Цзюнь Цзыфань и Цзюнь Ши Е дежурили в больнице до десяти часов вечера, а затем, дав необходимые наставления трем женщинам-сиделкам, вернулись домой.
Цзюнь Цзыфань включила свет:
— Давай приготовим что-нибудь поесть на скорую руку! Научи меня варить лапшу.
— Хорошо, — негромко ответил Цзюнь Ши Е.
Унеся книги обратно в свою комнату, Цзюнь Ши Е направился на кухню и начал варить порцию лапши на одного человека.
Цзюнь Цзыфань стояла рядом, молча наблюдая за его движениями и мысленно их запоминая: от зажигания плиты, кипячения воды и закладки лапши до момента, когда она сварится, и раскладывания по тарелкам.
— Сестрица, твоя порция готова, — Цзюнь Ши Е поставил тарелку с лапшой на стол.
— Хорошо, выйди пока. А впрочем, можешь остаться здесь, вдруг я сделаю что-то не так, и ты вовремя меня поправишь, — произнесла Цзюнь Цзыфань, делая шаг вперед.
Цзюнь Ши Е предпочёл остаться на кухне и понаблюдать за ней. Отойдя в сторону, он следил за каждым ее движением.
Вспомнив последовательность действий Цзюнь Ши Е, Цзюнь Цзыфань снова поставила кипятиться воду...
Через несколько минут лапша была готова.
— Надо же, как просто. Раньше я никогда не пробовала готовить, а теперь кажется, что это не так уж сложно, — Цзюнь Цзыфань переложила лапшу из кастрюли в тарелку.
— Сестрица просто молодец, научилась с первого раза. Но в будущем готовить буду я, а сестрице нужно просто ждать еды, — Цзюнь Ши Е помог отнести тарелку на стол, было немного горячо.
Цзюнь Цзыфань вытерла руки полотенце:
— Сегодня особый случай.
— Сестрица, ты куда? — спросил Цзюнь Ши Е, глядя в спину уходящей из столовой Цзюнь Цзыфань.
— Я кое-что возьму, — не оборачиваясь, ответила Цзюнь Цзыфань, дошла до дивана в гостиной, достала из сумочки какой-то предмет и спрятала его в карман.
Вернувшись в столовую, она увидела, что Цзюнь Ши Е уже расставил приправы.
— Сестрица, можно есть!
Цзюнь Цзыфань села за стол:
— Какую из этих двух мисок сварила я?
Цзюнь Ши Е на мгновение замер и ответил:
— Сестрица варила лапшу в той тарелке, что стоит передо мной, я хочу попробовать то, что приготовила ты.
— Все верно, она сварена специально для тебя, — глядя на него, произнесла Цзюнь Цзыфань.
Она достала из кармана маленькую деревянную шкатулку, положила ее на стол и пододвинула к нему.
Цзюнь Ши Е опешил:
— ...Это мне?
Уголки губ Цзюнь Цзыфань изогнулись в улыбке, и она кивнула:
— Сегодня шестнадцатое мая, твой день рождения.
— Ши Е, с днем рождения!
Цзюнь Ши Е остолбенел. Свой... день рождения он давно уже не помнил.
С самого детства у него не было ни одного праздника. Поэтому от дня рождения он ничего не ждал.
— У меня... день рождения? — неуверенно переспросил Цзюнь Ши Е, не сводя глаз с Цзюнь Цзыфань.
— Да уж! Твой день рождения, — кивнув, с уверенностью ответила Цзюнь Цзыфань. — Вообще-то я хотела устроить для тебя и другие сюрпризы, но как раз тогда с бабушкой Чэн случилось несчастье, и я не успела всё подготовить. Поэтому мне пришлось просто сварить тебе миску лапши долголетия. А что касается этого — внутри лежит мой подарок тебе на день рождения. Пусть этот день рождения не получился до конца подготовленным, но следующий будет намного изысканнее и продуманнее. Ши Е, мой ученик, поздравляю, ты стал на год старше.
Светлая улыбка играла на лице Цзюнь Цзыфань, когда она нежно заглянула в глаза Цзюнь Ши Е.
Глаза Цзюнь Ши Е защипало. Она — первый человек, который вспомнил про его день рождения.
Цзюнь Ши Е медленно взял шкатулку, замер, не отрывая от нее взгляда, и провел подушечками пальцев по ее поверхности. Под пальцами ощущался прохладный материал и сложный узор. Наверняка эта шкатулка непростая.
— Открой, посмотри, нравится ли тебе, — с надеждой в голосе произнесла Цзюнь Цзыфань.
Цзюнь Ши Е кивнул и медленно приоткрыл крышку. Внутри лежал маленький деревянный резной человечек. Судя по форме, похожий на мальчика.
Цзюнь Ши Е поднял его, вгляделся в надпись с лицевой стороны и перевернул. Спереди был вырезан иероглиф «Фань», а сзади — «Е». С изумлением во взгляде Цзюнь Ши Е посмотрел на Цзюнь Цзыфань. Этот деревянный человечек...
— Сестрица, его заказывали у мастера?
— Да, специально заказывала. Мастера, который его вырезал, зовут Цзюнь Цзыфань, — тихо рассмеялась она, заметив его растерянный вид. — Это было в те дни, когда я снималась у моря: в свободное время нашла резчика по дереву и попросила сделать фигурку по моему описанию. Дерево — агаровое, а иероглифы спереди и сзади я вырезала сама после долгих тренировок. Спереди — я, сзади — ты, на одном деревянном изваянии. Я буду защищать тебя впереди и никогда не покину. Я всегда буду впереди, там, где ты сможешь меня видеть.
Цзюнь Цзыфань уперлась подбородком в палочки для еды, не отводя глаз от Цзюнь Ши Е.
Цзюнь Ши Е неподвижно смотрел на прекрасное лицо сидящей перед ним девушки, даже не осознавая, что с ее губ слетели самые прекрасные слова о любви. От этих слов его грудь наполнилась теплом.
В этот самый момент он не знал, как описать то, что творится у него на сердце. Но отныне и до конца жизни никто на свете... не будет для него важнее.
— Эй, ау... Ты чего завис? Если нравится, носи с собой, такое украшение могут носить и парни, — Цзюнь Цзыфань помахала рукой перед его глазами, заметив, как он завороженно смотрит на нее.
Цзюнь Ши Е пришел в себя и усмехнулся:
— Ничего... Сестрица дарит мне столь редкий и ценный подарок, и я даже не знаю, чем смогу отплатить тебе в будущем.
Цзюнь Цзыфань встала, подошла к нему, достала амулет и надела ему на шею.
— А вдруг однажды мне понадобятся ты сам, твоя жизнь или твоя душа? Они ценнее любого подарка, — шутливым тоном произнесла она и вернулась на свое место. — Ешь быстрее! Лапша уже разбухла, скоро совсем остынет. Давай поедим, пока она еще теплая, а потом отдохнешь, завтра тебе снова в школу.
Увидев, что она принялась за еду, Цзюнь Ши Е с улыбкой посмотрел на нее:
— Чего бы ни захотела сестрица, я отдам ей всё.
— Ты наконец-то начал улыбаться, продолжай в том же духе. Еди лапшу! — улыбнувшись, ответила Цзюнь Цзыфань.
Цзюнь Ши Е кивнул, легко улыбнулся и снова опустил взгляд в тарелку.
На следующий день, когда Цзюнь Ши Е поднялся, чтобы собираться в школу, Цзюнь Цзыфань тоже встала и окликнула его:
— Ши Е, когда придешь в школу, обедай и ужинай вместе с Чэн Сюем каждый день. Потом повторяй уроки, в больницу ходить не нужно. Там и без вас есть кому подежурить, от вашего присутствия толку немного. Осталось два дня до выходных, вот тогда и сходите.
Цзюнь Ши Е пристально посмотрел на нее и ответил:
— Хорошо.
Сказав это, он закинул за спину рюкзак и вышел из дома.
Проводив его, Цзюнь Цзыфань умылась, перекинула сумочку через плечо и отправилась в больницу.
Прибыв на место, она еще раз подробно всё объяснила трем сиделкам.
— Дядя Лин, вы ведь побудете здесь с бабушкой Чэн? Справитесь? Или у вас есть другие срочные дела? — закончив указания, Цзюнь Цзыфань посмотрела на Линь У.
— Госпожа, не переживайте! Я буду неотлучно дежурить у старушки Чэн, — ответил Линь У.
— Хорошо, тогда я еду в аэропорт! — сказала Цзюнь Цзыфань.
Услышав это, Линь У поинтересовался:
— Подбросить вас?
— Не нужно, я сама возьму такси! — попрощавшись с Линь У, Цзюнь Цзыфань быстрым шагом вышла из больницы, поймала такси и помчалась в аэропорт.
Спустя час она уже вернулась на съемочную площадку. Ее встретила помощница Сяо Юэ, и Цзюнь Цзыфань вновь с головой погрузилась в работу.
После двух дней сверхурочных съемок съемочная группа наконец завершила работу у моря.
Наступили выходные, и посреди ночи Цзюнь Цзыфань вернулась в Город А. Опасаясь разбудить Цзюнь Ши Е столь поздним возвращением, она сняла номер в гостинице неподалеку.
Ранним утром следующего дня с чемоданом в руках она вернулась в особняк.
Только она собралась постучать, как дверь изнутри открылась. Увидев ее, Цзюнь Ши Е радостно воскликнул:
— Сестрица, ты вернулась.
— Да, ты ведь собираешься в больницу? — глядя на него, спросила Цзюнь Цзыфань.
— Да, сегодня бабушке будут делать операцию. У нас как раз выходной, — ответил Цзюнь Ши Е.
— Я только занесу чемодан, подожди меня немного, я поеду с тобой, — Цзюнь Цзыфань наклонилась, чтобы поднять багаж.
Но Цзюнь Ши Е опередил ее, подхватил чемодан и прошел в гостиную.
Поставив его, он сказал:
— Сестрица, ты устала на съемках, отдохни, поезжай во второй половине дня! Операция у бабушки все равно назначена на после обеда.
— Нет. Я узнала, что пациент, у которого операция была назначена перед бабушкой Чэн, скончался. Из-за этого время операции бабушки перенесли на десять часов утра. Если я поеду с вами... вам будет спокойнее, — произнесла Цзюнь Цзыфань.
Глядя на ее лицо, на котором проступала нескрываемая усталость, Цзюнь Ши Е молча почувствовал укол жалости. Она моталась туда-сюда ради него и бабушки Чэн и при этом продолжала сниматься.
В этот момент Цзюнь Ши Е молча принял решение. Встретившись с ней взглядом, он кивнул.
Цзюнь Цзыфань вернулась в комнату и не прошло и трех минут, как вышла обратно.
— Пойдем!
— Угу!
Цзюнь Цзыфань затворила за собой дверь, и они вместе отправились в больницу.
Прибыв в больницу, они застали там Чэн Сюя, который пришел едва ли за минуту до них. Вслед за ними в палату вошел и Линь У.
Вскоре появился врач, чтобы проверить, в норме ли все показатели у бабушки Чэн.
— Доктор, как она? — спросила Цзюнь Цзыфань. Чэн Сюй и остальные двое тоже с тревожным ожиданием уставились на врача.
— Родственники пациентки, в десять часов мы готовим больную к операции. На данный момент все показатели в норме. Однако, хотя оперировать будет пожилой профессор Лу, из-за возраста пациентки и остроты состояния риск все же существует. Родственникам необходимо подписать согласие на операцию, подтверждая свое решение. Обсудите всё между собой, за полчаса до начала операции я принесу бланк согласия.
— Хорошо, спасибо, доктор, — ответила Цзюнь Цзыфань.
Когда врач ушел, четверо людей в палате растерянно переглянулись. Цзюнь Цзыфань окинула взглядом троих:
— У меня... что-то на лице? Чего вы... все на меня смотрите?
— Госпожа, мы ждем, что вы скажете, — произнес Линь У.
— Разумеется, операция будет. Профессор Лу еще ни разу не проводил неудачных операций. Иначе я бы не стала никого просить и умолять его оперировать бабушку Чэн. Впрочем... Чэн Сюй, ты единственный, кто состоит с бабушкой в кровном родстве, окончательное решение принимать тебе, и подписывать документы тоже тебе, — Цзюнь Цзыфань перевела взгляд на Чэн Сюя.
Чэн Сюй в упор посмотрел на Цзюнь Цзыфань:
— Сестрица Цзюнь, я доверяю тебе. Я верю, что операция бабушки пройдет успешно. Я верю тому пожилому доктору, которому веришь ты, и я верю, что бабушка не бросит меня... и Ши Е.
Цзюнь Цзыфань посмотрела на него и кивнула. Цзюнь Ши Е поднял руку и ободряюще похлопал его по плечу.
Линь У тоже посмотрел на юношу и с улыбкой кивнул. Чэн Сюй обвел взглядом троих стоявших рядом людей, и его глаза защипало. Как же хорошо, что в этот момент кто-то рядом.
Наконец-то... ему больше не нужно со всем этим справляться в одиночку.

Комментарии

Загрузка...