, это жесткое требование явиться в замок… их цель очевидна.
— Они хотят выкинуть ее из Королевских Выборов? — спросила Петра.
— Почти наверняка, — ответил им обоим Отто и поднял палец. Его обычно мягкие черты лица сейчас заострились, в глазах мелькнул холодный расчет. — Послушайте. Все сложилось слишком уж вовремя. Именно в тот день, когда господин МакМахон вызывает его к себе, господин Нацуки оказывается втянут в поножовщину. И убийцей называют не кого-нибудь, а саму Круш, кандидатку на трон. За этим стоят весьма влиятельные силы.
— Значит, они хотят разом убрать и госпожу Эмилию, и госпожу Круш… — произнесла Рем. — А тот человек стал лишь пешкой в их игре.
— Судя по всему, так оно и есть. Что касается Круш, ее участие в Выборах уже висело на волоске после того, как ей помогла Церковь Божественного Дракона…
— Ну-у, я, конечно, понимаю, что вам хочется поболтать, но разве у нас так много времени? Будет плохо, если тот каменный дядька вернется, да-а? — вклинилась Мейли. Она накручивала на палец косичку, а сидевший у нее на макушке Багровый Скорпион щелкал клешнями.
«Каменный Дядька» — это, должно быть, про Маркоса. Действительно, Маркос отбыл в королевский замок вместе с Эмилией, и сейчас его здесь не было. Особняк оцепили солдаты Королевства, и по факту Гарфиэль с остальными оказались под домашним арестом. Однако…
— Если мы будем сидеть сложа руки, то лишимся всех козырей. Нужно уходить, пока Маркос не вернулся, — твердо заявил Отто.
— Мы пойдем искать того человека? — спросила Рем.
— Господина Нацуки и Круш. Нам нужно узнать, что там произошло и что они видели в особняке господина МакМахона. Без этого мы ничего не добьемся.
— Вы уверены, что на него можно положиться?
— Даже если господин Нацуки сплохует, с ним Беатрис. Эта малышка куда надежнее своего так называемого хозяина, — Отто ободряюще улыбнулся.
Рем чуть опустила брови, и хотя ее лицо не говорило о спокойствии, она приняла его заботу. От вида сплоченности товарищей Гарфиэль прогнал прочь сомнения и с размаху хлопнул себя ладонями по щекам:
— Понял. Я тоже готов! Братан Отто, когда мы свалим, госпоже Эмилии и Рам ниче не грозит?
— Им ничто не угрожает. Никто не посмеет причинить вред кандидатке на трон в обход всех законов. Они будут играть по правилам. В любом случае, их главная цель — заточить госпожу Эмилию в замке.
— Тц, ясно! Ну, тогда я щас раскидаю всю стражу, и под шумок мы…
— Никаких драк, — отрезал Отто, покачав головой.
— А?
Гарфиэль только-только хрустнул костяшками, готовясь к бою, как Отто тотчас сбил с него весь боевой пыл. Торговец серьезно посмотрел на оторопевшего парня:
— Солдаты лишь выполняют приказ, они нам не враги. Мы не должны их калечить. В идеале нужно все провернуть так, чтобы они даже мечи не успели достать. Мы убегаем, чтобы доказать свою невиновность, а не ради войны.
— Если мы по ним ударим, то сделаем только хуже госпоже Эмилии, сестре и… тому человеку, — добавила Рем.
— Именно так, — Отто поправил шляпу.
Гарфиэль лишь скрипнул зубами. Он понимал. Головой все прекрасно понимал. Но что делать-то? Ясное дело, что если Маркос вернется, сбежать из гостевого особняка будет нереально. Пока его нет, можно было бы пробиться силой. Но раз силу применять нельзя, что тогда остается?
— Я могу узнать у птиц и насекомых, где постов поменьше, — размышлял вслух Отто. — Можно даже попросить их отвлечь стражу. Хотя гарантий никаких…
Он собирался, как всегда, прибегнуть к своей Божественной Защите, как вдруг…
— Тогда у меня есть план! — резко вскинула Петра руку.
— Правда, Петра? — округлила глаза Рем. Она удивленно глазела на девочку.
Та сжала кулачки:
— Да! Я ужасно зла! — аж раскраснелась Петра. — Субару подозревают, на сестрицу Эмилию косо смотрят, сестрицу Рам заставляют напрягаться! Я ни за что не буду плясать под их дудку!
— Звучит жутковато, но надежно, — хмыкнул Гарфиэль. — Так че делать будем?
— У меня есть суперплан. Используем особый навык Отто! — Петра указала на того пальцем.
— Мой… особый навык? — Отто непонимающе склонил голову.
Девочка, казалось, ничуть не сомневалась в успехе своей затеи.
— И что же ты заду~умала, Петра? — спросила Мейли.
— И Мейли, и Гарф тоже это знают. Слушайте… — поманила Петра всех рукой.
И когда те склонились к ней, она с гордым видом посвятила их в детали своего секретного плана. А именно…
△▼△▼△▼△
— Пожар!! — разорвал тишину истошный крик солдата, и в гостевом особняке вспыхнула паника.
Из кухни валил густой, черный дым. Когда почувствовался жар и запах гари, многие храбрые солдаты тут же бросились тушить огонь. Они ворвались в помещение и пытались понять, что же загорелось. Стражники собирались быстро погасить пламя и тем самым пресечь панику на корню. Однако…
— Огонь под полом, а дым идет из забитой трубы… Потушить будет непросто.
Все пошло по плану, и Петра, автор идеи с пожаром и всех деталей, довольно улыбнулась. Обычно такая улыбка показалась бы милой, но у Гарфиэля отчего-то пробежал мороз по коже.
В любом случае…
— Я категорически не согласен с тем, что поджог зданий — это мой особый навык! — возмущался Отто.
Но несмотря на его протесты, операция сработала на ура. Солдаты Королевства не могли допустить, чтобы важное здание и находящиеся под стражей люди пострадали, поэтому все их силы ушли на борьбу с дымом, а о Гарфиэле и остальных они напрочь забыли.
Тем временем двое солдат все же не покинули пост у задней двери.
— Звиняйте, но вам придется малех вздремнуть!
— Простите. Я зла на вас… только из-за сестры.
— Гх…
Гарфиэль с Рем быстро их вырубили — путь освобожден. Те даже не успели обнажить мечи. Условия Отто были выполнены, и боевая парочка обменялась кивками.
Затем Отто, Петра, Мейли и остальные покинули здание.
— Если вам так уж хотелось пошуметь, я могла бы натравить своих зверюшек, и все было бы в ажу~уре, — протянула Мейли.
— Ни за что! — ответила Петра. — Тогда все точно поверят в тот бред! Скажут: Субару — Архиепископ Греха, госпожа Эмилия связана с Ведьмой Зависти, Мейли кошмарит всех монстрами, а Отто сжигает один дом за другим!
— Насчет последнего… — встрял Отто, — у меня есть алиби! И тогда, и сейчас со мной была Петра!
— Ну ладно-ладно, с наклонностями братца Отто или без, я поняла~а, — пожала плечами Мейли, пока бежала рядом и держала приподнятым подол юбки.
Гарфиэль понимал: за этой беспечностью скрывается досада. У Мейли была сила. Но пусти она ее в ход — и навредит тем, кого хочет защитить. Точно палка о двух концах. Потому Мейли и бесилась.
— Не парься. Раз тебе нельзя в бой, я поработаю за двоих, — Гарфиэль поравнялся с девочкой и потрепал ее по макушке.
Мейли скривилась и смерила его таким презрительным взглядом, что тот аж скрипнул зубами.
— Братан Отто найдет Босса ушами, а я — носом. А ты пока… во, точно! Подбадривай нас! Подбадривай давай!
— Подбадривать? Типа… «давай-дава~ай»?
— Во-во! Одобрение, знаешь ли, дает сил!
Мейли посмотрела на него с сомнением, но Гарфиэлю это чувство было хорошо знакомо.
Там, в Пристелле, куда они так и не добрались, он смог выстоять в бою с восставшим из мертвых Восьмируким Курганом только благодаря младшим брату и сестре, а также жителям города, в которых вдохнула надежду речь Субару.
Да, именно так. Гарфиэль победил благодаря поддержке. А люди нашли в себе силы поддержать его лишь потому, что их воодушевил Субару. Отчаяние, что принес Культ Ведьмы, Нацуки Субару выжег пламенем надежды.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...