???: ......Спика, да?
Когда он смотрел на двух плачущих людей, Рем и девочку, которая до этого момента была Луи, раздался голос.
Субару
вытер слезящиеся глаза тыльной стороной ладони и обернулся, чтобы
взглянуть на Рам, которая сказала это. Она сидела с обычным спокойным
выражением лица, скрестив длинные ноги и подперев подбородок рукой,
лежащей на столе.
Она слегка наклонила голову и посмотрела на Субару сузившимися светло-малиновыми глазами,
Рам: Откуда взялось это имя?
Субару: ...Это название звезды у меня на родине.
Рам: Значит, ты поэт, что не характерно для Барусу. Но ты все понимаешь?
Сузив глаза, Рам перевела свой взгляд на обнимающуюся парочку.
Этого было достаточно, чтобы Субару понял, о чем говорит Рам.
Естественно, это было то, что он подробно обсуждал перед тем, как прийти в эту гостевую комнату.
Рам: Ты точно понимаешь, что значит использовать Архиепископа Греха, даже если это делается с великой целью?
Субару: ......Конечно, я думал об этом. Не скажу, что я точно понимаю, но...
Рам: Если так, то прекращай.
Субару: ......Кх.
Из горла Субару вырвался тоненький звук, когда холодные, жесткие слова поразили его.
Однако Рам, не обращая внимания на его боль, добавила.
Рам: Если ты не понимаешь, то не делай этого. ......Иначе говоря, посмотри в эти глаза.
Сказав это, Рам протянула руку, которая поддерживала ее подбородок, и коснулась стройного плеча рядом с собой.
Танза
стояла рядом с Рам и вместе с ней наблюдала за обменом мнениями между
Субару и остальными. Ее попросили быть свидетелем, так что она
присутствовала здесь.
Ее черные глаза мерцали под взглядом Субару,
Танза:
Я прекрасно понимаю чувства Шварца-сама, ведь мы пережили много
трудностей в Гинунхайве и на протяжении всего последующего пути.
Однако...
Субару: Танза.
Танза:
Однако я склонна думать, что даже Шварцу-сама, который привел с собой
самого Сесилуса-сама, не стоит брать с собой Архиепископа Греха.
Решительно поправив колеблющийся огонек в глазах, Танза посмотрела на Субару и сказала это.
Танза
никому не льстила, подбирая приятные для слуха слова, а просто
отстаивала свое честное мнение. Искреннее, но детское мнение Танзы было
глубоко прочувствовано Субару.
Субару: ...Да, знаю, я был идиотом.
После слов Танзы он вновь остро осознал, что за словами Рам стоит истина.
И в этом заключалась ошибочность выбора Нацуки Субару.
Субару: Я все понимаю. Мне много чего сказали, и я собираюсь взять все это на себя.
Рам: Да. Рам говорит тебе - что бы ни говорили Барусу или Рем, Рам этого не допустит.
???: ...Кх, Сестра.
Рам: Нет, будучи твоей старшей сестрой, Рем, твоя доброта вызывает у Рам гордость, однако это совсем другое.
Крепко
обняв Спику, Рем посмотрела на Рам заплаканными глазами. Но, покачав
головой в ответ на взгляд сестры, Рам четко высказала свою точку зрения.
Это было естественно. Рам являлась очередной жертвой «Чревоугодия», лишившись своей второй половинки - Рем.
Ему и в голову не пришло бы сказать что-то столь самонадеянное, как то, что ее положение сравнимо с положением Субару.
Вот почему......,
Рам:
Путь для того, чтобы она желала получить прощение, еще не открыт.
Единственная причина, по которой эта девчонка... Спика, до сих пор не
разорвана на части Рам, — это вопрос «Воспоминаний», вот и все.
Рем: ...Я не знаю, как сейчас вернуть свои «Воспоминания», но если со Спикой что-то случится...
Рам:
Хотя это и маловероятно, но невозвращение «Воспоминаний» Рем — это
исход, который нельзя допустить. Рем сказала, что ничего страшного не
случится, если они не вернутся, но Рам этого не хочет. Для того чтобы
Рем и Рам помнили, как сильно любили друг друга, Рам позаботится о том,
чтобы мы вспомнили.
Заявив, что она вернет свою любовь, Рам сделал тот же вывод, что и раньше.
Когда
битва за Сторожевую Башню Плеяд завершилась гибелью Лея Батенкайтоса и
успешным взятием Лоя Альфарда под контроль, жизнь последнего не была
отнята, так как он был возможным средством помощи жертвам Полномочия
«Чревоугодия».
Однако......,
Рам: Разница лишь в том, что по сравнению с Архиепископом Греха она более сговорчива.
Субару: Рам...
Рам:
Перестань делать такое лицо, ладно? Если она хочет, чтобы ее простили,
она должна сначала загладить свою вину. Это логично. В любом случае, ей уже сказали об этом.
Субару: ......Верно.
Кивнув в ответ на слова Рам, Субару прижал свой маленький кулачок к груди.
Как
она и сказала, Спика получила щедрую отсрочку. Люди, связанные с ней,
продлили срок отсрочки наказания из-за ее поступков и полезности.
Все,
что Субару мог ей дать, — это имя, чтобы зажечь ее решимость начать
жить заново, и помочь ей, заставив многих других людей согласиться на
продление отсрочки.
Субару:
В настоящее время, Спика... Ты не можешь использовать силу своего
Полномочия, чтобы восстановить «Воспоминания» и «Имя» Рем одним махом?
Спика: Уу, ау...
Субару: Как и ожидалось, это слишком большая просьба...
Заглянув через плечо Рем, Спика извиняюще покачала головой.
Она
сжимала и разжимала обе руки, но, похоже, ей было нелегко свободно
управлять своим Полномочием и возвращать то, что было собрано
«Чревоугодием».
Рем:
...Ты уверен, что Луи-чан... Нет, что Спика-чан сможет это сделать?
Сможет ли Спика-чан вернуть мне и другим людям пропавшие «Воспоминания»?
Субару:
По крайней мере, именно Спика имеет наибольшие шансы, ее способность к
этому - минимальное требование. Это само по себе уже отличается от того,
о чем говорил «Звездочет».
Рем была обеспокоена, но это было то, что Спика должна была уметь делать.
Это было необходимым условием для того, чтобы Спика могла идти, неся на своих плечах крест «Луи».
Для этого Спика должна была овладеть Полномочием «Чревоугодия»......,
Субару: ............
Рем: ......? Эм?
Мимолетное, скоротечное беспокойство заглушило слова Рем и заставило ее глаза дрогнуть.
Щедрость,
проявленная Рам, условия, необходимые для ее осуществления, знание
средств, которые должны быть для этого достигнуты, само существование
Полномочия вызывали ужас.
Ужасно,
что для того, чтобы стать чем-то, что не было бы непростительным
Архиепископом Греха, Полномочие, применяемое Архиепископом Греха, будет
использоваться и дальше, а образ жизни Спики снова приблизится к образу
жизни «Луи Арнеб».
Сохранить жизнь Спики означало продолжить борьбу с этим страхом.
С этой решимостью......,
Субару: ......Я попрошу тебя сделать это. Я рассчитываю на тебя, Спика.
Спика: У! Ауау!
С явной решимостью в голубых глазах Спика энергично кивнула в ответ на слова Субару.
Хотя
Спика и злобная «Луи Арнеб» внешне были похожи, их внутренние чувства
не пересекались. Это была надежда, в которую можно было верить.
Субару: Танза, прости, что не послушал твоего совета.
Танза: ......Вы ждете, что я просто улыбнусь и прощу вас, сказав, что это то, что всегда случается?
Отведя взгляд от Рем и Спики, Субару снова повернулся к Танзе. Его тон ухудшился, и она ответила ему голосом, лишенным эмоций.
На это Субару пожал плечами, сказав: "Нет",
Субару: Я не ждал этого. В конце концов, ты редко мне улыбаешься.
Танза: Это не то, что я...
Субару: Я понимаю, что ты имеешь в виду. Но дай мне передохнуть.
Танза:
...Если это то, чего вы хотите, то должно быть бесчисленное множество
способов. Почему бы просто не сказать, что ее сила нужна для Империи
Волакия и, соответственно, для спасения Йорны-сама?
Плотно сжав губы, Танза решительно заявила об этом Субару.
Независимо
от достоверности пророчества «Звездочета», если бы внимание было
привлечено к тому факту, что присутствие Спики было необходимо для этой
битвы, Танза не смогла бы отказаться, когда на кону стояла жизнь Йорны.
Но Субару такой подход не нравился.
Субару:
Вероятно, я мог бы заставить Танзу делать то, что я говорю, используя
эту нечестную тактику, но мне не нравится эта идея. Я не хочу ни к кому
применять какие-либо нечестные методы. Ты одна из тех, к кому я
испытываю особые чувства.
Танза: ......В таком случае, для Шварца-сама это невозможно.
Танза, наконец, отвернулась от Субару, обхватив себя своими тонкими руками.
Столкнувшись лицом к лицу с жестами и словами, свидетельствующими о его трусости, Субару испустил долгий вздох.
Все,
что Субару хотел сделать, всегда оказывалось путем, который не приносил
ничего, кроме вреда окружающим его людям, тем, кто заботился о Субару.
Рам: Ну и как? Насколько хорошо разыграл свои карты нечестный и трусливый Барусу?
Субару криво улыбнулся тому, как Рам это сформулировала.
Рам
проявила доброту, не позволив Субару таким образом сменить
самобичевание на самодовольство. Хотя ему действительно хотелось, чтобы
он мог разыграть свои карты так же хорошо, как это сделала Рам.
Субару:
Я не сделал ничего такого уж идеального. У меня были возможности
переделывать все заново, пока я не сделаю все правильно, но...
Например, на Острове Гладиаторов Субару мог делать это без колебаний.
Всякий
раз, когда он шел по неправильному пути или вступал в нежелательные
отношения, он начинал все сначала, используя метод исправления этих
промахов, с напористостью, позволяющей повторять цикл проб и ошибок.
Субару: Но теперь, когда я со всеми воссоединился, я не хочу этого делать.
Сказав
это, Субару провел языком по своему рту; там ужасно долгое время
хранилась упаковка с ядом, спрятанная за моляром... Убедившись, что он
больше ее не чувствует, Субару закрыл глаза.
Даже
если бы он снова прибег к этому способу, он никогда бы не стал
использовать его для того, чтобы отвести глаза от ошибок в своих
отношениях.
И именно потому, что он твердо решил это в своем сердце......,
Субару: ......В конце концов, Отто очень сильно ударил меня.
Что даже если путь, по которому он идет, вынудит его пойти на жертвы, он не должен его повторять.
△▼△▼△▼△
Гарфиэль: Оттобро, покажь мне свою руку, я ее вылечу.
Услышав это, Отто повернулся лицом к стоявшему перед ним Гарфиэлю.
Этот
грубоватый на вид юноша, несмотря на свою суровую внешность, обладал
очень тонкой натурой. Он был внимательным и добросердечным, олицетворяя
собой сущность члена лагеря Эмилии.
В ответ на предложение Гарфиэля Отто покачал головой и ответил,
Отто: Не стоит так беспокоиться, все не так серьезно...
Гарфиэль: Оттобро, на тебя это не похоже.
Отто: ............
Гарфиэль: Знаешь, не то чтобы у крутого меня не было собственных мыслей и чувств. Так что отчасти я понимаю, что ты чувствуешь.
Гарфиэль почесал свою голову и закрыл один глаз. Затем, вздернув подбородок, он жестом указал на руку Отто.
Правая рука Отто, распухшая и покрытая синяками, представляла собой болезненное зрелище.
На
мгновение Отто попытался отвернуться, спрятать руку от посторонних
глаз, но глупо было думать, что он сможет сделать это в присутствии
своего названного младшего брата, который являлся опытным воином. Прежде
всего......,
Гарфиэль: Ты же не собираешься участвовать в важном сражении с незалеченной рукой, брат?
Отто: ...Раз ты так говоришь, я не могу спорить, не так ли?
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...